Глава 50

Я хочу тебя раздеть.

• Винни Хакер

В спальне. Есть. Заманил. Смотрю на Дикарку и сам себе не верю. Кажется, что сплю.Или, на хрен, в каком-то бреду нахожусь.

Ванесса оглядывает спальню без какого-либо интереса. Скорее, машинально взглядом ведет.Краснеет, стоит только застопориться на кровати.Как только паника, которую я сейчас так отчетливо наблюдаю в ее чумовых зеленых глазах, нарастает, ищет меня. Смотрит и ждет какой-то поддержки. Я шумно выдыхаю и шагаю, чтобы обнять.

Сейчас ничего не мешает мне ее разглядывать. Ничего, кроме платья.

- Я хочу тебя раздеть, - выдыхаю откровенно. -Полностью, - не могу остановиться. Вижу, что шокирую до предела, но, , только так мы и продвигаемся. - Ничего больше. Просто раздеть и посмотреть, - добавляю, казалось бы, успокаивающе. Только действует как-то не так...

Глаза Дикарки еще больше расширяются. И отражается в них такая буря эмоций, что меня самого будто физически накрывает. - Не бойся, ладно? - хриплю и, заходя ей за спину, медленно тяну вниз молнию.

Ванесса отрывисто вздыхает и замирает. От такой нежной покорности меня сходу рубит дрожью.Приходится даже тормознуть, чтобы прожить эту дикую волну и не дергаться, как паралитик.Прикрывая веки, пару секунд не двигаюсь.Ванесса тоже, лишь едва заметно покачивается. Когда скольжу ладонями в распахнутые полы платья, вздрагивает, дергается вперед и с каким-то задушенным стоном снова застывает.

- Тихо.

Не знаю, кому эту команду отдаю - ей или все же себе. Тон получается странным. Чересчур низким и трескуче хриплым. Будто заржавело что-то, сломалось. Выдаю больше, чем в обычных условиях способен отразить голосом. Сжимаю ладонями голую кожу девушки и снова замираю. С натугой идет в работу сердце. Ухает мощно и громко, но словно заторможенно. С оттяжкой. На место с трудом возвращается. Петляет по груди, как пьяное.

Говорить больше не могу. Бурно выдыхаю, жадно вдыхаю и поднимаюсь к полоске лифчика.Щелкаю застежкой и инициирую падение вместе с платьем.

Голая спина... Блять, голая спина... Узкая, хрупкая, будто скульптурная... Почему я никогда раньше не обращал внимания на эту часть тела? Сейчас же трясет натурально при виде нее. Коснуться не смею - ладони в воздухе зависают. Когда перевожу дыхание, мышцы груди и живота так странно сокращаются, кажется, словно ломаются.

Трогаю. Мать вашу, трогаю. Прикрывая веки, будто какой-то конченый маньяк скольжу по гладкой коже, пока на ней не выступают крупные мурашки.Ощущаю их, и снова трясет.

Шокирует этот бешеный колотун. И выдерживать его физически трудно, и растянуть кайф охота. Уже сейчас понимаю, что останется эта ночь в памяти на веки вечные. Никогда прежде такого не испытывал и никогда больше не испытаю.Осознаю, принимаю и наслаждаюсь.

А потом, задерживая дыхание, просовываю ладони под держащееся на бедрах платье и резко сдвигаю ткань, пока наряд под громоподобные удары моего сердца не падает на пол.

Трусы. Меня от них со времен аппендицита таскает. Вроде был нормальным человеком, а Дикарка сделала извращугой и фетишистом. У меня на них теперь всегда вставать будет. Да, мать вашу, без того весь вечер стоит.Сейчас же попросту шкалит до отсекающего паралича всех остальных частей тела.

Трусы. Снимать?

Так, лады... Не все за раз, иначе сдохну.

- Повернешься?

Если ее не испугает мой ломающийся чумной голос, то шансы отдать концы сегодня все же увеличатся. Но, блять... Когда затягивает сам а процесс, невозможно думать о результатах.

Ванесса... Она делает два шага от меня и поворачивается. Я ловлю второе пришествие Христа еще до того, как опускаю взгляд ниже ее лица. Тупая шутка, знаю. Семья Миллер бы не оценили. Я в принципе туго соображаю. Все примитивные функции выходят на почетное первое место, и стоит мне скользнуть взглядом вниз, такой, черт возьми, отрыв берут, что сразу всю электрическую проводку палит.

Грудь. Первое, на чем я сосредотачиваюсь. Нет, правильнее будет сказать - залипаю. Небольшая.Острая, словно три-д треугольники. С торчащими розовыми сосками.

Сука, что же меня так штормит-то?

Не могу сместиться. Таращусь, как какой-то неандерталец. Зеленый. В пиковый период пубертата.

Словно сисек никогда не видел... Да хотя бы у самой Ванессы - мельком цеплял уже. Но в том то и дело, что мельком - резко охладило. Сейчас же беспрепятственно катаю разрывные эмоции.Облизываясь, всасываю губы и натужно тяну кислород.

- Ты так смотришь, словно хочешь меня съесть... - шелестит Миллер неожиданно.

И я ржу. Коротко, но резко. Выкидывая наружу часть одуряюшего напряжения. Забавляет и тон, и вид - она реально так думает.

- Не просто хочу, Дикарка, - отбиваю на хрипе. - А собираюсь. Именно это и сделаю.

Перестраивая все, что успело заклинить внутри, от макушки до ног ее взглядом заливаю.

- Сейчас?- С превеликим удовольствием.

А сам только представляю и понимаю, что по совести могу не вытащить. Слишком сильно кроет. И, тем не менее... Не сводя с Ванессы взгляд, принимаюсь расстегивать рубашку. Крайние пуговицы буквально срываю. Она молчит, лишь вздыхает периодически. Особо шумно, когда дело доходит до ремня. Не знаю, что там у нее в голове происходит, но по виду кажется, что она в ужас приходит, будто я ее этим ремнем по заднице хлестать собираюсь.

- Боишься? Остановиться? - с трудом, но притормаживаю все свои порывы.

Настраиваюсь на тот самый положительный ответ, который для меня будет отрицательным.Однако моя затурканная Дикарка удивляет - красноречиво мотает головой. Пока я задыхаюсь от нового наплыва эмоций, еще и голосом добивает:

- Немного... Но мне интересно...Продолжай. - Хорошо, - выдаю без надобности.

И продолжаю. Наше срывающееся дыхание, шорох одежды - все это разрывает воздух, как выстрелы снарядов. Девушка действительно с любопытством наблюдает. Таиться не пытается, хотя вся ее кожа краснеет, будто огнем пылает. С сосками так точно по цвету сливается. Я тоже не скрываю своей похоти. Пока стаскиваю брюки, то и дело облизываюсь и с силой кусаю губы.

- Хватит, - шепчет Ванесса, выставляя предупреждающе ладони, когда в боксерах остаюсь.- Понял.

Медленно скользит взглядом по моему животу. На паху и вовсе замирает. Примерно представляю, что сейчас видит. Эрекция вместо тысячи слов. У дикарки же вместо слов только частые поверхностные вздохи.

Рассматриваем и дышим. Просто, блять,дышим, но даже этот процесс сейчас ощущается крайне интимным.

- Ты такой большой. Крупный.. Сильный... - выдает с каким-то искренним.

И предположительно восторженным изумлением.

- Мне можно тебя потрогать?- А мне тебя? - выдвигаю незамедлительно.Спохватываясь, отвечаю: - Ты меня, естественно, можешь.- Ладно... - манит пальцем.

И нет в этом жесте никакой игривости. Просто призыв, который Ванесса в силу смущения не может выразить словами.

Шагаю, конечно. Застываю и тут же вздрагиваю, когда чувствую ее пальцы на своем животе.

- Такой упругий пресс.. - шепчет, а у меня внутри все гудит. — Приятно... Тебя трогать приятно...

В эту секунду наше дыхание одновременно срывается. Застывает на миг без какого-либо движения.

- Ты мне не ответила, - напоминаю гуляющим, как поврежденная аудиозапись, голосом. -Мне можно тебя трогать?

Отдергивая руку,Ванесса,кажется, только сейчас осознает свою наготу. Прикрывает зачем-то грудь.Сглатывая, разочарованно притормаживаю.

- Трогай все... Только не... - срывается. Я прищуриваюсь и изо всех сил сдерживаю рванувшее за пределы максимума сердце.Слушаю. Пытаюсь слушать. Что «не»? - Здесь не трогай, пожалуйста...- Понял.

Выдыхаю, как раззадоренный бык перед красной тряпкой. Поднимаю руку, но до ее живота не доношу.

- Винни... - выдыхает Миллер отрывисто, и я, фокусируя взгляд на ее лице, застываю, как гипсовое изваяние. - Я хотела спросить... Мы... Я и ты... Мы не... Ты привык к плотской близости? - целое предложение звучит с ее стороны в эту секунду как подвиг.

- Ну, да, - отвечаю честно.

Не врать же. Тем более ей.Пальцы все еще висят в воздухе в паре сантиметров от ее кожи.

- А как ты теперь справляешься?

Этот вопрос настолько неожиданный, что я на полминуты из реала выпадаю. А едва выныриваю обратно на поверхность, выдаю:

- Могу тебе показать, как я справляюсь. Хочешь?