part 24_"я уже не смогу остановиться"

- Тим? Хейзи? - удивленно подскакивает Бетти с кровати, когда мы заходим в ее палату, - Не ожидала вас сегодня увидеть. - она смущенно и с нервничающими глазами улыбается нам, обнимая.

- Как это? - наигранно обижаюсь, - Я ведь у тебя здесь практически живу.

- Да, но твоя мама вчера звонила и говорила, что ты заболела. Я думала тебе нужно хоть три дня для восстановления?

- Вообще-то в школе мне выделили и того меньше, но сегодня я чувствую себя гораздо лучше, поэтому решила приехать.

- Она просто соскучилась. У нее всю дорогу до больницы были раздражающие шмыганья носом, - как бы невзначай сдаёт меня Тим, и я легонько удаляю его ладонью по плечу.

Тут дверь в палату открывается и входит светловолосый парень в медицинской форме.

- Мы не вовремя? У тебя осмотр? - поворачиваюсь я к подруге.

- Вообще-то, - тянет она, - Знакомьтесь, это Юнги, - указывает она с покрасневшими щеками на того самого блондина.

Парень улыбается, и мы с Тимом удивленно его оглядываем. Он выглядит самым обычным, хоть и очень красивым, санитаром, но что-то в его улыбки сразу располагает нас к этому светловолосому милахе.

- И? - заговорчески тяну я, улыбаясь подруге.

Когда Тим и тот самый Юнги решают выйти, я с горящими глазами вглядываюсь в смущенную подругу, но молчу. Пусть сама раскрывает себя со всеми потрохами.

- Мы познакомились недавно, и он мне очень нравиться, - не выдерживает Бетти и, словно считалку, проговаривает на повышенной скорости.

Я прикладываю ладонь ко рту, закрывая улыбку. Бетти нравиться парень? Простой парень из больницы? Ее больше не волнует гребаный Чон? Эта мысль приятным теплом проходится по коже, и я сажусь на стул позади.

- Он милый. - странная реакция, но мне почему-то хотелось сказать именно это.

- Он каждый день приходит ко мне с диском фильма и вкусняшками после своей смены, и мы смотрим кино. - улыбается она.

Наша тихая и спокойная беседа длится не долго. Уже через минуту я накидываюсь на подругу, обнимая ее, что есть сил. Мы смеемся, и я раз десять повторяю, что безумно рада.

Бетти достает свой телефон из-под подушки и открывает галерею. Одно за другим она показывает мне фотографии Мина, рассказывая, как он смущенно спросил ее в первый раз, не хочет ли она посмотреть с ним Дневник памяти.

Когда палец подруги листает очередное фото с Юнги в красном свитере, на экране появляется снимок Чона. Я сразу замечаю, как различны ауры двух парней, как приятно и спокойно было смотреть на улыбающееся личико блондина, и как грубо и дерзко на его фоне выделяется Гук в черной водолазке около сухого и голого дерева. Ветви словно клешнями обвивают его силуэт, и я вспоминаю, что такого фото в профили парня нет, так откуда же оно у Бет? Но спросить я не успеваю. Она пять секунд напряженно рассматривает кадр, будто позабыв о том, что его вижу и я, а затем нажимает одну единственную кнопку. «удалить». Дальше одно за другим она убирает из памяти телефона все десять снимков Чонгука, а я смотрю на ее выражение лица. Оно спокойное. Лишь иногда нижняя губа подрагивает, выдавая напряжение.

Закончив, Бетти откидывает телефон на столик и выдыхает.

- Ты все еще выполняешь тот план? - словно стыдясь, тихо обращается она ко мне. Я киваю.

Минуту мы сидим на белом одеяле на кушетке и смотрим в стену перед нами.

- Не надо. - шепчет наконец Бет, а я удивленно поворачиваюсь к ней. - Все эти игры не принесут нам счастья, мы лишь сделаем боль другим. Пусть он и заслуживает, судьба сама накажет его за все. Я знаю, - вздыхает она и поворачивает лицо, - Знаю, что ты хочешь обратно в Англию, знаю, что ты не любишь ни эту страну, ни этот город. Так не мучай себя. Он того не стоит.

- Ты хочешь так просто все отпустить, когда мы так близко?

- Это ты хочешь. Ты хочешь в Лондон, в пансионат, а не возиться с этим придурком. А мне уже все равно. Он уже ничего для меня не значит. Мне больно от воспоминанияй, но сейчас, когда появился Юнги, я уже даже и думать перестала о том, по какой причине все в моей жизни пошло наперекосяк, ведь теперь эта жизнь налаживается.

- Ты останешься здесь?

- Мне нравиться в Корее. Какие бы неприятности ни были с ней связаны, я люблю это место. А ты? Ты хочешь в Англию?

- Хочу.

- Насколько сильно?

- До смерти хочу.

- Тогда уезжай, - Бетти берет мою ладонь в свою и чуть сжимает. - Это все не имеет значение, пока ты жертвуешь своим счастьем. Месть нас только разрушает, и я поняла это с появлением Юна. Делай только то, что будет приносить тебе радость, а Чонгук когда-нибудь поплатится за все и без нашей помощи.

Я крепко прижимаюсь к Бетти и закрываю глаза. Все всегда спрашивают, как мы с Бетти, два разных человека, стали такими крепкими друзьями. Вот так. Она видит меня на сквозь. Она обладает тем самым чистым и добрым сердцем, которое частенько спасает меня советами. Без Бетти я бы давно превратилась в ничтожную суку, которая не видит в мире ничего хорошего, но с ней я чувствую себя полноценным человеком, живущим, видя красоту, видя спасение и видя добро.

- Обещай, что бросишь все это и вернёшься в Лондон. - шепчет Бет.

- Обещаю.

Уже полчаса мы с Тимом сидим в кафе, том самом, где мы с девочками проводили наши секретные обсуждения. Я рассказала ему о диалоге с Бет, пока их с Юнги не было в палате, и теперь мы вместе ждем прихода ребят. Тим наконец-то улыбался. Он уверил, что Мин прекрасный парень, лучше которого можно и не искать, а мой отказ от дальнейшей мести Гуку стал для него решающей радостью.

- Привет, - подходит к нам Джен со счастливой улыбкой, а за ней и Лиззи с Рокси.

- Так ты тот самый Тим, от которого у Чона уже зубы скрипят, - смеется Рокси, улыбаясь и пожимая руку кузену.

- Похоже, что да, - смеется он в ответ и я замечаю, как на его щеках появляется румянец. Вот это сюрприз.

- Так для чего ты нас собрала? Да еще и со своим кузеном? - обращается ко мне Ким.

- Еще минутку. Мы ждем кое-кого последнего. - заговорчески добавляю, прикасаясь к трубочке лимонада губами, давая подругам познакомиться с Тимом.

Через некоторое время в кафе заходит невысокий парень в джинсах и сером пальто. Кузен Бетти машет ему рукой, улыбаясь, и я понимаю, что это тот его друг, прихода которого мы и ждали.

- Знакомьтесь, это Джексон, чудовищный журналист местных новостей, но нам сейчас его таланты только на руку. - хмыкает Тим.

- Вот и время нашей истории, за которую по плану должен взяться этот, не очень, кстати, пугающий, журналист. - хмыкаю, объясняя ситуацию девочкам полушепотом, - Ты взяла распечатки, Лиз? - когда та кивает, я отдаю слово новенькому в этом обществе.

- Приятно познакомиться, дамы. - он обворожительно улыбается, приземляясь рядом. - Ну так что? Вы обещали мне сенсацию.

- У нас тут такая сенсация, что под землю провалиться можно, - замечает Джен, - Вот только вопрос: у вас хватит смелости ее опубликовать?

- Уверяю тебя, красавица, смелости во мне хоть отбавляй, так что выкладывайте.

Мы насмешливо переглядываемся и киваем. Лиззи достает из рюкзака красную папку и кидает ее в центр стола.

- Наши симки мы убрали, ибо нехрен пялиться, а остальное передаем вам в руки. Но это не материал. Это доказательства. Вам запрещено публиковать что-либо из этого, если вы не размоете фото до неузнаваемости. - добавляет Ким.

- Это что вообще? - Джексон пытается взять папку в руки, но Лиз прижимает ее ладонью, не давая даже открыть.

- В нашей школе есть группа парней, - начинает Рокси, - Мы назовем их имена, только когда убедимся в том, что вы готовы взяться за это дело. Уже два года они соблазняют девушек, делают нецензурные фото, а затем развешивают их по всем коридорам учебного заведения.

- Они ведут тетрадь, - продолжает Джен, - Каждая страница этой тетради заполнена именем девушки и того парня из этой группы, который затащил ее в постель, также там приклеена та самая фотография. Сейчас эта гребаная коллекция насчитывает 96 разных девушек.

Джексон, приоткрыв рот от удивления, переглядывается с одной из нас на другую. Тим сидит, оперевшись на спинку диванчика и скрестив руки в замок на груди.

- И никто не знал? Это же бред. - грубо хмыкает журналист, теряя все свое игривое настроение.

- Знал, как же иначе, - добавляю я, смотря в панорамное окно, - И ничего не делал. Родители этих учеников очень влиятельные люди, некоторые даже являются главными учредителями всей школы. - поворачиваюсь и смотрю на Джексона в упор. - Все молчали. Всегда молчали. Учителя, директор, родители. Одна девушка пыталась покончить с собой после такого случая, - вижу боковым зрением, как Тим вздрагивает, и мой голос дергается, - Но даже это сумели замять.

- Мне нужны доказательства и конкретные лица. Та девушка сможет дать показания? - серьезно говорит журналист.

- Это обязательно? - спрашивает уже Тим.

- Желательно. У нас есть отличная возможность не просто нарушить репутацию школы, но и закрыть ее вовсе.

POV Чонгук

Сегодня утром я проснулся непривычно рано, хотя после вчерашнего вечера с Хосоком и Тэхеном в баре еще до двенадцать ночи играл в плейстейшен в пустой гостиной своей квартиры. Натянул поверх школьной рубашки черный свитер и залез в машину. Почему-то захотелось посидеть на набережной перед тем, как ехать на уроки, поэтому именно туда я и направился.

Сижу на холодном каменном бордюре и листаю соц сети. Точнее один профиль. Хейзи. Вчера я убивался виртуальными гонками, чтобы выкинуть мысли о ней, но вот наступило утро, и я снова шарю ее страничку, пересматривая одну фотографию за другой.

В баре я так ясно заверял, что она простая девчонка, как и предыдущие, но сейчас корю себя за эти громкие слова. После вопроса Тэхена я представлял, как впишу ее имя и прекращу с ней связываться. Как она будет приезжать в машине своего бойфренда, а еще хуже целовать его на входе в школу. Как она будет, не замечая меня, проходить по коридорам, ведь точно не станет той, кто продолжит бегать за мной и дальше. Хотя она и без того за мной никогда не бегала, она и без того не замечает меня, проходя по коридорам, она и без того садиться в машину к своему ненаглядному и мчит с ним куда угодно, подальше от меня. Парни бы устроили шоу, узнав о том, что твориться в моей голове.

Резко выдыхаю и спрыгиваю с бордюра. Сейчас мне нужно в школу. Пора поставить все точки и закончить игру с этой новенькой. Пересплю с ней и забуду, как бредовый сон.

В коридоре я замечаю ее сразу. Ловлю себя на том, что все эти дни первым делом искал ее силуэт, а все остальное уходило на второй план. Сейчас Хейзи выглядит непривычно. Ее красивые и шелковистые волосы собраны в небрежный пучок, поверх рубашки надет синий джемпер, а на ногах массивные черные кроссовки. Так она мне нравиться даже больше прежнего. Стоит вся такая простая и в то же время особенная около автомата со вкусняшками и смеется над Дженни, которой вместо пачки шоколадных круассанов случайно выпадают крекеры. Она так красиво улыбается. Мне нравиться смотреть, как она улыбается. Сегодня она совсем другая. Сегодня она будто настоящая, а я уже чувствую, как начинаю сходить с ума.

Я не могу вот так смотреть на нее. Это не в моих правилах. Я ведь решил. Просто переспать и забыть о ее существовании. А может бросить эту затею? Тогда парни засмеют, и до конца жизни будут мне припоминать, что я оказался единственным, кто не справился и не смог затащить выбранную девчонку в постель. Боже, подставляя на место игрушки Хейзи, мне становиться тошно. Шикаю и подхожу к компании этих девчонок.

- Привет, красотка, - обращаюсь к Хейзи, обходя остальных, которые тут же смываются.

- Чон. - выдыхает она, и ее улыбка спадает. Нет, прошу продолжай улыбаться. Пожалуйста.

- Опять не в духе, - наигранно дую губы, вспоминая, как она теряется во время этого жеста.

- Да нет, - не прогадал. Ее глаза моментально спускаются к моим губам, а у меня захватывает дыхание, но тут же она возвращает внимание на глаза, правда вот и тут я с схожу с ума от красоты кристальных серых омутов. - На самом деле, у меня прекрасное настроение. Ты чего-то хотел?

Что? Это точно Хейзи? Не ерничает, не посылает, не уходит. Не знаю почему, но это начинает меня беспокоить. Я привык к той ее стороне, что дерзит и игнорирует, но не к этой ангельски зачаровывающей. Хотя она просто сама спросила, что мне нужно, я уже теряюсь в этом выражении полу дружелюбности.

- Соскучился, вот и подошел, - отвечаю через мгновение, с ухмылкой. Но нет. Я знаю, ей это не понравиться. Просто я так привык. Привык держать до последнего гребаную маску, из-за которой она ни за что не поверит в правду этих слов. Хотя они и являются правдой.

Она безэмоционально кивает.

- Сколько осталось до звонка?

- Две минуты, - хмыкаю, смотря на часы на руке.

- Что ж, - вздыхает она, поправляя выбившуюся прядь за ухо, а я сглатываю, следя за движением ее аккуратных пальчиков. - Значит, попасть на психологию нам с тобой сегодня не судьба.

- Воу, решила сама позвать меня в укромное место и прогулять занятие? - пускаю смешок, подавляя тяжесть, которая появляется в груди, когда она проходится по мне взглядом с еле заметным осуждением.

- Если тебе хочется это так называть, то да. Так что, пойдем.

Хейзи поворачивается в сторону кабинета искусств и тут же заходит внутрь. Я иду следом, прикрывая дверь. Поправляю ладонью волосы и сажусь рядом на скамейку второго ряда. Вопросительно и с настороженностью рассматриваю ее профиль. Она сидит молча, перебирая собранные перед собой в замок пальчики. Подол юбки лежит на середине бедра, как и у остальных девчонок, когда те садятся, но сейчас это заставляет меня откашляется и неловко отвести взгляд.

- Давай прекращать все это. - наконец начинает она, и я замечаю, что ее голос очень нежный, впервые я замечаю эту гармоничность тона, когда она обращается ко мне.

- Ты о чем? - спрашиваю беззаботно, хотя глаза напряженно рассматривают ее до безумия красивые черты лица.

- Ты сам это уже понял, Чонгук, - она встает с места и делает шаг спускаясь на пол. Она впервые назвала меня по имени. С ее уст это звучит еще более прекрасно, чем я себе представлял, но сейчас меня это пугает. - Я знаю о тетради, - смотрит на меня в упор, - Знаю, чего ты от меня хочешь, а значит никогда тебе не поверю. - сердце неприятно сжимается. - Прекрати таскаться за мной, из этого ничего и никогда не выйдет.

- Ты серьезно решила, что этим остановишь меня, - пускаю смешок, вставая со скамейки, - Еще не поняла, что это не сработает.

- Ты вообще границ не видишь? - в ее глазах чистая ярость, - Ты спокойно соглашаешься с тем, что хочешь получить мое гребаное интимное фото, развесить его по стенам школы, добавить в свою коллекцию и разрушить мою репутацию, и при этом ты думаешь, что когда-нибудь я соглашусь на это за твое надоедливое личико? - она не кричит. Грубо усмехается, смотря прямо мне в глаза и раздирая мою и без того редко появляющуюся совесть. - Прекрати это, потому что я устала отвязываться от тебя изо дня в день. - добавляет блондинка.

- Я все равно не отстану от тебя, Хейз.

- Не называй меня так. - грубит она резко.

- А что, твой ненаглядный Тим особенный? Ему ты стесняешься сказать, что тебе не нравиться, когда тебя так называют?

- Мне не нравиться, когда так меня называешь ты. Ты мне никто, поэтому из твоих уст это звучит неприятно. - шикает девушка и я сглатываю. Так ей не обращение не нравиться, а то, что так к ней обращаюсь я? Клянусь, каждая ее фраза будто делает очередной надлом в моей уверенности в себе.

- Значит привыкай, - грублю в ответ, - Теперь я буду обращаться к тебе только так и не иначе. Хотя нет, мне еще хочется называть тебя котенком. - ухмыляюсь, замечая ее покрасневшие щечки. Сегодня она по-особенному мила и красива.

- Господи, Чон, прекрати, - выдыхает она, потирая лоб ладонью. - Неужели ты не понимаешь? - смотрит на меня скорее с растерянностью, - Ты ничего этим не добьешься. Ничего. Или что, до конца жизни вот так за мной бегать будешь, лишь бы не потерять свой гребаный авторитет полного придурка?

Я молчу. Она просто грустно улыбается мне и качает головой. Такая красивая. Сколько раз я уже сказал это у себя в голове? Почему не могу сказать это вслух? Сказать, что она сводит меня с ума, заставляя чувствовать то, что я не чувствовал никогда, заставляя ревновать. Блять, да. Я ревную ее к тому уроду, что так спокойно может пригласить ее на свидание, а она только радостно ему улыбнется, к тому придурку из школьного совета, что помогал ей донести бумаги до директорской на днях, да даже к своим друзьям, когда они просто начинают о ней говорить. Она сводит меня с ума ночами, которые я провожу, думая о ней, сводит с ума дерзостью и колкими фразочками. Она просто чертовски сводит меня с ума, и теперь я уже ничего не могу с этим поделать.

Быстро преодолеваю два метра между нами и касаюсь ладонью ее щеки. Мои губы дотрагиваются до ее, я теряю весь контроль. Прижимаю так близко, как только можно. Сминаю ее губы своими, чувствуя вкус ванили и цветочный аромат. Это конец. Теперь, ощущая ее так близко, я уже не смогу отпустить. Тэхен был прав, чертовки прав, а я идиот. Я влюбился в нее до потери пульса, и это уже нельзя скрыть ни под какой маской. Да я и не хочу.