Часть 11

БеллаПосле той неприятной встречи с мисс Блэквелл, я понимала, что мне предстоит трудный день. Придя на тренировку, я заметила, что все теннисисты уже были в полном разгаре подготовки. Мисс Блэквелл ждала меня с непреклонным выражением на лице.

— Харпер, наконец-то ты решила явиться, — сказала она, когда я подошла. — Сегодня ты будешь работать вдвойне больше, чтобы компенсировать своё поведение.

Я молча кивнула и начала разминку. Мои мышцы были напряжены, и каждый шаг давался с трудом. Казалось, что злость и разочарование мисс Блэквелл проникли в каждую клетку моего тела.

— Начнём с пробежки, — резко сказала она. — Пять кругов вокруг корта. Быстро!

Я кивнула и побежала. Мои ноги быстро начали уставать, но я не могла позволить себе замедляться. В голове крутились мысли о вчерашнем вечере и о том, как я оказалась в такой ситуации. Каждый шаг напоминал мне о моих ошибках.

После пробежки мисс Блэквелл подошла ко мне.

— Хорошо, теперь переходим к ударам. Ты будешь бить по мячу до тех пор, пока не научишься контролировать свои движения, — она подала мне ракетку. — Не допускай ни одной ошибки.

Я взяла ракетку и встала в готовность. Мисс Блэквелл начала подавать мячи, и каждый удар был для меня испытанием. Она не давала мне ни секунды передышки, постоянно кричала и указывала на мои ошибки.

— Не так, Харпер! — кричала она. — Ты должна быть точнее! Держи ракетку крепче!

Каждое её замечание било по мне как кнутом. Мои руки начали дрожать от усталости, но я не могла остановиться. Я знала, что если покажу слабость, то всё станет только хуже.

— Продолжай, — повторяла она. — Ещё пятьдесят ударов.

Я сбивалась, теряла мяч, но продолжала, стиснув зубы. Пот катился по лицу, глаза щипали от слёз, которые я пыталась удержать.

После бесконечных ударов мисс Блэквелл наконец-то остановила тренировку. Я стояла, тяжело дыша, чувствуя, как все мышцы в теле протестуют.

— Теперь перейдём к сетке, — сказала она без намёка на сочувствие. — Твои подачи слишком слабы. Будешь подавать до тех пор, пока я не увижу прогресс.

Я снова взяла ракетку и начала подавать. С каждым ударом я чувствовала, как силы покидают меня, но продолжала. Мисс Блэквелл не переставала давать указания и критиковать.

— Сильнее, Харпер! — кричала она. — Твой удар должен быть мощным и точным.

Я чувствовала, как мои руки становятся ватными, но продолжала подавать. Каждая подача давалась с трудом, и каждый раз, когда я ошибалась, мисс Блэквелл начинала сначала.

— Не останавливайся, — говорила она. — Твои ошибки неприемлемы.

Я посмотрела краем глаза на соседние корты. Ребята тренировались по пять человек, а я одна еле стояла на ногах. Всё тряслось. И если в обычный день я могла бы выдержать такую нагрузку, то сегодня я стрессовала, из-за чего усталость приходила сильнее.

Мисс Блэквелл вновь взяла корзину и приказала бить серии. В мои задачи входило отбивать два длинных удара, один короткий, два удара с лёта и один смеш или парашют. Я тяжело выдохнула и приготовилась.

Уже на пятой серии у меня тряслось всё тело, но мисс Блэквелл продолжала критиковать меня.

— Белла, тебе не за что говорят, что ты одна из лучших теннисисток среди юниоров. Бьёшь ты на начальном уровне!

Меня это разозлило. Я никогда не превозносила себя и не говорила, что я лучшая, но пройдя тот путь, который я прошла, имея мастера спорта, я прекрасно знала, как я бью. Я была совершенно не согласна с её словами.

На меня полетел длинный мяч, я приготовилась отбивать и отбила вместе с криком. Не давая ни секунды отдышаться, сразу же полетел следующий мяч, и я отбила его с такой же силой. Два мяча приземлились в углы двух кортов. Это было идеальное положение.

Сзади меня за сеткой послышался знакомый грубый и язвительный голос:

— О, Харпер. — Не поворачиваясь, я поняла, что он ухмыляется. — Я хочу, чтобы ты подо мной так же стонала.

Я резко повернулась и зло посмотрела на Пэйтона. Опять он начинает...

— Пэйтон, вон отсюда! — крикнула мисс Блэквелл. — Чтобы я тебя близко к кортам вообще не видела.

— Тётя Сара, ну вы чего? — Пэйтон зашёл на территорию кортов. Мячи перестали лететь, и я наконец-то смогла отдышаться.

— Мурмайер, я сказала, ушёл отсюда. Это территория тенниса. Ты со своим мячом сюда вообще не лезешь, — зло сказала мисс Блэквелл.

Пэйтон ухмыльнулся. Я стояла в шоке от его дерзости.

— Тётя Сара, неужели вспомнили свою старую фамилию? Не перегибайте палку, для меня не составит труда позвонить отцу и нажаловаться на вас. И перестаньте мучать Беллу.

Мисс Блэквелл посмотрела на меня, а затем снова на своего племянника:

— Что делать со своими игроками, я сама решу. Не понимаю, как мистер Миллер её вообще на корт допустил. Она сейчас под моим началом, и я не позволяю своим игрокам распускаться. Харпер, быстро собирай мячи!

Я поджала губы, взяла корзину и начала собирать мячи, краем уха слушая их разговор.

— Я сказал, не трогайте её, — повторил Пэйтон, сдвинув брови. — Она заслуживает лучшего отношения.

Мисс Блэквелл, прищурившись, шагнула к нему ближе, и её голос зазвучал ещё жёстче:

— Она заслуживает дисциплины, которой, видимо, у вас в семье не хватает. Я воспитываю чемпионов, а не детей, которые привыкли к лёгкой жизни.

Пэйтон ухмыльнулся, не отступая:

— Это ты называешь дисциплиной? Издевательство над игроками — это не дисциплина, тётя Сара.

— Мурмайер, не тебе мне указывать, как тренировать. И я не позволю тебе вмешиваться в мои методы, — мисс Блэквелл сжала кулаки. — Ты хочешь, чтобы я позвонила твоему отцу? Давай, позвоним вместе. Посмотрим, что он скажет.

Я продолжала собирать мячи, чувствуя, как злость и отчаяние борются во мне. Эти двое спорили обо мне, не обращая внимания на то, что я всё слышу и вижу. Казалось, что я — просто пешка в их игре.