♡24♡

-ЕгорНиколаевич,ваш кофе;моя помощница Екатеринаставит на стол кружку. — Еще что-то нужно?-Спасибо, нет, —я качаюголовой. — Иди домой. Отчет допонедельника подождет:-Хорошо, — на ее лице вспыхиваетулыбка, а резкий выдох выдаетявное облегчение. — Спасибо вам. И хороших выходных.Когда помощница выходит задверь, я делаю глоток кофе иоткидываю голову на спинкукресла. На самом деле мне тожепора идти: останавливает лишьто, что за рабочую неделю вМоскве дел у меня существенно неубавилось, да и Ками вряд ли домаона предупредила, что послеуниверситета должна встретиться сподругой, которая вернулась после заграничного отдыха.При мысли о Ками невольноулыбаюсь. Ее появления в моейжизни иначе как безумным неназовешь, но спустя нескольконедель я даже не представляю,каково это — быть без нее. Каждыйдень она умудряется удивлятьсвоей искренностью, глубинойценностями.Гихий стук в дверь заставляет меня опустить кружку на стол и выпрямиться в кресле.ЯУдивляюсь,когда в дверях кабинетапоявляется отец.-Задерживаешься, — говорит онстрого, но тут же смягчает тонУлыбкой.-Ты тоже, — замечаю я-Я на встрече был и ноутбук заехалзабрать, чтобы не приезжать ввыходные. А у тебя какая причина?-Ками нет дома, — признаюсь я-Решил, что могу закрыть некоторые рабочие вопросы тишине офиса.-А-а-а, Камилла, — отец усмехаетсяи опускается в кресло. — Та самаякоторую ты собирался через месяцпосле женитьбы отпустить-Это вряд ли, — коротко замечаю -яНаверное, я с самого начала зналчто не откажусь от нее, простотогда было проще убедить себя вобратном — слишком сильнымибыли эмоции от наших с нейвстреч, а я к такому просто не былготов.-Мама ждет вас в гости. Всеуши мне прожужжала, что тывернулся из Салехарда, а домой неприезжаешь.-День рождения отмечать будешь?-Ромка предложил мне в его ресторане собраться, — отвечаюя. — Так, без размаха, буквальнодесять человек будут.-Знаю я твои «без размаха»добродушно ворчит отец. — -Ладно,я поеду домой. Мама ждет.Я киваю и встаю, чтобыпроводить отца, но тут он вдругостанавливается.-А я что заходил-то? — говорит он,бросая на стол журнал, который доэтого все время держал свернутымв трубочку в руке. — Девчонки наресепшене разглядывали.Я непонимающе вскидываю бровимельком взглянув на глянцевуюобложку, и ожидаю продолжения-Она,конечно, молодая икрасивая, и по большому счетуничего криминального во всемэтом нет, но ты бы следил за этим в будущем. Вряд ли для твоей деловой репутации полезно, что жена снимается для журналов.Хмуро взглянув на отца, я беружурнал в руки и с плохимпредчувствием, вееромпролистываю от начала до конца.-Страница сто семьдесятподсказывает папа-Когда я открываю нужную страницу, внутри закипаетбешенство.-На глянцевом развороте, безсомнения, фотография моей жены.От мысли, что что-то подобноемогло быть у нее с другим, чтокто-то еще мог видеть ее такой,пусть всего лишь на съемочнойплощадке, разум затмевается,Оценив в мельчайшихподробностях, мой взглядцепляется за имя фотографа, крупно напечатанное под названием съемки. Даниил Макеев. У меня рефлекторно сжимаются кулакиЯ перелистываю страницу, потомеще одну. Камилла стоит, лежит, сидит,она сфотографирована со спины и в профиль, и пусть больше ни на одной из фотографий нет ее лица, я точно знаю, что это она. Это ее хрупкие плечи с россыпью мелких родинок в форме буквы W, которые я целовал сегодня на рассвете,Ее тонкие пальцы с аккуратнымманикюром, на которых должнорыть, но отсутствует обручальноекольцо.-Не знал? — отец покашливает-Не знал, — подтверждаю я-Она, может, просто не подумала..-Я узнаю, о чем она думала отрезаю я.-Сынок, не кипятись только-Пап!Бросив последний взгляд нараскрытый журнал,я кидаю его вящик стола, сдергиваю со спинкистула пиджак и покидаю кабинет,испытывая стойкое желаниеубивать.....

Несмотря на назойливость Вики одного у нее не отнять — еслия обращаюсь к ней с просьбой,она всегда рада услужить, пустьдаже все еще не смирилась сокончательностью нашего разрываПоэтому уже через десять минутяточно знаю, где искать МакееваМудак ужинает на Арбате вкомпании тощей брюнеткиочевидно, претендующей наглавную роль в его очереднойсъемке. Отмахнувшись Отадминистратора, которая безумолку трещит, называя меня поимени,я иду прямо к его столику.-Выйдем поговорим? — предлагаюя, остановившись возле его столаОн лениво откидывается на спинку стула.-Я уже разговариваюнасмешливо приподняв брови,он кивком указывает на своюсобеседницу-Ну,это твой выбор, — говорюя, наклоняясь и одним быстрымдвижением хватая его за толстовкуна груди.-Ты что делаешь, Булаткин?-Совсем охренел,- бормочет он, явноне ожидавший нападения,-Я тебя предупреждал, чтобы тыне лез к Ками ?-требовательноспрашиваю я и, не дождавшисьответа, продолжаю: — Еще разувижу тебя возле моей женыпеняй на себя. Забудь про нее,удали ее номер, дорогу к дому илиуниверситету пеняй на себя!Я не шучу. А если попробуешь достать камеру в радиусе километр от нее,я твой модный бизнес в раз прикрою, такчто тебе будет за счастье сниматьдискотеку в сельском клубе.Это ясно? — выплевываю слова ему в лицо.-Гы кем себя возомнил? Ками моя подруга, она меня любит,самодовольно заявляет он,отпихивая мои руки и вставаяТак что вряд ли я ее оставлю. Особенно с шантажом. Через пару днейт я улетаю в Тай.она поедет сомной.Вокруг нас начинает кричатьадминистратор, посетителиповскакивали со своих мест, яслышу, как кто-то зовет охрану,но мне плевать. Напрямую никтоне рискует вмешиваться —этодорогой ресторан, и публикатут соответствующая, не станетпортить свои костюмы в потасовкеПоэтому я не сдерживаюсь-Русского языка ты не понимаешьбросаю Макееву холодно, а потомсжимаю кулак и впечатываю его всмазливое лицо.Но я даже не успеваю насладитьсяэтим зрелищем, как сильные рукискручивают меня сзади, так что я не могу пошевелиться-Подойдешь к ней — получишьеще, —успеваю сказать ,преждечем меня начинают оттаскиватьот поврежденного мудака, которыйбелой салфеткой затыкает свойразбитый носВ холле я стряхиваю с себя чужиеруки и поправляю одежду морщасьот саднящей боли в пальцах.