17 глава

Pov: Регина Дорога петляла между полями, солнце било в стекло, и на несколько минут всё действительно казалось почти... обычным. Машина мягко гудела, из колонок играло что-то безмятежное — то ли джаз, то ли расслабленный плейлист Виктора, который он сам зачем-то назвал «Саундтрек к бегству».Егор был за рулём, сосредоточенный и хмурый, как всегда. Я рядом — босиком, с ногами на сиденье, жую жвачку и улыбаюсь. Сзади — Виктор, раскинувшийся, как барин, и с видом человека, который явно наслаждается происходящим чуть больше, чем положено.— Только честно, — начал он, потягиваясь. — Сколько минут вы продержались, прежде чем решили, что без меня не справитесь?— Примерно ноль, — буркнул Егор. — Мы как раз обсуждали, кого лучше взять: тебя или камень в рюкзак. Сложный выбор, но камень молчит.— Камень зато не цитирует фильмы каждую минуту, — добавила я, обернувшись. — Хотя, если честно, выбор всё равно был спорный.— Да-да, — Виктор сделал обиженное лицо. — Я вообще-то согласился рисковать своей жизнью ради вас, неблагодарные существа. И поехал в машине, в которой нет даже нормального кондиционера. Это уже героизм.— Вик, ты в третий раз открываешь чужой термос в поисках кофе. У тебя явно кризис доверия, — Егор скользнул по зеркалу. — И если ещё раз захрустишь чем-то громким за моей спиной — я сверну в поле и оставлю тебя там. Вместе с термосом.— А что? В поле хоть честно — комары убьют, а не отец с охраной.Я рассмеялась, пока Виктор театрально закрыл глаза, как мученик. Егор покачал головой, но уголки его губ дрогнули — и это, наверное, было самой настоящей редкостью.Мы снова замолчали на пару минут, и я уже почти потерялась в своих мыслях, когда взгляд выхватил в зеркале нечто странное.Чёрная машина.Обычная, как будто. Но слишком стабильная. Держалась за нами. Не отставала, не обгоняла. Просто шла следом. Как будто мы — маршрут, а не случайность.— Егор, — сказала я спокойно, но твёрдо. — Не хочу паниковать, но... за нами, кажется, хвост.Он моментально взглянул в зеркало.— Какая?— Чёрная. Универсал. Уже минут пять держится прямо сзади. Слишком ровно.— Черт, — выдохнул он и резко убрал ногу с газа, будто проверяя, среагируют ли. Машина позади тоже чуть сбросила. Виктор выпрямился, напряжение с него слетело в один момент.— Ну вот, началось, — пробормотал он. — Хоть бы раз была просто машина. Нет, обязательно должна быть тень из криминального сериала.— Думаешь, это люди отца? — спросила я, чувствуя, как похолодели ладони.— Почерк похож, — ответил Егор сухо. — Спокойная слежка, без паники. Наблюдают. Вычисляют, куда мы повернём.— Может, они просто... любят нашу заднюю фару? — предположил Виктор. — Ну правда, не все же преследователи — гении.— Нет, — Егор уже сосредоточился полностью. Его голос стал резким. — Это не случайность. Они взяли нас в прицел. Вопрос — на что они решатся.— Отлично, — протянул Виктор. — Значит, теперь это не просто побег. Это побег с бонусным уровнем. И я, как всегда, в центре происходящего.— Вик, ты — в багажнике судьбы. Не переоценивай себя, — отозвался Егор.Я почти усмехнулась, но внутри всё сжалось.Машина позади всё ещё ехала ровно. Как будто ждала сигнала.— Что делаем? — спросила я, уже тихо.Егор прикусил губу. Потом сказал быстро:— Сейчас уйдём с шоссе. Проверим, насколько они настойчивые. Если свернут за нами — это уже не наблюдение. Это охота.Я кивнула. Мы мчались по трассе, но всё внутри будто замедлилось. Был только голос Егора, напряжённая тишина Виктора и ритм моего собственного сердца — как метроном, отмеряющий оставшееся до столкновения.Мы не свернули. Мы вылетели с трассы, как будто за нами гнался сам чёрт на чёрной иномарке. А может, и правда что-то близкое к этому.— Держитесь, — рыкнул Егор, и я машинально вцепилась в дверную ручку. Виктор сзади уже не шуточки отпускал — он вцепился в подголовник переднего сиденья так, будто собирался его оторвать.Чёрная машина последовала за нами. Один в один. Без колебаний.Егор нажал на газ, и двигатель зарычал, как зверь. Мы не ехали — мы летели. По узкой дороге, по разбитому асфальту, по гравийной обочине. Мимо мелькали деревья, будто слитки тьмы. Каждый поворот — как на выживание.— Напомни, — крикнул Виктор, — в какой момент твоя гениальная идея «тихо уехать» превратилась в гонки без страховки?— Когда ты сел в машину, — огрызнулся Егор, выруливая на просёлочную дорогу, так что нас швырнуло в сторону.— Ага! Вот она — братская любовь. Даже в погоне ты находишь время обвинить старшего брата! Завидую твоей многозадачности.Я бы рассмеялась, если бы не чувствовала, как леденеет спина. Зеркало заднего вида, снова и снова — и в нём всё та же машина. Ни ближе, ни дальше. Как будто нарочно играет с нами.— Егор, — сказала я, глядя вперёд. — Лес.— Вижу.Он свернул резко. Слишком резко. Колёса взвизгнули, машину подбросило, и только чудом мы не влетели в дерево. Но асфальта больше не было. Только грязь, корни, и темнота, сгущающаяся между соснами.— Вот и начались мои каникулы, — пробормотал Виктор. — Всегда мечтал ночевать в дикой чащобе без еды, с парой килограммов страха в багажнике. Спасибо, младший брат.— Можешь выйти, — бросил Егор, маневрируя между деревьями. — Я тебе даже фонарик дам. И компас. Только не возвращайся.— О, да, отпусти меня одного в лес с охотой за спиной. Гениальный план. Напоминаю: я всё ещё старший. Я должен принимать решения.— А я за рулём.— Вот в этом и вся проблема!Машина мотала нас по кочкам, фары выхватывали корни, как ловушки. За нами — тьма. А в ней — фары.Но не надолго.В какой-то момент, после особенно жёсткого поворота и крутого подъёма, машина за нами исчезла из поля зрения. Просто — была и пропала. Егор не сбавил скорости, но я заметила, как он затаил дыхание.Мы ещё ехали — пять, десять, пятнадцать минут. Пульс не спадал. Но за спиной было только эхо нашего собственного шума.— Всё, — наконец выдохнул Егор. — Оторвались.Он свернул вглубь, туда, где земля уже не была дорогой, а просто мокрой, живой почвой. Мы остановились среди елей. Лес сжал нас в свои объятья.Тишина.— Если сейчас появится медведь, я не удивлюсь, — сказал Виктор, вылезая из машины и озираясь. — Класс. Погоня, лес, мрак, и я, красивый мужик, в кроссовках и без носков. Это, видимо, и есть мой рок.— А ты носки зачем оставил? — хмыкнула я, вылезая за ним.— Потому что я знал, что ты задашь этот вопрос. Стратегия, Регина. Я знал, что тебя отвлечёт этот момент, когда начнётся ужас.Егор подошёл к багажнику и достал плед, фонарик и рюкзак с провизией. Всё заранее, как будто предчувствовал. Он был всё ещё молчалив, напряжён, но в глазах у него мелькнуло: «мы живы».— Здесь останемся на ночь, — сказал он. — Машина не проедет дальше. И нас здесь не найдут.— А если найдут? — спросила я.— Тогда они сами потеряются, — буркнул Виктор, плюхаясь на валежник. — Я, между прочим, в школьном походе дважды разводил костёр. И однажды чуть не сжёг рюкзак. Так что навыки есть. А ещё я старший брат, между прочим. Это автоматически даёт мне +10 к выживанию в лесу.Егор тихо усмехнулся. Я села рядом, обмотавшись пледом. Где-то вдали ухнула сова. Впервые за день я вдохнула глубоко.Мы были в безопасности. Пока что.Но я знала: утром всё снова начнётся. И с каждой милей путь будет становиться только опаснее. Но сейчас — только лес. И трое беглецов, у костра, среди теней. Живые.И вместе.

***

Ночь была тёплой, тихой — как будто лес решил на время забыть о том, что за нами охотятся. Костёр почти догорел, угли светились красным под дыханием ветра. Я сидела на пледе, укутанная в плед и старую куртку Егора, слушала, как стрекочут насекомые в траве, и смотрела в темноту. В машине, немного поодаль, спал Виктор. Или делал вид. Хотелось верить, что спал.Я услышала, как хрустнула ветка — еле слышно. Потом ещё шаг. Я даже не обернулась: просто знала, что это он. Мягкий, тяжёлый шаг Егора, как будто он не просто шёл, а нёс на себе все последние дни.Он сел рядом, молча. Наклонился, глядя на меня снизу вверх, уголки губ чуть дрогнули:— Не спишь?— Жду, когда ты перестанешь притворяться, будто у тебя всё под контролем.— Больно ты меня хорошо читаешь.— Я вообще всё хорошо читаю. Даже намёки, — я посмотрела на него внимательнее. — Особенно те, которые ты не произносишь вслух.Он придвинулся ближе, и его рука медленно легла мне на бедро. Пальцы двигались будто случайно — едва-едва — но в этом было больше напряжения, чем в любой фразе. В его взгляде появилось то самое выражение — опасное, тёмное, слишком личное.— А если я больше не хочу намёков? — спросил он глухо. — Если я хочу... тебя. Сейчас. Без пауз, без оглядки, без дурацкого «а вдруг».Я не ответила. Просто повернулась к нему лицом, почувствовала, как его ладонь скользнула вверх — по бедру, под край ткани. Едва прикоснулся к голой коже. Он смотрел в глаза, будто спрашивал без слов: «можно?» И я чуть качнула головой — не «нет». Совсем не «нет».Он наклонился, поцеловал сначала уголок губ, потом медленно, глубже, так, что у меня подкосились колени даже в сидячем положении. Его рука обвила меня за талию, потянула ближе, пальцы прошлись по спине, под тканью. Я развернулась к нему, ногами на плед, позволила ему прижаться, почувствовала, как его дыхание становится тяжелее.— Чёрт, Регина... — прошептал он, губами касаясь шеи. — У тебя вкус как у греха. И мне плевать, насколько это неправильно.Он осторожно, но уверенно начал стягивать с меня куртку. Его ладони были горячими, резкими, как будто он сдерживал себя весь день, всю эту ночь — и теперь едва удерживался.Я потянулась к его футболке, пальцами коснулась живота, почувствовала, как мышцы дрогнули под моими пальцами...И тут — голос.— Ой, ну вы хотя бы шуршали бы тише. Я ж спать пытаюсь! — раздалось из темноты.Я замерла, как подстреленная. Егор застыл надо мной, и тишина повисла настолько плотная, что можно было услышать, как уголь лопнул в костре.— Виктор... — прошипел Егор, не двигаясь.— Ну да. Кто ещё. Призрак морали? — Виктор вынырнул из машины, зевая. — Просто напомню, что мы не в мотеле. А в чёртовом лесу. В бегах. Нас кое-кто преследует. И если вы решите зажечь костёр номер два, им будет проще нас найти.— Уходи, — рявкнул Егор.— И оставлю вас наедине? Серьёзно? Я вас знаю. Через десять минут вы будете голые, злые и с порванным пледом. И без сил, чтоб бежать дальше. Нет, спасибо. Я — ваша последняя капля благоразумия.Я откинулась на спину и прикрыла лицо руками, стараясь не заржать. Всё во мне ещё горело, но Виктор, как всегда, просто вошёл в самый пик сцены и выдернул плёнку из проектора.Егор поднялся, всё ещё дыша тяжело, провёл рукой по лицу.— Я тебя когда-нибудь прикопаю, Вик.— Сначала найди лопату, брат.— Я найду. Клянусь.Я встала, поправила на себе футболку, обернулась к Егорy. Он всё ещё смотрел на меня с этим злым, сдержанным желанием в глазах.— Может, и к лучшему, — прошептала я ему. Он не улыбнулся — только взгляд стал ещё темнее.И мы пошли спать. Пока. Но огонь под кожей не угас. И в темноте, среди леса, было понятно — утро принесёт не только бегство. Оно принесёт последствия. И выбор.

***

Я проснулась от звука плеска, но не ручья — слишком резко, громко, как будто в воду кинули человека. Потом услышала:— Егор, ты придурок! Я же спал!Приподнялась, выглянула из палатки — и всё стало понятно. В речке стоял Виктор, по грудь в воде, весь мокрый, с растерянным видом и мхом на плече. На берегу, держась за кружку с кофе и не скрывая довольной усмешки, стоял Егор.— Я тебя звал, ты не реагировал. Значит, вариант с телепортацией в воду был самым логичным.— Это была не телепортация! Это была попытка утопления! — фыркнул Виктор. — Ты псих. Ты с виду нормальный, но внутри у тебя сидит маленький генерал с садистскими замашками.— Маленький генерал — это ты, — парировал Егор. — Только без армии и без дисциплины.— Зато с харизмой. И с переохлаждением теперь.Я не выдержала и засмеялась. Виктор бурчал, но выбрался на берег, схватил полотенце и укутался, как мумия. Через полчаса мы уже сидели у костра. Яичница на сковородке потрескивала, воздух наполнился запахом кофе и дымка. Удивительно, но в этой странной утренней тишине среди леса было уютно.— Ну, ладно, клоуны, — начала я, заваривая чай. — Мы вроде как сбежали, ночь пережили, речное крещение провели. Теперь надо выбрать, куда двигаться дальше.— Только давайте без стран, где нас могут сдать за банку сгущёнки, — хмыкнул Виктор. — И без мест, где всё имя Булаткин вызывает подозрения и желание надавить кнопку тревоги.— Европа, — сказал Егор. — Но не очевидные страны вроде Франции или Италии. Там слишком много глаз. Нужно что-то более нейтральное, спокойное.— Швейцария? — предложила я. — Там дорого, но красиво. И, по слухам, полиция вежливая.— Слишком бюрократично, — отрезал Егор. — Да и они любят знать, кто ты и откуда.— Ирландия? — бросил Виктор. — Дождь, овцы, зелень. Нас потеряют в ландшафте.— Слишком далеко, — ответил Егор. — И остров. А нам пока лучше быть на материке. Чтобы в случае чего — границу можно пересечь на машине.— Словения? — предложила я.Егор поднял бровь. Виктор тоже приподнялся.— Так. А это неожиданно. И даже логично, — сказал Егор. — Маленькая страна, тихая. Не в центре внимания, но цивилизованная. Горы, озёра, граница с Италией, Хорватией, Австрией. Если что — легко соскочить в любую сторону.— Я слышал, там красиво. И жизнь неторопливая, — кивнул Виктор. — Старикам нравится. А мы с нашим режимом спать-драка-кофе — в самый раз.— Тогда Словения, — подтвердила я. — Осталось выбрать город.Мы разложили карту и начали листать на телефоне фото, пока доедали завтрак. Любляна — столица, но слишком заметно. Марибор — интересный, но больше промышленный. И тут я ткнула пальцем:— Блед.— Что? — одновременно спросили Егор и Виктор.— Блед. Так называется город. Да, звучит как «вырезано цензурой», но это место — как из открытки. Озеро, остров, замок. Тишина. Всё зелёное и чистое, как будто кто-то вымыл страну мылом.— Брат, — серьёзно сказал Виктор, — мы едем в город, который называется Блед?— Если там безопасно и красиво — хоть в Жопино, — пожал плечами Егор. — Главное, чтобы нас никто не нашёл.— Отлично, — я улыбнулась. — Тогда Блед. Это даже звучит как план: «Где вы были последние месяцы?» — «Мы были в Бледе».Все рассмеялись. И в этой лёгкости, среди кружек, запаха костра и после ночи, когда всё могло сорваться, я поняла — впервые за долгое время у нас есть цель. Не просто бежать. А ехать к чему-то. Пусть и в город с самым сомнительным названием на карте.

***

Номер отеля был безупречен — как всё, что окружало Николая Сергеевича. Прямые линии, дорогие материалы, нейтральный свет. Ни одной лишней детали. Даже Лондон за окном казался частью постановки — чужим, мокрым, безразличным.Он стоял у окна, с бокалом в руке. Коньяк давно остыл, как и интерес к нему. Его взгляд скользил по улицам внизу, но видел он совсем не город. Видел машину, скрывшуюся в лесу. Видел, как Егор, упрямый, несносный мальчишка, вновь вышел из-под контроля. И увёл с собой эту девчонку.Он сжал стакан так, что стекло хрустнуло, но не треснуло.— Бездарно, — проговорил он глухо. — Трое подростков уезжают — и вы даже не можете их выследить? Вы что, следите или играете в прятки?Он обернулся. На диване у стены лежал телефон — на громкой связи. Голос на том конце пытался говорить вежливо, уверенно, но в словах слышалось напряжение.— Мы потеряли их сигнал где-то в горах, мистер Булаткин. Но у нас есть предположение, что они направляются к южной границе. Вероятно — Балканы. Мы..— Вероятно, — перебил Николай Сергеевич холодно. — Вы "вероятно" ещё долго будете сидеть в тени. Они ушли. Мой сын ушёл. Из-под моего крыла. Из-под моего контроля. А вы стояли и смотрели.Он отключил связь. Выдержал паузу. В номере стало ещё тише.Он сел в кресло, медленно, сдержанно, как человек, который умеет ждать. У него всегда были терпение и ресурс. А теперь появилась и злость.— Хорошо, — сказал он себе. — Бежали? Прекрасно. Пусть думают, что выиграли. Пусть дышат этим воздухом свободы. Он всегда дурманит. Всегда расслабляет.Он взял планшет, ввёл пароль. На экране — досье. Фотографии. Подробности. Люди. Деньги. Связи.— Не через слежку. Не через погоню. Слишком очевидно. Слишком мягко, — произнёс он, как будто диктуя сам себе. — Если хочешь поймать крысу — не бегай за ней. Заблокируй все ходы. Лиши еды. Лиши тех, кто рядом.Он остановился на фотографии Регины. Увеличил.— Она не просто рядом. Она — ключ. Кровь уходит из головы, когда он с ней. Он не думает. А значит — уязвим.Он нажал одну кнопку. Экран мигнул. Контакт активировался.— У меня есть задание, — сказал он ровным голосом. — Не касайтесь Егора. Пока что. Работайте через неё. Медленно. Точно. Сделайте так, чтобы она сама привела его назад. Или разрушьте всё, что между ними.Он отключился. Оперся локтями на колени. И наконец, впервые за весь день, позволил себе улыбнуться.Холодно. Узко. Почти с наслаждением.— Побег — это только начало, — прошептал он. — А теперь будет настоящая охота.

От Автора: такая вот жуть) Как вам глава? Давайте попробуем набрать на этой главе 10 звездочек? Обязательно подписывайтесь на мой тгк mirkaawattpads (есть ссылку в профиле), там обсуждение глав, спойлеры и даты выхода глав, так же можно задать мне какие то вопросы. Каждого целую в лобик! ❤️