18.

Дождь лился непрерывно, словно смывая не только грязь с улиц, но и остатки накопленных эмоций. Люди разошлись, оставив Скарамуччу и Ванессу одних. Он стоял неподвижно, хмуро смотря вдаль, а она, внезапно расслабившись, просто опустила голову ему на плечо.

Скарамучча вздрогнул от неожиданности, но ничего не сказал. Этот жест был для него чем-то настолько необычным, что он не знал, как реагировать.

— Ты странная, — пробормотал он, но Ванесса только тихо вздохнула в ответ.

Она смотрела на капли дождя, которые стекали по его плащу, и словно вернулась в то далёкое время, когда их история только начиналась. Тогда в ней было столько гнева, отчаяния и ненависти. Сейчас же...

— Мы ненавидим друг друга, правда? — вдруг тихо сказала она, нарушив тишину. — Ты мучал меня всё это время. Я ненавидела тебя. А ты ненавидел меня.

Он нахмурился, но не ответил.

— Но знаешь, что странно? — продолжала она. — Мы всё равно возвращаемся друг к другу. Снова и снова. Я не верю в судьбу, но... иногда мне кажется, что кто-то наверху специально над нами издевается.

Она закрыла глаза, чувствуя, как дождь проникает сквозь её одежду.

— Я устала, — наконец призналась она. — Устала от борьбы, устала от ненависти. Мне хочется просто... покоя.

Её голос был тихим, почти шёпотом, но каждое слово резало по его нервам. Скарамучча молчал, но его взгляд потемнел.

— Думаешь, я всё это не понимаю? — пробормотал он наконец, глядя в землю. — Ты говоришь, будто я нарочно всё это начал. Но я...

Он замолчал, осознавая, что любые слова сейчас будут лишними.

Внезапно к ним подошли Элиас и Вэй Чжу. Младший брат Ванессы с беспокойством смотрел на сестру, но его взгляд быстро переключился на Скарамуччу. Он что-то прочёл в его выражении, что заставило его отступить на шаг назад.

— Идём, — сказал он Вэй Чжу, дёрнув его за рукав.

— Но... — начал было Вэй Чжу, но Элиас посмотрел на него с таким спокойным упрямством, что тот замолчал.

— Им надо поговорить, — твёрдо сказал Элиас, увлекая друга за собой.

Когда они остались одни, Скарамучча повернулся к Ванессе.

— Ты сказала, что устала. — Его голос был чуть тише, чем обычно. — Может, тебе стоит попробовать забыть.

Она подняла на него взгляд, полный недоверия.

— Как ты это себе представляешь? — спросила она с горькой усмешкой. — Забыть всё, что ты сделал? Забыть, что ты...

— Я не прошу прощения, — перебил он её. — Никогда не просил.

Она молчала, ожидая продолжения.

— Но если тебе станет легче ненавидеть меня, — он отвернулся, — тогда продолжай. Только не думай, что я исчезну.

Её взгляд смягчился, и она снова закрыла глаза.

— Мы правда прокляты, — прошептала она.

Их разговор закончился, но в этой тишине было больше понимания, чем в любой из их предыдущих встреч.

Дождь продолжал идти, скрывая слёзы, что медленно стекали по её щекам. Она сделала шаг назад, отделившись от него, и с вызовом взглянула в его глаза.

— Ты свёл меня с ума, Скарамучча, — проговорила она. — Я такое не прощаю.

Её голос был твёрдым, но в нём звучали нотки боли, которые она больше не могла скрывать.

— Но ты… — она сглотнула, словно пытаясь подобрать слова. — Ты не человек, чтобы понять меня. Ты никогда не чувствовал того, что чувствую я.

Скарамучча напрягся, но ничего не сказал. Его глаза лишь пристально изучали её, ловя каждую эмоцию, которую она пыталась скрыть.

— Я даже не знаю, что чувствую к тебе, — продолжила она. — Злость? Боль? Что-то ещё?..

Она резко развернулась и сделала несколько шагов к краю обрыва, с которого открывался вид на бурное море внизу.

— Просто знай, что на этом всё, — бросила она через плечо, и в её голосе звучала окончательность.

Скарамучча застыл. Её слова били сильнее, чем любые удары, которые он когда-либо получал в своей жизни.

Она подошла к самому краю, и дождь казался теперь бесконечным потоком, что сливался с волнами внизу. Ванесса подняла голову, словно прощаясь с миром.

— Знаешь, — проговорила она едва слышно, словно себе, — это всё так глупо.

Она обернулась к нему в последний раз, и на её лице мелькнула слабая, но искренняя улыбка.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Скарамучча рванулся к ней, но опоздал. Она шагнула назад и исчезла в бездне.

Его крик разорвал воздух, и время будто остановилось.

---

Всё произошло как в тумане. Он бросился вниз, не думая о последствиях. Он нашёл её тело на скалистом берегу. Она была жива, но едва дышала. Её лицо было бледным, а руки и ноги выглядели неестественно согнутыми.

Скарамучча поднял её на руки, стараясь не думать о худшем.

— Ты глупая, безумная женщина, — прошептал он, крепко держа её, чтобы не потерять. — Я… не позволю тебе умереть. Ты слышишь?

Он отнёс её в ближайшее убежище, где мог укрыться от дождя. Она потеряла сознание, но её дыхание оставалось ровным, хоть и слабым.

Следующие несколько недель стали для них обоих испытанием. Ванесса медленно восстанавливалась, но её травмы были серьёзными. Она не могла двигаться, была прикована к постели. Скарамучча стал её единственным спасением.

Он ухаживал за ней, менял повязки, следил, чтобы она ела, и даже оставался рядом в те ночи, когда она металась во сне.

Однажды она открыла глаза и увидела его, сидящего рядом с её кроватью.

— Почему ты это делаешь? — прошептала она, её голос был слабым.

Скарамучча посмотрел на неё, и его взгляд был полон противоречий.

— Потому что ты единственная, кто сделал меня таким.