Часть 37. Грёзы 2: Мечта Меркурия

POV Ами.

Мы почти одновременно почувствовали, что с нашей принцессой и её будущей дочкой происходит что-то неладное. В воздухе будто дрогнула энергия, и сразу стало ясно — случилось что-то необычное. Мы без колебаний помчались к квартире Мамору.

И всё оказалось именно так, как предсказывала Усаги: Мамору лежал без сознания, а сама она и Чибиуса… поменялись возрастами. Я видела странные вещи, и магия для нас — не новость, но даже для меня это было слишком необычно.

— Всё же я настаиваю, чтобы вы показались врачу, — сказала я, стараясь сохранять спокойствие. — Моя мама сейчас дежурит в клинике. Она сможет вас осмотреть.

Усаги вяло пыталась возразить, уверяя, что это «само пройдёт», но я стояла на своём. В конце концов, мы отправились в больницу.

***

— Как я и думала, — сказала мама, сняв стетоскоп. — Эти две сестрёнки абсолютно здоровы. Но вот состояние вашего друга вызывает вопросы. На снимке видны какие-то тени в лёгких. Я не могу определённо сказать, что это. Поэтому рекомендую сегодня отдохнуть и избегать стрессов.

Я незаметно вздохнула. Если верить словам Усаги, это — проклятие чёрной розы, связанное с золотым кристаллом и с Гелиосом. Но даже я, человек рациональный, не могла отвергнуть её слова. Усаги — принцесса. И она никогда не говорит такого просто так.

После обследования мы решили разойтись по домам и отдохнуть — возможно, нас вскоре ждёт новая битва.

***

Позже, сидя у себя в комнате, я листала новости и отчёты о произошедших инцидентах.

— «Торговый центр «Джубан» окутан странной энергией. В эпицентре — территрия нового цирка. По словам очевидцев, над зданием будто бы дрожит воздух…»

Я прищурилась.

— «Барьер? Магическое поле? Но когда они успели его создать»?

Я машинально поправила очки и закрыла глаза, стараясь восстановить спокойствие. Мысли потекли сами собой — и вдруг всплыло одно из недавних воспоминаний.

Воспоминание.

— Ами, будь начеку. — Голос Сецуны был спокойным, но строгим. — Всегда старайся распознать злодея, скрывающегося под маской. Никогда не сомневайся в себе. И если не можешь найти ответ сразу — закрой глаза и загляни внутрь себя. Ты умная, Ами. Ты найдёшь путь. И помни: остальные воины рассчитывают на тебя.

Конец воспоминаний.

Я открыла глаза с лёгкой болью в груди. Сецуна всегда была для меня чем-то большим, чем просто соратница. Она была наставницей… а иногда даже кем-то вроде старшей сестры, которой у меня не было. Её слова до сих пор звучали в моей голове, особенно когда становилось трудно.

Как жаль, что её сейчас нет рядом. Мне так не хватает её уверенности, её мягкой строгости, её спокойствия.

Но я отогнала эти мысли. Нельзя позволять себе грустить слишком долго.

Если цирк Мёртвой Луны действительно наш новый враг, то рано или поздно они проявят себя. И, возможно, очень скоро.

Тем временем в глубине сознания у меня вновь промелькнул странный ритмичный шёпот — будто дальняя волна пытается дотянуться до меня, коснуться, захватить. Это чувство появилось недавно, но становилось всё отчётливее.

Я вздрогнула, когда входная дверь тихо открылась.

— Мама? — позвала я.

— Не спишь? Уже час ночи, — устало ответила мама, входя на кухню и снимая белый халат. На вид она была просто выбита из сил.

— Ты опять задержалась на работе? — спросила я, стараясь улыбнуться.

— Ага. Сегодня полный аврал. — Она потерла шею. — Устала ужасно. Хочешь ужин?

— Нет, спасибо, я уже поела.

Мама на секунду замерла, словно что-то обдумывая, а потом вдруг произнесла тихо, почти виновато:

— Ты умница… сама всё решила. Прости меня, пожалуйста. Я вечно оставляю тебя одну… всё время бегу, лечу, работаю. Забочусь о чужих людях, а о тебе… будто забываю.

Я удивлённо подняла на неё глаза. Мама редко позволяла себе такую откровенность.

После ухода отца она полностью ушла в работу. Папа был художником — тонким, чувствительным, немного рассеянным. Однажды он уехал в свою мастерскую в лесу и просто перестал возвращаться домой. Оттуда он присылает мне открытки на дни рождения — каждая с красивым рисунком. Наверное, так он пытается сказать, что всё ещё помнит обо мне… по-своему.

И, наверное, именно из-за этого я так часто стараюсь быть самостоятельной. Быть сильной. Быть… правильной.

Я подошла к маме и обняла её.

Она вздрогнула от неожиданности, но потом расслабилась, положив руку мне на плечи.

В этот момент я особенно ясно поняла:

как бы ни складывались обстоятельства, я должна защищать не только мир, но и тех, кто дорог мне.

***

Тем временем, в логове злодеев.

В воздухе повис густой дым, мерцающий в свете свечей. В глубине огромного зеркала дрогнуло тёмное сияние, и строгое, холодное лицо проявилось в стеклянной глубине.

— Циркония, — произнесла таинственная фигура, — теперь окончательно ясно: подданные королевства Белой Луны переродились в этом мире. Разберитесь с ними. И как можно быстрее.

Старуха склонилась в почтительном поклоне.

— Будет исполнено, королева Нехеления. — Она резко обернулась, хлопнув костлявыми ладонями. — Эй, вертихвостки!

Три фигуры мелькнули из тени, словно акробаты, выскочившие из темноты манежа. Глаза их блестели хищно, губы растягивались в кукольные улыбки.

— Надеюсь, вы не забыли, — продолжила Циркония, — что две девицы сумели расправиться с нашими лемурами? Не смейте их недооценивать! Королевство Белой Луны — наши заклятые враги. Найдите их слабости. Оскверните их сердца кошмарами. Вытравите всякий свет и доброту. Пусть цирк Мёртвой Луны поглотит их души.

— Хихихи! — рассмеялись трио.

Вперёд выступил Рыбий Глаз, проводя пальцами по своим голубым волосам.

— Бабушка Циркония, позвольте мне! — с хитрым блеском в глазах произнёс он. — Я чувствую одну деву… такую, что мечтает сильнее всех остальных. Её желания так ярки, что сияют через барьер. Она — одна из стражей Белой Луны. И я доберусь до неё.

Циркония прищурилась.

— Тогда вперёд. Пусть её мечты станут её же ловушкой.

***

Ночь прошла, но ничего не изменилось — Усаги и Чибиуса по-прежнему оставались в чужих возрастах. Я успокаивала себя мыслью, что это временно и скоро всё вернётся на свои места… но лёгкая тревога всё равно сидела где-то под сердцем.

Чтобы отвлечься и хоть немного привести мысли в порядок, я решила пройтись по району. В глаза сразу бросилась яркая вывеска нового зоомагазина — я была уверена, что здесь ничего не строили. Это уже само по себе было странно.

Я вошла внутрь, и меня встретил мягкий влажный воздух, наполненный тихим журчанием фильтров. Большие аквариумы тянулись вдоль стен, сияя голубыми и зелёными огнями. Вода — чистая, будто кристалл — мерцала, словно ожившая.

— «Как красиво… словно оказалась на самом дне океана…» — подумала я.

— Вижу, вам у нас понравилось, — раздался мягкий голос.

Я вздрогнула, не заметив, как ко мне подошла девушка с голубыми волосами. Её глаза были необычно яркими, почти завораживающими — будто они сами светились изнутри.

— Говорят, людей, которые испытывают слишком много стресса, всегда тянет к воде, — продолжила она. — Так они бессознательно пытаются избавиться от нереализованных желаний.

Я смутилась, чувствуя, как краснеют мои щёки. Её слова почему-то больно кольнули меня — будто она видела меня насквозь.

— Не хотите завести рыбку? — девушка протянула мне маленький аквариум. — Вот превосходный экземпляр. Символ спокойствия и внутренней гармонии.

Рыбка и правда была прекрасной: плавники переливались мягким золотистым блеском, а чёрная точка на хвосте напоминала маленькую луну. Я почти невольно согласилась и выбрала именно её.

Мысль о том, чтобы уйти, вдруг показалась спасением. Я попрощалась и вышла на улицу. Но чувство неловкости и тревоги не исчезало — наоборот, крепло.

Что-то в той девушке было странным. Слишком странным. И её взгляд… будто холодная вода, касающаяся кожи.

Я сжала переносицу, пытаясь стряхнуть это ощущение, и направилась домой, крепко держа баночку с рыбкой.

Мне казалось, что за мной наблюдают.

***

Вечером я всё не могла наглядеться на свою новую рыбку. Её плавники мягко мерцали в свете лампы, словно маленькие отголоски моря, затерянного где-то очень далеко от меня. Я задумчиво следила, как она лениво плавает по кругу, и даже не заметила, как усталость накрыла меня. Глаза сами собой закрылись.

Проснулась я от едва слышного хлопка входной двери.

— Мама?.. — позвала я тихо и подошла к двери спальни.

Рука уже потянулась к ручке — и в этот момент я замерла. В коридоре стояла мама… и какой-то мужчина. Они целовались, будто были давно знакомы.

— Твоя дочь уже спит? — спросил он.

— Не волнуйся, — устало усмехнулась мама. — Эта зубрила днями и ночами за учебниками сидит. Ничего вокруг не замечает.

От этих слов внутри что-то болезненно дрогнуло. Горло сжало. Почему она так говорит обо мне? Почему… перед ним?

В груди всплыли старые воспоминания — как папа уходил из дома, а я цеплялась за его рукав, умоляя остаться. Его взгляд, полон вины. Мамино молчание. Холодающее пространство между нами.

Эти мысли накрыли меня волной, и разум будто провалился куда-то глубже.

Перед глазами вспыхнули странные образы. В зеркале — то ли девушка, то ли парень, искажённая фигура… и она тянется ко мне, целует, а я — отвечаю. Я понимала, что это иллюзия, но не могла сопротивляться. Мне словно отключили волю.

— Усаги… на меня напали… пожалуйста… помоги… — сорвалось у меня с губ.

Мир поплыл. Тело стало тяжёлым, как свинец. Сознание угасало.

— «Мне не хватает мужества… Я снова пытаюсь переложить всё на других… Я слабая…»

Тьма сомкнулась вокруг.

***

— Принцесса Меркурия! Ваше Высочество!

Голос был далёким, но настойчивым, будто пробивающимся сквозь толщу воды. Я с трудом открыла глаза — и увидела перед собой… себя. Маленькую версию себя. В форме воина.

— Я — твоё подсознание, — сказала она спокойно, но твёрдо. — Принцесса Меркурий, ты должна очнуться. Не поддавайся чарам, которые враги наложили на твоё сердце. Вспомни о своей истинной мечте. Перестань сомневаться. Люди гораздо сильнее, чем кажутся.

Я смотрела на неё — на себя — и впервые за долгое время позволила себе спросить: чего же я действительно хочу?

И тогда память послушно откликнулась.

Лица друзей. Их улыбки. Усаги, тянущая ко мне руку. Чибиуса, с доверием заглядывающая в глаза. Мамору, который всегда благодарил меня за точность и мудрость. Девочки, что рассчитывали на меня в каждом бою.

Я хочу защищать тех, кого люблю.

Хочу быть рядом, хочу поддерживать, хочу быть полезной. Хочу стать лучше — не ради оценок, а ради тех, кто мне дорог.

Я чувствовала, как в груди загорается тёплый голубой свет. Он становился ярче, насыщеннее, пока не собрался в сияющее сердце у меня в ладонях.

— Это… моя новая сила… — прошептала я.

И, чувствуя прилив ясности и силы, я поднялась.

— Кристальная сила Меркурия… преобрази!

Вспышка света окутала меня. Новая форма была лёгкой и чистой, как сама вода. В руках возникла арфа — холодная, но сильная, отдающаяся вибрацией.

Слова атаки сами сложились в голове, будто я знала их всегда.

— Водная Рапсодия Меркурия!

Мир треснул, иллюзии разлетелись, как осколки льда. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как кошмары испаряются.

В этот момент ворвались остальные. Усаги и Чибиуса вновь обрели свои настоящие возраста — их магия тоже вернулась.

Мы обменялись короткими, но уверенными взглядами — и вступили в бой вместе. На этот раз наши силы слились идеально.

И на этот раз всё закончилось хорошо.

Продолжение следует…