Глава 66

Кот опаздывал... Устав ждать, Маринетт схватилась за телефон, но, едва взглянув на фото мило улыбающегося Адриана на иконке контакта, оставила эту затею. Потому что нельзя просто так взять и написать Адриану, даже если он – твой парень и ты знаешь, что он может улыбаться совсем по-другому. Это ведь А-адриан! Маринетт ударила себя по лбу. Какой к чёрту А-адриан? Это просто Кот Нуар! Наглый, самовлюбленный Кошак, который обожает тупые каламбуры. Сегодня он наглядно продемонстрировал, что остаётся Кошаком даже без трансформации. Напомнив себе об этом, Маринетт с решительным видом начала набирать сообщение. Но прежде чем она успела его отправить, в окно постучали.

– Привет, – распахнув окно, Кот картинно уселся на подоконник, свесив одну ногу, и протянул Маринетт букет маргариток. – Специальная доставка для леди.

Маринетт усмехнулась: Кошак в своём репертуаре. Ну как, как можно нервничать рядом с таким позером? Ну подумаешь, в школе он весьма успешно изображает из себя идеального принца. Главное ведь – что внутри, а не снаружи, а внутри это – всё тот же Кошак.

– Спасибо, Котёнок, – стараясь выглядеть уверенно и непринуждённо, Маринетт подошла к окну и забрала букет. – Они очень милые.

– Я тоже, – беззастенчиво похвалил себя Нуар и, посмотрев на Маринетт, с надеждой уточнил: – Да?

– Не очень, – Маринетт положила букет на стол и, скрестив руки на груди, строго посмотрела на напарника. – Ты хоть в курсе, который сейчас час? Я уже спать собиралась.

– Прости, – Кот опустил глаза, и всю его показную браваду как ветром сдуло. – Отец сегодня был не в духе, поэтому я не рискнул уходить до того, как он ляжет спать.

– Кот... – Маринетт дождалась, пока Нуар посмотрит на неё, а потом сочувственно спросила: – Ты не ладишь с отцом?

– Лажу. – Нуар мрачно усмехнулся. – Но только когда делаю то, что ему нравится. У нас хорошие отношения, когда я веду себя как образцовый сын, которым он может гордиться.

– Так вот почему ты стараешься быть безупречным во всем? – догадалась Маринетт. – Из-за того, что отец тебя заставляет?

– Он не заставляет. Я сам решил, что буду помогать ему поддерживать благоприятный для его компании имидж. И я не жалею о своём решении, просто... – Он прикрыл глаза и изнурённо вздохнул. – Это выматывает...

Видя, что настроение напарника испортилось, Маринетт хотела сказать что-нибудь ободряющее, но Кот вдруг и сам воспрял духом.

– Поэтому я с нетерпением жду каждой новой миссии. Быть супергероем гораздо веселее, чем сыном известного дизайнера! – с горящими энтузиазмом глазами сообщил он, и Маринетт вдруг поняла, почему Кот и Адриан так не похожи.

«Мне кажется, Кот – хороший парень, – вспомнила она слова Адриана, сказанные во время их совместной репетиции. – Просто, возможно, в обычной жизни ему приходится постоянно сдерживать себя в силу каких-нибудь обстоятельств, а когда он становится супергероем, то получает полную свободу, и его временами немного заносит».

Ну конечно! Почему она раньше не вспомнила об этом разговоре? Адриан ведь сам назвал ей причину. Она вся извелась, пытаясь разгадать головоломку по имени Адриан Агрест в то время, как ключ уже давно был у неё, надо было просто приподнять завесу памяти и достать его. Свобода, о которой мечтал Адриан, в избытке была у Кота Нуара, и эта свобода кружила ему голову, заставляя становиться кем-то другим, тем, кем он не мог позволить себе быть в обычной жизни. Но ни самоуверенный супергерой, ни идеальный принц не были настоящим лицом Адриана Агреста. Настоящим он был сейчас... Немного потерянный, немного неуверенный в себе, но искренний, пылкий и безумно милый. Сердце Маринетт наполнилось теплом: определённо таким он нравился ей больше всего.

Мягко улыбнувшись, она подошла к напарнику и положила ладонь ему на щёку. Кот поднял глаза и чуть удивленно посмотрел на неё. И хотя сейчас на нём была маска, искажавшая черты лица, Маринетт отчётливо увидела под ней лицо того доброго мальчика, что отдал ей свой зонтик в дождливый день. Мальчика, который вечно пытался вести себя как кто-то другой и прятал настоящего себя.

– Наконец-то я вижу тебя... – Пальцы Маринетт скользнули вдоль скулы Кота, нежно очерчивая её.

Кот хотел спросить, что она имеет в виду, но её прикосновение было таким приятным, что он просто закрыл глаза, наслаждаясь им.

– Адриан? – вывел его из неги неуверенный голос Маринетт.

– М-р-р? – он нехотя открыл глаза.

Маринетт поймала взгляд его выразительных зеленых глаз, и её щеки тронул румянец. Почему-то называть Кота настоящим именем было ужасно волнительно.

– Адриан... – уже увереннее повторила она, зарываясь руками в его волосы и чувствуя, как кончики пальцев приятно покалывает от этих прикосновений.

Когда же одних прикосновений стало мало, она закрыла глаза и поцеловала его. Целовать Кота Нуара было так просто и правильно, совсем не то, что Адриана. Когда она касалась Адриана, она чувствовала себя грешницей, нарушившей табу и коснувшейся небожителя. С Котом было по-другому, Кот был родным и тёплым, он был другом, партнёром, любимым парнем. С ним у неё не было никаких проблем. Вот только Кот и Адриан были одним и тем же человеком, и от странного недуга, заставляющего её терять самообладание, когда она видела Адриана без маски, давно пора было избавиться.

Разорвав поцелуй, Маринетт потянула Кота подальше от окна: снимать с него трансформацию, когда кто-то мог заметить их снаружи, казалось ей плохой идеей. Сев на кушетку, она поманила его, предлагая опуститься рядом, а, когда Кот придвинулся, требуя продолжения поцелуя, охотно ответила. Лаская и покусывая его губы, Маринетт обвила одну руку вокруг шеи Кота, а другой коснулась его руки. Неуверенно она сплела его пальцы со своими, чуть поглаживая ободок кольца. Прохладный, он будто и ей посылал импульс холода, мурашками рассыпавшийся по всему телу. Почему-то идея снять с Кота кольцо казалась ужасно неприличной.

«Такое ощущение, будто я собираюсь его раздеть», – нашла подходящее описание своим ощущениям Маринетт, и от этой мысли голова пошла кругом. Почувствовав, что возлюбленная обмякла в его руках, Кот позволил себе продвинуться немного дальше. В буквальном смысле: по чуть-чуть тесня Маринетт, он заставил её лечь на спину, а сам, упершись в кушетку руками и коленями, склонился над ней. Медленно прочерчивая дорожку поцелуев от шеи к ключицам, видневшимся в вырезе футболки, Кот понял, что где-то здесь пора остановиться, но где именно – не знал, а потому тешил себя мыслью, что ещё чуть-чуть – и точно всё. Ещё один поцелуй – и, честное слово, он остановится... наверное.

Им пора было остановиться. Точно пора. Когда Кот Нуар, то ли утомившись, то ли окончательно обнаглев, перестал держать дистанцию и накрыл тело Маринетт своим, придавив её к кушетке, она отчётливо поняла это, а потому, поймав скользнувшую ей на бедро руку возлюбленного, сняла с его пальца кольцо.

По телу Нуара прошлась вспышка детрансформации, и перед Маринетт предстал ошарашенный Адриан. Он явно не ожидал подобного поворота. Вид у него был такой, будто она и правда сдёрнула с него одежду. Пару секунд он просто таращился на неё, а потом его лицо начал заливать румянец. С Маринетт происходило то же самое.

– О, как мило, – услышала замершая в ступоре парочка насмешливый голос Плагга. – Теперь они оба смущаются. Тикки, ты где? Посмотри на это! Ты же любишь такую сопливую ерунду.

– Плагг! – порывисто вскочив, сгорающий от стыда Адриан возмущённо уставился на квами.

– Тикки! – будто не услышав, продолжил звать тот.

– Она на к-крыше, – кое-как выдавила Маринетт, стараясь не смотреть на Адриана и напоминая себе, что нужно дышать. О боже-боже-боже, ну почему она так нервничает, когда он без маски?

– Почему бы тебе её не проведать? – с настойчивой интонацией предложил напарнику Адриан.

– Да-да, – флегматично отозвался Плагг. – Продолжайте на здоровье. Я и так не собирался смотреть. Что может быть скучнее человеческих лобызаний?

Его слова вконец смутили Адриана и Маринетт, а потому, когда Плагг ретировался, оба уже напряжённо топтались на месте в паре метров друг от друга, старательно делая вид, что в мире нет занятия интереснее, чем разглядывание стен.

– Я... – Адриан сглотнул, стараясь совладать с волнением. И о чём теперь говорить? Извиниться и окончательно вогнать их обоих в краску?

– Я... – вторя ему, попыталась завязать разговор Маринетт.

Оба осеклись и, кинув друг на друга робкие взгляды, одновременно выдали:

– Продолжай.

– Нет, пожалуйста, сначала ты, – последовал такой же синхронный ответ, а за ним неловкая тишина.

Каждый думал, что надо что-то сказать, но ничего не говорилось.

– Насчёт Нино и Альи, – первой нашла тему Маринетт.

– Да! – подхватил Адриан. – Насчёт свидания! Как насчёт того, чтобы выбрать день, когда мы все свободны, и покататься на теплоходе по Сене?

– Отличная идея! – Маринетт облегчённо вздохнула: кризис был пройден, и к ней начало возвращаться самообладание. – Может, обставить это как-то, чтобы Алья не смогла отказаться?

– Например?

– Например, можно сказать, что ты хочешь отпраздновать своё освобождение из-под домашнего ареста.

– Гениально! – похвалил Адриан, и парочка переключилась на обсуждение деталей. Разговор потёк плавно и складно, а неловкость постепенно отступила. И хотя Маринетт всё ещё не могла сказать, что чувствует себя с Адрианом так же непринуждённо, как и с Котом, скованной она себя тоже не чувствовала: Адриан понимал, что позволил себе лишнего, а потому, когда смотрел на неё, становился похож на нашкодившего кота. А с нашкодившими котами проблем у Маринетт никогда не было.

P.S.  Медленно, но верно подползаем в финишу!