Сон

В первую же ночь в больничном крыле мне приснилась наша с Судьбой новая встреча./В этот раз она показалась мне - я почему-то был в этом уверен - в своем собственном облике, а не начала вещать через женские тела./Длинное серое платье из непонятной ткани. Сначала я узнал в ней шелк, но уже через несколько секунд я понял, что это бархат, а еще через три удара сердца понял, что не понимаю ничего, потому что сейчас я был готов поклясться, что это хлопок. То ли действительно менялся материал, то ли менялось мое восприятие - я не знаю, но я предпочел поднять глаза на лицо женщины.

/Черты ее лица были очень резкими. Острые - можно порезаться - скулы, такой же остроты подбородок, идеально прямой и, пожалуй, слишком длинный нос, тонкие губы, не слишком большой лоб, прикрытый черной с проседью челкой, глубоко посаженные глаза- вот, что я увидел. Я не взялся бы опрелелять, сколько стоящей передо мной женщине лет(если бы она не была бессмертной богиней, а была обычной женщиной). Но это был уже не фокус с моим восприятием. Просто гладкая, без единой возрастной морщинки, кожа могла с тем же успехом принадлежать и двадцатилетней девушке. Только вот глаза... Глаза несомненно принадлежали старухе. В них была невероятная усталость и понимающая улыбка, полная доброты и сочувствия. Но каким бы мягким не казался ее взгляд, я был уверен, что он имел свойства маггловского рентгена, только видел еще и мою душу. /Я рефлекторно уже попытался защитить свой разум: представил маггловский рок и одновременно мерцающий дискотечный свет, в котором ничего четко не разглядеть. Я такой видел только по телевизору, так как Дурсли меня по клубам, понятно, не водили. Но... совершенно не ощутил вторжения. И почему-то была уверенность, что мой "воображариум" нисколько не помешал моей оппонентке узнать все, что она хотела. Наверное, меня в этом убедила появившаяся на губах Судьбы насмешливая улыбка... Мерлиновы Кальсоны, неужели моя оклюменция настолько плоха? Хоть против Северуса и действовала такая защита, но он такой же недоучка в этом, как и я./-Не тревожься напрасно! - прервала мои метания Судьба. - У тебя действительно хорошая защита. Плотная - человеку не пройти. И держишь ты ее автоматически. Даже Риддл с Дамблдором зубки обломают. Ты, конечно, отнюдь не талант в этом, но ты упроен, старателен и силен. Если ты всерьез желаешь овладеть какими-то чарами, ты ими непременно овладеешь на превосходном уровне. /-А как же вы тогда..?/-Я же сказала: "ЧЕЛОВЕКУ не пройти", - развеселилась собеседница. - А я отнюдь не человек. Я, если выражаться вашими терминами, богиня. И для меня твои защиты смешны, хотя бы потому, что смотрю в твой разум я принципиально по-другому. Чтоб было понятней, закрываешь картинкой шумной вечеринки фасад, переднюю часть своего разума, мешая тем самым входить в это здание другим людям. А я смотрю на все это безобразие сквозь крышу. Но ты же пришел сюда не затем, верно? - проницательно заметила она. -Ты интересуешься, как же так получилось, что ничего почти и не изменилось из-за твоего вмешательства? - я просто кивнул. -Хорошо, я тебе покажу. Пойдем./Я послушно пошел туда, куда она меня подзывала. /Заодно заметил, что нахожусь, оказывается, в пустоте приятного персикового цвета. Пустота в смысле подо мной не было пола, по сторонам от меня - стен, а сверху - крыши. А персиковым было само пространство, сгустившееся вокруг меня. И я стоял и ходил по этому уплотненному, но все равно бесформенному пространству. Психоделическая картина! Но мои нервы просто отказались реагировать на это хоть как-то, словно я такое вижу вот прямо каждое мгновение!/Висящее прямо в пространстве... обычное деревянное окно тоже не заставило меня нервничать. Я был спокоен как только что съевший слона удав. /Остановившись у окна, я посмотрел за стекло. Сцена за ним - явно то самое Рождество, которое я покинул, не попрощавшись. Только гораздо позже того момента, который я помню последним./Люпин сопел, откинувшись на спинку кресла, Сириус делал тоже самое, но лицом в салате. Джеймс устроился удобнее их - положил голову на плечо Лили. /Бодроствующими оставвлись всего три человека. Хвост, пьяный в стельку, заплетающимся языком жаловался Лили на "одиночество в толпе", а не менее пьяная Лили не обращала внимание на бред соседа и, подхихикивая, вязала морские узлы в гриве моего отца./Снейп из них был самым трезвым . Он явно искал тайный смысл в бутылке, но в отличие от остальных таких "философов", в бутылке полной. То и дело юноша поднимал глаза на идилию "Лили-Сохатый-Хвост" и мрачнел все сильнее. /Но наконец умолк на полуслове человек-крыса, и зельевар решился. Быстрым(видимо, чтобы не передумать) и твердым шагом он подошел к девочке. Она полняла на него осоловелые глаза. /-Лили, я давно хотел тебе -да оставь же ты в покое волосы Поттера! - сказать. Я тебя люблю./-Я тоже, - совершенно спокойно восприняла это Лили, очевидно, не понявшая смысла его признания. - И Джеймса люблю, - Сев дернулся, будто сквозь него пропустили ток, но она уже продолжила. - И Сириуса, иЛюпина и даже этого... Хвоста, - последнее она выплюнула с презрением. - Я вообще люблю весь мир, и это, по-моему, взаимно! - Лили зашлась в пьяно-веселом смехе, не замечая, как побелел ее старинный приятель. Он же умный парень - понял, какую любовь к нему она испытывает на самом деле. Дружескую. И только! /Сев отшатнулся, чуть не упал, споткнувшись о другое кресло, но в конце концов выровняв равновесие, покинул Выручай-комнату. Не прощаясь ни с кем: Лили тоже отключилась./_______Окно погасло, а потом и растворилось в пространстве./-Все ясно?/-Почти, - кивнул я. - Почему, например, Снейп из моего времени все также ненавидит моего отца? Мир между ним и Джеймсом был нарушен?/-Да. И нарушил его сам Северус, - печально улыбнулась Судьба. - Он страшно ревновал, а тебя с тяжелыми книгами наперевес там уже не было. Уже через два месяца война достигла прежних масштабов. А "Рождественский Поступок" Поттера затмила в глазах твоего друга безобразная сцена. Кстати, ее тоже стоит тебе показать!/В другом конце... эм... пространства возникло другое окно. И я, не дожидаясь отдельного приглашения, пошел к нему.

Был пригожий поздне-весенний денек. /Под березой на берегу озера расположилась компания Мародеров. Невдалеке, в тени кустарника сидел их вечный противник, Северус Снейп, уткнувшись в какой-то учебник./Из Мародеров тоже что-то читал только Люпин, а остальные просто говорили. И Гарри пришел отнюдь не к началу их разговора./— Скучно, — сказал Сириус. — Когда наконец будет полнолуние? /— А я бы и без него обошелся, — мрачно сказал Люпин из-за своей книги. — Между прочим, нам еще трансфигурацию сдавать. Если тебе так скучно, можешь меня проверить, — и он протянул ему книгу. Но Сириус лишь презрительно хмыкнул. /— Оставь себе, я всю эту чепуху наизусть знаю. /— Сейчас развлечемся, Бродяга, — спокойно сказал Джеймс. — Гляди, кто там... /Сириус повернул голову — и замер, как пес, почуявший кролика. /— Великолепно, — мягко сказал он. — Нюниус. /Гарри обернулся и посмотрел в ту же сторону. Снейп около кустов только что поднялся на ноги и теперь прятал свои листки в сумку. Когда он вышел из тени и зашагал по лужайке, Сириус и Джеймс встали. Люпин и Хвост остались сидеть. Люпин по-прежнему смотрел в книгу, хотя его зрачки не двигались, и между бровей пролегла едва заметная морщинка. Хвост переводил взгляд с Сириуса и Джеймса на Снейпа и обратно, и лицо его светилось жадным нетерпением. /— Как дела, Нюниус? — громко сказал Джеймс. Снейп отреагировал так быстро, как будто ждал нападения (да так оно и было): уронив сумку, он сунул руку в карман и уже доставал оттуда волшебную палочку, но тут Джеймс воскликнул:/— Экспеллиармус! Палочка Снейпа подлетела вверх футов на двенадцать и шлепнулась в траву позади него. Сириус рассмеялся отрывисто, словно залаял. /— Импедимента! — сказал он, направив палочку на Снейпа, и Снейп, рванувшийся за своим оружием, упал ничком на полпути к нему. /Гуляющие стали оборачиваться в их сторону. Некоторые ученики поднимались на ноги и подходили ближе. Одни смотрели на происходящее с неодобрением, другие — с удовольствием. Снейп, тяжело дыша, лежал на траве. Джеймс и Сириус приблизились к нему с поднятыми палочками; по дороге Джеймс поглядывал через плечо на девочек у озера. Хвост тоже поднялся на ноги и наблюдал за ними с жадным интересом — он даже отошел от Люпина, чтобы лучше видеть. 

/— Как прошел экзамен, Нюнчик? — спросил Джеймс. /— Я смотрел на него — он возил носом по пергаменту, — злорадно сказал Сириус. — Наверное, у него вся работа в жирных пятнах, так что ни слова не разберешь! Кое-кто из зрителей засмеялся: Снейпа явно не любили. Хвост пронзительно захихикал. Снейп пытался встать, но заклятие еще действовало, и он корчился, будто связанный невидимыми веревками./— Вы у меня дождетесь! — выпалил он, глядя на Джеймса с откровенной ненавистью. — Дождетесь! /— Дождемся чего? — хладнокровно сказал Сириус. — Что ты хочешь сделать, Нюнчик, — вытереть о нас свой сопливый нос? Из уст Снейпа извергся поток рутани и проклятий, но его палочка лежала в трех шагах от хозяина, и ничего не случилось./— Ну и грязный же у тебя язык, — презрительно сказал Джеймс. — Экскуро!/Изо рта у Снейпа тут же полезла розовая мыльная пена, она покрыла его губы, и он задыхался в ней... /— Оставьте его в покое! /Джеймс и Сириус оглянулись. Свободная рука Джеймса немедленно взлетела к волосам. Кричала одна из девочек у озера. Разумеется, это была Лили./— Что, Эванс? — сказал Джеймс. Самый тембр его голоса вдруг изменился — он стал более глубоким и мелодичным, более взрослым. /— Оставьте его в покое, — повторила Лили. Она смотрела на Джеймса с откровенной неприязнью. — Что он вам сделал? /— Ну, — сказал Джеймс с видом человека, серьезно обдумывающего заданный ему вопрос, — пожалуй, все дело в самом факте его существования, если ты понимаешь, о чем я... /Многие зрители, включая Сириуса и Хвоста, засмеялись, но Люпин, до сих пор притворяющийся, что читает, даже не улыбнулся. Не появилось улыбки и на лице Лили. /— Считаешь себя остроумным, — холодно сказала она. — А на самом деле ты просто хвастун и задира, Поттер. Оставь его в покое, ясно? /— Оставлю, если ты согласишься погулять со мной, Эванс, — быстро откликнулся Джеймс. — Давай... пойдем со мной на прогулку, и я больше никогда в жизни не направлю на Нюнчика свою волшебную палочку. /Тем временем Чары помех, наложенные на Снейпа, слабели./Медленно, дюйм за дюймом, он подползал к своей палочке, отплевываясь от мыльной пены, но Джеймс этого не видел. /— Я не согласилась бы на это, даже если бы у меня был выбор между тобой и гигантским кальмаром, — сказала Лили. /— Не повезло, Сохатый! — весело сказал Сириус и снова повернулся к Снейпу. — Стой! /Но он опоздал: Снейп уже направил свою палочку прямо на Джеймса. Вспыхнул яркий свет, и на щеке Джеймса появился глубокий порез. Кровь хлынула ему на мантию. Еще одна яркая вспышка — и Снейп повис в воздухе вверх тормашками; мантия свалилась ему на голову, обнажив тощие, бледные ноги и серые от грязи подштанники. Многие в маленькой толпе разразились ликующими криками; Сириус, Джеймс и Хвост чуть не захлебнулись от хохота. В уголках губ у Лили что-то дрогнуло, и Гарри на мгновение показалось, что выражение ярости на ее лице вот-вот сменится улыбкой. Но она громко сказала: /— Опусти его! /— Пожалуйста, — сказал Джеймс и взмахнул палочкой. Снейп шлепнулся на землю, точно груда тряпья. Выпутавшись из подола мантии, он быстро вскочил на ноги с палочкой наготове, но Сириус сказал: «Петрификус тоталус!» — и Снейп снова упал плашмя, как доска. /— Оставьте его в покое! — крикнула Лили. Она тоже выхватила палочку. Джеймс с Сириусом настороженно следили за ней./— Послушай, Эванс, не заставляй меня с тобой сражаться, — серьезно сказал Джеймс. /— Тогда расколдуй его! /Джеймс тяжело вздохнул, повернулся к Снейпу и пробормотал контрзаклятие. /— Ну вот, — сказал он, когда Снейп вновь с трудом поднялся на ноги, — тебе повезло, что Эванс оказалась поблизости, Нюниус... /— Мне не нужна помощь от паршивых грязнокровок! /Лили прищурилась. /— Прекрасно, — спокойно сказала она. — В следующий раз я не стану вмешиваться. Кстати, на твоем месте я бы постирала подштанники, Нюниус. /— Извинись перед Эванс! — заорал Джеймс, угрожающе направив на Снейпа палочку. /— Я не хочу, чтобы ты заставлял его извиняться! — закричала Лили, обращаясь к Джеймсу. — Ты ничем не лучше его! /— Что? — взвизгнул Джеймс. — Да я никогда в жизни не называл тебя... сама знаешь кем! /— Ходить лохматым, как будто минуту назад свалился с метлы, выпендриваться с этим дурацким снитчем, шляться по коридорам и насылать заклятия на всех, кто тебе не нравится, только потому, что ты от природы... Непонятно, как твоя метла еще поднимает в воздух твою чугунную башку! Меня от тебя тошнит! Она круто развернулась и быстро зашагала прочь. /— Эванс! — крикнул Джеймс ей вслед. — Погоди, Эванс!/Но она так и не обернулась./ — Какая муха ее укусила? — сказал Джеймс, безуспешно пытаясь сделать вид, что ответ на этот вопрос его вовсе не интересует. /— Сдается мне, она считает тебя немножко зазнайкой, дружище, — сказал Сириус. /— Ну ладно. — В голосе Джеймса зазвенела обида. — Ладно же.../На этом окно погасло./Я был в шоке. /-Как такое могло случится? Как к такому пришло?/-А вот так. После памятного Рождества Снейп несколько отдалился от Лили. Постепенно он начал проволить больше времени в той компании, от которой ты его оттягивал. Лили же не была рада его новым "дружеским связям", да и знала она, кто разорвал перемирие. В общем, они поссорились. Снейп от этого впал в депрессию и перестал следить за собой. И попытался найти забвение и утешение в книгах. А Мародеры в это время были расстроены и обижены тем, что предложенные ими мир и дружбу отвергли. /-В общем, все, что я делал, свелось на нет. И очень-очень быстро, - констатировал я грустно. - Вы хорошо постарались!/-Не обижайся и не огорчайся, Избранный, - улыбнулась она моему отчаянию. - Иначе было нельзя! Ключевые точки истории этой реальности написаны уже очень давно и не мной. Моя работа, чтоб такие события, как только что увиденное тобою, происходили вне зависимости от того, что там творят люди между ключевыми точками. Твои родители должны были сойтись, а Лили со Снейпом - разойтись. Ты должен был родиться и получить шрам, а твои родители при этом - погибнуть. А вот такое событие, как победа Волдеморта, как ни странно, не является ключевой точкой. Победа должна быть - это главное, а вот способы ее наступления оставили на мой выбор, вот я и проявила фантазию в твоей подготовке./Я выслушал ее слова молча. Зревшая во мне обида на вполне теперь персонифицированную Судьбу была вскрыта, как гнойник, повелительно сказанными словами "не обижайся". И обида прошла. Но не сама по себе! /Я чувствовал, что Пространство чем-то опоило меня по приказу хозяйки. Такое ощущение, что мне дали слоновью долю успокоительного. /Слова, которые, по идее, должны были меня ранить: и про "должную быть" смерть родителей, и про "фантазию" - прошли мимо меня. /Я - Избранный. Меня можно отправить в прошлое, снарядить на борьбу со Злом или даже что-то мне рассказать о настоящем мироустройстве. Но права обижаться на Судьбу мне не давали./Обидно? Нет, но должно быть!/-Ладно-ладно, закончим этот разговор, - вдруг рассмеялась Судьба, видимо, прочитав мысли в моей голове. - С людьми так тяжело, - пожаловалась она. - Они всегда думают, что знают, как лучше. Они почему-то испытывают очевидно излишние эмоциональные реакции... А я всего лишь хотела похвастаться хорошо сделанной работой! Я очень достойно выиграла очередную партию!/-Я рад за вас, - равнодушно ("заморозка чувств" еще не прошла) сообщил я. - Но мы все-таки не игрушки. Вы легко можете заставить нас испытывать любые чувства из спектра, спровоцировать нас на любые поступки, но все равно... мы - не игрушки. Мы не так уж отличаемся от Вас, Судьба. Просто мы не бессмертны и не имеем Ваших возможностей управления и своей-то, не говоря уже о чужих жизнях. Но мы так же, как Вы, умеем радоваться, печалиться. Нам тоже бывает скучно. Мы тоже любим похвастаться. И тоже иногда заводим "домашних животных", с которыми можно поговорить, чтобы не сойти с ума от одиночества.

/-Ты прав, Гарри, - извинилась передо мной бессмертная женщина. -Я просто давно забыла, каково это - быть человеком. Знаешь, ты очень странный. Иногда ты ведешь себя не как пятнадцатилетний мальчик, а как древний и мудрый старик. Сейчас ты вместо того, чтобы обидеться, как делают все люди, поставил себя на мое место и смог объяснить и доказать, где я не права. /-Это неудивительно, - пожал плечами я. - Вы же меня успокоительным накачали. Не будь я так качественно успокоен, я бы говорил Вам совсем другое. И совсем другим тоном. Но это не так важно. Мне интересно другое: Вы были человеком?/-Была. Расскажу тебе даже небольшой секрет: скорее всего, после смерти тебя ждет участь Творца Миров. То есть ты будешь тем, кто пишет ключевые точки развития для новых миров./-То есть за мою Избранность и испорченную жизнь мне стоит благодарить не Дамблдора и не Вас, а какого-то Творца, - меня совершенно не заинтересовал факт устройства моего посмертия. С жизнью бы разобраться! - Кстати, а какую роль во всей этой глобальной театральной постановке играет Дамблдор? Например, не может ли жить Творец в сотворенном им мире среди обычных смертных?/-Нет! - рассмеялась Судьба. - Тебя занесло! Все проще. С возрастом к нему пришла способность чувствовать ключевые точки. И мне посчастливилось, что к нему с возрастом пришла и мудрость, иначе моя работа стала бы гораздо сложнее. Впрочем, ночь заканчивается, а я так и не показала тебе того, что хотела. Пойдем. Ты так хотел увидеть семейное счастье Снейпа и твоей матери, что я решила сделать тебе небольшой сюрприз. Знаешь, переходить из реальности в реальность трудно, так что я надеюсь, что ты оценишь. И, кстати, "разморозься", так сказать! Мне нужна вся гамма твоих чувств! - и успокоительный эффект прошел. Но насладится вновь обретенными чувствами мне не дали, настойчиво потянув за собой./В этот раз нашему с Судьбой шагу, кажется, решило помешать окружающее нас пространство, окончательно сгустившись перед нашими носами. Но женщина продолжала движение, фактически таща меня через поток патоки./После того, как моя передняя нога все-таки ступила на пол (или что там вместо пола?), пространство поменяло свой цвет. В одно мгновение вместо приятного персикового оно стало ярко-розовым./А на встречу нам ступила... вторая Судьба, как я понимаю. Во всяком случае, женщина, встретившая нас сейчас, была похожа на ту, что привела меня, как родная сестра. Только волосы вместо черных - каштановые, седины нет, да глаза моложе и... живее, что ли./-Здравствуй, коллега, - улыбнулась моя Судьба. - Помнишь, я тебя просила..?/-Помню- помню, - рассмеялась вторая. Весело так рассмеялась. Она, похоже, была гораздо более человечна, чем коллега, потому что - моложе./В пространстве передо мной(прямо рядом с кончиком моего носа) тем временем появилось окно. Только маггловское, пластмассовое./-Смотри, парень. Между прочим, это и моя любимая пара тоже, - сказала та, что вторая./Но я уже не слушал ее. Я зачарованно смотрел на открывшуюся моим глазам картину.---------За окном был кабинет Снейпа. Того, который из моего настоящего. И в нем сидел сам Северус. Только какой-то не такой./Через мгновение я понял, что в его внешности меня смутило. У него были чистые волосы! Хорошо проглаженная мантия! Здоровый цвет лица! И самое главное - живые веселые глаза (совсем как у Сева из прошлого), а не темные туннели, как у того, который в моем времени... моей реальности (?)/Не успел я этому как следует удивится, как откуда-то из-за двери кабинета послышался до боли знакомый голос./-Северус! - дверь открылась, явив моему взгляду Лили. - Здравствуй! - и солнечно улыбнулась./Снейп никак не мог придать своему лицу достаточно грозное выражение - губы так и норовили расплыться в улыбке./-И что тебе дома-то не сидится?/-А что там делать? - Лили подошла к Северусу и ткнулась ему в плечо, обхватив руками. - Тебя нет, Джека нет. Вязать мне научиться, что ли?/-Тогда переезжай жить сюда! - предложил второй вариант Снейп, но судя по взгляду, заранее знал ответ./-В мрачные и сырые подземелья? - вздернула брови и рассмеялась Лили. - Нет, спасибо. Спасибо тебе, что хоть в нашем доме не стал воспроизводить привычную атмосферу!/Шутка была почти злая, но Северус не обиделся - в его глазах и улыбке была лишь ласковая нежность. Он крепко и в то же время ласково прижал к себе. А Лили улыбнулась с невероятно счастливым видом и с готовностью уткнулась в плечо любимого./Они бы до-олго так простояли, но их окликнули:/-Эй, голубки! Долго еще миловаться будете?! Может, я тоже хочу?/Стоящий на пороге кабинета парень (за которым виднелись две скрывающие улыбки до боли знакомые физиономии:Рон и Гермиона) имел черные волосы, такой же клюв-нос, как у отца, и зеленые глаза, как у матери. И, что удивительно, на мантии была Грифиндорская эмблема./Северус, увидев, что его "застукали", чуть не прыжком отскочил от жены. /На что раздался смех. Хохотала и сама Лили, утирая выступившие от смеха слезы, и Джек (сын этой пары, насколько я понял, Лили говорила именно про него, когда жаловалась на скуку дома), и даже Рон с Гермионой(наверное, как другу сына Снейп им прощает такие "фамильярности"). Наконец, засмеялася и сам Северус./-Иди сюда, я тебя хоть обниму, Джек! - немного успокоившись сказала Лили. Значит я прав - это их сын./Джек покраснел, видимо, стеснение от "нежностей" было наследственным у Снейпов, но подошел и неловко обнял мать. Неловко, в основном потому, что был выше нее на целую голову. С мужем это смотрелось даже мило, но с сыном...Впрочем, Лили не обращала внимания на такие мелочи./Вся эта сцена хоть и проходила в как всегда темном подземелье, была настолько светлой, столько в ней было искренней любви и семейного тепла... что я расплакался./Ведь было так легко представить себя на месте этого Джека, счастливчика, имеющего таких любящих друг друга и сына родителей. Живых родителей./Я плакал, а две женщины-Судьбы стояли и улыбались умиленно. /-Тебе пора, - наконец сказала моя Судьба и взмахнула рукой. /Вокруг потемнело, а потом... я открыл глаза в Больничном крыле. И снова мое время. И снова моя реальность.