Пусть начнется вторжение

ТИРИОН

Я наблюдал за императрицей, яркие фиолетовые глаза Дейенерис были прикованы ко мне, пока я нетерпеливо сжигал их. Я знал, что она хотела провести церемонию для трех принцев. Прошло два месяца с тех пор, как они родились, и теперь, когда они были здоровы и окрепли, она хотела показать их городу. Мне потребовалось все, что у меня было, чтобы не выругаться на нее со злостью, вместо этого я старался сохранить бесстрастное лицо, глядя на Джолли.

Ее глубокие обсидиановые глаза были прикованы ко мне, а ее взгляд сузился, поскольку ее густые черные волосы были туго затянуты за уши. Глянцевый блеск ее длинной каскадной косы, казалось, засиял немного ярче, когда я заметил несколько серебряных колокольчиков, усеявших ее волосы. На ее руках покоился ее собственный новорожденный ребенок. Его медная кожа была на несколько оттенков светлее, чем у его родителей, что, я уверен, изменится по мере того, как он станет старше.

Густые пучки черных волос росли на ее идеальной сферической голове, его веки были закрыты, когда он счастливо дремал. Я знал, что женщины на востоке были сложены крепко, и это не имело ничего общего с жесткостью, а было связано с безопасностью. Их не любили на остальной части востока. Ци Ти уже начала поставлять корабли в Тирош и Бравос в надежде, что они смогут взять город.

Хотя она не стала бы этого слушать, поэтому я попытался говорить теплым тоном в надежде, что она поймет смысл. «Ваша светлость, пожалуйста, выслушайте меня. В этом есть большая опасность. Принцев можно будет проводить в столицу в другое время. На горизонте флот и армия, которые надеются убить вас и забрать ваших драконов».

Тревога отразилась на моем лице, когда я посмотрел на Серого Червя. Его глубокие карие глаза уставились на меня, когда он вовремя схватился за свое копье. Черный блестящий щит покоился на его правой руке. За последние 2 месяца, что я был здесь, он не выпускал меня из виду. Я знал, что он не любит меня и не доверяет мне.

Миссандея сидела слева от Дейенерис, ее золотистые глаза были полны тепла и беспокойства. Я знал, что она могла видеть смысл в моих словах, но она не поддержала бы меня вместо этого Дейенерис переместилась, чтобы посмотреть на Джолли. Что-то, должно быть, произошло между ними, потому что она говорила холодным сильным голосом.

Ярко-розовые губы Дейенерис изогнулись в улыбке, когда она заговорила властным голосом. «Я отложу это на один день. Теперь поговорим о более насущном вопросе: сегодня мы обмениваем золотую и серебряную валюту столицы на бумажные деньги. В данный момент мы продолжим использовать золото и серебро за пределами города. Сэм, ты вычислил курс обмена золота и серебра на бумажные деньги?»

Вопросительный тон Дейенерис заставил меня резко поднять голову, чтобы увидеть Сэма, большого мускулистого мужчину, уставившегося на меня. У него была массивная грудь, но вид усердного ученика. Я слышал, что он был толстым трусом, но проведя 4 года с Вейгоном, он набрал массу.

Этот ученый вид помог мне успокоиться, когда он говорил теплым голосом. «Казначейство имеет запас бумажных денег, очереди выстроились за дверь, так как люди готовятся обменять свое золото и серебро. Королевская сокровищница, находящаяся в подвале замка, содержит все золото и серебро, собранные из других дотракийских сокровищ, которые забрал Джолли, и от лорда, который отказался слушать. Хотя разговоры все еще занимают немного больше времени, чем я думал. Также есть еще несколько проектов, которые находятся в процессе реализации. Один из них - новый лазарет, который, я уверен, пригодится. Теперь есть один вопрос, который я хочу поднять перед короной».

Голос Сэма стал нерешительным, когда его яркие бледно-голубые глаза остановились на мне, а затем на Дейенерис, которая кивнула головой, как бы говоря: продолжай. Сэм сглотнул немного слюны, откинулся на спинку стула и заговорил холодным голосом.

«Многие западные люди все еще приезжают сюда в надежде восстановить свои дома. Когда они приезжают сюда, им нужно место для молитвы, многие из них шепчутся об этом. Небольшой септы было бы вполне достаточно...».

Его челюсть сжалась, когда Сэм выглядел так, будто собирался заползти в собственную шкуру, Дейенерис же, с другой стороны, имела напряженный пустой взгляд на лице, когда она тяжело вздохнула. Ее плечи начали опускаться, и она выглядела скучающей до безумия. Я знал, что она предпочитает войну или лидерство.

«Это восток, они не пришли сюда молиться, они пришли сюда, чтобы купить припасы. Если они хотят молиться, они могут остаться дома. Если вы решите молиться богам запада, я не буду вас останавливать. Но я не буду возводить постоянную структуру для набора богов, которые не имеют здесь никакой власти. Теперь Тирион пойдет со мной». Дейенерис говорила с силой, которая заставила меня содрогнуться.

Я оглядел военную комнату на минуту, глядя на прохладные вулканические стены зала. Потолок был расписан золотыми облаками и драконами, проносящимися сквозь них. Передо мной стоял круглый стол, на котором могли разместиться 12 человек. На столе была изображена карта востока. Я сидел перед городом Тирош.

Прямо за мной был большой открытый балкон, который вел к секретной лестнице, которая вела в драконьи сады, как стали называть их жители города. Горячий воздух и яркий золотой свет лились на прохладную черную землю. Когда Дейенерис вскочила на ноги, я последовал за ней. Теперь, когда у нее родились сыновья, она была более легкой на ногах.

Она счастливо спустилась по ступенькам, заставив меня последовать за ней. Мои ноги напряглись и ныли от чего-то жестокого. Жар поглотил меня, когда я спустился по ступенькам. Положив нежную руку на черные перила, спускаясь по ступенькам. Дейенерис замедлила свои длинные ровные шаги, чтобы мы могли идти вместе.

Когда она заговорила, я увидел, как свет начал наполнять ее глаза, когда она посмотрела на сады драконов. Три малыша разразились смехом, когда они лапали маленькие квадратные головы детенышей. Мэт, самый младший из трех принцев, сидел перед вылупившимся, у которого было темно-серое тело с ярко-голубыми глазами, рогами, спинными пластинами, крыльями и шипами. У этого вылупившегося были широкие крылья и гладкое тело, поэтому я знал, что это должен был быть ртутный дракон.

Вахаэлор, старший из мальчиков, сидел в траве, радостно хлопая в ладоши, когда он сидел перед драконом, который был чистого темно-синего цвета с лезвийным хвостом. Он радостно хлестал по земле, подбирая темно-синие глаза, которые светились радостью. Пухлый маленький пальчик нежно скользил вдоль его головы.

Наконец, был средний ребенок из трех мальчиков, Джейерис провел пальцами по дракону с телом из чистой бронзы и сверкающими синими крыльями, рогами, шипами и подбрюшьем. Он был бронированным драконом, его тело было тяжело покрыто пластинами, когда он прижимался близко к молодому принцу дракона. Его квадратная голова и длинный охлаждающий хвост заставили меня улыбнуться.

«Мои сыновья будут великими воинами, но они не будут императорами. Я слышал, что ты говорил с Сэмом о руководстве Империей после нас. Я думал, что тебя убьют в тот момент, когда я узнаю, что ты плетешь заговор». Ее голос был холодным и угрожающим, заставив меня отвести взгляд от детей и поднять его к небу.

Молодой четырехлетний почти пятилетний дракон пролетел по лазурному небу. Ее яркое бронзово-розовое тело мерцает на свету, как пятилетняя девочка с развевающимися серебряными локонами и ярко-розовыми глазами, устремленными в небо. Радостная улыбка растягивала ее губы, когда она проносилась по воздуху. Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить свое непаникующее сердцебиение.

Я посмотрел на драконьи сады, которые не были холодными и внушительными, но затем Балерион очнулся от своего сна, кровь шипела на его губах, говоря мне, что он должен просто позавтракать. Его черный хвост с багрово-красными шипами взъерошил черную землю, на которой покоился Балерион.

В этот момент до меня дошло, что это будет полдник. Я быстро пошевелил губами, чтобы заговорить. «Я просто спросил Сэмвелла, действительно ли Вегон согласен лишить своих сыновей трона. Я не строил заговор, просто пытался лучше понять, как думает император».

Я знала, что мой тон должен быть слабым и умоляющим, когда я посмотрела на Дейенерис в надежде, что она уразумеет. Яркие фиолетовые глаза сцепились со мной, когда она остановилась у подножия лестницы, отдыхая прямо перед золотыми воротами. Мои собственные ноги сводило судорогой, но я продолжала идти.

Кивнув мне, она оглянулась и увидела служанок-дотракийцев, которые наблюдали за молодыми малышами и не обращали внимания на драконов. В садах прятались и другие драконы. В районе, где было озеро, я знал, что несколько морских драконов отдыхали под водной поверхностью.

"Хорошо, но позволь мне прояснить это. Если я услышу о каких-либо планах лишить мою дочь трона, я порежу тебя и скормлю птенцам. Теперь я проведу свой день со своими детьми и насладюсь твоим выходным, лорд Тирион", - холодно сказала Дейенерис.

В тот момент, когда я понял, что не умру. Я упал на ступеньки, задыхаясь. Я больше никогда не посмею подвергать сомнению их решения. Но в воздухе повисло странное напряжение, которое не устраивало меня: что-то приближалось, но когда. Мне не нужно было спрашивать, кто, потому что я знал, кто. Тирош и Бравос, они приближались, но когда?

Рассвет

«БУМ!!» Громкое громовое эхо в воздухе вырвало меня из глубокого сна. Моя комната среднего размера уставилась на меня. По всей моей бронзовой ванне плясал огонь. На мгновение я испугался, что мою комнату подожгли драконы.

Но в ту минуту, когда я повернулся направо, я увидел, что мои балконные двери распахнулись от силы удара. Я наблюдал, как яркие, светящиеся красные камни, скользкие от густой черной нефти, прочертили полосы на фоне неба.

Пылающий камень прочертил дугу по небу, когда я спрыгнул с кровати и побежал на балкон. Я не смог дотянуться до перил, но это не имело значения. Пламя сжигало небо, когда драконы ревели, а воздух наполняли крики паники. Я видел Морнинг, ее ярко-розовое тело, торчащее из темнеющего неба.

Яркие белые и синие звезды сверкали в ночи. Я едва мог различить Балериона, когда он очнулся ото сна. Я слышал неистовый рев людей и звон колоколов, когда армия собиралась вместе.

В темноте я мог различить облик императрицы. Волосы Дейенерис были заплетены в тугую косу, а ее суровые фиолетовые глаза устремлены в небо. Ее тело было напряженным и онемевшим, а глаза были более живыми, чем прежде. Глядя на залив, я мог видеть сотни кораблей, пронизанных рабами и воинами.

Я уверен, что они думали, что победят, но я видел, как четыре дракона спустились с неба, и среди них был не кто иной, как сам Вегон. Ярость кипела в его глазах, когда небо ожило огнем.