Часть 40. Грёзы 5: Мечта Венеры

— Мамору-сан! Я почувствовала, что с тобой происходит что-то плохое, и сразу прибежала! — Макото вбежала в квартиру и замерла, увидев Усаги и Чибиусу, стоявших рядом с больным юношей.

Чиба сидел, опершись о стену, и тяжело дышал. Его лицо побледнело, а взгляд был словно затуманен.

— Проклятие… я не могу остановить его, — прошептал он и сжал грудь. — Если это проклятие чёрной розы внутри меня, я, возможно, смог бы исцелить себя… но боль такая, что я почти не контролирую сознание…

Чибиуса закрыла глаза, сосредоточилась — и над ними появилось мягкое сияние. Через мгновение в комнате появился пегас с золотыми глазами.

— Гелиос, ты должен рассказать всем правду. Мамору обязан знать, кто ты, — сказала Чиби Мун.

Пегас наклонил голову.

— Я открою то, что могу сказать вам в этот момент. — Его голос был серьёзным и немного печальным. — Ваше время действительно на исходе. Вы умираете понемногу каждый день. Принцесса была права насчёт проклятия чёрной розы. Моё имя — Гелиос. Я духовный хранитель Элизиума.

— Что такое Элизиум? — спросила Макото.

— Это город в священном царстве, что скрыто в глубинах Земли, — объяснил Гелиос. — Его называют непорочным сердцем планеты. Я — верховный жрец его главного храма, хранитель покоя и духовного света, питающего Землю. И, кроме того, я страж Его Высочества, принца Эндимиона. Ваш покровитель, если говорить иначе. С самого рождения он связан с Землёй, как её истинный наследник и защитник.

Мамору поднял взгляд.

— Ты знал… что я являюсь принцем?

— Да, Ваше Высочество. Хотя вам о моём существовании, боюсь, почти ничего не известно. — Гелиос вздохнул. — Я почувствовал возвращение принцессы из будущего — эту чистую, сильную энергию я не мог спутать ни с чем. Но именно это возвращение ускорило ход событий. Если Элизиум падёт, падёт вся планета. Я сам существую лишь благодаря его свету… и если угаснет один из нас, пострадают все остальные. Мы связаны: Земля, Элизиум, Эндимион и я.

Он поднял голову, и в воздухе образовалась парящая чёрная роза.

— Мы стали жертвами порчи, что осквернила священную обитель. Тёмная магия превратила меня в пегаса и заточила в клетку снов. Принцесса должна была уже рассказать вам о королеве Нехелении.

Имя повисло в воздухе, как тень.

— Её царство кошмаров веками скрывалось во мраке новолуния. Она мечтала уничтожить поданных света ещё во времена Серебряного Тысячелетия и затем подчинить себе Землю. После гибели Лунного королевства ваша планета стала уязвимой. Нехеления лишь ждала момента.

Гелиос взмахнул крылом, и перед глазами воинов возникли тёмные видения: пустыни, затопленные магией, разрушенные храмы, мерцающие тени.

— Тёмная энергия столетиями разъедала Элизиум. Я молился, я боролся… но силы оказались неравными. Когда свет почил, началось затмение. Луна заслонила Солнце, и приспешники Нехелении проникли в священный мир. Элизиум погружён в тень, наполнен живыми кошмарами… Если он падёт, Земля разделит ту же участь.

Он посмотрел на Усаги.

— Принцесса… враги всё ещё не знают, что ты — перерождение Лунной наследницы?

Усаги покачала головой.

— Я не знаю, знают ли они правду. Хоть я и пришла из будущего, многого я не помню. Но чтобы победить Нехелению, мне нужна сила Вечного Святого Грааля. Когда все воительницы вспомнят своё прошлое и отдадут мне свои силы, я смогу пробудить свет, который окончательно одолеет тьму.

Гелиос кивнул.

— Тогда мне пора вернуться и восстановить силы. Мы увидимся очень скоро, прекрасная дева.

Он обернулся к Чибиусе и мягко улыбнулся. Девочка густо покраснела, но улыбнулась в ответ — искренне и тепло.

***

POV Минако.

У меня всегда было много мечтаний. Но одно — самое сокровенное: стоять на сцене, слышать аплодисменты, петь так, чтобы весь мир улыбался.

Но сейчас я чувствовала себя так, будто моё сияние погасло.

Мы сидели в парке, на скамейке, окружённые золотыми листьями. Осень всегда была красивой, но сегодня она казалась какой-то пустой. Макото рассказала нам всё, что узнала от принцессы и Гелиоса.

А я… я только слушала и чувствовала тяжесть в груди.

— Значит, чтобы победить Мёртвую Луну, нужен ещё один священный камень? — уточнила Рей.

— Бедный Мамору… — тихо сказала Ами.

— Эти враги намного хитрее и сильнее прошлых, — вздохнула Макото.

— Нам нужно помочь Усаги и Мамору. Придумать, как их поддержать, — сказала Рей.

Я смотрела на принцессу — как она сидит тихо, почти не моргая, словно держит внутри океан боли. Она не жалуется, не показывает слабость… но я же вижу. Её глаза померкли. Она устала.

— Эх, жаль, что рядом нет тех, кто смог бы дать нам действительно мудрый совет, — сказала Макото и посмотрела в небо.

— Ты о ком? — спросила я, хотя знала ответ.

— О Харуке, Мичиру и Сецуне. Помните, какими мы были сильными во время битвы с Апостолами Смерти?

Мне стало неприятно. Слишком.

— Когда меня заперли в кристальном лабиринте, — сказала Рей, — я вспомнила слова Мичиру. Именно тогда я поверила в себя и смогла снова перевоплотиться.

— Такое чувство, будто Харука, Мичиру и Сецуна послали нам маленьких ангелов-хранителей… чтобы поддержать нас, — улыбнулась Ами.

Я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Их нет. Их давно нет рядом. А о них всё равно говорят, как о героях.

Хотя я — лидер внутреннего круга. Я должна быть примером. Я должна быть той, кем восхищаются…

Но стоит им вспомнить об аутерах — и я будто становлюсь невидимой.

Когда Макото спросила у меня мнение, я заставила себя улыбнуться и отвечать ровным голосом… Но где-то глубоко внутри всё жгло.

Мне нужно стать сильнее. Я обязана. Пусть даже ради того, чтобы доказать самой себе, что я всё ещё достойна носить имя Сейлор Венеры.

***

Дома я снова пыталась перевоплотиться, но всё было тщетно. Я выкрикивала фразу трансформации раз за разом, пока голос почти не сорвался, но ничего не происходило. Лишь тишина комнаты и моё собственное раздражение отвечали мне.

Мне становилось ещё тяжелее от мысли, что я остаюсь единственной, кто до сих пор не раскрыл свою новую силу. Девочки уже пережили свои внутренние битвы, встретили свои отражения, приняли себя — а я словно топталась на месте.

— Всему своё время, — сказал Артемис, сидя на подушке и внимательно глядя на меня. — У остальных тоже не сразу получилось. Сначала они почувствовали прилив силы, а потом встретились со своим альтер эго. Превращение — процесс очень личный и тонкий. Мне нет смысла тебе врать, Минако. Нужно немного подождать, и всё обязательно получится. Ты ведь лидер воинов в матросках. Ты должна быть для них примером. Не торопи события. Час твоего триумфа обязательно придёт.

Говорил он, конечно, правильно… но от злости мне действительно хотелось запустить в него подушкой. Я больше не стала слушать ни его голос, ни собственные мысли и просто пошла в душ — пусть горячая вода хотя бы ненадолго смоет ощущение бессилия.

***

На следующий день мы с девочками снова пошли к цирку Мёртвой Луны, чтобы проверить обстановку. Жара стояла такая, что воздух дрожал над асфальтом, а любое движение давалось с трудом.

— Мусора на улицах всё больше… — пробурчала Макото. — Эти негодяи явно не собираются уходить. Может, напасть сейчас, пока они ничего не подозревают?

Но толпа людей вокруг ссорилась из-за жары, громко ругалась и толкалась. Нападать в таком хаосе было бессмысленно.

Я уже набрала воздуха, чтобы высказать своё мнение, но замерла, заметив блеснувший в руках Рей предмет. Этот блеск я могла узнать из тысячи.

— Это же… — Я даже шагнула ближе. — Зеркальце Мичиру?!

— Да. Я одолжила его у Чибиусы, — спокойно ответила Марс. — Может, оно подскажет, что замышляют враги. Это не обычное зеркальце. Оно не умеет лгать.

Ами вгляделась в цирковой шатёр и сказала:

— От него исходит гипнотическая аура. Кажется, они окружили весь район невидимым барьером.

Я, пытаясь отвлечься от своих тревог, улыбнулась Ами:

— Ами, да ты просто гений. Как ты вообще всё это узнала?

— Благодаря программе Сецуны, — мягко ответила она. — Она написала её специально для меня. И ещё… Сецуна подарила мне несколько книг из будущего. По медицине, биологии, психологии… Они невероятные. Иногда я читаю их до самой ночи и забываю про время. Столько полезной информации…

Что-то неприятно кольнуло внутри меня — ревность, обида, даже зависть.

Но это было только начало.

— А мне Мичиру подарила особое кимоно для медитаций, — сказала Рей. — И технику дыхания для восстановления духовной силы. Она такая глубокая, такая утончённая. Мне это всё очень помогает.

Я едва сохранила выражение лица.

И тут Макото тоже добавила:

— Слышите звук вертолёта? Иногда мне кажется, что это Харука летит сюда. Я однажды провела с ней целый день — мы летали над городом… Это было потрясающе. Рядом с Харукой я чувствую себя в безопасности. Кстати, она подарила мне вот это кольцо.

Макото протянула руку, и я увидела кольцо с глубоким красным камнем.

— Боже… оно ведь похоже на рубин! — вырвалось у меня.

Ами тут же наклонилась:

— Это и есть рубин. Настоящий.

Слова девочек будто пронзали меня иглами. Мой дар… где он? Моя поддержка… где? Мой символ силы… где?..

— Усаги, Мамору и Чибиуса тоже получили подарки от внешних воинов, — добавила Рей. — Судя по их лицам, все были счастливы.

Я опустила голову, чтобы никто не увидел, как глаза наполнились слезами. Было так больно… будто меня вычеркнули. Будто я лишняя.

— Достаточно, — сказала я и резко повернулась к девочкам. — Вы уже в пятый раз за сегодня упоминаете эту чёртову троицу. Они нас давно бросили. Они не собираются возвращаться. И ничем нам не помогут.

— Мина?.. — тихо произнесла Рей.

Я понимала, что сказала лишнее, но остановиться уже не могла. Слишком долго я молчала. Слишком долго делала вид, что всё в порядке.

— Не злись, — попыталась мягко сказать Ами, — мы просто…

— Просто что?! — перебила я. — Что из-за меня сплошные проблемы? Что мне сложно быть лидером? Да, знаете, как это тяжело?! Быть примером для всех… когда сама чувствуешь себя никчёмной. Вы восхищаетесь ими — Харукой, Мичиру, Сецуной… но они не вернутся. Они не идеальны. И они не придут. Так что хватит уже о них!

Я резко развернулась и убежала — прочь от их растерянных взглядов, прочь от собственного стыда.

Мне было так плохо, что я почти не замечала дороги. И именно тогда я врезалась в кого-то — высокого симпатичного молодого человека с камерой.

— Простите, вы в порядке? — спросил он, улыбнувшись. — Вы просто… невероятно фотогеничны. Не хотели бы сняться в фильме? У меня как раз идёт набор на прослушивание.

И впервые за этот ужасный день в груди у меня что-то дрогнуло — тонкая, почти забытая искорка надежды.

***

Девочкам я, конечно же, похвасталась, что скоро стану актрисой. Внутри меня всё ликовало: вот увидят — ещё будут завидовать. Мне так хотелось верить, что наконец-то и у меня что-то получится лучше, чем у остальных.

Когда я пришла на прослушивание, то сразу поняла — соперниц будет много. Огромный зал был заполнен девушками, мечтающими о славе. Каждая из них уже видела себя на афишах, и воздух буквально дрожал от волнения.

Нам сообщили, что нужно переодеться в купальники для физической части конкурса, и я, не теряя времени, сделала всё, что требовалось. Сердце билось быстрее обычного, будто предупреждая меня: впереди что-то странное.

— Итак, начинаем испытание! — объявил ведущий. Его голос гулко разнёсся по павильону. — По сценарию вам предстоит сыграть роль героини, отправившейся в опасные амазонские джунгли, чтобы спасти детей, запертых на вершине высокой башни. Кто первая доберётся до финиша, получит приз в пять миллионов йен и подпишет контракт с нашим агентством. Это шанс на рекламу, фильмы, телесериалы, музыкальные альбомы — и многое другое! Готовы? На старт… внимание… марш!

Мы рванули вперёд почти одновременно. Девушки вокруг меня бежали, толкались, старались вырваться вперёд любой ценой. Я же — по своей глупости — отвлеклась на мешок с песком, который вовремя не заметила, и отстала. Но тут произошло странное: рядом возникли девочки, будто знакомые, будто родные — и помогли мне преодолеть препятствия.

Но я быстро поняла правду: это была иллюзия. Мне по-прежнему не удавалось перевоплотиться, и я чувствовала, что схожу с ума от бессилия.

Когда я добралась до вершины и первой достигла финиша, то… никаких детей там не оказалось. Вместо этого передо мной возникла девочка с алыми волосами и пронзительным взглядом.

— Ты должна предать своих друзей, — сказала она сладким, но зловещим голосом. — Забрать легендарный серебряный кристалл. Только так ты станешь сильнее.

Холод пробежал по моей коже. Я не успела даже ответить — рядом со мной вспыхнул свет, и появился Артемис.

Пол под ногами разломился, и я сорвалась вниз. Ветер рвал волосы, сердце ушло в пятки. Я едва успела зацепиться за край, понимая, что ещё чуть-чуть — и упаду с ужасающей высоты.

И тогда меня поймал Артемис. Мой белый кот. Мой друг.

Но его силы были на пределе. Огромный валун, сорвавшийся сверху, летел прямо на него.

— Артемис! Нет! — сорвалось у меня.

Я зажмурилась, готовясь услышать боль… но ничего не произошло.

Открыв глаза, я увидела перед собой фигуру в белом свете. Человека. С длинными серебристыми волосами, которые мягко развевались в воздухе. И на его лбу сиял знакомый символ — полумесяц.

— Прости, Мина… — сказал он. Его голос звучал знакомо, но глубже, зрелее. — Боюсь, я наконец понял, почему ты так долго не могла перевоплотиться. Виноват я. Я был недостаточно внимательным другом и наставником. Мне следовало делать больше.

— Артемис?.. — одними губами прошептала я. — Ты… умеешь превращаться в человека?

— Да. — Он едва улыбнулся. — Но я делаю это только в крайнем случае. Сегодня — такой случай. Когда я понял, что ты в опасности, мне пришлось раскрыться. Но важнее другое.

Он протянул ко мне ладонь, и в воздухе вспыхнуло оранжевое сердце — тёплое, живое. Я почувствовала его силу так ясно, будто оно билось вместе с моим собственным.

— Это наш кристалл. Символ нашей связи. Возьми свой кристалл стража, Мина, — сказал Артемис.

И я поняла: всё это время сила ждала не момента, а меня. Моего доверия. Моей честности перед собой.

Я сжала кристалл.

— Кристальная сила Венеры, перевоплоти! — выкрикнула я.

И земля словно взорвалась светом.

Тело окутало тепло, знакомое, родное, давно забытое. Я чувствовала, как сила возвращается ко мне — не прежняя, а чище, ярче, сильнее.

Слёзы счастья сами катились по щекам.

— Я — Венера, богиня любви и процветания! — сказала я, ощущая мощь в каждом слове. — И больше не позволю никому смеяться над моей беспомощностью! Примите же кару от утренней звезды небосвода! Шок красоты Венеры!

Сияние разорвалось над врагами, уничтожив иллюзию и тьму.

Я бросилась к девочкам — они были измотаны, едва держались на ногах. Мы только начали радоваться моему возвращению, как на нас снова обрушилась атака. Огромные тёмные лианы вырвались из земли и схватили нас, стягивая, не давая двигаться.

Я пыталась вырваться, но силы уходили.

Девочки кричали, сопротивлялись — но тень уже окутывала их. Они были вот-вот готовы погрузиться во мрак… так же, как некоторое время назад хотели поглотить меня.

И тогда меня пронзила мысль.

Резкая. Болезненная. Честная.

Без Харуки, Мичиру или Сецуны мы не справимся.

Я поняла свою ошибку. Поняла, как была несправедлива. Как глупо отвергала тех, кто никогда нас не бросал.

— Пожалуйста… — прошептала я. — Если вы меня слышите… придите. Спасите нас…

Мир качнулся. Лианы затянулись сильнее. И тьма почти сомкнулась над нами.

Продолжение следует…