Глава 17

— Чонгук, — бессмысленный зов в тишину.

Он ушёл, оставив после себя холод и чувство вины. Как я должна была поступить? Отдаться ему на этом же диване? Чёрт, да не могу я так, не могу. Сижу сейчас в прихожей у стены и плачу, считая себя полной дурочкой, которая наивно верит, что он просто ушёл покурить, а уже через несколько минут вернётся. Но нет... не возвращается даже спустя три часа.

Обхватываю руками коленки и закрываю мокрые глаза, ютясь уже на кожаном диване в гостиной. Слишком долгое ожидание, слишком потерянная я — то самое «слишком». Сложно держать его за руку, сложно отвечать на поцелуи, которые так сводят с ума, мне даже сложно смотреть ему в глаза, в которых невозможно ничего прочесть. Но, слыша размеренное сопение в шею, наблюдая за нечастым вздрагиванием ресниц, я понимаю, что хочу и дальше делить его сны. Он как наркотик: так манит и напоминает о своей нехватке, но также и ломает тебя, подталкивая на самоедство.

Во сне всё не так, там хорошо и спокойно. Рада, что смогла так сладко уснуть даже в таком состоянии. Но еле слышимое копошение и ощутимость холодного тела заставляют отпустить приятное сновидение и дать волю пробуждению. Я сонно приоткрываю глаза, мутно открывается вид на грудь парня. Чувствую невесомость, не понимаю... Гук даже не подозревает, что я проснулась и постепенно выбираюсь из сонного состояния. Он просто несёт меня на руках вверх по лестнице: теперь я понимаю причину своего странного ощущения невесомости.

— Чёрт, — тихо шипит, спотыкаясь о небольшой выступ.

Он пинает ногой дверь комнаты и заходит полностью, укладывая моё тело на кровать, а я, чуть приоткрывая глаза, наблюдаю за тем, как Чон снимает с плеч куртку и отбрасывает её на спинку кресла, затем, тихо добравшись до кровати, ложится рядом со мной, утыкаясь носом в спину. Чувствую его холодное тело после длительного нахождения на улице, чувствую запах сигаретного дыма, который так приелся к его одежде.

— Почему тебя так долго не было? — шёпотом задаю вопрос парню, отчего тот дёргается, думая ранее, что я сплю.

— Разбудил, — себе под нос подмечает он. — Я просто гулял, — медленно забирается руками под шёлковую ткань одеяла и прижимает меня к себе со спины.

— Прости... — тихо извиняюсь я, складывая свои руки поверх его.

— Спи, Мира, — целует в плечо и зарывается носом в волосы.

***

Пасмурное утро. Неужели сегодня снова пойдёт дождь? Поднимаюсь на локти и провожу сонным взглядом по пустующей комнате. Одна. Но ненадолго, уже через три минуты после моего пробуждения из ванной комнаты выходит Чонгук, держа в руках сырое полотенце. Из одежды на нём лишь свободные брюки, отчего я суетливо опускаю взгляд на свои скрепленные в замок руки.

— Давно проснулась? — он отбрасывает полотенце на спинку кресла и сам садится на край кровати.

— Только что. Который час?

— Почти двенадцать.

— Что? — подрываюсь с места. — А пары? Я же будильник на семь часов ставила, — обречённо скулю, подхватывая телефон.

— Ставила, а я отключил, — спокойно пожимает плечами он.

— Что? Зачем?

— У меня выходной, а значит и у тебя, — невозмутимо отвечает.

У меня просто не хватает слов описать своё возмущение. Я скоро так с ума сойду.

— Чонгук, — уже хочу начать серьёзный разговор, как меня тут же перебивают:

— Молчи! Иди в душ. Буду ждать на первом этаже, — ясно и чётко приказывает, затем невинно улыбается и целует в щёку.

Никогда не прекращу смущаться, как это делаю и сейчас.

Закончив со всеми водными процедурами и другими сборами, спускаюсь вниз по лестнице. Гук сидит на диване и листает каналы телевизора, но, заметив моё появление, выключает его и поднимается на ноги.

— Готова?

— К чему? — не понимая его вопроса, задаю встречный вопрос.

— Кататься, — хитрая улыбка озарила его лицо. — Я покажу и докажу тебе, что скорость — это лучшее, что может быть в твоей жизни. А учитывая, что этот адреналин ты будешь получать вместе со мной — это вдвойне лучшее, что может быть в твоей жизни. Не думай отказываться, я всё равно посажу тебя на свой мотоцикл!

Не дав мне проронить ни слова, парень быстро хватается за мою руку и тянет к двери. Я не пытаюсь остановить его, ведь знаю, что это ни к чему не приведёт.

— А если дождь пойдёт? — выбираясь из дома и останавливаясь во дворе, всматриваюсь в пасмурное небо.

— Сама застегнёшь? — с усмешкой спрашивает тот, вручая мне шлем в руки. — А о дожде забудь, его не будет.

— Да куда уж там, — шепчу себе под нос, неумело справляясь с застёжкой.

— Ты, главное, сильнее прижимайся ко мне, — через плечо кидает он, ухмыляясь своим же словам.

— Хорошо, — пугливо отвечаю и обхватываю его талию двумя руками.

А что дальше? Дальше мои визги и крики. Несясь с такой бешеной скоростью в голове только и крутится: «А у меня ещё будет возможность почувствовать землю под ногами?». Согласна, чувство эйфории и некой свободы сейчас присутствует, но страха ведь намного больше...

Чонгук притормаживает и останавливается у входа в клуб, вот только что мы сейчас тут забыли?

— Подпишу пару документов для Юнги, а затем продолжим, — помогая мне снять с головы шлем, отвечает на немой вопрос Гук. — Пошли, — хватает за руку и тянет в помещение.

У барной стойки нас с улыбкой на лице приветствует уже полюбившийся мной бармен — Дэн. Чонгук здоровается с ним за руку и узнаёт об обстановке в клубе на сегодняшний день.

— Чон, здесь Намджун, — будто невзначай говорит тот, когда мы уже хотим подняться вверх по лестнице. Гук на несколько секунд останавливается и начинает пыхтеть, услышав то, чего он явно не хотел сейчас слышать.

— Спокойно... Просто пойдём, — я провожу рукой по его спине, чтобы успокоить, но Чон дергает плечом, сбрасывая её, и уверенно поднимается наверх. Я с тревогой смотрю на его спину, идя следом.

Парень быстро несётся к своему кабинету и распахивает дверь, гневно рассматривая по ту сторону незваного гостя.

— Что ты здесь забыл?! Проваливай отсюда! — кричит он, подрываясь к Намджуну и хватаясь за воротник его куртки.

— Ну что ты, братик, а где слова приветствия? — ехидно тянет тот. — Привет, Гук! И тебе, красавица, тоже привет, — перекидывает через спину Чона усмешливый взгляд на меня.

— Блядь, — раздражённо шипит парень, отталкивая Намджуна в сторону и подрываясь ко мне. — Выйди, — с силой хватает за руку и выталкивает за дверь, хлопнув ею прямо у моего носа.

Теперь стою и слушаю дикую ругань, сопровождающуюся звуками полетевших в стену вещей. Страшно представить, что делается по ту сторону.

— Совсем скоро здесь всё будет моим, ты понял меня? — распахивая дверь кабинета, кричит Ким.

— Пошёл отсюда!

Парень смеётся и закрывает дверь, теперь смотря взгляд на меня.

— Я всё ещё жду вашего звонка, — шёпотом напоминает и напоследок подмигивает, скрываясь за углом длинного коридора.

Его визитка до сих пор лежит в моём кармане куртки. Надо бы от неё избавиться. Но сейчас не об этом, сейчас меня больше волнует состояние Гука.

Я тихо открываю дверь кабинета, осторожно ступая внутрь. Парень стоит у окна, скрещивая руки на груди. Наверное, думает.

— Чонгук, — касаюсь кончиками пальцев его спины.

— Никогда не говори с ним, а если где-нибудь увидишь, обходи! Ты поняла меня? — на одном дыхании предупреждает он.

— Да, — часто киваю головой.

— Хорошо. А теперь спускайся вниз и жди меня у мотоцикла. Я скоро приду, — проводит большим пальцем по моему подбородку и, вяло улыбнувшись, опускает руку.

***

Снова бешеная скорость, снова трясусь, прилипая к его спине, снова жилые постройки сменяются ровными полями — может, он так успокаивает нервы, подвергая свою жизнь опасности? А насчёт дождя я была всё-таки права, он уже как полчаса бьёт по шлему, стекая на плечи. Становится действительно холодно.

Чонгук затормаживает у каких-то гаражей. Быстро сползаю с кожаного сидения и снимаю шлем, подставляя открывшуюся голову под проливной дождь.

— Зачем мы сюда приехали? — пытаюсь перекричать шум встречающихся с крышей капель. Парень не отвечает, а лишь молча тянется за какими-то ключами и направляется к одной из построек. Наверно, его гараж, но почему так далеко от дома?

— Давай быстрее, — открывая металлическую дверь, толкает меня внутрь.

На глаза бросается ещё один мотоцикл, но только в полуразобранном состоянии, также взору открывается множество запчастей, развешанных вдоль стены. Пройдя глубже, замечаю уютный уголок, в котором располагается массивный диван и уложен ворсистый ковёр. Хм, немного удивляюсь, видя напротив дивана что-то на подобии камина. Наверное, он здесь для того, чтобы согреваться в зимнюю пору, ведь в этом помещении довольно-таки холодно.

— Там есть чайник, — выводит из мыслей голос парня. — Ты пока делай чай, а я пойду разжигать камин.

Кивнув в ответ, направлюсь к электрическому чайнику и включаю его, ожидая готовности.

— Чонгук, а у тебя здесь есть что-нибудь из одежды? Просто я насквозь промокла, — окликаю парня.

— Там посмотри, — не отвлекаясь от своего дела, кивает на стул, на спинке которого висят несколько футболок.

Заканчиваю с приготовлением горячего чая, хватаю первую попавшуюся футболку в руки. Вот только сейчас волнует одно: здесь даже и зайти некуда, чтобы переодеться.

— Не смотри, я переодеваюсь, — тихо предупреждаю Чона, снимая с плеч мокрую куртку. Он и не смотрит на меня вовсе, а лишь усердно пытается разжечь камин. Вот и славно, без проблем переоденусь.

— Там сделала... чай, — резко поворачивается в мою сторону и расширяет глаза, видя меня в одном нижнем белье.

— Чонгук! Я же просила, — пищу, прикрываюсь широкой футболкой.

— Что просила? — играет бровями. — Я ничего не слышал.

— Ну, отвернись, — прошу жалостливо.

— Ох, ладно, — закатывает глаза и поворачивается ко мне спиной. — Тоже мне.

Теперь сухо, но холодно. Я подхватываю чашки и направляюсь к сидящему на ковре парню, который, наконец, справился со своим делом и теперь сидит и греется у огня, снимая всю верхнюю одежду. Ну вот, опять доведёт меня до краски.

— Возьми, — тяну ему чашку горячего напитка и присаживаюсь рядом.

— Я здесь часто бываю, — спокойно начинает он, сделав глоток. — Просто копаюсь в мотоцикле, а иногда и ночую здесь.

— Мне нравится, — тихо выдыхаю, оглядывая обстановку. — Здесь уютно.

— Я никому не говорил об этом месте. Ты первая, кто его посетил.

Я невольно улыбаюсь услышанному. Приятно.

— Холодно? — переводит серьёзный взгляд на меня. — Сейчас, — парень поднимается на ноги и подхватывает со спинки дивана покрывало.

— Спасибо, — смущённо улыбаюсь, чувствуя, как меня укутывают в тёплый материал.

— Заболеешь, а мне потом лечи тебя, — как и ожидалось от Чонгука.

— Только подумала о проявлении заботы, как ты всё рушишь.

— Да, но ты меня и такого любишь, — без доли шутки произносит Чон.

Он только что заставил меня часто задышать и повернуть голову в другую сторону, таким образом не показывая своих чувств. Меня что, так легко прочесть? А может у меня всё на лице написано?

— Чонгук, я... — поворачиваюсь обратно и встречаюсь с его взглядом, чуть касаясь своим кончиком носа его щеки. Я не знала, что он переместился и сейчас находится так близко.

— Что — ты? — тихо шепчет, опустив свой взгляд на мои губы. — Влюбилась в меня, — слегка касается их своими губами. — По уши влюбилась, я знаю, — нежно целует и вовлекает уже в более страстный поцелуй.

— Чонгук, — томно мычу в губы, за что получаю лёгкий укус.

— Не говори остановиться, я не смогу, — целует щёку, подбородок и спускается к шее, мягко скользя губами по ней.

Он медленно укладывает моё тело на ворсистый ковёр, забираясь пальцами под футболку и поглаживая под ней живот. Я прикрываю глаза, нежась от ласк, но и нахожу время их открывать, так как страх даёт о себе знать. Парень чувствует это волнение и не спешит обнажать моё тело, продолжая целовать шею и плавно спускаться к ложбинке на груди.

— Доверься мне, — медленно стягивает футболку, оставляя в одном нижнем белье. — Всё будет хорошо, — шепчет в губы, проводя языком по нижней и вовлекая снова в напористый, страстный поцелуй, который затягивает и сводит меня с ума сейчас. Его пальцы тянутся к застёжке лифчика, с лёгкостью расстегивая его и отбрасывая к футболке, а губы переходят к шее, затем и к груди, лаская и целуя каждый миллиметр бледной кожи. Я, не в силах сдержать новые приятные ощущения, издаю томный стон, прикусывая губу. Это служит зелёным светом для Гука. Он медленно тянется к кружевной ткани моей последней одежды, не спеша избавляясь от неё, затем, ухватившись за бляшку своего ремня, быстро справляется с её застёжкой и стягивает брюки.

Смотрю на парня, сглатывая и вымаливая снисхождение. Впервые лежу голая перед мужчиной, которого сама безумно сейчас хочу, но боюсь. Очень сильно боюсь. Очерчиваю взглядом его подкаченное тело, освещаемое тусклым светом язычков огня в камине, прикусываю нижнюю губу и неуверенно киваю.

— Посмотри на меня, — затуманенный взгляд и лёгкий поцелуй в губы. Знаю, отвлекает, потому уже через две секунды чувствую резкую пронзающую боль внизу живота. Вскрикиваю, жмурясь от нахлынувшего спазма. — Прости, — тихо шепчет, осыпая успокаивающими поцелуями лицо. — Прости, — делает ещё один резкий толчок, отчего я не сдерживаюсь и пускаю по щеке первую слезу.

Парень собирает губами эту каплю и на несколько секунд останавливается, всматриваясь в моё лицо, затем, мягко целуя, начинает плавно двигаться, не разрывая зрительно контакта. Его серебряный крестик падает в небольшую ямку над ключицей, охлаждая этот маленький участок кожи. Я прикрываю глаза, отдаваясь полностью этой сладкой боли...