57.

ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ.

ТОМ:

На крыльце я с большой осторожностью передал свёрток Лекси и достал ключи из переднего кармана.Лекси улыбнулась, глянув на крошечное личико и длинные ресницы, а потом снова на меня.

— Вы молодцы, — сказала она.

Ей уже семнадцать, и моё сердце колотилось каждый раз, когда я думал о том, что через год она уедет учиться.Я к этому не был готов. Но по выражению её лица я понимал, что она будет приезжать домой чаще, чем планировала изначально — чтобы побыть с сёстрами.Сёстрами.Я смотрел, как раскачивается с боку на бок моя жена, одетая в один из тех длинных сарафанов, которые до сих пор сводили меня с ума. Я постарался, чтобы её шкаф ломился от таких сарафанов.Ребёнок на бедре Эммы держал большой палец во рту, его веки стали тяжёлыми.Улыбка Эммы была мягкой, довольной и полностью предназначенной для меня.В тот момент я почувствовал всё. Любовь к женщине, которая вернула меня к жизни. Которая дала мне причину просыпаться каждое утро с улыбкой. Которая любила меня настолько, что сглаживала мои острые углы.

Мы прошли через тяжёлые испытания в начале, а потом ещё раз, когда план по созданию большой семьи пошёл не так из-за бесплодия, как должен был. Но мы справились с этим так же, как и со всем остальным. Вместе.Теперь мы стояли здесь с нашими тремя дочерьми, две из которых были нашей самой большой тайной. После многих лет подготовки мы наконец смогли удочерить наших девочек.Мы даже не успели подготовить для них комнаты, как раздался звонок. Трёхлетняя Салли и её новорождённая сестричка Стейси.Я провёл рукой по щеке жены, взял её за затылок и притянул ближе. Поцеловал её в лоб, а потом коснулся губами волос нашей дочери.

— Мама, папа и Дороти будут в восторге, — сказала Эмма, когда я вставлял ключ в замок. — Если бы мы могли рассказать им всё сразу.

На секунду мне захотелось, чтобы моя собственная мать могла встретиться со своими внуками. Увидеть, как выросли её сыновья, каких женщин мы выбрали. Но утрата — часть любви.

— Сколько секунд тебе нужно, чтобы ответить на звонок? — дразнил я.— Столько, сколько нужно, чтобы пописать, дать Стейси что-нибудь поесть и приготовить бутылочку Салли.— Есть!

Дочь, услышав про еду, мгновенно проснулась.

— Кстати, послушайте, — сказала Лекси с несколько смущённой улыбкой.— Что ты уже натворила, Лекси? — спросил я.— Я никому ничего конкретного не говорила, — сказала она. — Но намекнула им, что у нас есть большая новость.

Как по команде, дверь открылась изнутри.

— Мы с папой целый день чуть со стен не лезли от волнения, — объявила Хлоя, упрямившись руками в бёдра.

Я нашёл глазами Ноя в гостиной: он смотрел телевизор с Биллом и Лэйтоном.— Так только твоя мама лезла. Я был очень спокоен, — гукнул Ной.— Что за большая новость? — спросил Крисс, который как раз показался из-за спины моей тёщи.— Да! Зачем такая секретность? — хотела знать жена брата — Виола.— Ужин принесли? — спросила Дороти, став рядом с ними.— О чём речь, про футбольную стипендию Лекси? — спросил Ларс.

Время летело, а я всё ещё не мог привыкнуть к тому, что этот байкер встречается с моей бабушкой. Даже несмотря на то, что они, похоже, безумно счастливы вместе.

— Э-э... Друзья, — сказал Трей, сжав плечо Крисса.

Мэг заглянула через плечо Хлои, когда я отошёл в сторону.— Смотрите, — выдохнула она.

Хлоя заметила первой. На её радостный крик Ной, Билл и Лэйтон выбежали из гостиной, ища угрозу. Крик также разбудил ребёнка, которому не понравилось, что его разбудили.

С кухни выбежала Нина.— Что за крики... — она замолчала, а потом сама завопила так, что кровь в жилах застыла.— Детки! — Хлоя всхлипывала, когда Лекси передала ей заплаканную Салли. — У нас тут детки!— Ну-ка иди к дедушке, — сказал Ной и протянул руки к Стейси. — Обещаю, маленькая, у меня всегда будут для тебя конфеты.

На мгновение девочка зажалась, но волшебное слово «конфеты» сделало своё дело, и она потянулась к Ною.Если я не ошибаюсь, тесть сам с трудом сдержал всхлип.

— Какая она прекрасная, только посмотри, — сказала Хлоя Мэг, щекоча крошечные пальчики ребёнка.— Теперь ясно, почему ты забрасывал меня вопросами о причёсках для девочек, — улыбнулся Трей.Я выпытывал у него всё про средства и техники укладки, потому что у моих дочерей должны были быть лучшие волосы во всём Роузвилле.

Тут парень Лекси, Эван, сделал шаг вперёд и прижал её к себе. Я строго посмотрел на него, но в моём взгляде уже не было привычного огня.

— Эван, — предупредил я.— Мистер Каулитц, — сказал он.

Я явно терял хватку, потому что он не убрал руки с плеч моей дочери.

Эмма толкнула меня локтем в ребро.— Папа, держи себя в руках, — сказала Лекси, закатив глаза.

Дороти держала Стейси, а Билл подбрасывал Салли, и та заливалась смехом.

— Ну что ж, думаю, это стоит отпраздновать пиццей, — решила Хлоя. — Лэйтон, закажи. Ной, сбегай возьми рулетку Тома.— Зачем? — спросил Ной.— Вы, мужчины, пойдёте измерять спальни для девочек, чтобы мы могли начать обустраивать детские. Дамы — к винному шкафу. Нужно выбрать цвета и темы, найти детские сады и составить списки покупок, — распорядилась Хлоя.— Я с женской частью, — решил Крисс, потом остановился и поцеловал Трея в губы.— Прибережи для меня бокал, — крикнул ему вслед его мужчина.

Эмма обняла меня за талию.— Я люблю тебя, Том Каулитц.

Мне не надоедало это слышать.— Люблю тебя, милая.

Она выскользнула из моих рук, и я смотрел, как она идёт за женщинами в столовую, а сарафан плавно обвивал её щиколотки.

— Ты молодец, Том, — сказала Виола, задержавшись в фойе.Я крепко её обнял.— У тебя же близняшки, — напомнил я ей.— Которые спят в комнате Лекси. Не дай мне о них забыть.

Под этой крышей появилось новое поколение, и наша семья наконец стала полной.Позади меня кто-то постучал в открытые двери.

— Папа.— Я не помешал?

Он выглядел прекрасно. Здоровый. Уравновешенный.И это продолжало удивлять меня каждый раз, когда мы встречались.Лука Каулитц не пил уже три года. Он жил в Вашингтоне со своей новой женщиной и двумя котами. Работал очень эффективным фандрайзером для приюта, к которому добавились новые локации в центре Вашингтона.

— Лекси написала. Сказала, что у тебя важные новости. Я могу приехать, когда будешь свободен, — предложил он.— Папа, — Билл поставил лестницу, которую тащил неизвестно зачем, и крепко обнял его. Я же ещё не совсем наладил отношения с нашим отцом, но каждый визит, каждый звонок, каждое выполненное обещание на миллиметр нас сближали.— Ты как раз вовремя — познакомишься со своими новыми внучками, — сказал я ему.

Лицо папы прояснилось.

— Внучками?— Три дня назад позвонили из агентства и сказали, что две маленькие девочки готовы пополнить нашу семью, — объяснил я. — Мы не хотели никому говорить, пока не привезём их домой.— Внучки... — с удивлением повторил он, словно ощущая себя самым счастливым человеком в мире. Я почувствовал, как между нами исчез ещё один миллиметр.— Заходи, — сказал я, положил руку ему на плечо и повёл в наполненную эстрогеном комнату, где Хлоя и Дороти разложили образцы красок, а стол завалили всеми доступными ноутбуками и планшетами.

Мэг кормила ребёнка из бутылочки. Салли сидела в центре стола и ела нарезанный виноград из миски. Мои дочери были окружены любовью и сильными, умными женщинами.

— Лука! Я так рада, что ты смог прийти, — сказала Хлоя и подошла поцеловать папу в щёку. — Иди познакомься с новыми девочками!

Папу окружили женщины и Крисс. Я почувствовал на поясе чьи-то руки, а потом Эмма резко потянула меня из комнаты.

— Куда ты меня тащишь? — спросил я, развеселившись.

Она отпустила мой пояс, взяла за руку и повела в гостиную, где над камином висел наш свадебный портрет. Мне всё ещё сжимало сердце каждый раз, когда я на него смотрел. Эмма — очаровательная и румяная в своём платье, в волосах — ромашки как корона. Она обнимала Лекси, которая настояла на лимонно-жёлтом платье в пол и собственных ромашках. Они обе смеялись. А я? Я был чертовски хорош в своём костюме. И чертовски счастлив с женой и дочерью.

— Я знаю, что следующие несколько лет будут абсолютно безумными, — сказала Эмма, сжимая ладонями моё лицо. — Знаю, что мы будем измотаны, перегружены работой и испуганы почти всё — если не полностью всё! — время. Но также знаю, что без тебя ничего из этого не произошло бы.— Любимая, я не выдержу, если ты сейчас расплачешься, — предупредил я её.

Единственным плюсом бесплодия было то, что мне не пришлось наблюдать страдания жены из-за гормональных бурь во время беременности. Я бы выдержал её слёзы, но, наверное, не очень хорошо.

— Я не буду плакать, — сказала она.

Моя жена лгала, потому что я уже видел, что её сияющие глаза, которые я так любил, блестят слезами.

— Но я собираюсь сказать тебе, что ты делаешь каждый день моей жизни лучшим. Что я никогда не перестану быть благодарной за то, что ты...— Вытянул наконец голову из жопы? — подыграл я.

Она покачала головой.

— Что ты решил, что мы с Лекси того стоим. Спасибо тебе за эту жизнь, Том Каулитц. Никто другой не дал бы мне всего, чего я хотела, и не превратил бы жизнь в такое приключение.

Как-то она снова это сделала. Меня всегда удивляло, как Эмма находила во мне очередной осколок и снова делала меня целым.

— Я люблю тебя, Том. И никогда не перестану быть благодарной за всё, кем ты являешься, и за всё, что ты сделал.

Вдруг меня страшно перехватило горло. В глазах жгло, но я на это не обращал внимания.Я схватил Эмму, прижал её к себе, уткнулся лицом в её волосы.

— Я люблю тебя, — хрипло сказал я.

Эти слова были недостаточны. Они не могли сравниться с ощущением в груди, с которым я просыпался и видел, что она прижалась ко мне, что спала рядом со мной, в безопасности.Слова не передавали того, что я чувствовал, когда Эмма входила в комнату и приносила с собой солнечный свет. И они точно не сравнятся с тем, что я ощутил, когда она посмотрела мне в глаза и сказала, что я дал ей всё, чего она хотела.И я решил, что раз не могу это выразить словами, то оставшуюся часть своей жизни потрачу на то, чтобы показать ей, что я чувствую.

КОНЕЦ!!!

Вот такой полный хеппи энд, ребята! Спасибо всем, кто читал эту книгу 💓

Переписано с «Things We Never Got Over» Lucy Score*

Спасибо этой писательнице за такую прекрасную книгу!