19.

—Т/и—Приехать в этот вечер сюда вместе с Билли было большой ошибкой. Да, она мне очень нравился, я теряла контроль над собой, когда она дотрагивалась до меня или целовала, но мне совсем не нравилась её образ жизни.Билли О'Коннелл вращалась в кругу, который я всегда избегала: драки, безумные вечеринки, наркотики и алкоголь.Не прошло и двух недель после моего приезда сюда, а все уже так изменилось.Воспоминания о Кене еще были мучительными. Начало отношений с Билли только ухудшило бы ситуацию, потому что я точно знала, что хочет человек вроде неё от девушки вроде меня. Я могу показаться старомодной или странной, но мне нравятся традиционные вещи. Я хотела бы, чтобы девушка, которая хочет быть со мной, демонстрировала мне свои чувства каждый день, мне нравятся нежные слова, фразы, жесты от сердца.Билли была другой. Я не была готова опять потерять свое сердце, оно и так уже было разбито на тысячи маленьких кусочков.Я решила, что должна попытаться создать ровные, спокойные отношения с Билли. Мы не могли быть вместе, но это не означало, что мы должны ненавидеть друг друга. Вражда с ней, перетягивание каната – игры, в которые мы играли с тех пор, как встретились, были утомительны. Раз мы живем под одной крышей, будет лучше стать друзьями. Правда, если возможно дружить с человеком, при виде которого у тебя подгибаются колени.Я стояла у входной двери на корабль и ждала, когда закончится бой Лиона. Я не была среди зрителей. Любое физическое противостояние между людьми мне противно.Билли прошла мимо, не взглянув на меня, и направилась к Квенлин и компании. Пятнадцать минут спустя Лион выиграл свой раунд, правда, в отличие от Билли, его несколько раз сильно ударили в грудь и разбили ему левый глаз.Квенлин бросилась к нему в объятия и страстно поцеловала. Это то, что Билли хотела, чтобы сделала я? Упасть к её ногам, потому что она оставила противника валяющимся без сознания на полу? Смешно.Когда люди начали выходить,Билли подошла ко мне, взяла за руку и вытащила из толпы. Странно было ощущать, как её пальцы переплелись с моими. Но сделала она это как-то отстраненно, как будто из практических соображений, чтобы я не заблудилась в толпе, а не из любви.Мы стояли у машины, и я наблюдала за ней. Со времени нашего последнего разговора кое-что изменилось. Она, казалось, не замечала меня и была раздражена. Меня ранило её отношение, но что еще я могла от неё ожидать.Я рассеянно смотрела на ссадины на её костяшках. На ранах была засохшая кровь от ударов, которые она нанесла тому парню. Внезапно меня затошнило, не хватало воздуха.Какого черта я здесь делаю?Билли оставила меня, не сказав ни слова, и направилась к своим друзьям.Квенлин нигде не было. И я почувствовала себя очень одиноко в окружении большого количества людей. Мне стало страшно.Я порылась в сумочке и достала свой мобильник.– Что ты делаешь? – спросила Билли, возникнув рядом, как только я приложила телефон к уху.– Вызываю такси.Прежде чем я могла что-то сказать, она уже вырвала телефон из моих рук:– Ты с ума сошла? То, что мы здесь делаем, незаконно, ты не можешь выдать наше местонахождение, на нас могут донести.Я продолжала смотреть на неё. Да, она была намного красивее, чем любая девушка, которую я когда-либо знала, но это не стоило того, чтобы связываться с ней и влипнуть в неприятности ради её мимолетного внимания.– Я хочу уехать.– Почему?Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.– Потому что мне не нравится твой мир,Билли, – подвела я итог всем нашим разговорам.

Билли не выглядела оскорбленной моим ответом, она была довольно равнодушна:– Ты не подходишь для всего этого, я не должна была тебя сюда приводить.Я не подхожу для этого? Меня задело не то, что она сказала, а тон, которым она это произнесла.– Я сама решила сюда приехать и теперь сама решаю, что хочу отсюда убраться.Билли рассмеялась и снисходительно посмотрела на меня.– Я не знаю, чего я ожидала от тебя здесь. Я думала, ты сильнее,блонди. Ты не дрогнула, вступив в схватку с Ронни. Никогда бы не подумала, что несколько ударов могут привести тебя в такое состояние.Она пробежала взглядом по моему телу. Заметила ли она выступивший холодный пот? И дрожь, которая охватила меня?– Ну, я полагаю, мужество приходит и уходит, – сказала я, сделав шаг навстречу и протягивая ладонь, чтобы получить обратно свой телефон.Билли крутила его между пальцами, все еще разглядывая меня.– Мне очень любопытно, где ты научилась так ездить?Я продолжала смотреть ей в глаза.– Новичкам везет. Мой телефон, пожалуйста.На её лице появилась кривая улыбка.– Ты скрываешь больше, чем я думала,блонди, – призналась она, сделав шаг навстречу. Я отступила назад, потому что она снова оказалась слишком близко, и натолкнулась спиной на дверцу машины.– У нас у всех есть свои секреты, – ответила я тихим голосом и почувствовала, что у меня задрожали ноги.(мать ты че)– Предупреждаю, я очень хороший детектив, – сказала она, наклонившись, чтобы поцеловать меня.(задолбала уже)Я оттолкнула её, правда, она даже не сдвинулась особо с места.Её ответ как будто развеял чары, которыми она окутала меня. Сердце бешено колотилось.– Держись от меня подальше, – сказала я серьезным тоном.(наша школа)Меньше всего мне хотелось, чтобы кто-то вроде неё копалась в моем прошлом. Я всегда держала свой скелет в шкафу, но теперь, когда мы жили под одной крышей, многое стало трудно скрывать. Меня беспокоило, что за такое короткое время она уже обнаружила, что у меня есть тайны.– Держаться подальше от тебя? Кажется, твое тело хочет другого.Будь проклята она и её магическая способность притягивать меня к себе. Я чувствовала себя, как маленький зверек, загнанный в угол. И мне это не нравилось.Она оперлась на машину руками, так что я оказалась в ловушке.– Чего ты боишься? – спросила она, глядя мне в глаза.Её губы были рядом с моими, а дыхание ласкало лицо. Её глаза такие голубые.Теперь, когда она была так близко, я увидела вокруг её зрачков маленькие аквамариновые пятнышки.– Тебя, – ответила я едва слышным шепотом.Билли улыбнулась в сторону, казалось, довольной моим ответом. А меня как будто окатили холодной водой. На этот раз я сильнее оттолкнула её и выскользнула из-под её рук.– Ты идиотка, – бросила я, раздраженная на себя за то, что была так откровенна с ней.Билли засмеялась.– Почему? Тебе не нравится то, что я знаю, что ты меня боишься? Это нормально,блонди, а то я уже начала волноваться, что ты меня действительно не боишься.– Я боюсь, что из-за тебя у меня будут неприятности, – солгала я в отчаянной попытке стереть из её памяти мои последние слова. Они давали ей слишком много власти.– Думаю, это то, чего я довольно умело избегаю. Тебе не стоит волноваться.– В том-то и проблема, что я не хочу волноваться. Теперь отдай мне мой телефон, чтобы я могла убраться отсюда.Билли вздохнула, хотя на её губах все еще блуждала довольная улыбка.– Жаль, что ты так напряжена. Я думала, мы с тобой сможем немного повеселиться.– Мы с тобой – нет... и никогда не сможем.Двадцать минут спустя Квенлин высадила меня у дома. Я спокойно вздохнула и поклялась себе, что больше никогда не попадусь в её сети. Мы с Билли должны держаться подальше друг от друга.На следующий день я мыла машину.Билли была в доме. Мы в этот день почти не виделись. Забавно было наблюдать за соседями – невероятными, шикарными, одетыми исключительно в «Шанель». Они неодобрительно поглядывали на меня – в обычных коротких шортах, футболке, купленной на распродаже, с небрежным пучком на голове, надраивающую свою машинку.Мне было абсолютно наплевать, что обо мне подумают моя мать-блондинка и ее муж, владелец телевизионного канала.В момент, когда я пыталась дотянуться губкой до капота и сдувала прядь волос с лица, раздался голос, который я меньше всего ожидала услышать:– Вижу, ты по-прежнему ненавидишь автомойку на заправках.Я застыла на месте. Это не могло быть правдой.Повернувшись, я увидела его, стоящего посреди проезжей части рядом с машиной Билли. Он выглядел так же, как две недели назад, когда мы попрощались. Взъерошенные светлые волосы, шоколадного цвета глаза, излучающие уверенность... Я сделала несколько глубоких вдохов.Передо мной стоял Кен, который изменил мне с моей лучшей подругой.С губки, зажатой в руке, беззвучно стекала вода, а другая рука повисла, как мертвая. В голове всплывали картины из прошлого. Вот мы после одного из выигранных им матчей, на котором я была зрительницей, он подошел ко мне, чтобы сказать, что совершенно не мог сосредоточиться, когда увидел меня на трибунах. Вот наше первое свидание, когда он пригласил меня в индийский ресторан, и мы оба плохо себя чувствовали следующие три дня из-за острых блюд. Наш первый поцелуй настолько сладкий и особенный, что он был в списке моих лучших воспоминаний до самого последнего времени. И в это мгновение образ Бэт и их поцелуя пронесся у меня в голове, и я почувствовала острую боль в груди.– Какого черта ты здесь делаешь? – спросила я, бросив губку в ведро с водой и обрызгав свои босые ноги.Он смотрел на меня не отрываясь.– Я скучаю по тебе.Я не могла не рассмеяться.– А я уверена, что нет. Ты был в прекрасной компании, – сказала я, повернувшись к нему спиной.– Т/и... Прости меня, – извинился он тем же бархатистым голосом, которым тысячу раз говорил мне, что любит меня больше всего на свете.Я встряхнула головой, желая, чтобы реальность оказалась дурным сном. К встрече с Кеном я оказалась не готова, потому что часть меня хотела, чтобы все оставалось как есть, а другая хотела повернуться и позволить ему обнять меня, поцеловать и сказать, как сильно он меня любит и по мне скучает(ну дура). Мне отчаянно хотелось быть с кем-то из своей прежней жизни. Пусть даже на несколько мгновений я хотела стать той Т/и Морган, которой была до того, как уехала из родного города.– Т/и, я люблю тебя, – сказал он, и я почувствовала его за своей спиной. Он подошел ко мне очень близко.Я повернулась, чувствуя, как эти слова разрывают мое сердце на части.– Никогда больше не говори мне этого, – резко сказала я и пристально посмотрела на него, на маленькие золотые пятнышки в его карих глазах, на шрам, который был у него на скуле от удара хоккейной клюшкой. И вспомнила, как стояла рядом, когда ему накладывали швы, и нервничала, потому что я плохо переношу вид крови. Воспоминания причиняли мне нестерпимую боль.Кен явно нервничал, я знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что все происходящее стоило ему нервов даже больше, чем мне.– Я говорю тебе это, потому что это правда,Т/и, – сказал он и, не отрывая глаз от моих, взял мое лицо в свои руки. Это прикосновение заставило меня вздрогнуть от тепла пробуждающихся воспоминаний. Девять месяцев этот парень значил для меня так много, моя первая любовь... У меня до сих пор оставались очень сильные чувства к нему.– Прости меня, – повторил он, гладя меня по щекам. – Когда ты уехала, мой мир рухнул, я не знал, что делать и как с этим справиться, – он говорил с отчаянием в голосе, а его руки уже мягко касались моих плеч. – Ты должна простить меня...Т/и, пожалуйста, скажи что-нибудь, мне нужно, чтобы ты сказала, что прощаешь меня...Я закрыла глаза. Зачем он приехал сюда? Зачем он пробуждает во мне боль? И все же увидеть его снова было так утешительно.Я вдруг почувствовала его губы. Это было так неожиданно, что даже показалось чем-то обыденным. Чувствовать их было обычным делом в моей прошлой жизни, чем-то приятным и необходимым, к чему я хотела вернуться с того самого момента, как села в самолет.Он положил руку мне на затылок и притянул меня к себе. Я была настолько поражена тысячами противоречивых ощущений, что не могла пошевелиться.– Поцелуй меня,Т/и, не стой так, – попросил он, прижимая свои губы еще сильнее. Я приоткрыла губы, и его язык искал мой, как это было в наш первый поцелуй. Я чувствовала тепло во всем теле, но что-то изменилось... Как будто мое тело хотело огня, а не тепла.

* * *Неожиданно рядом с нами раздался какой-то шум. Я сделала шаг назад.Приехали мама и Патрик. Я была настолько погружена в свои противоречивые мысли и чувства, что даже не услышала, как они подъехали.Мама смотрела на нас, широко улыбаясь.– Тебе понравился наш подарок? – спросила она, поочередно глядя на нас.Я повернулась к Кену в замешательстве.– Твоя мама прислала мне билет, чтобы сделать тебе сюрприз, – сказал он, пожимая плечами. Мне показалось, его лицо стало виноватым. Теперь я поняла. Моя мама думала, что сделает мне подарок, пригласив сюда моего парня. Только она не знала одной маленькой подробности: мы больше не были парой влюбленных.– Ты была такая грустная,Т/и, я знала, что единственный, кто мог бы заставить тебя улыбнуться, – это Кен. Так почему было не пригласить его провести несколько дней здесь, с нами?О, мамочка! Как же ты ошиблась.Я с усилием улыбнулась, когда Патрик пожимал Кену руку. Мама тоже обняла его, а потом они повернулись, чтобы посмотреть на нас, стоящих рядом друг с другом.– Мы оставим вас наедине, я уверена, что вы с нетерпением ждете момента, чтобы побыть вместе, – с воодушевлением сказала мама. – Я подготовила для тебя комнату для гостей,Кен. Если что-нибудь понадобится, не стесняйся спрашивать.Кен вежливо кивнул, а моя мать и Патрик исчезли через парадную дверь.* * *Когда они исчезли из виду, я, разъяренная, набросилась на Кена:– Я не могу поверить, что у тебя хватило наглости приехать сюда!Отвернувшись от него, я начала собирать в ведро губки и тряпки. Но сейчас с этим можно было бы и подождать, у меня было кое-что гораздо более важное.Все было неправильно.Кен не мог остаться в этом доме, и я не должна была позволять ему целовать меня.– Я не мог упустить такую прекрасную возможность лично извиниться перед тобой, – сказал он, сделав шаг ко мне.Прежде чем он смог дотронуться до меня или поцеловать, я отступила назад:– Ты не можешь остаться,Кен.Он нахмурился и подошел ближе:– Я знаю, что ты все еще злишься, и я знаю, что пройдет много времени, прежде чем ты сможешь простить меня, но позволь мне быть с тобой в эти дни,Т/и. Что бы ни случилось, вместе мы справимся, пожалуйста... ты моя, а я твой... помнишь?Эта фраза прозвучала так, как будто мне вонзили нож в самое в сердце.– Я перестала быть твоей в тот самый момент, когда ты поцеловался с моей лучшей подругой, – огрызнулась я, зная, что боль от того, что мне придется расстаться с ним навсегда в ближайшие несколько дней, оставит меня еще более опустошенной, чем я была сейчас. – Ты можешь остаться, но только лишь потому, что я не хочу обижать Патрика и маму. К тому же мне совершенно не хочется, чтобы они узнали, как ты поступил со мной. Но впредь я больше никогда не хочу ничего даже слышать о тебе.– Я знаю, что причинил тебе боль,Т/и, – признался он, подойдя ко мне. – Но я люблю тебя, я всегда любил тебя, и моя жизнь без тебя превратилась в настоящий бардак... И вот теперь, когда я тебя увидел, все снова обрело смысл. Когда ты сказала мне, что уезжаешь, я пытался создать план в своей голове, чтобы пережить твой отъезд, но он не сработал.Т/и, Бэт ничего для меня не значила. Я связался с ней только потому, что она напоминала мне о тебе, вы всегда были вместе, вы даже похожи друг на друга характерами. Я знаю, что поступил как настоящий козел, но я не могу смириться с тем, что наша с тобой история закончится вот так.Я специально опустила глаза вниз, пытаясь сдержать слезы, которые были готовы политься из моих глаз... Я не хочу плакать. Я не буду плакать. Я не заплачу...– И посмотри на нас сейчас. Ты даже не можешь видеть меня.Он схватил мое лицо, его карие глаза, не моргая, смотрели не меня.– Пожалуйста, скажи, что ты меня простишь, – попросил он шепотом, почти касаясь своими губами моих.Я не знаю, что я ответила, но он снова поцеловал меня, очень настойчиво и чувственно, и я позволила ему сделать это снова. Я не могла себя контролировать. И все же я знала, что это неправильно, я чувствовала себя виноватой. Виноватой, потому что я обманывала кого-то очень важного. Я обманывала саму себя.Через несколько секунд я отстранилась от него.– Мне нужно, чтобы ты дал мне немного пространства, – наконец, удалось мне вымолвить.Я хотела подумать, я хотела, чтобы он исчез.– Ладно, – согласился он, убрав руку от моего лица и отступив назад. – Могу я хотя бы оставить свои вещи в гостевой комнате? – спросил он.Я кивнула и проводила его до комнаты. Я не могла находиться рядом с ним ни минутой больше, поэтому я попрощалась и пошла к себе с намерением лечь в постель и не выходить до следующего дня. Мне было все равно, что еще так рано, я хотела подумать и навести порядок в своих чувствах. Внезапно я остановилась у двери, у чужой двери, и прежде чем успела обдумать, что делать дальше, уже стучала в дверь Билли.Не помню, ответила ли она, но я услышала шум за дверью и открыла ее сама.Она сидела перед своим ноутбуком за столом в углу комнаты, и, увидев меня, тут же закрыла его, и развернулась ко мне лицом. Я застыла, невольно залюбовавшись её телом. Она была в спортивном топе и больших шорт по колено. Было ясно, что она не ждала никого, тем более меня. С тех пор, как я попала в этот дом, я впервые постучала в её дверь. С одной стороны, я пришла к ней в поисках утешения, а с другой, я пыталась понять, зачем я мучаю себя её присутствием.Она буквально впилась в меня своими голубыми глазами. Видимо, она заметила что-то в выражении моего лица, потому что сразу нахмурилась.– Что случилось? – спросила она, вставая и осторожно подходя ко мне, как будто не зная, что делать. Мгновенно, как почти всегда, когда мы были одни, в воздухе разлилось непреодолимое влечение. Я была рада, что Кен не действовал на мое тело подобным образом.Не произнеся ни слова, я шагнула вперед, глядя в эти голубые глаза, которые обещали только сомнительные удовольствия, и, не раздумывая, положила руку ей на шею и страстно, отчаянно поцеловала её (я реву).Как мне показалось, она очень удивилась, но стояла на месте, не двигаясь. Однако уже через мгновение она схватила меня за талию и притянула к себе. Сразу же её губы и язык заставили затрепетать тысячи бабочек у меня в животе. Я тут же забыла, зачем сюда пришла, и вскоре мне перестало хватать воздуха от наших поцелуев. Мне пришлось отстраниться, чтобы перевести дыхание и унять дрожь, которая охватила все мое тело.– Что ты делаешь? – спросила она шепотом, слегка прикусив меня за ухо и потянув так, что я задохнулась. Я обняла её, и когда она начала целовать мое лицо и шею, ощущения боли, потери и тоски тут же оставили меня.Она отстранилась.– Что случилось все-таки? – настойчиво переспросила она, глядя мне в глаза.Почему она спрашивает, а не продолжает целовать меня и не даст мне насладиться тем, что, очевидно, было одним из её главных достоинств.С каких это пор Билли волнуют причины, по которым кто-то хочет с ней переспать?Передо мной всплыл образ Кена. И чувство, что меня предали дорогие мне люди, снова вернулось и стало меня терзать с новой силой. Мысль, что я потеряла Кена и Бэт навсегда, была особенно болезненной. Но хуже всего был страх... страх быть недостаточно сильной, чтобы держаться от Кена подальше.Я прислонилась лбом к плечу Билли, и она обняла меня. Это было очень странно. Такой близости у нас еще не было. Я позволила ей обнять меня и прижала лицо к её груди. От неё исходил чудесный запах, наверное, это был один из тех фирменных одеколонов(your turn). Но больше всего мне понравилось ощущать тепло у неё на груди и чувствовать, как это приятное тепло начало заполнять меня изнутри. До этого я чувствовала себя замороженной, заморожены были мои эмоции, которые переполняли меня, и боль, которую я чувствовала всем сердцем.– Я не говорю, что мне не нравится тебя обнимать,блонди, но если ты не скажешь, что с тобой случилось, я могу сделать неправильные выводы и побью не того человека.Я улыбнулась.Она притянула меня к себе и села в кресло, держа меня на коленях.Это было так приятно, что я снова почувствовала щекотание в животе.– Пожалуйста, скажи мне, что ты здесь не потому, что натворила что-то с другой моей машиной и угрызения совести гложут тебя. Потому что ни за какие поцелуи в этом мире...Я знала, что она шутит, и это было забавно, как она пыталась меня развеселить. Эта сторона жесткой и раздражительной натуры Билли О'Коннелл  мне очень понравилась.Я решила рассказать ей, почему пришла к ней.

– Кен здесь, – сказала я, наблюдая за её реакцией. Ей понадобилась секунда, чтобы понять, о ком я говорю. Её тело напряглось.– Этот козел, который тебе изменил, здесь? – спросила она, глядя на меня в недоумении. – Где, в Лос-Анджелесе?– Нет, здесь, дома, – ответила я, понимая, насколько смешной и нелепой была ситуация.Она смотрела на меня несколько секунд, как будто ожидая, что я сознаюсь, что пошутила.Я поспешила объяснить:– Моя мама пригласила его, она ничего не знает о том, как он со мной поступил, она понятия не имеет, что мы расстались. Но теперь он здесь,Билли, и мой мир перевернулся с ног на голову, – сказала я ей, вставая и начиная ходить по комнате.Зачем я говорила все это ей, мне и самой не было до конца понятно, но мне нужно было выговориться.Билли посмотрела на меня странно, взяла сигарету со стола и закурила. Она выглядела разочарованной.– Зачем ты все это мне рассказываешь? – спросила она, судорожно затянувшись. Теперь в её глазах была знакомая холодность. Та же холодность, с которой она смотрела на меня обычно, которая заставляла нас оскорблять и ненавидеть друг друга. У Билли было два совершенно разных облика, и невозможно было предугадать, когда появится тот или иной.Я почувствовала неприятный укол в сердце. И тут же постаралась отстраниться от чувства, которое и сама еще до конца не понимала.– Кен узнает тебя, когда увидит, – сказала я. – Он узнает тебя по фотографии, которую я послала ему... на которой... мы целовались, – наконец, закончила я.Кто бы мог подумать, что этот поцелуй принесет мне столько головной боли? Если бы я знала, что после поцелуя с Билли мне все время будет хотеться его повторить, я бы воздержалась от этой затеи с самого начала.Взгляд Билли остановился на мне. Она положила сигарету в пепельницу, которая стояла на столе, и посмотрела на меня с неодобрением.– Что ты задумала,Т/и?Я сделала глубокий вдох.– Я просто хочу, чтобы он уехал и чтобы я больше никогда его не видела, – ответила я.Лицо Билли немного расслабилось.– Но, похоже, я не могу этого сделать, – добавила я, нервно проводя рукой по лбу. – Он приехал, чтобы заставить меня простить его... и в глубине души я понимаю, что надо сделать это, но это не то, чего я хочу...– Ага, и вот тут-то и нужна я? – спросила она.Я кивнула, увидев, что она поняла, к чему я клоню.– Если онувидит, что я продолжаю жить дальше, что мне уже не интересно все, что связано с ним, может, тогда он оставит меня в покое.Билли кивнула и снова взяла сигарету. И хотя мне не нравились курящие люди, она была очень сексуальной.– Значит, мы должны целоваться перед ним напоказ, – заключила Билли.Мне было стыдно за свою просьбу.– Пусть он думает, что мы вместе, – сказала я и напряглась, когда она встала и подошла ко мне.– Почему бы мне просто не набить ему морду и покончить с этим? – сказала Билли, взяв меня за подбородок. Она пристально смотрела на меня, и в её взгляде была злость и что-то еще, очень глубоко спрятанное, чего я не могла расшифровать.– Моя мама не должна ничего знать, – наконец сказала я шепотом. Я чувствовала себя как будто в ловушке, её рука продолжала держать меня за подбородок, и я нервничала из-за этой близости. Пальцем она скользнула по моей нижней губе со слегка уловимой нежностью.– Ты у меня в долгу, – сказала она мрачным тоном, а потом резко приложила свои губы к моим.Она поцеловала меня сильно, а не тепло. Невольно я сравнила её с Кеном. В то время как мой бывший парень был нежным и любящим, хоть и негодяем в душе,Билли была холодной и властной. Я никогда не знала, о чем она думала. В этот момент её руки даже не прикасались ко мне, только губы. Она тут же отстранилась от меня.– Надеюсь, ты не будешь дурой, и не подпустишь к себе этого мерзавца.Сказав это, она повернулась, взяла футболку и ключи от машины, которые лежали на столе, и уехала, оставив меня наедине со своими чувствами.

—————————————————————————————4000 слов,в тгк напишу когда след.глава