27.

Вернёмся на несколько минут назад.

Линь, хоть и робко, но уверенно сделала шаг ближе к Скарамучче. Она стояла напротив него, держа в руках чашку с чаем, которую явно приготовила специально для него. Её взгляд блуждал по его лицу, словно она искала подтверждение своей храбрости, чтобы сделать следующий шаг.

— Знаешь, я… — она не успела договорить, потому что Скарамучча, кажется, почувствовал её намерения ещё до того, как она их озвучила.

Она чуть приблизилась, словно собиралась сказать что-то ещё, но вместо слов вдруг нерешительно потянулась к его плечу. Её пальцы едва коснулись ткани его одежды, как он резко дёрнулся назад, вырываясь из её касания, словно оно обожгло его.

— Что ты делаешь? — резко спросил он, его голос был холодным и раздражённым, как сталь, которая только что пробудилась от удара молота.

Линь замерла, ошеломлённая такой реакцией. Её робость мгновенно сменилась смущением, а потом болью, которая отразилась в её глазах. Она явно не ожидала такого ответа.

— Я просто… — начала она, но Скарамучча не дал ей закончить.

— Не надо. Не прикасайся ко мне, — его голос стал ещё резче, как будто каждый звук был лезвием, рассекающим воздух между ними.

Линь отступила на шаг, её взгляд метался от его глаз к её собственным рукам, которые теперь бессильно опустились вдоль тела.

— Ты мне неприятна? Нет, но и не пытайся понять, кто я. Это тебе не под силу, — добавил он.

Его слова прозвучали так холодно, что Линь казалось, будто в комнате внезапно похолодало. Она едва удержалась от слёз, но её гордость всё-таки пересилила, и она быстро отошла в сторону, избегая его взгляда.

— Прости… — шепнула она, покидая комнату так же быстро, как и пришла.

Скарамучча остался стоять на месте, чувствуя странную тяжесть в груди. Он не понимал, что именно его так раздражало в происходящем. Он просто знал, что не хочет, чтобы Линь или кто-либо другой приближались к нему слишком близко.

Точно в этот момент он заметил тень в дверном проёме. Обернувшись, он увидел Ванессу, которая смотрела на него, словно только что увидела что-то, что не могла объяснить.

— Ванесса… — он попытался что-то сказать, но она, не дожидаясь его слов, повернулась и ушла.

Её шаги звучали слишком быстро и резко, а сердце Скарамуччи сжалось в неприятной догадке. Он мог не знать, что делать с Линь, но с Ванессой… Она значила для него слишком многое, чтобы просто позволить ей уйти.

Скарамучча сидел на кровати, впившись взглядом в дверь, за которой исчезла Ванесса. Он чувствовал, как гнев и растерянность смешиваются внутри него, образуя комок в груди, который невозможно было развязать.

Ему не нужно было много думать, чтобы понять, что она видела. И это доводило его до бешенства. Не на неё, а на самого себя.

Ночь наступила быстро, но сон не приходил ни к одному из них. Ванесса лежала на своей половине кровати, притворяясь, что спит. На самом деле она слышала, как Скарамучча ворочался, издавая редкие раздражённые вздохи. Её обида разрывала её изнутри. Она ненавидела себя за то, что чувствовала себя так из-за него, и ненавидела его за то, что он снова и снова ставил её в эти ситуации.

Наконец, шорох стих. На мгновение она подумала, что он уснул, но внезапно почувствовала, как кровать чуть прогнулась под его весом. Она замерла, когда он приблизился.

— Ванесса… — его голос был тихим, почти неуверенным, что для него было необычно.

Она не ответила, сжимая кулаки под одеялом, надеясь, что он уйдёт. Но вместо этого она почувствовала, как его рука осторожно легла ей на плечо, а затем он медленно наклонился и обнял её.

— Я знаю, что я виноват, — прошептал он, прижимая её ближе к себе. Его голос звучал глухо, но в нём была странная мягкость, которую она слышала редко. — Я дурак. Я всегда был таким, и ты это знаешь. Но я… — он замялся, не находя слов, чтобы выразить свои мысли.

Ванесса хотела оттолкнуть его, кричать, сказать, чтобы он оставил её в покое. Но вместо этого её тело будто само позволило ему остаться.

— Ты не понимаешь, что я чувствую, — наконец выдавила она, всё ещё не открывая глаз. Её голос был хриплым от слёз, которые она так старательно сдерживала. — Ты никогда не поймёшь.

— Возможно, — честно ответил он. — Но я знаю одно. Ты единственная, кто держит меня на этой земле. И если я снова сделаю что-то, что причинит тебе боль… — он замолчал, затем добавил: — Я готов сделать что угодно, чтобы ты осталась рядом.

Она чуть повернула голову, удивлённая его словами. Скарамучча никогда не говорил ничего подобного раньше.

— Даже если я буду ненавидеть тебя? — тихо спросила она.

— Даже тогда, — он поднял взгляд, и в его глазах не было и тени привычной холодности.

Ванесса не знала, что ответить. Она закрыла глаза, чувствуя, как её сердце бьётся слишком быстро. Её обида всё ещё была жива, но рядом с ней постепенно разгоралось что-то другое — неуверенное, тёплое чувство, которое она боялась признать.

Они так и остались лежать вместе. Скарамучча больше ничего не говорил, просто держал её, будто боялся, что она исчезнет. А Ванесса, впервые за долгое время, позволила себе расслабиться рядом с ним, даже если в её сердце всё ещё царил хаос.

Мбанк, номер карты — 4177490188910360