Глава 37.

                                   Не трогай меня!

                                Три года спустя.

— Хочу взяться за новый проект, — проговорила девушка, прислонив телефон к уху. Она быстрыми шагами направлялась к дверям своей студии.

— Не устала от проектов-то? — недовольно пробурчала подруга, попивая кофе. — Кажется, твои работники очень устали.

— Плевать, — пожав плечами, ответила она. — У них слишком хорошая зарплата, чтобы не выполнять свои обязанности.

— И то верно, — тяжело вздохнула девушка. — Ладно, где ты сейчас? Может, сходим пообедать?

— Я не смогу, — спокойно ответила девушка. — Мне нужно как можно быстрее закончить дела в студии и уехать к родителям.

— Точно, совсем вылетело из головы. Страшно представить, что будет на этом ужине.

— Ага, — усмехнулась блондинка, войдя в здание. — Но все равно плевать, что они скажут. Ладно, мне пора, до завтра.

Не дождавшись ответа подруги, она выключила телефон.

— Милана Алексеевна, здравствуйте, — улыбнулась молодая девушка, держа в руках документы.

Милана слегка приподняла уголки губ и кивнула в знак приветствия. По пути еще много рабочих с широкой улыбкой поприветствовали девушку, получая в ответ кивок. Ангельская дошла до отдела, где находится её кабинет. Она зашла внутрь и несколько удивленных глаз уставились на неё. Никто не ожидал, что их директриса вернется так быстро из Франции.

— Готовьтесь к новому проекту, — быстро протараторила Ангельская, направляясь к своему кабинету, громко стуча каблуками. Сзади себя она услышала уставшие и печальные вздохи. — И не нужно так вздыхать. Я никого не держу. Алиса, зайди.

Ангельская потянула на себя дверь и вошла в своей кабинет. Она кинула сумку на диванчик, стоящий напротив её письменного стола. Милана распахнула шторы и мигом дневной свет проник в кабинет. В комнату зашла хрупкая девушка, работая заместителем или, проще говоря, правой рукой Миланы. Она прикрыла за собой дверь.

— Как дела у нас? — спросила Ангельская. — Надеюсь, вы ничего не учудили, пока меня не было неделю.

— Все отлично, как я и говорила тебе по телефону, мы закончили проект отеля «Холидей», — с особой гордостью сообщила Алиса. — Какой еще проект ты хочешь взять?

— Помнишь Константина Макарова? — поинтересовалась блондинка, сев на компьютерный стул. Якутова кивнула. — Так вот, он открывает еще один ресторан где-то поблизости. И естественно, хочет, чтобы наша студия занялась всем этим.

— Ого, — удивилась Алиса. — Последний раз мы занимались его каким-то рестораном год назад. Он не устал там рестораны открывать?

Милана улыбнулась и пожала плечами.

— Кстати, я сегодня вечером к родителям, — сказала Милана. — Поэтому рабочий день у всех в шесть заканчивается.

Девушка попыталась скрыть улыбку, однако ничего не вышло.

— Слава богу! — воскликнула Алиса. — Пойду всем сообщу.

Ангельская отрицательно покачала головой и усмехнулась. Якутова быстро выбежала из кабинета и направилась обрадовать всех своих коллег. Мигом послышались радостные возгласы и Милана невольно улыбнулась. Девушка включила компьютер и принялась изучать документы.

***

Солнце быстро скрылось за горизонтом. Часы уже доходили шести вечера, поэтому нужно собираться к родителям. Милана старалась навещать родителей чаще, как бы она этого не хотела. Каждый её приезд оканчивался ссорами и криками, поскольку родители до сих пор не могут смириться, что девушка работает дизайнером интерьера, а не врачом, как её родители. Ангельская воплотила свою мечту стать дизайнером интерьера, потому что пообещала кое-кому. Она хотела хоть что-то сделать для этого человека.

Милана тяжело вздохнула и взглянула в окно, уже было темно. Блондинка закрыла ноутбук, выкинула очередные три бумажных стаканчика кофе, убрала все документы на место, подправила макияж, собрала сумку, надела пальто, зашторила шторы и, выключив свет, вышла из кабинета. Снова несколько глаз пристально уставились на неё.

— Можете собираться, — спокойно сказала Милана и мигом все вскочили со своих мест.

Ангельская, громко стуча каблуками, направилась к выходу, однако возле студии ее ждал небольшой сюрприз. Неподалеку от её машины, стоял черный автомобиль, которую она узнает из тысячи. Милана закатила глаза и ускорилась к своей машине, но из черного автомобиля уже выпрыгнул парень двадцати пяти лет. Высокий, кареглазый брюнет и очень обоятельный парень, который бегает за блондинкой с самого первого курса университета.

— Милан, погоди! — воскликнул он и ей пришлось остановиться.

— Что? — недовольно спросила она.

— Давай я подвезу тебя? — зачем-то спросил парень, хотя они стояли прямо рядом с машиной Миланы.

— Ты придурок? — без всякого стеснения спрашивает Ангельская. — Максим, оставь меня в покое, ладно?

Милана потянулась к ручке машины, но Макс взял её за запястье. Ангельская удивленно распахнула глаза и нахмурила брови.

— Дай мне шанс, Милан! Я же все для тебя делаю, а ты уже третий год отшиваешь меня!

Ангельская вырывает запястье и зло глядит на парня.

— Макс, ты мне не нравишься и никогда не понравишься. Вокруг столько красивых девушек, вали к ним! — зло проговорила девушка и наконец открыла дверь машины.

— Но я хочу только тебя! — крикнул Макс, но блондинка молча захлопнула дверь машины. Она завела автомобиль и направилась в сторону дома своих родителей.

Возвращаться туда, где её разбили, совершенно не хотелось. Каждый раз Милане дается это с трудом, сердце переполняло тревогу и даже начинала кружится голова. Еще и каждый раз она проезжает дом, в котором чувствовала себя по-настоящему счастливой. Это действительно опять разбивает и так разбитое сердце.

Ангельская тяжело вздохнула и открыла окно машины. Она достала из кармана пачку сигарет и зажигалку. Девушка быстро достала сигарету и подожгла её, зажав между губ. Когда никотин попал в легкие Милана слегка расслабилась. Ехать до дома родителей не так долго, всего сорок минут. Ангельская мечтала жить в центре Москвы, хоть это и не всегда доставляло удовольствие, почему-то несколько людей всегда подходили к ней сфотографироваться. Доходило до того, что её поджидали возле подъезда журналисты.

Всю последующую дорогу Ангельская слушала музыку, но, когда она заехала в район, в котором ей разбили сердце, пришлось музыку выключить. Она сделала глубокий вдох, а затем выдох, стараясь держать маску безразличия. Милана зажмурилась, когда поняла, что проезжает тот самый подъезд, а затем снова распахнула глаза. Она сжала руль и ускорилась, желая как можно быстрее доехать до нужного подъезда.

Милана припарковалась и взяв сумочку с соседнего места, выбежала из машины, закрыв её.

Девушка медленно шла по ступенькам, оттягивая момент воссоединения семьи. Сейчас Мише всего десять лет и его, почему-то, не пилят также, как в её время. Брат учиться на тройки или четверки, а когда бывают пятерки, то сразу мать накрывает праздничный ужин! А вот если бы у Миланы были тройки или четверки, то это был бы последний ужин в её жизни.

Ангельская хмыкнула и подошла к знакомой двери. Она постучалась два раза, а затем потянула дверь на себя. Ну, спасибо, что открыли.

Милана вошла внутрь и мигом из кухни выбежала мать.

— Привет, — поздоровалась блондинка, снимая каблуки. Мама кивнула и слегка улыбнулась.

— С длинными волосами тебе шло больше, — хмыкнула она, но все же обняла свою дочь.

Ах да... Три года назад, как только Милана сбежала из дома в грязную, полную тараканами общагу, она отрезала свои длинные волосы, оставив каре. И с тех пор, она каждый раз срезает их, только уже не в домашних условиях, а в популярном салоне. Если раньше её волосы доставали до ягодиц, то сейчас еле достают до плеч.

— А профессия врача шла намного бы больше, — напомнил отец, делая что-то на кухне.

Ангельская закатила глаза и отстранилась от матери. Она сняла пальто и направилась на кухню.

— И я тоже рада вас всех видеть, — усмехнулась блондинка и села на свое место.

Родители нахмурили брови, собираясь что-то сказать, но внезапно из своей комнаты выбегает довольный Миша.

— Милаша! Ты приехала? — воскликнул он.

Милана невольно улыбнулась и встала из-за стола. Мигом на кухню влетел Михаил и обнял свою сестру. Девушка улыбнулась и погладила мальчика по волосам.

— Привет, — усмехнулась она. — Как дела?

— У меня столько нового! Пойдем, расскажу.

Миша и не взглянул на родителей, просто взял девушку за руку и отвел к себе в комнату. Проще говоря, спас сестру от нового скандала.

— Спасибо, — улыбнулась блондинка, присев на край кровати.

— Пожалуйста.

Миша сел рядом.

— Как Франция? Париж там? — улыбнулся братик.

— Ты же знаешь, что я туда езжу не чтобы на достопримечательности посмотреть, — напомнила девушка. — Но эйфелевую башню я посмотрела, — захихикала девушка.

— Я тоже хочу! Родители никуда улететь не могут! — обиженно воскликнул Миша.

— У родителей много работы, они не могут просто так оставить компанию. Но я обещаю, что тебя возьму когда-нибудь, — улыбнулась Ангельская, обняв своего брата за плечо.

Миша кивнул.

***

Ужин снова закончился как обычно.

— Я имею права выбрать такую профессию, которую хочу, — спокойно продолжала Милана, ковыряя вилкой в салате «Цезарь».

— Пока ты моя дочь ты ни на что не имеешь права! — крикнул отец.

— Я тоже человек и тоже имею свое мнение, свои желания, свои права! — громко сказала девушка, со всей силы кинув вилку в тарелку.

Тарелка не выдержала и разбилась, но Милана даже не вздрогнула. Произошло бы это три года назад, она бы перепугалась до смерти.

Она встала из-за стола и направилась к выходу, больше не желая терпеть эти унижения.

— И куда ты пошла?! — зло прорычал папа и схватил девушку за шею.

— Не трогай меня! — крикнула девушка и отцепилась от отца.

— Да кто ты такая, чтобы повышать на меня голос? — кричал отец. Он замахнулся на дочь, но Милана ударила его первая. Она дала ему унизительную, звонкую пощечину.

— Я — твоя дочь, которую ты лишил счастья, — строго произнесла блондинка. — У меня свой бизнес, много денег, которые я регулярно вам высылаю, я добилась всего, чего хотела, но счастья я так и не обрела. Потому что вы, — она взглянула на отца и мать. — Лишили меня его. Чтобы вы сделали, если бы я продолжила встречаться с ней, после того, как вы все узнали? Убили бы? — усмехнулась девушка. — Наверное, это лучшее, что вы могли сделать.

Ангельская развернулась, взяла пальто и сумку, быстро надела каблуки и хлопнула входной дверью. Настроение вновь испорчено, но она впервые за три года заговорила о той ситуации с родителями. Хотя, что она ожидала услышать? Что родители раскаются? Попросят прощения? Нет, конечно, нет. Они, наверняка, до сих пор гордятся своим поступком, поскольку думают, что Милана одумалась, когда попала в кому. Однако она не одумалась.

Милана полностью огородила себя стенами. Стерла со своего лица все чувства, погасила в глазах блеск и приказала себе молчать. Ангельская заставила себя перестать верить в людей, доверять им. Она стала точно такой, как и её первая любовь. Бесчувственной, холодной, злой, строгой.