Глава 63

Утро было тяжёлым. Пожалуй, самым тяжёлым в жизни Маринетт. Голова раскалывалась, а во рту словно разверзлась пустыня. Стараясь не разбудить Тикки, Маринетт скатилась с кровати и пошлепала вниз. Оказавшись на кухне, она налила себе воды и жадно припала к стакану. Самочувствие не улучшилось, напротив, в голове словно начал перекатываться огромный тяжелый шар.

– Доброе утро, дорогая, – поздоровалась с дочкой вышедшая из спальни Сабина и, увидев лицо той, обеспокоенно добавила:

– Ужасно выглядишь. Что такое? Ты заболела?

– Всё в порядке, мам. – Маринетт попятилась. – Ладно, пойду собираться в школу.

Вернувшись в комнату, Маринетт рухнула на кушетку. Идти никуда не хотелось. Хотелось завернуться в одеяло и смотреть сны дальше... Стоило подумать о тёплой постельке, глаза сами собой начали слипаться. Кушетка тоже была неплоха. Маринетт уже была на грани сна и яви, когда в кармане завибрировал телефон.

– М-м, – неохотно приоткрыв один глаз, Маринетт уставилась на экран.

«Доброе утро, – гласило сообщение. – Как себя чувствуешь?»

«Опять Алье с утра неймётся», – мысленно посетовала Маринетт и быстро набрала ответ:

« Ужасно».

Она ожидала, что Алья спросит, что с ней, а потому, получив ответ, подпрыгнула на месте от неожиданности.

«Мне так жаль, Маринетт. Плагг рассказал, что случилось. Понятия не имею, зачем он дал тебе алкоголь, но от его лица, и от себя прошу прощения».

Затаив дыхание, Маринетт, наконец, посмотрела на имя отправителя. Так и есть – Адриан...

Обрывки прошедшего вечера замелькали перед глазами: ужин, разговор с Плаггом, алкоголь, а потом... потом... Лицо Маринетт медленно залилось румянцем. Нет, этого не может быть! Это просто сон! Больная пьяная фантазия. Это просто... – Пальцы лихорадочно коснулись значка почтового ящика и щёлкнули по последнему входящему сообщению.

– Не-е-е–ет! – потряс дом преисполненный ужаса вопль.

***

– Прости, Алья, – виновато глядя в камеру, извинилась Маринетт. – Мама сказала, что ты приходила днём.

– Всё в порядке. Ты как? Ужасно выглядишь...

– Уже лучше. Правда, ночью теперь не усну: весь день проспала, только сейчас встала...

– Не беспокойся об этом. Если будешь плохо себя чувствовать, посиди дома еще денек. Я помогу тебе с домашкой.

– Спасибо.

– Не за что. Выздоравливай.

Маринетт с улыбкой кивнула. Какая же всё-таки у неё замечательная подруга. Даже от одной мысли об Алье по сердцу разливалось тепло.

– Кстати, – спохватилась Алья, – Адриана сегодня тоже не было.

Услышав об Адриане, Маринетт вспыхнула и едва не выронила телефон. К счастью, Алья как раз отвлеклась, чтобы поднять с пола игрушки, разбросанные младшими, и пропустила её реакцию.

– Нино говорит, его наказали за то, что он поехал в театр без водителя, – убираясь, продолжила Алья. – Ужас, да?

– Д-да, – выдавила Маринетт, чувствуя, как её снова захлестывает паника. Адриан!.. Как она теперь посмотрит в глаза Адриану? Как она вообще сможет на него теперь смотреть?.. Может, разбить копилку и купить билет в другую страну? Можно уехать в Китай и нелегально работать швеёй. Вроде там такое практикуют.

Пока Маринетт составляла план бегства, Алья, поймав кого-то из младших, принялась отчитывать его за разбросанные игрушки.

– Прости, Маринетт, – спохватившись, что подруга всё еще на связи, извинилась она. – Просто если сразу их не отругать...

– Всё в порядке, – заверила её Маринетт. – Можем созвониться позже.

– Ладно. Спасибо. Пока, Маринетт.

– Пока, Алья.

Экран погас, и Маринетт, отбросив телефон, со стоном рухнула на кровать. Обняв подушку, она уткнулась в неё лицом, мечтая умереть здесь и сейчас.

– Тебе так плохо? – услышала она голос того, кого меньше всего сейчас хотела видеть. Более того, стоило отодвинуть от лица подушку и открыть глаза, перед лицом возник огромный букет красных роз. Боже, он ещё и цветы принес... Можно она проглотит их и, исколовшись шипами, умрёт от внутреннего кровотечения?

Протяжно замычав, Маринетт снова уткнулась в подушку.

– Я стучал, но ты разговаривала по телефону и не слышала, – по-своему истолковал её реакцию Кот и, помедлив, добавил: – Я купил таблетки от похмелья. Выпьешь?

Маринетт отрицательно помотала головой, больше всего на свете желая, чтобы Кот ушёл, но не в силах сама прогнать его. Она не могла оттолкнуть того, кто был так добр к ней после всего, что случилось. Другой бы уже обозвал её ненормальной и сбежал. Почему Адриан так добр?..

Словно подтверждая её слова о своей доброте, Кот нежно провёл ладонью по её щеке, заправляя за ухо выбившуюся из хвостика прядку. Щека моментально вспыхнула.

Какое-то время он сидел возле Маринетт молча, поглаживая по щеке и волосам, а затем, остановив руку в районе макушки, спросил:

– Ты спишь?

Маринетт не ответила. Притвориться спящей казалось ей отличной идеей. Она надеялась, что теперь Кот точно уйдёт, но он вместо этого лег рядом с ней: Маринетт почувствовала, как прогнулась постель, когда он растянулся рядом с ней. Сердце заколотилось в груди, барабанной дробью отдаваясь в ушах, но Маринетт продолжила притворяться спящей. Какое-то время ничего не происходило, но, стоило Маринетт чуть расслабиться, Кот вдруг прижался к ней со спины, копируя её позу, и, обняв за талию, уткнулся носом в её плечо. У Маринетт спёрло дыхание. Она так разнервничалась, что, стоило бы Коту сделать что-то ещё, она бы завизжала и оттолкнула его, но Кот ничего не делал. Он просто лежал, уткнувшись носом ей в плечо, не как мужчина, но как маленький ребёнок, который пришёл в родительскую спальню после того, как ему приснился кошмар, и жмётся к маме в надежде, что та его защитит.

«Он такой загадочный... – подумала Маринетт, чувствуя, как напряжение постепенно уходит, а дыхание выравнивается. – В маске – один, без маски – другой. Я совсем его не понимаю...»

«И так сильно хочу понять», – подумала она, чувствуя, как её заполняют нежность и тепло, как будто она и правда была матерью, защищающей своего ребёнка. Адриан был таким разным и вызывал у неё такие разные чувства...

Прикрыв глаза, Маринетт тепло улыбнулась и, высвободив одну из рук, обнимавших подушку, положила её поверх рук Нуара, сцепленных на её животе. Пальцы Кота чуть заметно дрогнули, и Маринетт поняла, что тот не спит. Легко и ненавязчиво она начала поглаживать его руки, а, когда Кот, поддавшись её безмолвной просьбе, расцепил их, скользнула между его ладонями, переплетая пальцы верхней со своими. Стоило сделать это, Кот чуть повернул голову, щекотнув её кожу носом, и она почувствовала на своей шее поцелуй: нежный и совсем невинный. После этого Кот снова уткнулся носом в её плечо и затих. Маринетт проспала уже слишком долго, чтобы хотеть спать еще, но тепло парня, лежавшего рядом, будто обволокло её, заставляя чувствовать то же, что и он. А он хотел спать... Ей не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться его воле. Через пару минут Маринетт уже безмятежно посапывала.