~①⑧~

"Цена слов."

Наш разговор оставил во мне глухой, но громкий вопрос:

Почему я была готова сдаться ради правды?

Точно ли ради правды? Или я просто искала оправдание своим действиям? Голова кружилась весь вечер - от усталости, от мыслей, от него.

На мероприятии я просидела около двух часов рядом с отцом, слушая бесконечные разговоры и улыбаясь на автомате. Всё было будто в тумане.

Вернувшись домой, я даже не переоделась - просто упала на кровать, будто подкошенная. Ничего не болело, но было ощущение, что всё внутри - пусто.

Впервые за долгое время я почувствовала, как по-настоящему не хватает матери. И Сон Мина. Они будто уходили из моей жизни окончательно, и вместе с ними исчезала и я сама.

Хан Уль был прав. Наследство - не мой путь. Оно делает из меня чужую. Оно меняет не только мою жизнь, но и меня саму - так, как я никогда бы не выбрала.

Пора с этим кончать.

За что мне всё это?..

Я больше не хочу доказывать отцу, что сильная. Не хочу ломать себя ради его одобрения. Может, я покажусь слабой. Может, я действительно слабая. Но мне просто... надоело.

Надоело держать всё в себе. Надоело идти по дороге, которую выбрал не я, а он. Жить по чужим правилам, быть удобной, быть наследницей, которую он хочет видеть.

Одна-единственная слеза скатилась по щеке и упала на подушку. Я даже не заметила, как начала плакать. Просто... отпустила.

Я вздохнула. Глубоко и тяжело. Я хочу сдаться. Правда, хочу.

Но гордость не позволяет. Она держит меня на ногах, как сломанный костыль, не дающий упасть.

Что мне теперь делать?..

С этими мыслями я уснула, даже не заметив, как наступило утро.

В школу идти совсем не хотелось, но я всё же заставила себя. Шаг за шагом - будто по инерции.

Дошла, вошла в класс, села за свою парту и тут же положила голову на руки. Уснула.

Как делала всегда, когда не хотелось думать. Когда реальность становилась слишком громкой.

Я проснулась только тогда, когда кто-то тыкнул меня пальцем в плечо. Глаза еле открывались, всё передо мной плыло, и голова раскалывалась - видимо, спать на парте всё-таки не лучшая идея. Передо мной стояла Ли Джи У, с привычным равнодушным выражением лица.

- Я не хочу в вашу Учебную Группу, - буркнула я и снова положила голову на холодную поверхность стола, надеясь, что она отстанет.

- Тебя училка зовёт в учительскую, - ответила она без особого интереса, будто говорила это просто по инерции, а не потому что ей хоть капля дела до меня. Потом, не дождавшись реакции, вернулась на своё место.

Я тяжело вздохнула, медленно подняла голову, провела рукой по лицу, чтобы окончательно проснуться, и нехотя встала. Коридор был, как всегда, шумным и полным голосов, будто весь мир продолжал жить, пока я просто пыталась выжить. Я шаг за шагом направилась в сторону учительской, внутренне готовясь к чему-то неприятному.

Шаг за шагом, и вот я уже стою у двери учительской. Не торопясь, вошла внутрь и взглядом отыскала свою учительницу... хотя, если честно, её имени я даже не знала. Всегда обращалась к ней просто «извините» или «учительница». Это уже само по себе говорило о том, насколько мне плевать на всё, что связано с этой школой.

Она подняла глаза от каких-то бумаг и вдруг улыбнулась:

- Ким Су Джин. Я тебя заждалась.

- Простите, - спокойно ответила я.

- Ничего страшного. Я хотела поговорить с тобой о твоих оценках. Их у тебя, по сути, почти нет. Я ни разу не видела, чтобы ты отвечала на уроках, - произнесла она мягко, но с очевидным подтекстом: учителя не смогут рисовать тебе оценки вечно.

Интересно... А с каких это пор школу начали волновать мои оценки? Странно.

Зная её, я прекрасно понимала - в этой школе учёба давно не стоит на первом месте. Учителя, похоже, уже смирились с этим. Ну... почти все. Кроме Ли Хан Гён. Она из тех, кто не боится идти против системы. Смелая. Мне бы её уверенность.

- Куда ты собираешься поступать? - вдруг спросила учительница.

Я на мгновение замерла. С отцом на эту тему мы ни разу не разговаривали. И сама я, если честно, никогда всерьёз об этом не задумывалась. Поэтому просто сказала первое, что пришло в голову:

- В художественный.

Может, я и не выгляжу как типичная творческая натура, но талант у меня действительно есть.

- Хорошо, и... ещё. Ты ведь хорошо общаешься с Пхи Хан Улем? - спросила она, стараясь сделать вид, что это просто мимоходом. Как будто между прочим. Без намёков.

Так я и думала. Её совершенно не волнуют мои оценки. Её интересуют мои связи.

Я скользнула взглядом по бумагам, что лежали перед ней. И сразу всё стало ясно. Документы. Моя анкета, справки, места, где я училась, где родилась. Вся моя личная история, аккуратно разложенная по листочкам. Она уже всё про меня знает. Или думает, что знает.

Что мне следовало ответить? Сказать, что мы достаточно близки - и рисковать тем, что она сразу попытается использовать это? Или наоборот - оттолкнуть её, зная, что большинство учителей предпочитают держаться от Пхи Хан Уля подальше? Или, может, выбрать нейтральный путь - сказать, что мы просто друзья, чтобы не привлекать лишнего внимания?

Я ведь и сама не знаю, чем в итоге закончится игра Пхи Хан Уля. А если он просто использует меня так же, как и все вокруг?

От этой мысли сердце кольнуло. Страх. Что, если он действительно... использует меня? Предаст?

Я даже не успела открыть рот, как из соседнего кабинета раздался громкий голос заместителя директора:

- Что это за ерунда?!

Мы с учительницей одновременно обернулись, но я быстро отвела взгляд. Не стоило даже удивляться. Этот старик давно на грани. Особенно когда рядом Пхи Хан Уль. Он как магнит к хаосу. Крушит всё, даже если сам при этом улыбается.

Хотя... разве я сама не начала меняться?

Я чувствую это - тревожное волнение, странный стук сердца... будто внутри всё становится громче, живее. Раньше такого не было. И это нелепое, почти пугающее желание - быть ближе. К нему.

Что?

Я обернулась через плечо, прищурившись, глядя в сторону коридора. Мимо учительской прошла Ли Хан Гён - спокойная, уверенная, с каким-то слишком довольным лицом. Прямо из кабинета замдиректора. Целая, здоровая... и, по виду, точно не та, кого недавно ранили ножом.

Что за...?

Слишком странное выражение. Я не видела её такой ни разу с тех пор, как пришла в эту школу. Что она задумала?

- Су Джин, - тихо, но настойчиво позвала меня моя учительница, возвращая моё внимание.

— С Пхи Хан Улем мы друзья детства, — спокойно ответила я. — Могу я теперь идти?

Учительница сжала губы, будто ожидала чего-то другого, но, ничего не сказав, просто кивнула.

Я вышла, не оборачиваясь, и направилась к кабинету заместителя директора. Постучала и приоткрыла дверь:

- Здравствуйте... можно поговорить о... эм... о Пхи Хан Уле.

- Ким Су Джин? Да, заходи, - ответил он, даже не глядя на меня, всё ещё раздражённо перебирая какие-то бумаги.

Отлично. Теперь я внутри.

- Понимаете, я его близкая подруга, а он мой близкий друг. И никто не знает его лучше, чем я, - начала я, изображая тревогу на лице, будто действительно переживаю. - Но в последнее время я замечаю... он меняется. Не думаете, что он перегибает палку? Я просто... в замешательстве.

С каждым словом я подходила ближе. Медленно, почти незаметно. Пока не оказалась достаточно близко, чтобы заглянуть на его стол.

На первом листе - список. Ученики, собранные в Учебную Группу. Все одобрены. Официально. Школа дала добро.

Но второй документ заставил сердце забиться чаще. Уже серьёзный. С пометками. И с заголовком, от которого в груди кольнуло - Пхи Хан Уль.

«Вынесенные на рассмотрение причин, по которым Пхи Хан Уль должен пойти на дисциплинарную комиссию»

- Ким Су Джин, - тяжело вздохнув, сказал заместитель директора, протирая виски. - Не думаю, что у меня есть время обсуждать такие вопросы.

Я слегка наклонила голову и вежливо кивнула:

- Вы правы. Извините, что помешала вам.

- Оставь Пхи Хан Уля и займись учёбой. - продолжил заместитель директора.

Я кивнула. А внутри всё сжималось. Что Ли Хан Гён задумала против него?

Я вышла из кабинета, стараясь не выдать своего волнения, и как только дверь закрылась за мной, в голове пронеслась одна мысль:

Нужно рассказать об этом Хан Улю. Срочно. Пока всё не стало по-настоящему плохо.

-  -  -  -  -*ੈ✩‧₊˚-  -  -  -  -

Сидеть надоело, поэтому я стоял на краю крыши, глядя вниз, как муравьи суетятся ученики. Кто-то бегал на спортплощадке, кто-то тащился с книгами, а кто-то просто валял дурака. Как обычно. Всё это казалось далеким и неважным.

В голове - вчерашний разговор с Су Джин. Не выходил, черт возьми. Удивительно, насколько она была готова ради правды отвергнуть всё: отца, наследство, безопасность. Такая упрямая... Слишком упрямая.

Я усмехнулся. Да, странная она. Вернулась, чтобы всем доказать, кто она теперь - сильная, хладнокровная. А в итоге готова всё бросить, лишь бы не жить с ложью.

Телефон завибрировал в кармане. Я достал его, мельком взглянув на экран.

Ма Мин Хван:

Те ублюдки, которые приставали к твоей дорогой Су Джин из школы Хэсон.

Значит из школы Хэсон.

Двери на крышу со скрипом распахнулись, и я сразу узнал шаги. Су Джин. Её силуэт появился на фоне тусклого неба, и на миг всё вокруг будто замерло.

Она шла уверенно, но по её лицу я прочёл что-то большее, чем просто решимость - беспокойство. Лёгкое, почти незаметное, но я слишком хорошо её знал, чтобы не заметить.

Тёмные волосы развевались у неё за спиной, как будто ветер пытался что-то мне подсказать. Она смотрела прямо на меня, не отводя взгляда, и в её глазах отражалась та самая честность, от которой у меня внутри будто что-то сжималось.

- Не думал, что увижу тебя здесь, - сказал я спокойно, даже чуть холодно. Мы оба знали: без моего согласия она бы сюда и шагу не сделала.

- Я тоже, - ответила она и подошла ближе. Встала рядом, так, что между нами оставалось пару шагов. - Но... совесть мучает.

Она не смотрела на меня, только вниз, на землю, будто искала там ответы. А может, не хотела, чтобы я увидел, что в ней творится.

- Слышал про себя новости? - её голос был спокойным, но с ноткой иронии. Или тревоги?

Я поднял на неё взгляд, слегка приподняв бровь. Что-то в её тоне не давало мне покоя.

- Смотря какие, - произнёс я, изучая её. - Расскажешь, или дашь догадаться самому?

- Не догадаешься и не поверишь, если скажу, - произнесла она, глядя прямо в глаза. Голос спокойный, но в нём что-то дрогнуло. - Это связано с учительницей Ли Хан Гён.

Я нахмурился. Эта женщина... Ли Хан Гён - из тех, кто ради справедливости может сжечь всё вокруг, включая саму себя. Упрямая, неудобная. Таких боятся и недолюбливают — потому что они не умеют молчать.

- Учебную группу собрали, - сказала она, и в её голосе уже звучала некая обречённость. - Но, кажется, ты уже знаешь.

Я кивнул, не сводя с неё глаз. Конечно знал. Вчера вечером в этот цирк вступил очередной клоун - красноголовый идиот, который прикинулся Юг Га Мином. Не знаю, что смешнее: его показная уверенность или то, как быстро он начал нарываться на проблемы.

- Видел, - произнёс я спокойно. - Смелый вид, глупые действия. Долго не протянет.

Су Джин молчала, будто что-то обдумывая. А я всё смотрел на неё и гадал - зачем она здесь на самом деле? Совесть? Или подозрения?

- Это не важно. Учительница Ли хочет, чтобы ты пошёл на дисциплинарную комиссию, - сказала Су Джин, и в её голосе не было ни сомнения, ни сочувствия.

Я сжал челюсть. Внутри всё сжалось от раздражения и... отвращения. Мне уже приходилось через это проходить. Тогда я выбрал путь, где пришлось испачкать руки. И, похоже, придётся снова. Всё по кругу. Эта женщина, Ли Хан Гён, будто просит сама себе вырыть яму.

- Она всё ещё не понимает, с кем связалась, - выдохнул я, глядя в сторону. - И насколько глубоко уже закопалась.

Я резко повернулся к Су Джин.

- Откуда ты узнала?

Она чуть улыбнулась, уголки губ дрогнули с тем особым выражением, которое я знал слишком хорошо.

- Как ты говоришь, я всегда там, где не должна быть, и влезаю туда, куда не надо, - ответила она с лёгкой ухмылкой.  Правда, поданная в моём стиле мне.

Она снова перевела взгляд на школьный двор - туда, где всё выглядело спокойно. Обманчиво. Как всегда.

- Твоя реакция подозрительно спокойная, - сказала она, не оборачиваясь. - Что ты замышляешь?

Я чуть наклонил голову, глядя на неё сбоку.

- С первого раза она не поняла... Придётся повторить, - произнёс я спокойно, почти равнодушно.

- Тогда тебя точно ждёт дисциплинарная комиссия, - тихо сказала Су Джин, теперь уже глядя на меня. И в её глазах мелькнуло... нет, не страх. Предупреждение. Может, сожаление.

Я посмотрел на неё в упор. Почему она так уверена? Думает, я проиграю? Думает, меня можно запугать? Нет, она ведь знает - я не из тех, кто отступает.

- Почему ты так думаешь? - спросил я, изучая её лицо.

- Эта учительница слишком упрямая, - ответила она почти сразу. - Даже из больницы раньше времени вышла. Только чтобы поддержать Учебную группу. Странная она. Упрямая до безумия.

Я усмехнулся. Да уж. С упрямством эта учительница могла бы посоревноваться с Су Джин. Обе лезут вперёд, даже когда им в лоб говорят «не стоит». Обе не хотят понимать с первого раза. Только вот у Ли Хан Гён наивная вера в справедливость, а у Су Джин - свой личный кодекс, из которого она меня не выпускает.

- Ладно... - произнесла она, делая шаг назад. Голос чуть тише, но не менее уверенный. - Я только хотела тебя предупредить. Видишь ли, я всегда говорю тебе о проблемах, особенно если они касаются тебя. Даже если иногда ты сам это из меня буквально вытаскиваешь. Так вот - тебе тоже стоит отвечать тем же.

Я отвёл взгляд. Чёрт, опять она об этом. Опять с этой темой. Умеет же она - вонзить слово, как лезвие. Сначала кажется, будто заботится... а потом требует. Всегда что-то требует.

- Я уже сказал всё вчера вечером, - бросил я. - Тебе этого не хватило?

- Понятно. Говорить ты не собираешься, - бросила она сухо, развернулась и пошла к двери, ни разу не обернувшись.

Но, у самой двери, всё же остановилась на миг и сказала напоследок:

- Не делай вид, что оберегаешь меня от правды. Я всё равно узнаю. Какой бы страшной она ни была.

И ушла. Дверь захлопнулась с глухим звуком.

Я остался один. С этой тишиной, с этим небом, с этим странным чувством внутри.

Вот же глупая. Я ведь не оберегаю её. И уж точно не делаю вид.

Тогда зачем молчу?

Я выдохнул медленно, глядя вдаль. Всё просто. Я знаю, что будет, если она узнает. Знаю её слишком хорошо. Как только правда всплывёт - она пойдёт мстить. Без колебаний. Без страховки. Поставит свою жизнь на карту, думая, что поступает правильно. И не поймёт... что в этой игре она может проиграть без шанса на вторую попытку.

Я опёрся на перила, вернувшись в прежнюю позу, и взглянул вниз. Надо сосредоточиться. На Ли Хан Гён. На том, как она лезет туда, куда не стоит. Снова начинаются эти проблемы.