Part 7. «Пауза,на граника крика»

Я проснулась от собственного дыхания.Слишком резкого. Слишком громкого. Будто вынырнула из воды — и на миг не понимала, где я, кто я, и зачем в груди так сильно болит.

Комната была блеклой.Свет едва пробивался сквозь полупрозрачные шторы, рисуя на полу расплывчатые пятна. Всё выглядело знакомо и чуждо одновременно — мой шкаф, с краем выбившейся рубашки, плед на кресле, чашка на столике, забытая с вечера.

Но всё было... не так.

Как будто я переставила мебель внутри себя — и теперь ничего не стояло на месте.

Я подошла к окну. На стекле — россыпь капель. Дождь. Тихий, тёплый. Как будто даже не небо плакало, а город просто устал.

И я тоже.

⸻

На кухне всё делалось по инерции.Кофе. Молоко. Сахар.Одна ложка — привычка. Две — для него. Я даже не задумывалась, пока не поняла, кому делаю.

Я смотрела на кружку, как на предательство.Руки помнили то, что сердце хотело забыть.

Вылила.Начала заново.

⸻

Дни сливались в одно серое полотно.Я шла, разговаривала, дышала.Но как будто играла чужую роль в фильме, где забыла текст, но никто не замечает.

Все думали, что со мной всё хорошо.А я... я не могла вспомнить, как это — когда хорошо.

⸻

Он не писал.Я — тоже.

И в этом было что-то нечестное.Будто мы оба стояли по разным сторонам тонкой стеклянной стены и ждали, кто первый разобьёт её.Или отвернётся.

⸻

— Ты ведь скучаешь, — сказала Аннет в среду, когда мы сидели на крыше.Небо было низким, затянутым, будто готовилось разразиться грозой. Воздух пах озоном и чем-то влажным, почти горьким.

Я не ответила. Просто смотрела в темноту. Там, внизу, машина проезжала по луже, и вода взлетала, как крылья.

— Иногда защита превращается в клетку, — продолжила она. — И в какой-то момент ты даже не помнишь, зачем поставила стены. Только чувствуешь, что дышать сложно.

Я сжала ладони.

— Я не могу, — прошептала. — Я не хочу снова упасть.

— А может, ты уже упала. Просто боишься открыть глаза и увидеть, кто тебя держит.

⸻

Пятница. Вечеринка.Я пришла, потому что не хотела оставаться одна.Иногда чужой смех помогает заглушить собственную тишину.

И тут — он.

Я увидела его сразу, как будто всё пространство изменило ритм.Он стоял у стены, в тёмной рубашке, с руками в карманах. Разговаривал с кем-то, но как только я вошла — поднял глаза.

И всё.Мир перестал звучать.Только он. Только взгляд.

Я чувствовала, как подкашиваются колени, как сердце бьётся в горле.Как хочется — убежать. И остаться.

⸻

Я подошла сама. Не знаю как. Не знаю зачем.

— Привет, — выдохнула я. Голос предательски дрожал.

— Привет, — его голос был ровным. Но взгляд — будто держал меня за руку, даже не касаясь.

— Ты... как?

Он слегка пожал плечами.

— Живу.

Это было честно. Без фальши.Так отвечают те, кто тоже пытается не утонуть.

— Я... — вдох. — Я не хотела, чтобы между нами всё стало вот таким.

Он молчал. Не осуждал. Не спасал. Просто ждал.

— Я испугалась, — прошептала я. — Не тебя. Себя. Того, как всё стало... реальным.

Он кивнул. Медленно. Понимающе.

— Тогда, может, хватит притворяться, что нам всё равно?

И вот тут — земля ушла из-под ног.

Потому что я поняла: он не злится. Не играет.Он — тоже неравнодушен.Он — тоже в этом.

И это было страшнее всего.

⸻

— А если ты передумаешь? — вырвалось у меня. — А если однажды ты посмотришь на меня и подумаешь: «Что я делаю? Это ошибка.»

Он медленно подошёл ближе. Между нами осталась только ширина дыхания.

— Тогда я честно тебе скажу.Но пока что, Белла, я думаю только о том, как тяжело без тебя.

Я моргнула. Один раз. Второй.И глаза стали влажными. Горло — сжалось.

— Я не знаю, как быть. Я не знаю, кто я рядом с тобой.

— Может, это и есть самое честное.Быть собой, даже если страшно.

⸻

Мы не обнялись.Не поцеловались.Даже не дотронулись.

Но я ушла с вечеринки с чувством, будто сердце снова начало биться правильно.

Он не просил ничего.И этим — дал всё.