2 глава

Следующую пару по злосчастному английскому Эмиль ждал, каккары небесной. Идти туда совершенно не хотелось. Еще за несколько дней донее староста Полина прислала в общую группу файл с текстом и приложиласкрин с сообщением: "— Вышлите это на следующую пару для группы, я будуспрашивать пересказ и новую лексику. С уважением, Дмитрий Масленников".

Студенты, очевидно, такому домашнему заданию были не рады, поскольку тутже принялись обсуждать свою нелегкую долю. Эмилю захотелось взвыть. А чтоесли препод захочет к нему докопаться и спросит первым же? Не идти на пару?Тогда точно оставит без зачета. Скрепя сердце, Иманов принялся переводить этустатью, силясь понять, о чем там вообще говорится. Потом он снова бросилвзгляд на скрин сообщения, и его почему-то тут же одолело любопытствоузнать, кто вообще такой этот Дмитрий Андреевич. Он залез в Инстаграм и сталвбивать его имя в поисковике. Когда перед ним высветилась страница снесколькими тысячами подписчиков и брутальным мужчиной на аватарке, Эмиль начал понимать, с кем его вообще свела учебная дорога. Даник оказался прав.Работа в университете явно была для мужчины далеко не главной статьейдохода, поскольку в его профиле обнаружилась куча фотографий на фонекрутых автомобилей, один из которых явно принадлежал ему самому, сразличных курортов и европейских городов. Зачем такому человеку работать в университете, Эмиль так и не понял. А еще он не понял, как провел на его странице почти целый час, разглядывая ленту, где-то и дело мелькали снимки мужчины с улыбкой на лице:

— А ты, оказывается, умеешь выглядеть не как мразь, когда улыбаешься, —вслух произнес Эмиль, все-таки закрывая приложения.й

— Ты это о ком? — спросил сосед по общажной комнате Никита.

— Да, забей, про тёлку одну, — махнул рукой Иманов, не желая вдаваться вподробности.

На следующее утро Эмиль буквально тащил себя в университет. И еслипрофильные пары типа макроэкономики дались ему не так тяжко, то отпредвкушения английского начинало сводить внутренности. Как и ожидалось,Дмитрий Андреевич явился на пару аккурат вовремя и одетый с иголочки.

— Рад видеть, что опоздавших сегодня нет, — начал он, выразительно глянув на"зарекомендававшую" себя парочку, — Но отсутсвующие - это, конечно, никудане годится. На что они надеятся, понятия не имею.

— Может, их астральные тела с нами, — вкинул кто-то с задних парт, и поаудитории покатился гул из смешков. Масленников, видимо, был в хорошемнастроении и в первый раз одарил группу снисходительной улыбкой, которую тут же, незаметно для себя, подметил и Иманов.

— Тогда прекрасно, что я в это все не верю. Ну что ж, теперь о ваших тестах,попрошу старосту их раздать после пары. В целом, все не так плохо, как яожидал, но и не так хорошо. Свои баллы вы увидите в правом верхнем углу, —Сказал он, но тут же переведя взгляд на Эмиля, продолжил, — Ну, или неувидите вообще. А пока мы переходим к новой теме, текст, я думаю, всеполучили, а теперь хотелось бы услышать его краткий пересказ. Иманов, не начнете ли вы, пожалуйста, его рассказывать.

Эмиль вжался в свой стул, словно это могло его спасти. Все складывалосьровно так, как он и предполагал. Эта заноза спросила первым именно его.Собрав все силы в кулак, а первые два абзаца, на которые его вчера хватило, вголове, он направился к доске и начал худо-бедно рассказывать. Пока из его ртадоносились слова, отдаленно напоминающие статью о восстановленииэкономики в пост-пандемию, он отчетливо ощущал на себе внимательныйпреподавательский взгляд. К счастью, каким-то магическим образом,Масленников остановил его именно там, куда яндекс переводчик Иманова ужене добрался.

— Спасибо, достаточно, — Оборвал он, — Это было почти хорошо, я даже что-топонял из этого. А продолжит рассказ Савекина. Прошу вас к доске.

Эмиль, не веря своему счастью, прошел к своему месту и рухнул на стул. Внутри творилось что-то странное: его что, только что похвалил человек, которого он пару дней назад назвал говном чуть ли не при нем же? Может быть, он и не слышал, а Эмиль зря себя накрутил? Невольно, пока все эти мысликрутились у него в голове, он рассматривал Дмитрия Андреевича и внезапно встретился с ним взглядами. Свой он быстро отвел, но все еще ощущал на себе чужой. На Полину он как будто так же не смотрел, подметил про себя Иманов. Пока шла пара, Эмиль вновь прибывал в прострации, иногда прерываясь на комментарии Даника, сидящего рядом, пару раз ответил что-то по дополнительным заданиям к тексту и больше в разговоре не участвовал. Измыслей его выдернул тычок в бок.

— Братан, ты чего залип? Пойдем, уже перерыв большой начался. Есть хочетсякапец!

Эмиль встал с места, цепляя незакрытый рюкзак и собрался сложить тудасвои вещи, как вдруг кто-то сзади случайно толкнул его в плечо, и мелкиевнутренности рюкзака, типа монет, ручек, ключей и всякой ерунды, оказались раскиданными по полу.

— Да блин,— воскликнул Эмиль, садясь на корточки рядом с партой, собираясвое богатство, — Даник, ты наверно иди вниз, в столовку, а я тебя догоню. —Даник кивнул и, закинув свой рюкзак на плечо предпоследним вышел изаудитории. Эмиль почувствовал себя еще более неловко, осознав, что остался ваудитории один на один с преподавателем. Хотя тот, кажется совсем не обращал на него внимания, уткнувшись в журнал группы. Иманов наконец застегнул молнию и направился к выходу, когда его внезапно остановил чужой голос.

— Вот видите, как неловко бывает иногда быть неаккуратным, — сказалМасленников, все еще не отрываясь от бумаг. Эмиль остановился, каквкопанный, он все слышал. — И это не только о рюкзаке, понимаете, о чем яговорю? — спросил Дмитрий Андреевич, наконец поднимая глаза на парня, тотраскрыл рот, словно хотел что-то сказать в свое оправдание, но преподавательпродолжил, — Если со мной дружить и готовиться к моим занятиям, я ведь некусаюсь, Иманов. Надеюсь, вы уловили суть. А пока заберите, пожалуйста, вотэтот текст и распространите его по группе к следующей паре. Буду очень вам признателен, — закончил он, протягивая несколько листов бумаги, скреплённые между собой. От неожиданности Эмиль резко за ним потянулся, даже дальше, чем нужно, и столкнулся с теплыми пальцами Дмитрия Андреевича. Он выхватилэти бумаги и, кинув скомканное "спасибо, до свидания", пулей вылетел из аудитории. От чего он разволновался больше — от разговора или от незначительного касания — Иманов так и не понял, хотя очень старался.