6

Проснувшись, Драко почувствовал резкий укол боли в голове от чего схватился за неё одной рукой и скривил губы. Перед глазами виднелись радужные круги, которые через несколько секунд исчезли, когда парень протер глаза. — Как же попить хочется. И что это за противные запахи? — скорчил он рожу. Повернув голову на право, завидев на столе стакан воды Драко еле опёрся на локти и потянулся за водой. Жадно опустошив стакан, парень обратил внимание на рядом стоявшей койке девушку, которая лежала и тихонько посапывала. Парень в каком-то недоумении посмотрел на неё и всё не мог разглядеть кто она, т.к в помещении было темно, а на улице ночь. — Мерлин с ней! Как же мне встать? Почему я ног своих не чувствую? — злился Малфой и каждое слово чуть ли не выплёвывал, — Офф! Почему этого ублюдка Забини со мной рядом нет, зная его, скорее всего с этой Гринграсс кувыркается. К чёрту тебя, Забини, потом поговорим! В этот момент он услышал подступающие шаги в его сторону от чего насторожился. Голоса стали отчётливее и он смог узнать в них мадам Помфри и директрису Макгонагалл. Драко сидел опустив голову и сморщив лоб. — Ох, Боже! Наконец-то проснулся! — Подбежала мадам Помфри. — Мистер Малфой! — подбежала и Макгонагалл. Драко собирался выпрямиться, но попытка не удалась и он тут же упал на койку. — Пожалуйста, мальчик мой, будьте благоразумны, вы не в том состоянии чтобы вести себя как полностью вылечившийся пациент. — Я в порядке, — недовольно буркнул парень. — Я очень рада, но всё же вам стоит ещё немножко полежать. — Мхм.. — повернул голову в сторону.Женщина обошла парня и проверила температуру. — Мистер Малфой, почему вы не сказали мне, что у вас проблемы со сном, я бы попросила Мистера Флитвика сварить вам успокаивающий снотворный? — с сожалением отозвалась Директриса Макгонагалл, на вопрос которой ответа она так и не последовало. — Ох, показатели неплохие. Но отдохнуть немножко не помешает, вы истощены сильно, отсутствие сна в течение долгого времени ни к чему хорошему не приводит, — недовольными взглядом посмотрела она на него. Казалось, будто слизеринец и не слушал их вовсе, повернув голову в сторону, сморщив лоб и думая о своём. Сглотнув ком в горле, парень еле слышно с ноткой раздражительности выдал: — Что вам эта гриффиндорка ещё наговорила? — Ох! — возмутилась мадам Помфри и посмотрела на миссис Макгонагалл. — К вашему сведению мистер Малфой, единственный человек, который вас посещал и присматривал за вами все эти три дня, является как никто иной как мисс Грейнджер, — недовольным тоном высказала Макгонагалл. — Бедная девочка так волновалась за вас, что уже второй день ночует здесь, боясь, что вам станет хуже, заменив свою тёплую мягкую постель на эту невесть что! — женщина налила в стакан лекарство и передала в руки парню, — А он смотрите ещё и лицо кривит при её упоминании. Ох уж эти слизеринцы, — закатила она глаза. — Что это за дрянь? — скривил рожу белобрысый парень, сделав глоток. — Настойка из отрав, если не выпьете полностью мой мальчик, к завтрашнему дню вы не будете чувствовать себя лучше.

Парень еле выпил содержимое в стакане до дна от которого чуть ли не вырвало. — О! Это нормально, не волнуйтесь. Другие ученики и после одного глотка падают в обморок. Вас всего навсего слегка затошнило. Ну что же, я пойду высплюсь, а вы хорошенько отдохните! Доброй ночи! —направилась мадам Помфри по коридору. — Спокойной ночи мистер Малфой! — следом направилась и Директриса. Драко недовольно поежился и повернулся набок. — Получается, я спал целых три дня и две ночи. Надеюсь мама об этом не знает. Не хочу чтобы она узнала. Стоит ли попросить новую директрису?! Хмх.. Чёрт! Да пошло оно всё!

Малфой перевернулся на другую сторону и начал пытаться разглядеть Гермиону. — В любом случае, помощи никакой я у неё не просил. Она сама виновата, что спит здесь, а не в своей гриффиндорской норке. Зря я вернулся. Я не хотел этого. Я ненавижу эту школу, но больше всего на свете я ненавижу отца. Парень крепко сжал подушку, что костяшки побелели и уже сквозь зубы проговорил: —Будь проклят Люциус Малфой! Гермиона открыла глаза и в ту же секунду взяв в руки палочку осветила помещение. — Странно! Показалось?! — произнесла девушка. Вернув палочку на место она обратила свой взор на лежащего Драко и осторожно направилась в его сторону. — Малфой! — тихо произнесла она простояв секунду, но в ответ услышала молчание. Сделав глубокий вздох, аккуратно и неуверенно поднимая волосы платинового цвета, Грейнджер приложила слегка холодную руку на бледный лоб слизеринца. — Хмх, жара нет, — выдохнула она в облегчении. Девушка собиралась убрать руку, однако парень её остановил подав голос:— Нет! — Что?— девушка в удивлении обернулась, подумав, что ей снова показалось. Промолчав пару секунд, парень хриплым голосом повторил. — Не убирай... руку. Облизнув губы, девушка медленно положила обратно руку на лоб парня, после чего тот простонал. Гермионе стало неловко от этой картины, что она отвела взгляд. Ещё бы, ведь враги с самого детства сейчас друг перед другом, да к тому же стоит касаясь того самого врага. Гермиона думала о том, как бы Рон и Гарри отреагировали бы на эту сцену? Скорее всего они просто прибежали бы и на койке готовы были бы избить его даже больного. Ненависть к Малфой у этих двух Грейнджер казалось просто невероятной. И ей это вероятно очень не нравилось. Она считала, что нельзя настолько ненавидеть человека, особенно, если он сейчас переживает трудные времена. Вся эта ненависть разумеется считается оправданной, но почему бы немного не убавить её, и дать шанс?! Простояв так минуту, Драко подал всё тот же хриплый голос, выводя девушку из раздумий. — Другую руку. Гриффиндорка поначалу не поняла, но в следующий миг подумала, что Малфой скорее всего приятно от холода её рук. Не задавая вопросов она просто сменила одну руку другой. Драко, открыв глаза, обвёл глазами с ног до головы рядом стоящую девушку, которая в свою очередь смотрела в окно явно задумавшись о чём-то или же просто делала вид, что не замечает его взгляда. Бесшумно отодвинув ноги с края, парень приказным тоном выдал: — Сядь! Гермиона собиралась тут же дать отрицательный ответ, но встретившись  со взглядом слизеринца она повиновалась, молча сев на указанное место не убирая руку. Слизеринец сам не понимал, что он делает. Ему было приятно не только от прохлады её рук, а от присутствии самой девушки также. Парень чувствовал себя покинутым всем миром, и хотел получить утешение, а именно-почувствовать женское прикосновение, которое он не получал ни от кого уже в течение более двух лет. Парень знает, что будет жалеть об этом завтра, однако ничего не мог с собой поделать. Он был слишком слаб, что готов был принять даже одного из ненавистных ему человека с самого детства.Некоторое время они сидели молча. Грейнджер сидела и мяла свой свитер бордового цвета глубоко дыша. Стараясь лечь поудобнее, Драко согнул колени из-за чего они коснулись спины девушки, впервые вызвав у неё дрожь от прикосновения парня. Малфой не мог этого не заметить и щеки девушки залились румянцем. Она не хотела смотреть на него, на его реакцию и ухмылку на губах, которую она чувствовала даже не взглянув на него. Злилась ли она на себя? Да. Она не могла не подумать, что даже от прикосновений Рона, и даже после первого поцелуя у неё не вызвало такой дрожи в теле. Девушку это забеспокоило не на шутку, что в конце концов убрав руку она убежала прочь оставив белобрысового парня в недоумении. Гермиона вернулась в гостиную и села на диван перед камином. Её отношение к слизеринскому хорьку полностью изменилось, девушка не могла этого не заметить, что очень сильно пугало её. — Мерлин! Что же со мной происходит? Почему я? Этого не должно быть. Гермиона всегда удивляло, почему девушки так сильно обсуждали Драко во время их девичника или когда они просто сидели и разговаривали, говоря что он один из самых привлекательных и притягательных парней в Хогвартсе и делая догадки, насколько он был бы хорош в постели. Было один раз, когда Гермиона невольно услышала разговор как Пэнси Паркинсон рассказывала Астории Гринграсс насколько  Драко был хорош в постеле. Что никто из тех, с кем она спала, не доставлял ей такого удовольствия, как Малфой. Представив в голове такую сцену, Грейнджер почувствовала лёгкий укол ревности, чему сама была мягко говоря удивлена. — В любом случае, даже если я что-то и чувствую к нему, этот хорёк всегда будет меня ненавидеть и это не исправить ничем, так что мои чувства тут лишние. Шатенка надеялась лишь на то, что парень поскорее вылечится, пусть даже он будет называть её «грязнокровкой», она хотела лишь одного, чтобы Драко поскорее пришёл в себя и начал посещать уроки забыв о всём плохом, что с ним произошло за все эти годы. — Гермиона! — Гарри? Почему не спишь? — Да так, не спится чего-то, — Гарри сел рядом подавшись вперёд, наблюдая за тем, как дрова в камине потрескивают. — Мм.. А не из-за Рона ли? После этих слов Гарри засмеялся. — С тобой тоже такое было? — Да ты о чём? Он мне всю ночь просто спать не давал, то его храп, то с кошкой во сне дерётся, то от пауков убежать не может, — вспомнив те времена, Гермиона громко смеялась рассказывая о Роне напрочь забыв, что ученики спят. — С тобой хоть пауки и кошка, со мной ему вечно снятся драки с ожившими гаргульями, — засмеялся парень.

Помолчав секунду, Гарри спросил: — Гермиона, Рон... я думаю ты должна знать. Рон не знал как тебе это сказать и поэтому, он не решился. — О чём ты, Гарри? — Рон с Лавандой вместе, Гермиона. — Офф! Гарри, ты меня действительно напугал, — ударила она его по затылку, — Я подумала, что с ним что-то случилось. Я очень рада за Рона. Надеюсь у них всё сложится. Но как у вас с Джинни? — Ну, всё хорошо, правда. Вот только... — Что? — А как же ты, Гермиона? — повернулся всем телом Гарри к девушке. — Для меня учёба важнее отношений. Я не спешу никуда. А пока мне достаточно вас с Роном. — Ты счастлива? — Дааа... — протянула Гермиона ярко улыбаясь, — Гарри не волнуйся за меня. Для меня главное закончить учёбу. — Я рад! — улыбнулся парень. — Кстати, что там с Малфой? Девушку вновь бросило в дрожь от одного его имени. — Мм.. Ему уже лучше. Он пока слаб, но с ним всё хорошо. — Если он тебя обидит или тронет сразу скажи мне. — Знаешь, Гарри. Мне кажется он изменился. — Гермиона, ты не должна так говорить. — Гарри... — Просто вспомни каким он был всё это время. Это Малфой! Слизеринец! Они не меняются, Гермиона. — Парень облизнул губы наклонился к девушке и продолжил, — У них это в крови, понимаешь? Я знаю, ты хочешь видеть в нём хорошего и доброго парнишку, который наконец избавился от злобного отца и теперь он может быть добрейшим чистокровным. Но это не так, Герми. Я не хочу чтобы ты думала, будто он изменится. Грейнджер смотрела в глаза друга и видела в них лишь отвращение, ненависть и злобу. Она хотела попытаться хотя бы, но всё тщетно. Раньше у неё были хоть какие-то сомнения, что возможно её самые близкие друзья поверят ей, и поддержут её. Но не сейчас. Теперь она действительно поняла, что перемирию не бывать. — Знаешь, Гарри. Ты прав. Так и есть. Просто, приглядывая за ним я возможно немножко расчувствовалась, и поэтому так показалось. Гермиона крепко обняла Гарри на что  тот ответил ей тем же. — Ты сегодня не патрулируешь? — Я попросила Профессора Макгонагалл, чтобы она освободила меня на время, пока Малфой не выздоровеет. — Тебя он действительно беспокоит? — с ноткой разочарования, спросил парень со шрамом. Гермиона не знала что ответить и решила промолчать. Спустя полчаса Гермиона уснула на коленях Гарри, к утру их нашёл Рон, который тихо подошёл и разбудил их. — Ребята! Вы тут всю ночь спали что ли? — Мм.. Да, Рон. Уснули случайно, — ответила Гермиона, — А как у тебя дела с твоими гаргульями? — Что? В см.. Гарри, я тебя убью! Иди сюда! — Гарри моментально встал и побежал, пока рыжеволосый пытался его поймать. Гермиона смеялась во весь голос от происходящего. По пути в кабинет, Рон долго просил Гарри, чтобы он никому больше не рассказывал о таких личных вещах. — Такие вещи нужно держать в секрете, понимаешь? Пообещай, что больше никому не расскажешь. — А чего сразу я? Попроси Гермиону, она то точно будет теперь всем это рассказыаать, верно Герми? — Неееееет! — с хитрой улыбкой протянула девушка, махая рукой. — Вот бы убить вас обоих!— обиженно высказал парень, на что услышал в ответ громкий смех от друзей.