Глава 11

Моя грудь тяжело вздымается. Настолько, что спина изредка выгибается над кроватью. Неспеша скольжу глазами по выбеленому потолку, считая секунды. Черт подери. Не думал, что будет так тяжело свыкнуться с тем, что моя свобода и отрешенность так быстро затеряются в огромной куче свадебных приготовлений и жажды мести к маленькой непослушной девочке.

Провожу рукой по вспотевшему лбу и зарываюсь лицом в ладони, зажмуриваюсь, осмысливая происходящее. Всего несколько часов отделяют меня от от согласия стать женатым мужчиной. Боже.

Привстаю на локтях, присаживаюсь. Придирчиво оглядываю свадебный фрак. Белая, полупрозрачная рубашка настолько превосходно выглажена, что даже становится противно и жутковато. Сжимаю кулаки, чтобы не сорваться и не смять в руках мягкую фланелевую ткань.

Моя нервная система где-то на стадии раздражения и равнодушия одновременно. Бывает ли такое? Видимо бывает. Направляюсь в ванную. Рассматриваю свое лицо в зеркале, будто вижу себя именно таким последний раз в своей жизни. Умываюсь ледяной водой, чтобы хоть как-то взбодриться. Капли попадают на кончики волос, делая их еще темнее. Возвращаюсь в свою комнату, где уже копошиться моя мать. Прислушиваюсь и понимаю, что она напевает себе под нос свадебный марш. - Отлично. - недовольно бормочу я, закатывая глаза. Надоедливая мелодия пробирает меня до костей, оставляя после себя мерзкие мурашки по коже. Мама аккуратно кладет на мою кровать рубашку, брюки и пиджак. Целует в лоб, прежде, чем выйти за дверь, снова оставляя меня в напряженном одиночестве. Тиканье часов отдается шумной болью в висках, будто специально напоминает мне о приближении свадьбы. Время каждую секунду дает о себе знать.

***Ее маленькая ручка полностью в моей большой ладони. Ее глаза полные предательских слез, а нижняя губа подрагивает. Нервничает. Как и я, в общем-то. Ее волосы спадали прекрасными волнами вдоль узкой спины, каждый локон был украшен золотой лентой, обвивающей прядь светлых волос. Платье прекрасно обтягивало тонкую талиюю, давая возможность рассмотреть каждый сантиметр тела. Шумно сглатываю, но в потоке свадебной мелодии и тысячи голосов на разный лад - мой звук просто расстворился, как будто его и не было вовсе. В моем желудке пусто уже больше двадцати часов, но на удивление, я не голоден. Наоборот, меня воротит от запаха еды, который исходил от маленьких столиков с закусками. Мы стояли с Марьяной бок о бок, и я буквально ощущал ее волнение и напряжение всем телом, хотя держал всего-лишь ее руку. - Ты готова? - хрипло интересуюсь я, надеясь, что она не расслышит дрожи в моем голосе.Марьяна на секунду поднимает голову, встречаясь со мной взглядом. Ее глаза настолько темные, что я четко мог увидеть в зрачках свое перепуганное отражение. Боже. Я выгляжу жалко. - А ты?

Сжимаю губы. Конечно, этот вопрос ставит меня в тупик. Мы снова молчим, ждем, когда прогремят фанфары, и мы направимся к венцу. Вместе.Хоть что-то нас объединяет. Мы оба просто жертвы ситуации, жертвы плохой шутки. Нас никто никогда не выслушает, не посчитается с нашим мнением. Мы просто потеряны, нам некуда бежать. Мы проведем остаток жизни богато и благополочно. Хоть и не счастливо. Не честно.Вдруг я отчетливо слышу грохот фанфар. Гости притихли. Мои ноги будто вросли в землю, я не мог сделать и шага, не мог выйти из гребаного оцепенения. Марьяна в этом плане сообразительна. Пихает меня в бок, и я, неклюже перебирая ногами веду ее к венцу. Крепче сжимаю ее ладонь, тяну за собой. Мою будущую жену.