Глава 39.

      Все еще люблю?

Милана продолжала развлекаться на тусовке у Влады, вспоминая себя семнадцатилетнюю. Многое изменилось... Изменилась она и все присутствующие здесь. Никто больше не просит друг у друга загадочный пакетик, с таинственным белым порошком внутри. Никто не вливает в себя алкоголь, чтобы уйти из реальности. Все повзрослели, у кого-то даже появились жена и муж. Кто-то действительно обрел свое счастье.

Милана, улыбаясь, смотрела на происходящее. Влада решила включить старые песни, которые были популярными в их года и все подпевали, широко улыбаясь. Никто не был пьян, что доставляло удовольствие. Блондинка держала в руках бокал, в котором находилось пиво и плавали кусочки льда.

— Мил, — окликнула её Саша. — Сейчас Соня придет.

От имени «Соня» сердце екнуло. Как это Соня? Когда придет? Зачем? Разве она не в Америке? 

Милана растерянно взглянула на подругу. Сердце бешено начало колотиться, а руки слегка задрожали.

— Я имею ввиду Григорьеву, — сказала Крючкова, заметив растерянный взгляд девушки. — Кульгавой тут делать нечего, не думаю, что она вообще вернется в Россию в этом году.

Ангельская кивнула и усмехнулась. Григорьева... Милана до сих пор помнит, как та предала её и как девушке было больно и обидно. Однако сейчас понимает, что Соня просто хотела, чтобы мать выздоровела. Чтобы ей стало хотя-бы немного легче. И давно не таит на неё обиду.

Девушка отпила немного содержимого бокала и тяжело выдохнула, посмотрев на окно. Время доходило до часу ночи, спать не хотелось. Последние три года Милана вообще не знала о спокойном сне. Сначала ей снились кошмары, не дававшие ей спать, а потом и вовсе настигла бессонница и сколько бы Милана не ворочалась в постели, уснуть не получалось. Глупые и навязчивые мысли лезли в голову, из-за чего просыпалась тревога и её начинало трясти. Однажды все дошло до того, что пришлось вызывать скорую. Просто в этот день с ней ночевала её подруга и от незнания что делать, девушка вызвала скорую помощь. Ангельской ввели успокоительное и Милана уснула. Кажется, это был первый раз, когда она выспалась за последние три года.

Ангельская услышала хлопок входной двери. Скорее всего, это Софья. Милана выпрямила спину, отложила бокал и ждала, пока девушка войдет в зал. Спустя несколько минут показалась знакомая фигура. Блондинка слегка приподняла уголки губ. Она дорожила Соней раньше и действительно считала её лучшей подругой. Девушка хоть и не рассказывала ей о своей семье, но она делилась своими переживания по отношениям с её первой любовью. Она действительно доверяла ей.

Все поприветствовали Соню, улыбнувшись и обняв. Григорьева медленно перевела взгляд на Милану, сидящую на диване. Она смотрела на неё, мило улыбаясь.

— Милка? — тихо спросила девушка, не веря своим глазам.

Ангельская встала с дивана и не спеша подошла к бывшей лучшей подруги.

— Как ты? — улыбнулась Милана и обняла девушку, вдохнув приятный запах духов, напоминающий банан.

***

— Мне действительно жаль, что я так поступила, — произнесла Соня, выдохнув сигаретный дым.

— Спустя несколько лет я поняла твой поступок, — задумчиво ответила девушка. — Я бы, наверное, поступила точно также, если бы заболел кто-то из близких мне людей. Я не держу на тебя зла.

Григорьева улыбнулась и замолчала. Каждая думала о чем-то своем. Эта тишина не неловкая, она скорее умиротворяющая и комфортная.

— Я слышала, что у тебя своя студия, — улыбнулась Соня.

— Ага, — ухмыльнулась Милана. — А чем ты занимаешься? Я помню, что ты хотела поступить на косметолога.

— В как раз таки я и им являюсь, — гордо произнесла девушка. — У меня свой салон.

Милана удивленно распахнула глаза и распылилась в улыбке. Так вот почему у Сони такие красивые ресницы и брови!

— Я рада за тебя! — воскликнула девушка.

Соня захихикала и поблагодарила её. Они снова замолчали, но ненадолго.

— Откуда ты знала, что она улетала в Нью-Йорк? — вдруг спросила блондинка, медленно переведя взгляд на девушку.

Соня посмотрела на девушку и тяжело выдохнула.

— Тем вечером... — начала Соня, выдохнув дым. — Тем вечером Кульгавая попросила выйти меня за пару слов. Я сразу поняла, что она догадалась о том, что твоя мама узнала о вас двоих из-за меня и мне явно не поздоровится. — сказала девушка, переведя взгляд куда-то вдаль. — Однако Соня не кричала, не била меня, она просто смотрела на меня такими разбитыми, полными боли и слезами глазами, что я поняла, что неправильно поступила. Что мне не нужно было так предавать вас обеих, но я предала. Соня сказала, что бросит всё. Учебу, работу, мать, улетит в Америку и откроет свою компанию. Станет одной из самых популярных архитекторов и станет счастливой и без тебя, Милан, — она посмотрела на девушку.

Милана чувствовала, как сердце сжималось при каждом  упоминании о девушке. Голова закружилась, в голове мелькали воспоминания с русоволосой, но девушка тряхнула головой. Нет! Нельзя вспоминать об этом.

— Надеюсь у неё получилось справится со вторым, — усмехнулась девушка. — С первым-то точно вышло.

Григорьева погладила девушку по волосам и притянула к себе. Милана отрицательно покачала головой.

— Не хочу обниматься, — отстранилась девушка. — Больше не приносит это удовольствие.

— Ты все еще любишь её.

Не было понятно вопрос ли это или утверждение, но Соня тяжело вздохнула и вышла из балкона.

— Все еще люблю? — усмехнулась Милана.

Она ведь пообещала самой себе возненавидеть её! Но... Она не смогла даже разлюбить.

Девушка потушила сигарету и выбросила её в окно. Блондинка тяжко вздохнула и тоже покинула балкон.

Ангельская сидела в кругу своих старых знакомых, громко смеясь, так как ребята решили вспомнить старые времена. Милана почувствовала, как завибрировал телефон в кармане её брюк и она встала с дивана и покинула зал. Блондинка взглянула на экран телефона и слегка улыбнулась. Она взяла трубку.

— Милан, спишь? — спросила подруга.

— Нет, — ответила девушка и ребята громко засмеялись.

— Погоди, ты где?

— По пути встретилась со своей старой компанией, помнишь, я рассказывала?

— А-а-а, ну да, помню, — улыбнулась девушка. — Время уже четыре утра, а в шесть тебе на работу. Может, забрать тебя? Я неподалеку.

— Если не трудно. Я выпила, мне нельзя за руль.

— Через пятнадцать минут буду, жди.

Девушка кивнула и сбросила трубку. Она тяжело вздохнула и направилась на кухню. Как только она потянула дверь на себя в голову ударили вспоминания. Они же сидели на этой кухне с ней, попивая малиновый чай. Сидели на полу и она клала Милане на плечо голову, прикрывая глаза. Блондинка закрыла дверь и зажмурилась. Пора уходить. Воспоминания точно съедят заживо.

Ангельская натянула на себя улыбку и зашла в зал.

— Мне пора, — улыбнулась девушка. — Надеюсь, что мы еще увидимся.

Ребята грустно улыбнулись и встали в полный рост, чтобы попрощаться со своей старой знакомой. Три года назад, когда их компания тусила каждый день, Милану с первого дня приняли, как родную, ведь она буквально выглядела, как ангел! Она никогда не напивалась, не буянила, не ссорилась ни с кем и все относились к ней с большой любовью. Можно сказать, её считали младшей сестренкой, которой просто нечего делать дома. Практически никто из ребят не знал о её проблемах, однако блондинка все равно считала их своими друзьями и людьми, которым можно доверять и они точно не предадут.

Саша с Оксаной стали лучшими подругами за такой маленький срок. Но Григорьева... С ней у них возникла какая-то особая связь. Милана почему-то сразу доверилась ей, не думая какой на самом деле Соня человек. Она быстро забыла о том, что та поцеловала её и что она употребляла наркотические вещества. Просто с ней было хорошо. Она никогда не удерживала Милану, никогда не говорила, что правильно, а что нет и всегда давала ей покурить или попить чего-то покрепче. И всегда принимала её такой, какая она есть. Может, у неё просто такой язык любви?

Когда очередь дошла до Григорьевой Милана грустно улыбнулась.

— До скорого, — улыбнулась девушка и крепко обнялась с Соней.

Блондинка помахала всем и вышла из зала. Она накинула на себя пальто, взяла сумку и вышла из квартиры, побежав по ступенькам вниз.

Оказавшись на улице, прохладный ветер ударил в лицо. Какая-то черная, элитная машина парковалась рядом с машиной Миланы, но блондинка не предала этому значения. Она увидела синюю машину подруги и побежала туда. Ангельская запрыгнула в автомобиль.

— Как все прошло? — улыбнулась девушка, заведя машину.

— Если ты про ребят, то все отлично, — улыбнулась блондинка. — А если про ужин с родителями... — Милана тяжело вздохнула.

— Снова поругались? — грустно спросила подруга .

— Снова поругались, — кивнула Ангельская. — Отец хотел ударить меня, но я первая влепила ему пощечину. — ухмыльнулась девушка.

— Ого, — удивилась подруга. — Ты действительно изменилась. Ты и девушка, плакавшая на полу в аэропорту, которую я нашла - два разных человека.

— Я правда изменилась, Маф? — поинтересовалась Ангельская.

— Правда, — кивнула Мафтуна. — По твоим рассказам, ты стала похожа на свою первую любовь.

Сердце неприятно екнуло. Милана усмехнулась и кивнула. Девушка отвернулась к окну и тяжко вздохнула.

— Я могу забрать твою машину, — начала подруга. — Через полтора часа на работу, а заняться все равно будет нечем.

— Буду очень благодарна, — улыбнулась Милана.

Ехать в центр Москвы далековато, но сил у обеих на простую болтовню не осталось. Ангельская смотрела в окно и в какой-то момент веки стали тяжелыми и она заснула.

***

Мафтуна накрыла блондинку пледом, который лежал на диваном рядом и слегка улыбнулась. Она присела на корточки и погладила подругу по волосам, глупо улыбаясь. Перед глазами всплыла другая фигура. Маф хмыкнула, отрицательно махнула головой и фигура размылась. Она быстро встала в полный рост.

— Это не она, — прошептала Абдиева сама себе и подошла к пальто подруги.

Она достала оттуда ключи от машины и поспешила покинуть квартиру.

Такси уже ждало возле подъезда, поэтому Маф быстро запрыгнула в автомобиль. Глаза слипались, но сил на то, чтобы уснуть не было, поэтому Мафтуна лишь облокотилась об дверь машины и тяжело вздохнула, задумавшись о ней. О девушке, чье сердце она разбила три года назад в октябре. Вместе с сердцем девушки разбилось и её.

Абдиева нарочно сделала это. Специально сделала так, чтобы девушка подумала, что она изменила ей. Намеренно встала с какой-то случайной девушкой так, чтобы та подумала, что Маф поцеловала её. Целенаправленно приходила на тусовки, где присутствовала девушка, с разными дамами в сопровождении и при всем отвращении целовала их мерзкие, горькие губы.

Просто потому что хотела, чтобы девушка, которую она разбила, была счастлива, ведь с ней она не обрела бы счастья. Мафтуна продолжает следить за ней и была настолько рада тому, что девушка открыла свой салон, что пошла отмечать это с Миланой, которая понятия не имела за что они пьют, однако все же вливала в себя шампанское, радуясь неизвестно чему.

Они познакомились достаточно специфично... Три года назад в январе Ангельская изо всех сил бежала к зоне регистрации, однако её остановили, сказали, что она опоздала на самолет и он уже улетел. А вместе с самолетом улетела и она. Мафтуна тоже опоздала на самолет, она собиралась покинуть этот чертов город, но наткнулась на Милану, плачущую на весь аэропорт. Девушка заботливо выслушала девушку, отвезла её к себе в квартиру, еле как успокоила и уложила спать, а затем отвезла домой, сказав её родителям, что она сестра Кати и Ангельская рванула так ко ней, потому что соскучилась. Конечно, Мафтуна не сестра Екатерины, на тот момент она даже понятия не имела кто это. Однако позже Милана их все же познакомила и они очень даже сдружились.

Милана и Маф стали друг для друга спасательным кругом в этот тяжелый, душераздирающий период. Они обе потеряли тех, без кого жить просто невозможно. Они поддерживали друг друга, каждый раз по новой выслушивая переживания. Девушки даже не спрашивали друг у друга по кому они так убиваются, это все равно не имело никакого смысла.

Мафтуна открыла дверь красной машины и села в водительское сиденье. Она устало вздохнула и завела машину. Девушка открыла солнцезащитный козырек и оттуда выпала какая-то фотография. Она упала ей в ноги и девушка потянулась, чтобы достать её. Абдиева взяла фотографию в руки и удивленно распахнула глаза, приоткрыв рот.

На фотографии изображены Милана и Кульгавая, крепко обнимавшиеся и широко улыбающиеся, смотря в камеру.

— Легавая? — удивленно спросила Маф. — Так вот, как выглядит первая любовь Миланы...

Внезапно из подъезда кто-то выходит и Маф невзначай бросает взгляд на подъезд.

Сердце бешено забилось, а голова закружилась.

Соня. Григорьева. Прямо в пятнадцати метрах от неё.