Глава 7

- Простите, но мне не особо нравится, когда так сухо описывают физические реакции/действия во время этого, я чуть-чуть наполню их красками.😎 Ну как это понимать: «его губы и руки блуждали по моему телу»? Я хочу каких-никаких, но подробностей.😁 Спасибо за понимание.

- опять эти эмоции, чувства, внутреннее состояние. Не забываем, перевод не слово в слово, есть дополнения. Я действительно хочу наполнить персонажей живостью и в эмоциях, и в действиях. своими вставками/добавками, я хочу показать ЧТО эти двое чувствуют. Я не теряю смысл происходящего, ни в коем случае. Они по-прежнему - всё тот же Вегас и Пит, не меняю настроение и их состояние.

Если что, не ругайте, пожалуйста! )

ПИТ

- Ты... Только ты! - промолвил я.

Моё сердце совсем не расположено к тому, на что я согласился. Это были вовсе не мои настоящие желания или чувства, только через силу я заставил себя выдавить противные мне слова. Несмотря на своё согласие, мне бы хотелось испариться из-под него прямо сейчас, но, опять-таки - я вынужден принять ультиматум мерзавца.

Сидевший на мне Вегас преисполнился выражением триумфа. Удовлетворённым взглядом он восторженно поглощал моё безучастное лицо и верхнюю часть тела. Он смотрел на меня, как охотник загнавший добычу в капкан. Он ухмылялся, а его тело полыхало нетерпением.

Я отвёл взгляд от его лица, искаженного похотливой решимостью, и с тихим негодованием покачал головой. Не хочу снова жалеть себя, не хочу показывать ему своих истинных чувств, и, чтобы не сорваться - прикусил изнутри нижнюю губу.

Ко всему прочему моё сердце мучают тягостные чувства опустошения и разочарования, какого-то нелепого сожаления: как я мог выгораживать его, сочувствовать ему в его проблемах? Сейчас мне было абсолютно безразлично, что он будет делать - хочет, тогда вперёд! - никакой обиды, дерзости или страха; мне плевать и на него, и на всё вокруг происходящее... и даже на себя.

Вегас резко скользнул лицом вниз, зарываясь мне в шею. Я ощутил его нос - он упирался прямо в шейную артерию, - отчего кровь усиленно заструилась по моим венам, ускоряя биение сердца. Стало неуютно от этих назойливых, оглушающих ударов - отдавало даже в горло. Я крепко зажмурился, стиснул кулаки и вцепился в простынь по обе стороны наших тел. Невзирая на все свои обещания лежать бревном и расслабиться, я, напротив, напрягся струной.

Его рваное дыхание с каждым выдохом опаляло жаром мне шею и ключицы, вызывая мурашки, что начинались у горла, скользили к груди, животу - и, наконец завладевали всем телом. Как будто он только этого и ждал - сразу же принялся облизывать мне шею: грубо, настырно, с его манерной привычкой кусать и тотчас слизывать всю слюну, что оставалась после укуса. Временами он погружал нос в ямку ключиц и жадно вдыхал мой запах, точно зверь, готовящийся насытиться своей жертвой.

Гулкий стук моего сердца снова поднимал во мне удушающую волну отторжения и омерзения - прежде всего к себе, ведь я, по сути, согласился, добровольно. Но я в замешательстве, не знаю, что было бы лучше: умереть или смириться, а затем - после всего - продолжать жить, но уже в этом осквернённом теле.

- Всё хорошо... Всё намного проще, чем тебе кажется, - прошептал Вегас, касаясь подбородком моей мочки, а затем резко дёрнул её зубами.

Тихий тон его голоса, вперемешку с жаром его дыхания у самого уха, и этот остервенелый укус пробрали меня морозом, и я весь покрылся колючими мурашками. Я нервозно сглотнул. Одна только мысль мне уже невыносима: как будет больно и мучительно сейчас, и как я завтра буду страдать. Не хочу проходить через это снова!

- Отпусти меня... Не нужно... - несмотря на свою отрешённость и покорность, я всё же обратился к нему. Мой голос звучал тихо и бесцветно - не знаю даже, услышал ли он меня. В глубине души хотелось сопротивляться - вырываться, брыкаться, взять свои слова назад, ударить его и дать понять, как я ненавижу его похабность и это отвратительное принуждение. Я устал быть тряпкой и не поступать по воле своего сердца. Но, а с другой стороны - какой у меня выбор? Он либо сделает ещё хуже, либо убьёт меня. Сейчас я даже представить не могу насколько это хуже, по его словам, может быть. Всё, что этот изверг способен обещать и делать - только гадкое, мучительное, отвратительное. Он умеет лишь обижать и издеваться.

Он разошёлся - уже облизывал, покусывал, засасывал верх груди, ни оставляя ни малейшего участка без внимания. Его сбивчивое обжигающее дыхание тянулось вслед за его влажным языком. Он провёл им от плеча к ключичной впадине, размашисто скользнул по ней снизу-вверх, задев мне кадык, затем обхватил губами другую ключицу и медленно повёл в сторону, к плечу.

Эти его липкие слюни, я в них скоро утону... Ах! Больно!

Он дерзко укусил клочок кожи, где располагалась татуировка, и зубами потянул на себя. Тем временем его руки непрерывно блуждали по моему телу: пересчитали мне рёбра, грубо схватили и надавили бока талии, проводили по верхней части бёдер и неистово хватали их. С пугающей уверенностью наглая рука добралась до пупка и тыльной стороной ладони провела по низу живота. Как только он оказался так близко к моему члену - пусть мы ещё оба в одежде - сердце забилось тревожным ритмом, суетливо вздымая грудь дыханием панического страха.

- Вегас... Я умоляю тебя...

- Как же часто я слышу от тебя мольбы... Продолжай, мне нравится! - произнёс он тихим возбуждённым голосом.

Я бессильно вздохнул, когда мне в нос ударил запах его волос - он снова присосался к горлу. Приоткрыв рот, он впустил в него бешено пульсирующую артерию и нахально, но так мягко, сомкнул губы на ней. Затем, освободив её от огненного плена, кончиком носа стал водить вдоль ключиц, спускаясь зигзагами ниже и ниже по груди. Попутно он втягивал запах моего тела с таким наслаждением, с каким-то безудержным безумием, - что это сводило меня с ума. Хочу оттолкнуть его. Безумие, в которое он меня увлекает, - не моё.

Он целует меня в солнечное сплетение. И вот уже перемещает лицо чуть выше и застывает в нескольких сантиметрах от груди. Он испытующе ждёт, а моя неровно вздымающаяся грудь, будто подчиняясь его дыханию и взгляду, сама тянется к нему. И, как на зло, в очередном порыве рваного вдоха она поднялась и сама коснулась его губ. Он сладко ухмыльнулся - я даже почувствовал эту ухмылку кожей - и впился губами рядом с соском, при этом задев его щекой. Неожиданно во мне что-то взорвалось, нечто новое, неясное, необъяснимое. Всё произошло в один миг: интенсивный жар, зародившийся внизу живота, с силой рванул вверх и обрушился на всё тело...

Он повреждал моё тело своими остервенелыми укусами. Он кусал больно и жадно, будто бы желая выжечь на мне клеймо - метку своей одержимой власти. Я сам прикусил нижнюю губу, подавив всхлип, а он продолжал терзать мою грудь и облизывать рёбра, намеренно задевая зубами кости... Эти прикосновения были не имели ничего общего с нежностью - они были резкими, острым, жгучими, они даже могли показаться невыносимыми, и всё же, к своему изумлению, я не испытывал той боли, которую ждал. Всё, к чему я готовился, обернулось бурей непонятных мне ощущений. Они сбивали с толку, я не понимал, что со мной творится, и тем более не мог сложить всё в голове... не сейчас!

Ах, как же я жалок сейчас. Мне противна эта моя слабость и двойственность чувств: с одной стороны, я не был зол или расстроен, а с другой - я страдал и изводил себя. Вдруг, моё сердце переполнилось этими смешанными чувствами. Я задрожал, и слёзы покатились по вискам.

Вегас, в этот момент оторвавшийся от моей груди, застыл. Я и не заметил его состояния и промедления, потому что, зажмурившись, легонько покачивал головой из стороны в сторону, как будто по-прежнему пытался освободиться от тяжести, что навались и сверху, и заполнила меня изнутри. Я ощущал себя таким беззащитным, таким непристойно грязным, что не смог сдержать этих слёз. Похоже, они давно зрели во мне - копились где-то глубоко, терпеливо ждали своего часа. Ведь, как бы я ни старался быть оптимистом и строить какие-то планы - ничего не получалось. И вот, нежданно, они прорвались наружу. Это моё сердце так спасало самое себя - освобождалось от терзавших его ощущений, лишь бы не разорваться изнутри. Как же мне хочется сейчас спрятаться, сжаться и забиться в какое-нибудь безопасное укрытие... Хочется вырвать из души эти осточертевшие переживания и чувства - я сыт ими по горло!

Внезапно руки Вегаса ослабили хватку. Те самые руки, что ещё мгновение назад сжимали мне бок и перебирали рёбра, теперь стали почти неощутимыми. Я испуганно распахнул влажные глаза, не понимая, что произошло. Отстраняясь от моего тела, он разогнулся, сжал губы и порывисто ворвался пятерней себе в волосы, отбрасывая их назад. Зажмурившись - ресницы его дрожали, - он нервно взъерошил волосы, и тяжело вздохнул. Потом он неспешно встал - мои ноги оказались между его, и он властно сжал их своими коленями - и хлестнул себя ладонями по бёдрам. Он был откровенно раздражён.

- У меня из-за тебя пропало настроение. Чего ревёшь, как маленькая девчонка?

Улучив момент, я поспешно пополз от него назад, забираясь ногами на кровать. Кое-как добравшись спиной к изголовью, я притянул колени к груди, а затем небрежно, резкими движениями, смахнул с лица все слёзы и следы от них.

- Ты плачешь! Почему? Я настолько тебе неприятен? Ты правда меня так сильно ненавидишь?.. - пронизывающий до костей голос заставил меня отвернуться.

Я не испугался его. Совсем нет. Просто я не знал, что ему ответить. Может быть, мне даже стало чуточку стыдно за свою впечатлительность и эти непрошеные слёзы. Меньше всего на свете мне хотелось плакать перед ним - ведь тем самым я как бы признавал своё поражение и его власть надо мной.

Несмотря на своё эмоциональное потрясение, я всё же заметил, что внешне Вегас был не таким сердитым, как его голос, казалось, он сам обескуражен. В его взгляде сквозила растерянность, он выглядел потерянным. Только вот я всё равно не доверяю ему - кто знает, что сейчас взбредёт ему в голову? Ведь эта его паскудная личность - обманчива и непостоянна.

- Блядь! Да что с тобой не так?! - похоже его выводило моё молчаливое равнодушие и пустой взгляд в никуда. Он требовал внимания к себе.

Я украдкой взглянул на него: в бешенстве он ерошил волосы, сжимая их на затылке, а его задумчивый взгляд свидетельствовал о том, что он говорит не со мной, а с кем-то внутри себя...

Он не знает, что делать... Он не знает, как отнестись к моим слезам... Этот идиот боится их!

От его вида у меня снова холодеет на сердце. Весь на взводе, нервы, дёрганые движения... Снова он превращается в свирепого, устрашающего монстра!

Не хочу! Не хочу вновь показывать ему свою нагую душу! Изнывать перед ним от страха и бессилия... Хочу лишь одного - чтобы он, в конце-то концов, оставил меня в покое! Отпустил меня и испарился из моей жизни к чёртовой матери... А лучше бы он реально убил себя... иначе это сделаю я!

- Эй... Нет!.. - внезапно еле слышный голос Макао просочился в дверную щель спальни. Я сразу понял, что это он, - Вегас изменился в лице. Конечно, его реакция не так очевидна, но я, изучивший его лицо вдоль и поперёк, уловил, как он моментально встрепенулся и забеспокоился. Окончательно придя в себя, он тотчас вышел из комнаты.

- Босс, Мисс Пим и господин Макао снова страшно ругаются!

Я поспешно бросил взгляд ему вслед, и дальше - за зеркальную дверь. Несколько подчинённых подбежали к нему: взволнованные, суетливые, по-видимому, они призывали его побыстрее спуститься вниз.

Я был настолько разбит, что даже его уход не принёс мне желанного облегчения. Пусть и не удовлетворение - но всё же немного отлегло от сердца. Только вот эта зыбкая передышка ничего не меняла. Я чувствовал себя подавленно и опустошённо - и не знал, как выбраться из этого состояния.

Я бросился в ванную, чтобы побыстрее смыть с себя эту грязь - его липкую, уже засохшую на моей коже слюну. Тело подрагивало от переизбытка эмоций, ведь столько всего навалилось на меня в одночасье, и я еле снял штаны, запутался в них. Держась за стену непослушными руками, я встал под горячий душ и начал нещадно тереть мочалкой каждый миллиметр тела - особенно там, где касались его губы и язык, где его зубы впивались в мою плоть. Все оставленные тёмные засосы и красные следы от его омерзительных поцелуев я остервенело драл мочалкой, пока они не перекрывались новыми красными пятнами.

Благодаря приятному аромату мыла я постепенно успокаивался, но навязчивые мысли не отступали. Вновь и вновь я прокручивал в голове всё случившееся: новая попытка изнасилования, его реакция на мои слёзы, и то, как он внезапно остановился. И главное - почему он не позволил своим друзьям расправиться со мной? Эти и множество других вопросов завладели моим разумом. Даже страх уже стёрся, а чувство замешательства от его поведения вытеснило все остальные эмоции.

Может, у меня и правда всё получилось? Мой план работает? Похоже, Вегасу действительно надоедает моё присутствие... Наверное, я уже раздражаю его! Сейчас я не такой вспыльчивый и самоуверенный, а ему это не особо интересно... Как помню он говорил, чем сложнее, тем лучше...

Я не спорю, и особо не говорю с ним. Не отвечаю на поставленные вопросы, не оскорбляю. Что ж, моя покорность, даже сейчас на кровати, не возбуждает его, не радует, а напротив - он гаснет... от моей вялости и мнительности...

Пусть я и не планировал плакать - это всё моё дурацкое сердце... Но, как ни странно, это мне очень помогло... Наверное, Вегас терпеть не может сентиментальность и капризы... Хм, это нужно запомнить, и использовать!

Хм, но его непредсказуемое поведение... оно только больше заводит меня в тупик. Хотя... кажется, я вижу... тусклый свет в конце этого блядского туннеля, в котором торчу уже не знаю сколько! Да! Я обязательно выберусь отсюда...

Я мылся больше часа - будто пытался смыть сами воспоминания, - сначала мылом, потом каким-то гелем, вылив пол флакона. Ничего, не убудет с него, скотины, купит ещё!

Я пробовал как-то собраться, вернуть себе хоть тень равновесия - насколько это вообще возможно. В этой обители зла оставаться ментально здоровым и самому не стать психом - почти нереально.

Ненавижу, когда он насмехается надо мной, издевается, играет, как с пустой игрушкой. Но я всё равно продолжу в том же духе: подчиняться, не спорить, плыть дальше по течению. Только подумать, что, принимая его правила, я будто ставлю преграду его порокам, и они уже не обрушиваются на меня с прежней беспощадной силой.

Ещё какое-то время я стоял в душевой, чтобы обсохнуть, наблюдая как капли стекают с кожи. Затем вытерся и натянул те же спортивные штаны, которые давно пора сменить. После душа куда приятнее было бы завернуться в полотенце, но я не могу позволить себе такую роскошь - Вегас вернётся с минуты на минуту, и тогда полотенце мне мало поможет, а наоборот - раззадорит его.

Как только я вышел из ванной, сразу наскочил на него. Хм, какой сюрприз! Я спустил полотенце с головы на глаза, делая вид, что не замечаю его недовольной рожи и надменной позы, а занят вытиранием волос. Всё же бдительности я не терял и тайком поглядывал на него. Странно, но он не смотрел на меня - мрачные глаза были устремлены в пустоту. И только теперь я уловил в нём холодную отстранённость, а в лице - затаившуюся тревогу, словно что-то не давало ему покоя.

Не сказав ни слова, он пошёл обратно в кабинет, а я снял полотенце с головы и, сжав его в кулаке, безвольно опустил руку. Мой взгляд жадно следил за кажым его движением. Они были быстрыми и уверенными. Он начал рыться в ящиках стола, что-то мелькнуло у него в руках - зажигалка, или что-то похожее. Только после этого он вернулся в спальню. По-прежнему не замечая меня, он прошёл мимо к балкону. Раздвижные двери с лёгкостью поддаются его напору и впускают ночную прохладу в комнату.

Боже... свежий воздух... Как я давно не дышал воздухом!

Он прикуривает сигарету и облокачивается на балюстраду, в этом его движении какая-то отрешенность, глубокая подавленность. Он словно отгороился от всего вокруг невидимой стеной.

Что там у тебя, скотина, уже случилось, что аж сигаретки достал?!

Блядь! И ты собираешься вот так вот курить передо мной!? Я тоже хочу покурить! Арггг! Я так долго воздерживался, а это всё твоя вина! Ах, блядь, я в таком стрессе из-за тебя, кретин, что я выкурил бы сейчас десять сигарет разом! Ах... как хочу затянуться... Чёрт бы тебя побрал, Вегас!

Изнывая от желания получить дозу никотина, я позабыл обо всём на свете и рассеянно потянулся к табачному запаху. Каждый тягучий выдох Вегаса манил, обволакивал, притягивал к себе. Я вдыхал этот густой сигаретный дым и приближался к нему. Мне было безразлично, что он скажет и как отреагирует. Всё моё внимание свелось к одному - безудержно, с жадным наслаждением впитывать в себя его терпкое, насыщенное сигаретным дымом дыхание, которым он не скупился, а щедро делился со мной.

Ах, как же ничтожна моя жизнь... До чего я докатился...

Я раздумывал - а может, всё-таки попросить у него сигарету? Но боюсь, он рассвирепеет, и начнет со своим вечным «Да как ты смеешь? Да кто ты такой?». Поэтому я продолжал нерешительно стоять в дверях балкона и втягивать остатки дыма, срывающиеся с его губ. Я даже прикрыл глаза от удовольствия...

Размышления в ванной только укрепили меня в решении подчиняться Вегасу, и поскорее, любыми способами, наскучить ему. Я больше не собирался показывать ему свой страх или неистовство, а тем более - перечить ему. Он сто раз повторял мне: «Будь послушным, Пит, и тогда с тобой ничего не случиться.» Почему я его не слушал?

Чем больше я замечал и испытывал на себе его непривычные реакции: растерянность, замешательство, удивление, доверие - да, Боже мой, его защиту! - и нелепые попытки позаботиться обо мне, тем сильнее убеждался, что Вегас устанет сам от себя, от этих своих новых ощущений, которые в повседневной жизни ему не присущи. Моё равнодушное, безукоризненное исполнение его прихотей и его собственные реакции на это будут всё больше ему надоедать, и он непременно сам вышвырнет меня отсюда - раз уж я такой скучный и правильный.

- Что плохого в том, чтобы быть самим собой? - потухший голос заставил меня вздрогнуть и открыть глаза. - Это неправильно - быть геем? Почему он твердит мне одно и то же? Почему же тогда правильно то, что он не принимает своих детей, такими, какие они есть? - Вегас выпустил очередной клубок дыма и надолго замолчал, растворившись взглядом в черноте ночи.

Я удивлённо открыл глаза и внимательно посмотрел на него - вдруг он говорит по телефону, а потом скользнул взглядом по сторонам - может, он и не ко мне обращается. Но нас здесь двое, значит, всё-таки ко мне... Я тяжко вздохнул. Опять эти давящие его чувства, которые передаются и мне, без спроса проникая под кожу. И они совсем не улучшают моего, и без того, поганого настроения. Я напрягся, решая, стоит ли вообще отвечать ему, высказать своё мнение.

Взволнованно я потёр потные ладони о бёдра и, как бы ни опасался открыть рот, уже хотел было заговорить, но сомневался до последнего. Может, это просто утверждение - его мысли вслух, - а не вопросы, тем более мне.

- Блядь, эта Пим! Как она вообще смеет читать нотации Макао? Оскорблять его? Так цинично относиться к нему? Перед папочкой она стелется, и ведёт себя безупречно! Но только стоит ему отвернуться, как она превращается в необузданную суку, которая придирается к нам с Макао по каждому поводу, и ругается с нами! Она явно хотела бы выжить нас из этого дома... Какая же она лицемерка! - снова послышался раздражённый голос Вегаса.

- Что за Пим, кто она? - вырвалось у меня невольно.

Пит, закрой рот! Опять я лезу не в свои дела, со своей добротой и душой нараспашку! Думай же хоть чуть-чуть, прежде чем делать... И на кой тебе сдалось знать, кто такая эта... как там он её назвал?!

- Новая жена отца. Лживая и расчётливая. Она уже успела забеременеть - наверняка, чтобы держать его рядом с собой, как можно дольше. Она же знает, что отец разменивается бабами направо и налево... Но она преуспела. Почему-то отец одержим ею, слушается её... Он даже говорит, что ждёт этого ребёнка, и у него большие надежды на него. Ну и пусть себе. Пусть постараются вырастить его не таким, как я или Макао. Может, хоть этот ребёнок, не будет стоять у него поперёк горла... и он полюбит его, - Вегас телом всё также опирался о перила, но повернулся полубоком к дверям, словно нуждался, чтобы его наконец услышали.

Я в оцепенении стоял у двери и слушал его. Меня смущала его откровенность, но ещё больше - то, с каким беспокойством он говорил об этом ребёнке, будто он и есть его будущий отец.

Хм, это странно... Но он реально переживает за этого будущего малыша... Страшно представить, что творится у него сейчас на душе. В его голосе эта непримиримая грусть, и горечь... Вегас знает, что отец не любит его и никогда не полюбит, в отличие от того ребёнка, который ещё даже не появился на свет...

Мне жаль это слышать... Почему Кхун Кан так несправедлив к своему старшему сыну?! Чем Вегас отличается от этого маленького комка, что носит его жена?! Почему он - такой, какой есть, - не заслуживает отцовский любви?

Я взглянул на Вегаса. Приглушённый свет из комнаты и темнота вокруг него не помешали заметить его печальных, покрасневших глаз, его сжатый правый кулак, который непрерывно постукивал по балюстраде. Опять не могу объяснить, почему сочувствую ему, почему сейчас не испытываю к нему вражды и ненависти. Видать, чувство жалости смягчает весь мой гнев и неприязнь. Я ведь должен ощущать торжество, глумиться над ним, радоваться его страданиям, но я совсем не чувствую этого...

У меня не получается... Да, он творил со мной невообразимо ужасные и постыдные вещи... Я помню каждую из них, но я... Блин, он выглядит таким потерянным, разбитым... Печаль и подавленность в каждом его незначительном движении, в каждом вдохе и выдохе. А его глаза... Боже! Этот его вид - душераздирающий...

Зачем я чувствую это? Зачем? Зачем?! Зачем...

- Конечно, конечно... - Вегас снова заговорил, грустным, смирённым тоном. - Он может ждать его, может возлагать на этого будущего ребёнка надежды, радоваться его рождению... И даже... любить его! Но он не должен отворачиваться от нас. Не должен презирать меня и Макао. Он никогда не слушал меня, никогда не воспринимал, не помогал, и смотри, во что я превратился, во что это всё в итоге вылилось... По крайней мере, он хотя бы мог замечать нас в более позитивном ключе, а не вести себя как влюбленный безвольный дурак.

Вегас выбросил окурки в мусорное ведро и направился в комнату - прямо на меня. Не знаю, откуда у меня взялась смелость оставаться на месте - словно я намеренно ждал его - и смотреть ему прямо в лицо. Прежний страх, казалось, отступил, растаял под натиском странного, неизвестного чувства, возникшего из-за его надломленного состояния. Я не могу объяснить, что именно чувствую, однако же это нечто новое, внезапное и мощное...

Я, как заворожённый, ловил каждое движение его ресниц, едва уловимые отблески в его глазах - и даже не заметил, как он сократил между нами расстояние.

- Неужели я настолько отвратителен, Пит? - прошептал он хриплым голосом, как будто сам не верил, что решился это сказать

Я не мог оторвать взгляд от его лица - оно преобразилось столькими новыми для меня эмоциями: печалью, раскаянием, разочарованием, уязвимостью, отчаянием... Ничего подобного я раньше не видел в нём. Он стиснул зубы, отчего напряглись скулы - он сдерживается, не хочет выпускать наружу свою слабость, свою нормальность, но и совладать с этим напором эмоций уже не может - его душа сейчас бессильна сделать это.

В его глазах стояла тихая, но такая горькая надежда. Он и правда ждал - не осуждения, нет. Понимания. Я видел, чего он так отчаянно искал, но не мог придумать, как выразить ему своё сочувствие - и должен ли. Он выглядел таким напряжённо чувствительным, что малейшее ненужное или неправильное слово заденет его, и тогда он разозлится уже на меня. И, будучи глубоко впечатлённым этим кратким мигом - когда Вегас не бесчувственный мерзавец, - я тихо выпаливаю:

- Нет... Всё...

Не успел я даже проявить к нему участие, как ощутил тяжесть на плече. Это он, в искреннем душевном порыве, уткнулся лбом мне в плечо, тяжело вздохнул и слегка потёрся о него. Я абсолютно не ожидал этого.

- Я устал... - приглушённо промолвил Вегас. Он слегка повернул голову, не отрывая лба от моего плеча, и я ощутил его дыхание на шее. Его руки безвольно свисали вдоль тела, а сам он стоял так близко, что вся тяжесть его тела - хм, я чувствую через это тело и тяжесть его души - передалась мне. Он навалился на меня, будто желая, чтобы я забрал, отнял у него эту изматывающую, гнетущую боль. Освободил его! - Я не хочу здесь больше находиться, - через некоторое время дыхание, пытающееся сдержать его тихий, болезненный голос отчаяния, снова задрожало у меня на коже.

Я тоже не хочу здесь находиться! Я хочу кричать это во всю мощь! Хочу крикнуть тебе это в лицо! Но...

Я поднимаю руку и осторожно пристраиваю её на его предплечье. Поглаживаю неспешно и легко, вверх-вниз, почти невесомо, - чтобы смягчить его напряжение, успокоить его. Позволяю ему почувствовать себя немного лучше, но с каждым движением руки убеждаю себя, что это часть моего плана, что всё это мне нужно, чтобы он не рассердился на меня после. Но, честно говоря, я всё же не могу устоять, а тем более признаться самому себе, что в самых дальних глубинах своего сердца я хочу это делать.

- Всё хорошо... Вегас... Успокойся.

Мы застыли в этой немыслимой позе, и эти несколько минут казались бесконечными. Вегас молчал, по-прежнему тяжело дыша мне в шею, а я всё, что и делал, - поглаживал его внешнюю сторону руки от кисти до локтя и обратно, и непрерывно спорил с самим собой, терзаясь противоречивыми мыслями. В голове не укладывались эти постоянные качели моих чувств - от ненависти до сочувствия, - темп которых задаёт он сам. Я уже совсем не понимаю, что должен чувствовать к этому мерзавцу, и почему не могу выбрать какую-то определённую сторону, а попросту застрял посредине. Я в полной растерянности. Справиться с чувствительным и угнетённым Вегасом не получается - намного проще, когда он был злым безумцем. По крайней мере, тогда я знал, что делать... а сейчас - не знаю...

- Ты... быстро меняешь своё мнение, и настроение. Ещё пару часов назад ты боялся меня. Ненавидел, - он отстранился от моего плеча и заглянул в глаза. Следовало бы ответить, что это всё моё замешательство и волнение, или что «я просто не знал, что делать с тобой сейчас. Мне же нужно как-то выживать рядом с тобой», - но я промолчал. - Ты такой тихий. Молчишь... Ты на меня не злишься?

Я слегка нахмурился, услышав его вопрос - лёгкий, без нажима, но почему-то мне показалось, что ответ ему не безразличен. Да, моя злость прошла, и всё, что я должен сейчас делать - подчиняться ему и соглашаться, чтобы наконец пережить этот день.

- Хех, ты такой сентиментальный... Или боишься, что я разозлюсь на тебя? Именно по этой причине, ты такой сейчас? Подстраиваешься под меня, да?! - проницательный Вегас приподнял бровь, требуя ответа. - Но... знаешь, в тебе действительно есть что-то такое, комфортное... Когда ты рядом я чувствую умиротворение. - Не дожидаясь ответа, он отступил от меня и зашёл в комнату, где взял полотенце, затем направился в ванную.

Что это было? Что он сейчас имел в виду? С чем ему комфортно?.. Эээ, он сказал - с... со МНОЙ?!

Хех, ну, он не первый, кто такое говорит... Танкхун тоже как-то сказал, что ему спокойно и весело со мной. И неудивительно, мы же всё время смотрим фильмы и развлекаемся...

Также и здесь? ОН имел в виду это? Но тогда почему Вегасу весело со мной? Ему же должно быть скучно. Почему я до сих пор не действую ему на нервы?! Какие, скажи на милость, увеселения, а, мерзавец? Я должен стать для тебя самым нудным и скучным... Я должен тебя раздражать! Эээ, что он там ляпнул... Я его умиротворяю?! Уууу... ну, приехали!..Но я рад, что день заканчивается без дополнительных неприятностей...

Я лёг в кровать, надеясь уснуть до того, как Вегас выйдет из ванной. Сегодня я пережил многое, много чего почувствовал - и от всего этого невероятно устал, но сон почему-то не шёл. Когда он наконец появился в комнате, я тайком, с любопытством, стал наблюдать за ним. Он вытерся, надел пижаму, а потом спокойно забрался в постель. Повернувшись спиной ко мне, он подложил руку под голову руку - и почти сразу же заснул.

Что с ним такое этим вечером? Что произошло? Как-то это странно! Снова он другой сегодня, и даже такой, каким не был вчера. Может он пил или принимал какие-то лекарства, что притупляют физические реакции?

Ну а что если это результат моих молитв, моих желаний и главное, стараний?! Я сегодня едва не умер, а потом вот так каким-то чудесным образом, всё перевернулось на сто градусов... Хех, ну что я за идиот!

***

На следующее утро, лишь только я проснулся, всё снова началось по кругу. Я открыл глаза и сразу увидел Вегаса - он переодевался в университетскую форму, а закончив, сразу ушёл.

Даже не обратил на меня внимания?! Ой, как же это славно! Как круто, проведу день без тебя! Хоть днём смогу быть свободным, пусть и с цепком на руке...

Всё тот же дурачина Ноп принёс мне порцию завтрака: суп-лапша и хлеб.

Не дом, а сплошное наказание... Я сойду с ума не только от Вегаса, но и от этих изысканных блюд для аристократов!

Что у меня с лицом и цветом глаз? Я всё ещё таец, или уже превратился в европейца от всей этой западной еды? Если так пойдёт и дальше, бабушка меня точно не узнает!..

Должен ли я напоминать, что мои дни - сплошное уныние и скука? Хожу по комнате, как заключённый в кандалах, только у меня они - на руке. Занять себя здесь абсолютно нечем, не говоря уже о том, чтобы хоть как-то повеселиться. У заключённых, в отличие от меня, есть хотя бы обязанности, а после работы - какой-никакой, но досуг. Тем временем я, всё моё занятие - ходить взад-вперёд по комнате. Походил, подёргал цепь - да, конечно, Пит, сегодня ты её точно порвёшь! - и снова из угла в угол. Я и читал, и делал упражнения, и без конца думал, как сбежать... потому как Вегас не спешит уставать от меня...

Скретч! Хм, этот звук стал более привычным - я уже не так резко реагирую на открывающуюся дверь. Но как только я взглянул в ту сторону, сразу нахмурился.

Почему он так медлит?! Ох, ты ж психованный... Мог бы и слуг попросить, а не тащить всё это на себе. Вон ноги аж заплетаются. Ха-ха... Ну и что, что ты там уже накупил? Мало ли тряпок и книг у тебя здесь?

Вегас скинул все покупки на диван и сам тяжело опустился на него. Привалившись к спинке, он расстегнул рубашку и стал обмахивать себя ладонью.

- Жарко! Увеличь мощность кондиционера.

Мерзавец! В комнате и так холодно! Куда ж ещё, понижать? Блин, придётся... Тебя ж нельзя ослушаться! Где этот долбаный пульт?

- Эй... я купил кое-что для тебя, - лениво бросил он с дивана. Взял несколько пакетов и, подойдя, бросил их на кровать передо мной.

- Что?! - я безрассудно загорелся любопытством и тут же потянулся к пакетам.

Хех, ну-ну, это что-то новенькое... Давай-ка, посмотрим... Ох, всё, что необходимо. Так много пижам... Хм, правда я могу надеть только нижнюю часть... Ну ладно... Вот психованный - накупил и пижамных штанов, и шорт. Ах, ещё какая-то одежда, и вся дизайнерская... Хм, нет слов... Куда мне её носить?!

Тааак, а в этом пакете что? Пенка для бритья, шампуни, гели... Ну да, а то у тебя на полке мало этого добра... Может, тут и лезвие завалялось?! Ум, ничего нет... Плохо...

- После того как я представил доклад профессору, я заехал в торговый центр, чтобы купить всё это. Если тебе ещё что-то нужно, скажи мне, - безразлично сообщил Вегас. Он стоял рядом, слега склонившись надо мной, и наблюдал, как я рыскаю в пакетах. Бросив на него лёгкий укоризненный взгляд, я сразу же взялся за следующий пакет и, нащупав что-то твёрдое, без задней мысли выудил находку. В руках оказалась квадратная золотистая коробочка. Я приподнял брови и застыл в немом изумлении.

- Да что у тебя с головой?! - забывшись, я заорал и впился в него взглядом. Не мог поверить, что он такое вытворил, и чуть было не швырнул эту пачку презервативов в его поганую морду.

- Что? Можно подумать, ты их раньше не видел, или не пользовался! Чёрт, а я пользуюсь постоянно, - Вегас разглядывал меня и хитро ухмылялся.

- Вот сам ими и пользуйся! - я злобно бросил пачку в него.

Ой, что это я сделал?! Я снова забыл, кто передо мной? Это же Вегас! Но... блин, он улыбается! Он улыбается?! Вух, пронесло на этот раз! Но, Пит, давай соберись! Будь более осторожен... в своих выражениях!

- Ха-ха... - Вегас даже рассмеялся. - Прекрасно. Если ты не хочешь, я сам этим и воспользуюсь, так уж и быть, - он покрутил пачку между пальцами.

Странно... Вегас так легко развеселился. Глаза заблестели непривычно ярко, а голос - удивительно радостный... или... неужели, счастливый?

- О, мой бог, ну и мерзавец! - прошептал я себе под нос и открыл новый пакет, лишь бы побыстрей сменить тему и стереть с его лица это самодовольное выражение.

- Чт... Что это?... «Свет в вашей жизни»... «Она любит его, а я люблю её»... «Как прожить счастливую жизнь»... - я читал названия книг и складывал их на кровать одну за другой. - А это для чего? - озадаченно, но всё же с любопытством, я посмотрел на него.

- Я заметил, что ты любишь подобные книги. Поэтому, они для тебя. - Он резко развернулся и отправился в другой конец комнаты, заниматься своими делами.

- Я не люблю читать. Мне просто не остаётся выбора. Здесь нечем больше заняться, - я честно признался, вздохнул и отложил книги на тумбочку. За всю жизнь больше всего я читал в те дни, когда готовил Танкхуна к экзаменам.

- Ха-ха-ха... А чего бы тебе хотелось? - Вегас, кажется, был сам себе на уме, но всё же уловил, что меня что-то беспокоит.

- Я бы посмотрел телевизор, или... с телефоном побаловался. Что-нибудь такое, что меня бы повеселило! - сообщил я твёрдым голосом. Если он держит меня взаперти, пусть хотя бы организует какие-то развлечения.

Ну, а если он мне даст телефон... Считай, я сорвал джекпот!!!

- Хм, на моём лбу написано идиот? Надо же, не замечал! Когда оно успело появиться? Утром ещё не было! Думаешь, я не понимаю, что ты задумал?! - последний вопрос он задал с весьма серьёзным видом.

- Ну а как тогда ты можешь меня развлечь? Я застрял здесь... по твоей милости! И только что и делаю, так это хожу взад-вперёд, читаю книги по философии и религии... У меня что, на лбу написано монах? - я всё не унимался, и никак не мог заткнуться. - Впрочем, с таким положением дел, можно сразу отправляться в монастырь...

Моя смелость в разговоре с Вегасом не знала границ, хотя я и понимал всю безнадёжность своей затеи. Мои шансы равны нулю, но я просто схожу с ума, сидя здесь один целыми днями. Наверное, именно поэтому я сейчас и высказывался ему.

Я действительно скучаю за всем этим... за сериалами Танкхуна, за попкорном... А караоке... Хочу снова оказаться в комнате Танкхуна... прямо сейчас... хех...

- Ооо... Я найду, чем тебя развлечь, - сказал он тихим, но твёрдым голосом, что вынудило меня в ужасе сглотнуть. Наконец-то я очнулся, и больше не хочу развлекаться.

Мама дорогая...Что я натворил! Под этим его «чем» он имел в виду то, ЧТО я подумал?! Только посмей связаться со мной средь бела дня! Ты, кретин, хочешь снова нудного Пита! Ага, значит хочешь?! Вот ты его и получишь, козлина! Всё для тебя...

Оказалось, я зря накрутил себя. Вместо того чтобы наброситься на меня, Вегас, к моему полному изумлению, сходил за гитарой в кабинет и, вернувшись, поудобнее устроился на диване: облокотился на спинку, закинул длинные ноги на столик и изящными пальцами стал легонько перебирать струны.

Он будет играть... для меня? Или... петь? И что это за развлечение такое?!.. Ах, блин, он сведёт меня с ума... и вместо монастыря, я отправлюсь прямиком в психушку!

- Я не хочу слушать музыку, - мягко возразил я, тем самым приковав к себе его взгляд. Но как только он снова взглянул на гитару, я вздохнул и закатил глаза.

- Перестань! Не упрямься. Я спою для тебя.

- Кто тебя просил об этом? - я нахмурился.

Этот придурок собирается петь мне... Между тем, я и представить не мог, что он способен на нечто подобное. Нет, не то чтобы я не знал о его умениях: когда следил за ним, несколько раз видел, как он играет на гитаре в кругу каких-то друзей возле университета, и, кажется, даже пел. Но сейчас, со мной... это просто сумасшествие. Я не его друг, и тем более - зачем петь для меня?! Он странный. Всё это нелепо.

- Как хочешь. Если ты говоришь не нужно, тогда развлеку тебя чем-то другим, - Вегас скользнул по мне оживлённым взглядом. Я тут же схватил подушку и прикрылся ею. Не нужно на меня так глазеть, я же голый.

- Ах, ладно... - согласился я, что ещё оставалось. С самого начала следовало промолчать и позволить ему, раз уж он сам проявил инициативу, да ещё такую безобидную. День ото дня он становится неузнаваемым и чересчур каким-то необычным... Я ведь был в хорошем настроении до его прихода, а теперь вышел из себя - всё это раздражает.

Наконец, коснувшись струн, он начал задавать музыкальный ритм. Мелодия показалась знакомой, но я не мог вспомнить, что это за песня. Я нахмурился ещё сильнее, как только мерзавец открыл рот.

- «Вот минуло две недели, а он только отошёл от новостей. Кинн получил улики, а его человек - раны и увечья. Ему пришлось скитаться в бедности, но этот человек не унывает, а ищет радость в каждом пустяке...» - Вегас сочинял на ходу, ловко вплетая подробности из моей жизни.

Этот ублюдок хочет меня разозлить? Вывести из себя! Сука, я тебя раскусил! Я понимаю... чего ты добиваешься! Чё пялишься, кретин?! Какую тебе реакцию выдать?!

- Что за хрень? - сказал я еле слышно.

- В какой провинции твой дом?

Я не особо хотел отвечать, но потом вспомнил, что плыву по течению:

- Чумпхон - сухо выдавил я.

- «...с Чумпхона он приехал, всего лишь за тем, чтобы стать... проституткой в Су-Нгайколоке...», - он всё сочинял свой бред и бренчал на гитаре.

*Су-Нгайколок - город в Таиланде.

- Эй! - я рявкнул во всё горло.

- «...И сейчас он хотел бы вернуться в свой родной дом. Даже если там не будет телевизора и холодильника, ему всё равно... Ему достаточно для жизни всего того, что он имеет у себя в душе... Ценности, пристрастия и убеждения... Верность и правда - его еда... А ещё он старомодный, верит в доброту людей...»

Ублюдок продолжал петь, тем самым манерно насмехаясь надо мной. Я не отрывал от него взгляд, как и он. Мы упрямо пялились друг на друга.

Сука, не хочешь прочитать мои мысли? Знаешь, чего бы я хотел сейчас? И оно, ой, как бы меня развлекло! Хочу бросить в тебя чем-то тяжёлым, чтобы оно разбило твою лицемерную самодовольную морду. Чтобы все струны на твоей гитаре лопнули и отлетели тебе в грудь и рот! Тогда бы ты точно заткнулся! Чего ты там сегодня уже наглотался?! С какого хера, у тебя появилось настроение потешаться надо мной, распевая эту тарабарщину!

- «...В жизни он видел для себя прекрасный мир...». Сколько тебе лет? - он прервался и задал мне вопрос.

- Блядь... Двадцать один, - выплюнул я, сжав зубы от злости.

- «...В жизни он видел для себя прекрасный мир... но жизнь его помотала, а ему лишь только двадцать один... Сейчас его жизнь погрузилась во тьму... Из рук в руки его передавали сотни тысяч мужчин. И ему пришлось подчиниться судьбе, покорно трудиться телом своим... Накопит деньжат - и вернётся домой, там он искупит себя, в своих же грехах...».

Я кипел яростью - ах, этот кретин! - и, взорвавшись, швырнул в него подушку. Он вовремя увернулся, а она упала за диван. Он смеялся так, как я ещё не слышал: широкая улыбка и такое тихое противное гиканье сквозь зубы.

Это неправда! Неправда... Блядь, я не ходил по кругу у тысячи мужиков!!! Дегенерат! Только у него и мыслей, что об одном!

Ты, наверное, счастлив, что вывел меня из себя! Удовлетворён? Испытал кайф? А?

Эта сука именно этого и добивалась! Я в бешенстве!!! Блядь, и как теперь мне держать лицо пофигиста и позволять ему и дальше выделываться?! Фух... выдыхай, Пит!

Снова и снова заезженная строчка тянулась со стороны дивана, будто пытка, и мой мозг закипал - я больше не мог этого слушать:

- «...Его брали сотни и сотни, тысячи сотен мужчин...»

- Что ты имеешь в виду?!! Сотни мужчин?!! Да у меня был секс только с тобой!!! Только с тобой, слышишь?! - заорал я в припадке ярости.

Блядь, Пит, заткнись уже! Что я несу?! Да и ещё выкрикнул ему это в лицо! «Секс только с тобой»??? Дерьмо... Это Я так сказал???

Какого хера ты, ублюдок, сейчас лыбу тянешь?! Добился своего, да?!

Пока я сидел и сжимал зубы, чтобы снова не взорваться всякими непотребностями, у него на лице светилась яркая, счастливая улыбка.

Вегас отложил гитару, взял полотенце и, перекинув его через плечо, поднялся.

- О, поверь мне... я знаю, что Я - единственный, - обратился он ко мне со всей серьёзностью. Затем он направился в ванную, тихо насвистывая свою похабную мелодию.

Я со злостью замотал головой, обхватывая её ладонями. В голове не укладывается его мерзкая фамильярность, эти изощрённые способы поиздеваться надо мной!

Это всё стресс! Совершенно не думаю, о чём говорю!...

Вегас показался в комнате и направился в гардеробную, на ходу бросая приказ: собрать все покупки с кровати и разложить их по местам.

Эта сволочь может хоть прикрываться иногда? Расхаживает здесь голый! Аррггг!

Он оделся и сразу скрылся в кабинете, где его окружили помощники. Работая, он то и дело бросал в сторону спальни какие-то несдержанные, пытливые взгляды. Я притворился обиженным и откровенно игнорировал его, хотя, что я за идиот - всё равно он меня не видит.

И снова я занимался тем, что изнывал от скуки, искал, чем бы развлечься, и придумывал, как бы открыть этот грёбаный наручник. Вегас же работал до вечера, а потом куда-то испарился. Предполагаю, что поехал за Макао, и, скорее всего, они пойдут ужинать или в кино.

Пока его не было, я вновь - в который уже раз - пообещал себе не обращать на него никакого внимания и тем более не заводиться. Пусть делает, что хочет - я больше не стану ему возражать. И совсем мне не нужно гадать, а выяснять и подавно, что с ним такое, и где он есть. Кого волнует, что Вегас ещё не вернулся? Точно не меня...

Сегодня он выглядел уставшим и взволнованным, потом долго возился с документацией, поэтому не удивительно, что, вернувшись поздно вечером домой, он быстро принял душ и улёгся в постель.

Невероятно, но мой план работает, раз Вегас не изводит меня уже который день подряд. Я мысленно хвалил и подбадривал себя, восхищаясь своими толковыми мозгами. Ещё пару таких дней послушания - и ему надоест. Даже мой вид станет невыносим. И он, наконец, отпустит меня, если не выгонит взашей! Чувствую лёгкое согревающее волнение. С нетерпением жду этот день!

Я выключил ночник, и собрался спать, но какое-то время ворочался: сон никак не шёл, и не удавалось подобрать удобное положение, ведь спать в одной постели с Вегасом - так себе перспектива. Моя жизнь и без того слишком трудна здесь. Хорошо, что каждый занял свою сторону кровати, а между нами лежали подушки-валики. Я снова попробовал успокоиться и закрыл глаза, но сна, как и не было. Сегодняшний ужин меня не порадовал - дурацкий салатик и, только представить, больше ничего, - и сейчас мой желудок изнывал от голода. Я не особо воспринимаю органические продукты, предпочитая совсем другую еду.

Мысли оборвались, едва я уловил движение его руки позади себя. Я так погрузился в мечты о еде, что и не заметил, как он убрал подушки и придвинулся ближе в этой огромной постели. Тело моментально пронзило напряжение, и я замер, готовый дать отпор.

- Не можешь заснуть? - протянул он руку и обнял меня со спины.

Я вдруг ощутил и его вторую руку - теперь обе скользнули под одеялом, цепко касаясь меня. По коже пробежал холодок, и я невольно вздрогнул. Меня настолько это ошарашило, что я сжался, метнув через плечо прищуренный, недовольный взгляд, и забрыкался, активно пытаясь вырваться.

- Айч!.. - я так старался, что упал на пол.

- Да аккуратней же ты!

Вегас приподнялся, переполз на край кровати и посмотрел на меня. Я сидел на полу и потирал задницу - ну, надо же было так удариться.

Луна просачивалась сквозь балкон, мягко освещая темноту комнаты. Очертания его фигуры вырисовывались в этом лунном свете, и даже при таком тусклом освещении я разглядел его губы, растянувшиеся в ухмылке. Он улыбался и слегка покачивал головой, мол: Пит ты совсем идиот! Но он же прекрасно знает, что к ночи я устаю - на здешней еде далеко не уедешь... Что он уже задумал?!

- Кхм, больно как-то, - я тихо злобно пожаловался.

- Ну и чего ты так испугался? - тут же полюбопытствовал Вегас.

- Я... я в шоке был. Подумал, что это призрак! - всё, что смог я выдать в такой стрессовой ситуации посреди ночи. По правде, я испугался его, но не говорить же ему об этом.

- Ха-ха-ха, ну ты и дурак! Так легко тебя напугать!

Ах ты ж паскудный мудак! Вот бы посмотреть на тебя на моём месте... Не хочешь поменяться местами, кретин?!

- То-то я смотрю, ты всё крутишься... Почему тебе не спиться? - темнота в комнате не помешала ему пялиться на меня.

- Я... я хочу есть, - пробормотал я, поджимая губы.

- Снова? - послышался вздох Вегаса. - Еда в моём доме... не насыщает тебя, да?! - добавил он иронично.

- Ну... С тех пор как я здесь, я ещё ни разу не ел обычного риса, а рисовую кашу я не хочу, - я шёл на поводу у своего желудка, так как он сильно мне сейчас докучал.

- Аррр! - послышалось шуршание: Вегас резко откинулся на подушку и снова вздохнул.

Мне кажется, или я доведу его до белого каления?! Гм... Может, мне уже заткнуться?

- Всё! Двигайся на свою сторону. Давай! Вали! - я вскочил и начал толкать его обратно. Я был зол из-за голода, поэтому так неразумно выпроваживал его восвояси. Только вот этот кретин перекатился туда лениво и с явным наслаждением.

- Ах, ты ж... Блядь! - вдруг он застонал. Резко вскочил с кровати, включил свет и, едва успев надеть тапки, выбежал из комнаты.

- Куда ты? - мой вопрос так и повис в воздухе, не догнав Вегаса.

Может, эта сука устала от моих жалоб? И он решил спать в другой комнате?! Ууу, было бы превосходно! А может... Точно! Он пошёл искать ключ, чтобы наконец-таки выгнать меня отсюда!

Очнись, Пит... А, если он совсем не за тем убежал! Может, он разозлился из-за моего нытья? И сейчас как вернётся... с людьми, и они меня убьют... Нет! Ну нет же... верно?

Пока его не было, я сидел на кровати и в напряжении покусывал ногти; сердце нервно тарахтело,усиливая мое беспокойство. Всё это время я задавался вопросом, что может случиться после его возвращения, и от одной этой мысли становилось жутко.

Снова смиряться с неизбежным?! Ну да, я должен, иначе никак... А, не нужно больше, в таком случае, отключать мозги и не думать!

Вот и Вегас вернулся в комнату... с тарелкой лапши?! Я чуть не потерял сознание, и даже забыл, что минуту назад сидел комочком на кровати и ожидал худшего.

- Иди ешь! - Вегас поставил тарелку на столик и сел на диван.

- Мне? Это... мне... - я не мог прийти в себя от счастья. Я посмотрел ему в глаза, убедиться, что он не шутит, а потом вскочил и ринулся к дивану, на аромат этой лапши, прикрывая глаза от удовольствия.

- Тебе! Я сам приготовил, - зачем-то уточнил Вегас.

Я присел рядом с ним и придвинул суп ближе, погружая в него палочки и слегка помешивая. Воды сегодня было идеальное количество, как и нужно. Ох, не могу больше терпеть! Спешно подхватываю лапшу и с жадностью втягиваю её в себя. Я едва не застонал - слишком вкусно, слишком вовремя!

Горячо, обжигает губы и язык, но я с большим аппетитом тянул за палочками всё новые и новые порции лапши, и был на седьмом небе от счастья. Это был настоящий Том ям,* наконец-то я дождался чего-нибудь остренького.

*Том ям - кисло-острый суп с креветками, мясом курицы, рыбой или другими морепродуктами. Национальное блюдо Лаоса и Таиланда.

- Притормози... иначе, обожжёшь язык! - Вегас налил воды в стакан и протянул мне. Я взял его без задней мысли и выпил, чувствуя, как вода мягко унимает жгучее пламя Том яма.

Я продолжал поглощать суп, и всё же заметил, как он улёгся на диван. Его вытянутое тело оказалось за мной, а я - в не совсем удобной позе на краю дивана.

С очередной порцией лапши, которую я засунул в рот, рука Вегаса скользнула мне в волосы. Я бросил на него косой взгляд - он внимательно рассматривал меня. Немного поёрзав, чтобы ногам стало легче, я сдвинулся чуть ближе к нему и, стараясь не обращать внимания на его поведение, продолжил жевать. Но, должен признать, я всегда чувствую себя неловко, когда на меня смотрят во время еды, не говоря уже о том, чтобы кто-то копошился в моих волосах. Вот и сейчас я почувствовал нежелательное давление, и невольно замедлился.

Что в твоей башке уже вертится?! Дай мне спокойно поесть, мудак! Отвернись... Ну! А, что если...?!

- Хочешь попробовать? - я едва успел подумать, как уже, подскочив, повернулся всем телом к нему и протягивал палочки с лапшой.

- Нет! Моя няня всегда говорила... если я буду есть такое, я рано умру.

- Понятно, - недолго думая, я запихнул в рот ранее предлагаемую ему порцию и чуть не подавился. Вегас не удержался - едва заметный смешок потревожил его губы.

- Не спеши ты так, - сказал он низким голосом. Я торопливо отпил воды, чтобы проглотить лапшу.

Хех, чуть не подавился... Ну, блин! Даже если это вредно... это может утолить голод! И не спорь со мной... Я знаю, что говорю!

- Иди спать... - предложил я ему. - Я доем, и непременно воспользуюсь освежителем.

- Нет, я подожду пока ты не кончишь, - на его губах и в глазах плясали мягкие смешинки.

Блядь, Вегас, я снова чуть не удавился этой лапшой! Что за двусмысленные выражения? Что за намёки, твою мать?! Дай мне поесть... Умоляю! Скройся с глаз долой! Не сверли меня...

- Иди... ложись уже. Мне не удобно сидеть, - любая отговорка подойдёт. - Ну и зачем ты на меня смотришь, если не хочешь есть? - из-за смущения я невольно повысил голос, и тут же уткнулся в тарелку, торопливо подцепил лапшу и сунул в рот, чтобы он ничего не заподозрил.

- Не забыл? Это мой дом. Я могу спать, когда мне только захочется! А это, - он указал на себя, - это мои глаза. И в своей комнате я имею право смотреть на всё, на что только захочу.

Я слегка покачал головой, услышав очередную бредятину, и отвернулся к столику - не хотелось ни смотреть на него, ни слушать этот абсурд. Я быстро доел и запил острый суп ещё двумя стаканами воды. Было очень вкусно. Жаль только, что он приготовил так мало. Я всё ещё голоден, но что поделать - не хочу его злить... расстраивать.

- Ну что, всё, закончил?! Иди чисти зубы и ложись.

Вегас направился в кабинет с посудой, а мне же ничего не оставалось, как выполнить его приказ. Я почистил зубы и не забыл освежить воздух в спальне. Он настоял, чтобы я ещё немного посидел, облокотившись на изголовье - якобы для лучшего усвоения пищи. Будто это его вообще беспокоит. Тем временем он погасил свет, завернулся в одеяло и моментально уснул, оставив меня в темноте.

Ах ты, психованный диктатор! Сделай то, сделай это! И всё же... он такой странный... Почему он проявил ко мне доброту?

В голове не укладывается, что такая версия Вегаса существует... Хм, и ведь она куда лучше... Он больше не калечит меня, и мне не приходится бороться с ним... Он уже не использует меня, чтобы выплеснуть свой негатив... Хм... наверное, это результат моих заслуг в прошлой жизни...

***

Наступил новый день в заточении.

Почему у него здесь нет ни мелка, ни уголька?! Тогда, я бы мог делать пометки каждого проведённого дня в этой пещере... как Сириус Блэк в тюрьме Азкабана... Хе-хе...

Пока я крутил в голове всякую чепуху, Вегас весь день просидел в кабинете за работой. Под вечер они с отцом уехали в компанию, а я узнал об этом только из разговоров его людей в кабинете.

Наблюдая за ним все эти дни, я вижу, как сильно он загружен и подавлен из-за навалившейся на него работы. Может, я ошибаюсь, но похоже, он и его отец ищут способ выбраться из неприятностей малой кровью, или, быть может, строят планы, как опровергнуть доказательства, которые я отправил Кинну.

Интересно, что сейчас делает главный клан? Почему от них нет никаких известий? Но я верю, что Кхун Кинн, Кхун Корн и Пи'Чан что-то решают тоже. Хех, кто-то из них вообще помнит обо мне? Они хоть разок вспомнили о Пите?!

Скретч! Звук открывающейся двери вырвал меня из печальных мыслей, которым я предавался, устроившись на полу. Я поднял голову и взглянул в ту сторону.

- Пит, босс Вегас хочет поговорить с тобой, - Ноп твёрдым быстрым шагом приблизился ко мне и передал телефон.

Едва я заметил телефон в руках этого идиота, как внутри что-то вспыхнуло - радость, надежда. Видимо это всё отобразилась у меня на лице, потому что слуга угрожающе заметил:

- Успокойся! Босс приказал следить за тобой. Только попробуй что-то выкинуть, и я тебя застрелю. - В подтверждение своих слов он поднял низ пиджака и указал на пистолет за поясом.

Раздражённо закатив глаза, я выхватил у него телефон и прорычал:

- Что?

[- Что бы ты хотел сегодня поесть?] - услышал я его вопрос и лёгкое хихиканье.

Ах, мудак, чего ржёшь? Думаешь, смешно, что твой прихвостень собрался меня пристрелить?!

Пока я мысленно выговаривал Вегасу, суть его слов ускользнул от меня.

- Что? - выдохнул я, а потом чуть мягче переспросил: - Что ты сказал?

[- Я спрашиваю, чего бы ты хотел съесть? Я куплю тебе...]

Я отнял телефон от уха и вытаращил на него глаза: это я что, разговариваю с Вегасом? Зачем он спрашивает меня такое? Да что с ним творится в эти последние дни! Может, это шутка? Но нет - на экране его имя, да и голос тоже его. Наверное, все его демоны спят сейчас... Ну и что мне делать, что сказать, как поступить, как реагировать? Не хочу, чтобы потом он сорвался на мне из-за моих неверных поступков!

- Я могу выбрать всё, что угодно? - осторожно спросил я, всё ещё не веря своим ушам.

[- Вчера мне было лень возиться с супом. Сегодня я устал ещё больше, и не хочу торчать на кухне. Так что говори быстрее!] - строгий голос спешно раздавался в телефоне.

- Ээээ...

[- Я в японском ресторане, с Макао. Может, хочешь суши или что-нибудь другое из меню?]

- Хм, нет. Я хотел бы просто рис с карри. И чем острее, тем лучше. Хочу чего-нибудь южного... - мысль о еде так захватила, что я не успел вовремя остановить себя.

[- И где мне это найти? Давай что-то попроще тебе выберу?]

- Это проще простого! Обычный рис с кусочками карри. Готовая еда на вынос, знаешь?

[- Арг! Ты усложняешь мне задачу! Передай телефон Нопу.]

Я не смел ослушаться и сразу передал трубку слуге. Вроде бы после разговора с Вегасом настроение улучшилось, но раздражение всё равно не исчезло - мне совершенно непонятно его поведение.

Ну какой же ты дурак! Не знаешь, что такое рисовое карри?! Такую еду на каждом углу можно достать! Почему для тебя это так сложно? Тем более в твоём положении, это не должно вызывать никаких проблем!.. Это даже проще, чем есть твои сашими! Блин!

- Да, босс Вегас. Понял! - отчеканил Ноп и сбросил вызов.

Он посмотрел на меня, а я - а что я? - глупо, почти растерянно улыбался, будто какой-то огонёк вдруг согрел меня изнутри.

- Думаю, ты неплохо продвинулся, Пит. Молодец! Мне кажется, у тебя есть шанс выбраться отсюда живым. Иди до конца! - сказал он напоследок и вышел из комнаты.

Шанс выжить! Я тоже так думаю. Судьба наконец улыбнулась мне и возродила в душе утраченные было надежды. Ещё немного времени, и Вегас окончательно разочаруется во мне - не выдержит моей наглой назойливости и капризов, как вот сейчас, с этой едой. Скорей всего, он жаловался Нопу на мои выходки. Значит, Вегас уже раздражён и больше не намерен потакать моим просьбам. Вот и отлично! Наверное, уже можно утверждать, что я на верном пути к победе. Только нельзя забывать - голову перед господином всё же нужно склонять, и соглашаться со всем, что он говорит и приказывает.

Смешно, но я сидел и с нетерпением чего-то ждал. Конечно же - свою еду! Меня переполняло неописуемое волнение от ожидания. Я так волновался, что забыл обо всём, да и не мог больше ничего делать.

Ах, а если он мне действительно принесёт еду?.. Ммм, карри... Ох, уже слюнки текут... Пит, ну и почему ты такой обжора? Только о еде и думаешь! Тебе нужно думать о способе сбежать отсюда! О том, что делать, если Вегас вернётся сердитым на тебя! А не о рисе... Ох!

Однако его вопросы были такими настойчивыми, а слова - такими многообещающими. Кажется, я уже привыкаю к такому Вегасу, - от самой этой мысли по коже пробежал мороз. Впрочем, не следовало бы слишком обольщаться, да и зацикливаться на этих странных переменах. Я, как человек, который хочет выжить, должен ко многому приспособиться, ведь моя дорожка к спасению осветилась силой духа и надеждой.

Скретч! Послышался звук зеркальной двери. Я лежал на диване, но быстро вскочил, надеясь увидеть... Вегаса? Почему мне захотелось его видеть? Да не важно уже, всё равно меня ждало разочарование - в комнату вошёл Ноп.

- Эй, босс хочет поговорить с тобой, - он протянул мне телефон.

Я принял его, сохраняя невозмутимое выражение лица, и сразу приложил к уху.

- Да? - спокойно ответил я, хотя внутри всё напряглось.

[- Я в ресторане карри. Что тебе брать?] - послышался твёрдый голос Вегаса.

- Что там?

[- Ну я же спрашиваю у тебя, я ведь не знаю, что ты хочешь съесть.]

- Нет, ты не понял. Что готовят в этом ресторане? - ой дурачина Вегас... и почему я должен объяснять тебе элементарные вещи?

[- Мне откуда знать... Извините, что у вас в меню самое острое?]

Я невольно улыбнулся, услышав, как Вегас обратился к продавцу. Меня забавляло то, что он никогда раньше не ел карри с рисом.

[- ...Так, значит, Хуаклинг* и...] - начал было Вегас.

- Купи это! - прокричал я в трубку, как только услышал название своего любимого блюда.

[- Хорошо. Я понял.]

- А есть кисло-сладкая свинина? Я хочу и её.

[- Кисло-сладкая свинина... Да, тоже к заказу... Хочешь ещё что-нибудь?]

- Ооо, я хочу жёлтое карри* с ростками кокоса и креветками... - в восторге мычал я в трубку, совершенно позабыв, у кого прошу накупить мне столько еды.

*Хуаклинг - основное блюдо юга Таиланда. Очень острое жареное карри из рубленого мяса (обычно из говядины, курицы, свинины или баранины), подаваемое с большим количеством измельченных свежих листьев кафр-лайма.

*Жёлтое карри - карри, приготовленное из тмина, кориандра, куркумы, пажитника, чеснока, соли, лаврового листа, лемонграсса, кайенского перца, имбиря, мускатного ореха и корицы. Обычно он содержит меньше перца чили, чем другие карри.

[- Подожди!.. У вас есть жёлтое карри? Да, возьму... Что ещё хочешь?]

- Наверное всё. Я всё это съем! - я чуть ли не хлопал в ладоши, предвкушая ужин с таким изобилием еды.

[- Что за чёрт... Передай телефон Нопу.]

Я не мог стереть улыбку с лица. Передав телефон слуге, я уселся на диван.

Ах, моя дорогая... южная еда... я скоро тебя получу! Ты снова окажешься у меня в желудке... Мммм, да!.. Боже, я сегодня весь день улыбаюсь...

Я лежал на диване, болтал ногами и выбирал, какую бы книгу почитать. Я вообще такой человек - могу радоваться любой приятной мелочи. Многие даже подтрунивают надо мной, называя «отчаянный жизнелюб».* Но мне это нравится - я не унываю, даже если в жизни всё не так уж и гладко. Вот как и сегодня: эта незначительная мелочь принесла мне столько счастья, что даже вытеснила весь накопившийся за эти недели стресс. По крайней мере, как я и просил, моё желание приговорённого к казни вот-вот сбудется.

*в английской версии это chill person, дословно - холодный (расслабленный) человек... но, это не интересно, поэтому я хочу назвать Пита именно так.

Как-только Вегас появился в спальне - вернувшись через час с чем-то - я подскочил с дивана. Мою душу переполняло столько эмоций, что даже идиотина Ноп, который шёл вслед за ним и тащил поднос, уже не раздражал так сильно. После того как поднос оказался на столике передо мной, я выбрал то, что хочу съесть прямо сейчас, а остальное - Ноп отнесёт это в холодильник - оставил на потом.

Я аккуратно переложил еду из лотков в тарелки и чуть не задохнулся от радости, окутанный ароматом всех этих блюд. Я весь сиял, улыбаясь от уха до уха.

Я зачерпнул ложкой рис и отправил его в рот. Начал медленно жевать, пока полностью не погрузился во вкус этой шедевральной южной кухни. Ах, да это же настоящее чудо! Я прикрыл глаза и чуть не заурчал от наслаждения.

Вегас прошёл к балкону и открыл дверь - наверное, переживает, что запах карри заполнит комнату, и ни один освежитель не поможет. А я тем временем уплетал рис за обе щеки, но замечал, что он всё это время наблюдает за мной.

- Ты ведёшь себя странно... Весь этот рис... накупил... Ты принёс его, чтобы убить меня потом? - я ляпнул чушь. Просто мысли о смертной казни и последнем желании постоянно крутились у меня в голове.

- Для начала прожуй. Не говори с набитым ртом, - бросил Вегас, подходя к столику. Он налил в стакан воды и поставил его рядом с моей тарелкой. Затем он уселся рядом, закинул нога на ногу и вытянул руку вдоль спинки дивана. Вся его нарочито расслабленная поза была обращена в мою сторону.

- Чёрт побери, - тихо выругался я.

- Настолько вкусно? - всё же он услышал и спросил с живым интересом. - Ты не захотел японской еды...

- Да! Это вкусно! Ты даже не представляешь насколько! Я так устал от вашей еды здесь. Ох, и, блин, этот ресторан просто обалденный, - я нахваливал карри, потому что считаю его настоящим вкусом жизни.

- Гм, цвет этой еды не обещает ничего хорошего. Оно не убьёт тебя? Не слишком ли остро? - он бегал любопытствующим взглядом по мне и тарелкам.

- Не такая и острая. Сладкая свинина в сочетании с Хуаклингом - просто идеально!

Вегас лишь покачал головой. Я понял, что он мне не поверил. И как же ему поверить, если он, скорее всего, никогда в жизни не пробовал такие изысканные блюда национальной кухни?

Я зачерпнул немного сладкой свинины и столько же Хуаклинга, затем быстро поднёс ложку к его рту.

- Вот, пробуй! - я был так горд своей местной едой, что даже и не подумал, что делаю. Вегас замер, изумлённо уставившись на меня.

- Я... Я уже поел... с Макао, - замявшись, он уклончиво ответил.

- Ну же! Попробуй! - я настойчиво двигал ложкой, задевая ему губы.

- Я не ем острою пищу.

- Знаю... Я ж поэтому и положил больше сладкой свинины... Ну же! - я уговаривал, а он сомневался, но всё-таки медленно открыл рот, куда я быстренько проскользнул ложкой.

- Ну, что скажешь? - он жевал, а я с волнением наблюдал за ним.

Чего это я такой перевозбуждённый? Пит, что за восторг? Что с тобой? Неужели это всё гордость за традиционную южную еду? Ну... естественно... а что ж ещё?!

- Неплохо, - Вегас продолжал жевать, а как только проглотил, взял мой стакан и осушил его.

- Ну... значит, тебе понравилось! - я повернулся к своей тарелке. Я был невероятно счастлив, по сути ни из-за чего особенного, и не чувствовал такой безмятежности уже давным-давно.

- Я заинтригован... Хочу ещё, - слишком тихо высказал своё желание Вегас.

Я услышал его и мигом отодвинул тарелку подальше, затем развернулся к нему лицом и выпалил:

- Вот иди и купи себе! А это всё моё! - Нотки жадности послышались в моём голосе, и я поспешно принялся доедать оставшийся рис.

Вегас искренне рассмеялся и снова посягнул на мою еду:

- Ну, дай мне... хотя бы ещё немного, одну ложечку - и я пойду работать.

Я нахмурился, не скрывая, что делиться совсем не хочется. Это слегка раздражало, но лучше подчиниться его прихоти. Я набрал в ложку побольше риса и чуть-чуть свинины и поднёс к его рту.

Почему он лыбится? Эй, ты, придурок, открывай скорее рот!

Вегас прожевал, выпил стакан воды, а затем налил и мне. Ничего больше не сказав, он пошёл в кабинет, а я беззлобно, но всё же зашипел ему вслед:

- Ха! У тебя что, денег нет, чтобы купить и себе еды? Насколько я помню, денег у тебя предостаточно!..

Я наслаждался своей едой, пока окончательно не наелся.

Как же хорошо... но, кажется, я переел... Хоть бы не полезло всё назад!.. Ах, блин...

Я задержался на диване ещё какое-то время, чтобы немного отойти после сытного ужина, и лишь потом отправился в ванную.

Я помылся и, надев новые пижамные штаны, собрался лечь пораньше - как говорится, сытому и спится лучше. Глаза уже слипались, и я решил напоследок ещё раз умыться, но вдруг задержался и невольно заглянул в зеркало.

Я смотрел на своё отражение и размышлял: ситуация, с которой я сейчас столкнулся, не должна была меня радовать или делать счастливым. Всё это какие-то глупости, и вёл я себя как полный кретин. Но, как мне тогда выходить из положения? Просто выжидать, набираться сил к тому дню, когда окончательно смогу победить и выбраться из этой клетки. Эндорфины наконец утихли, и я мог трезво рассуждать: недопустимо провалить план из-за такого нелепого поведения...

Я уже собрался идти в комнату, но вдруг увидел Вегаса. Как он проскользнул? Видимо, я был так погружён в свои мысли, что и не заметил его появления.

- Зачем ты вошёл? - удивлённо спросил я.

Вместо ответа он начал приближаться ко мне, и с каждым шагом тяжёлый, горящий взгляд всё ощутимее пронзал насквозь.

Только не говори мне, ублюдок, что я уже что-то натворил.

Вскользь я уловил его сжатые пальцы, но так и не понял, что он держит, потому что мгновенно вцепился взглядом в его глаза, опасаясь быть беспричинно наказанным. Моим телом прошла дрожь паники, и я стал пятиться назад, потихоньку забиваясь в угол.

Он всё ближе и ближе, а мне уже некуда отступать: спина упёрлась в кафельную стену, а сердце мечется  в груди гулким ритмом тревожности.

Ах... этот мерзавец... Этот взгляд, этот его вид... Я знаю, что это значит... Он не был таким давно! Пожалуйста... Что же я сделал такого плохого? Я так дурачился сегодня... Неужели случайно чем-то его обидел или разозлил? Да, точно! Нет, только не это...

Как только он подошёл вплотную, я мгновенно зажмурился. Его дыхание медленно поползло по моей скуле, оставляя почти осязаемый след тревоги - сердце забилось ещё быстрее.

- В-Вегас... - я взволнованно прошептал его имя. И в долю секунды почувствовал, что к скуле, которую только что обжигало его дыхание, прикоснулось нечто холодное. Этот холод потянулся к подбородку, обвёл мои губы... Я осторожно приоткрыл глаза и понял: Вегас намазал мне лицо пеной для бритья и уже собирался коснуться его лезвием бритвы.

- Стой спокойно, - ладонью он взял меня за затылок, уперев большой палец в висок, и бережно стал поворачивать голову по направлению бритвы. Я неотрывно следил за ним: он был напряжённо сосредоточен, а я – растерян.

- Я... я могу и сам... побриться, - я залепетал, когда он в очередной раз приложил бритву к моей щеке. Всё ещё шокированный, я не мог совладать с собой; хоть я и старался стоять неподвижно, тело всё равно сотрясала мелкая дрожь волнения.

- Хех, ты по-прежнему считаешь меня дураком?.. Ты и острые предметы... Ну что ты такое говоришь! Я не хочу, чтобы мне перерезали глотку, - мягко говорил Вегас, увлечённо ведя бритвой по подбородку и скулам. Он не смотрел на меня, а я же - не мог отвести от него взгляд.

- Сумасшедший... Для чего мне это делать?.. Мне страшно... - Сердце моё сильно колотилось, и с каждым прикосновением бритвы - мощным ударом врезалось в грудь.

Кажется, это биение ощущаю не только я... Вегас чересчур близко... Почему от его тела исходит такой жар... Немыслимо... Боже... зачем он это делает?! Меня никто никогда не брил... Как же мне успокоить это сердце?!

- Замолчи... и стой спокойно, - серьёзным тоном предупредил Вегас. Я, конечно, послушал его, но моя дрожь была мне не подвластна.

- Угу... - промычал я сквозь зубы, боясь, чтобы он случайно не порезал мне лицо.

- Хах, почему ты так дрожишь... Я заставляю тебя волноваться?! - Вегас на миг улыбнулся. - Не бойся, - каким-то томным голосом шепнул он, от чего мои колени чуть подогнулись. Только двигаться мне не позволенно, иначе это лезвие войдёт глубоко в кожу или ещё чего хуже.

Я молчал, а моя обнажённая грудь небрежным рваным дыханием касалась его груди, а он даже не обращал на это внимания. Он так искусно поворачивал и поднимал моё лицо, и действовал настолько уверенно, что я пустил всё на самотёк и расслабился.

Через некоторое время он отступил и приказал мне смыть пену. Я послушно подошёл к умывальнику и сделал, как он хотел, а затем, подняв лицо, посмотрел на него.

- Подожди, не двигайся, - Вегас, шагнул ближе, подцепил двумя пальцами мой подбородок и приподнял его. Вновь на мне оказался этот внимательный, изучающий взгляд - он оценивал проделанную работу.

Странный... Необъяснимый какой-то... Чего он такой серьёзный? Нет, сейчас он не свирепый, это точно... Но ведь если не знать Вегаса ближе, можно запросто повестись - весь его вид сплошная обманка... Да, временами он и правда становится мягким, добрым даже... Только не пойму, почему?! Зачем? И главное как в это поверить? Неужели он действительно надёжно спрятал своего внутреннего зверя и больше не выпустит его?!

Слишком хорошо,чтобы быть правдой... Чудовищный Вегас первых дней... и вот этот, будто изменившийся... может ли он быть одним и тем же человеком?

Я непрерывно изучал его лицо, пока он рассматривал мой подбородок, но не успел я осознать и отвернуться, как оказался пойман - он вперся в меня чёрными глазами.

Этот его пронизывающий взгляд вспыхнул обилием эмоций, он был таинственным и в то же время восхитительным. Я почувствовал, что наполняюсь его эмоциями, чувства Вегаса просто-напросто поглощают меня. Моё сердце учащённо забилось, впитывая в себя этот немыслимый поток его энергии, и, чтобы с ним справиться, я приоткрыл рот, но не успел сделать успокоительный вдох, как губы Вегаса прикоснулись к моим. Мягкое касание, и его тёплое дыхание окутало мои губы. Вегас прижался ко мне плотнее, а я непроизвольно закрыл глаза, отдаваясь каждой трепетной искорке его прикосновений. Губы его не были грубыми, они не пытались проникнуть в рот, а лишь ласкали, нежнейшим долгим поцелуем - до тех пор, пока мой мозг не включился.

Какого чёрта я делаю! Какого чёрта я закрываю глаза, и приоткрываю губы!

Я поспешил толкнуть его в грудь и изумлённым взглядом попытался выведать, что он творит. Вегас, как и я, тяжело дышал, и выглядел смущённым и озадаченным - наверное, из-за того, что я оттолкнул и ослушался его... Желая убежать от него прямо сейчас, я отвернулся, однако не в силах был сдвинуться с места.

- Хм, я закончил, - Вегас отступил. - Я ухожу.

Немного поколебавшись, будто намереваясь сказать  что-то ещё, он схватил крем и бритву с раковины и незамедлительно покинул меня.

После его ухода я схватился за грудь. Я сдерживал это отчаянно бьющееся сердце...

Я не выдерживаю!!! Что я, блядь, творю???