Глава 43

– Кот, – неуверенно начала Маринетт, когда напарник покончил с пирогом. – Я много думала над своими чувствами и... – она сглотнула, – раз уж ты честно признался мне, я тоже хочу быть с тобой честной. Я люблю Адриана... – Маринетт увидела, как потухли глаза Кота при этих словах, а потому поспешила продолжить: – где-то на пятьдесят... – она осеклась и решила сказать совсем честно: – На шестьдесят процентов.

– А что насчёт остальных сорока? – с надеждой спросил Кот.

– Ну... – Маринетт провела рукой по волосам, стараясь унять волнение. Вот он, момент, к которому она так долго готовилась. Сейчас или никогда! Она должна это сделать!

«Вперёд, Маринетт, ты сможешь!» – зазвучало в её голове последнее напутствие Тикки, которая ускользнула из комнаты, как только Кот Нуар постучал в окно.

– Я... – Маринетт зажмурилась и на одном дыхании выдавила. – Я люблю тебя.

С полминуты она стояла неподвижно, ожидая реакции Кота, но, так и не дождавшись, решилась приоткрыть один глаз. Кот Нуар неподвижно стоял на месте с открытым ртом и широко распахнутыми глазами. Он выглядел так забавно, что все напряжение Маринетт разом испарилось.

– Эй, приём! – подавив смешок, помахала она рукой перед лицом напарника. – Земля вызывает Кота Нуара!

Кот мотнул головой, приходя в себя, а затем недоверчиво переспросил:

– Ты любишь меня?

Маринетт смущённо кивнула.

– На оставшиеся сорок процентов, – уточнила она. – Я понимаю, что говорить такое эгоистично с моей стороны, и, если ты не захочешь...

Маринетт не успела договорить, так как Кот поднял её за талию и закружил по комнате.

– Ты любишь меня! – со счастливым смехом пропел он. – Ты любишь меня!

Он продолжал кружить Маринетт, опьяненный своей радостью, а когда почувствовал, что у него самого закружилась голова, поставил на место и, взяв её за руки, попросил:

– Скажи это ещё раз.

– Зачем? – смутилась Маринетт. – Ты ведь уже всё слышал.

– Я хочу услышать ещё раз. Знаешь, как долго я мечтал услышать эти слова? И я ведь даже и не надеялся уже...

Маринетт, видя, какой неподдельный восторг зажёгся в его глазах, ещё больше смутилась, но все же не смогла отказать.

– Я люблю тебя, – негромко повторила она. – На сорок процентов.

– А я люблю тебя, – с теплотой, от которой в животе Маринетт запорхали бабочки, произнёс Кот. – На все сто процентов.

– Прости... – смутилась Маринетт.

– За что? – не понял Кот.

– За то, что не могу сказать того же. Я решила быть честной с тобой.

– Пустяки, – Кот самоуверенно ухмыльнулся. – Сколько там у этого Адриана? Шестьдесят процентов? Я отвоюю их как раз плюнуть. – Он осекся и с надеждой посмотрел на Маринетт. – Если ты мне позволишь, конечно.

Маринетт, густо покраснев, кивнула, и Кот, не сумев сдержать радости, снова подхватил её за талию и принялся кружить.

– Ко-от, хватит! – с шутливым недовольством попросила Маринетт. – У меня начнётся морская болезнь.

– Тогда я стану твоим морским котиком и вывезу тебя из моря на своей спине.

Маринетт закатила глаза, поражаясь тому, как можно было додуматься до такой дурацкой шутки.

– Кот, хватит, ну правда.

– Хорошо-хорошо, – сдался Нуар.

Поставив Маринетт на пол, он с неприкрытым обожанием уставился на неё. Маринетт отметила, что сейчас он похож на настоящего придурка... влюбленного придурка. И от этой мысли ей самой захотелось глупо улыбаться.

Ухмыльнувшись, она шутливо щёлкнула напарника по носу, но тот перехватил её ладонь и, бережно поднеся к губам, поцеловал.

– Я люблю тебя, моя Леди, – услышала Маринетт его тихий шёпот.

– Дорогая! – прервал идиллию голос, раздавшийся с первого этажа. – Что ты там шумишь?

– Прости, мама! Плечи затекли, вот и решила размяться немного, – соврала Маринетт.

– Не сломай там ничего, – шутливо пожурила её мать. – И можешь уже спускаться. Ужин почти готов.

– Да, я сейчас, – откликнулась Маринетт и, обращаясь к Коту, тихо добавила: – Прости, но на сегодня, видимо, всё.

– Твой верный сторожевой Кот может смирно подождать, пока ты не поужинаешь.

– Кажется, сторожевому Коту не повредит немного попрыгать по крышам и охладить свой пыл, – посоветовала Маринетт, деликатно отстраняясь от напарника, стоявшего сейчас слишком близко.

– Возможно, ты права, моя Леди, – согласился Кот, неохотно убирая руки с её талии.

– Я всегда права, Котёнок, – подмигнула Маринетт.

– Ты знаешь, что сводишь меня с ума?

Маринетт снова демонстративно закатила глаза. Похоже, напористость Кота теперь вышла на новый уровень, и ей не оставалось ничего другого, кроме как смириться с этим.

– Обещай, что мы увидимся завтра, – попросил Кот.

– Завтра не могу. Послезавтра контрольная, надо будет готовиться.

– Э? – удивился Кот. – У на... вас контрольная? По какому предмету?

– Физика. – Маринетт озадаченно посмотрела на напарника. – А что?

– Ничего. Просто ведь физика – мой коронный предмет.

– Насколько я помню, у тебя все предметы коронные, – насмешливо фыркнула Маринетт.

– Ум не спрятать, – развёл руками Кот. – Ну так что, наймёшь безработного репетитора на вечерок?

«Сдаётся мне, этот репетитор будет меня только отвлекать» – мысленно усмехнулась Маринетт, но, видя, с какой надеждой смотрит на неё Кот, сдалась:

– Ладно.

Улыбка, появившаяся на лице Нуара при этих словах, могла затмить весь свет.

– Спасибо, моя Леди. – Опустившись на одно колено, он галантно поцеловал Маринетт руку. – Обещаю, ты не пожалеешь.

– Маринетт! – раздался снизу голос матери.

– Да, мама, уже иду! – откликнулась Маринетт и, повернувшись к Коту, тихо добавила: – Мне пора.

Кот кивнул и, встав с колена, картинно поклонился:

– Хорошего вечера, принцесса.

– Тебе тоже хорошего вечера, Котёнок.

– Это и так уже лучший вечер в моей жизни, – мечтательно откликнулся Нуар. Он собрался уходить, но, подойдя к окну, остановился и с азартом спросил:

– А знаешь, что может сделать его ещё лучше?

– Что? – занервничала Маринетт, понимая, что Кот наверняка попросит прощальный поцелуй. Не то чтобы она не хотела, но...

– Тройное сальто с переподвывертом, – руша предположения Маринетт, объявил Кот.

– А? – недоуменно хлопнула глазами та, наблюдая, как Кот, выпрыгнув в окно, выполняет оное.

– Дурак, – не удержалась от смеха она, когда Кот с самодовольным видом приземлился на соседнюю крышу и начал махать ей.

Помахав в ответ, Маринетт отвлеклась на голос матери, снова позвавшей её, а, когда она опять посмотрела в окно, Кота на крыше уже не было.

– И угораздило же меня влюбиться в этого самодовольного клоуна, – пожурила себя она. Впрочем, ни доли сожаления в словах Маринетт не было. Этот вечер для неё тоже был самым счастливым в жизни.

Примечание: Чем больше отзывов, тем быстрее прода!