♡5♡

-Что ты думаешь об Егоре ?интересуется отец, когда гостинаконец покидают наш дом.-Почему я должна о нем что-тодумать? - настороженно отвечаюя, отставляя в сторону чашку снедопитым кофе-Он привлекательный молодойчеловек. Мне показалось, вы нашлиобщий язык.Знал бы ты, папа, насколько далекот истины, думаю про себя, но вслухпроизношу:-Он наш гость. Разумеется, ядолжна была найти с ним общийязык. Это ведь важно для тебя.Встаю со стула и, сокративрасстояние между нами, обнимаюотца за плечи. Весь день онвыглядел крайне напряженными сосредоточенным, поэтому мнехочется поддержать его. Что бытам ни было, уверена, он справитсяесли подумать,я не знаю болеесильного человека, чем папа.-Гакие парни, как он, нравятсядевушкам, — продолжает отец,будто не замечая моего порыва-Егор умный, образованный иочень хорош собой, а ты ни скем невстречаешься.Слова отца вызывают у менянедоумение даже не вспомнюкогда он в последний раз такживо интересовался моейличной жизнью. Я устала и хочувернуться в свою квартиру, чтобыспокойно провести остаток дняперед завтрашней съемкой, а необсуждать Егора Булаткина -Пап, — говорю мягко-Я поеду домой, ладно?— Булаткин выгодная партия,не унимается он.-Партия? —я хмурюсь-Я не понимаю, о чем ты говоришь.Отец поднимается с кресла, вкотором сидел все это время, иподходит к окну.- У нас серьезные финансовыезатруднения, Камилла, — говорит онголосом, лишенным всяческихэмоций.-Брак с Егором Булаткиным ихрешит:Что-то внутри меня болезненносжимается, но я почти уверена, чтопросто неправильно все поняла-Пап, какой брак ?- восклицаю я-Я его едва знаю! И я Даню люблю,ты же знаешь-Да, мы пока не встречаемся, но..-Ты, должно быть, шутишь!-одним взглядом отец заставляетменя замолчать. По мрачномувыражению его лица понятно,что смеяться он не намерен.-Любовь,Камилла,это сказка! Вреальной жизни существуют толькодолг и ответственность-Но как все зашло так далеко?бормочу я, пытаясь прийти в себяот шока. — У нас же все было, тыработал все время?.Лицо отца напрягается. Он отводитглаза, и на мгновение мне кажется,что ему стыдно.-Что ты сделал, папа? спрашиваю я.—Я хочу знать.-Несколько невыгодных вложений,отмахивается он. — Бизнес — этовсегда риск-Но ты на госслужбе! — восклицаюЯ.-Ты в этом ничего не смыслишьКамилла! — отрезает он, явно не желаяпродолжать эту темуЯ часто дышу, стараясь найти выходиз ситуации.Отец смотрит на меня почти созлостью. На его щеках вздуваютсяжелваки. И хотя внешне ондержится спокойно, яростный блеск в глазах выдает его истинныечувства.Я Отказываюсь верить в этулудовищную правду. И тут вдругвспоминаю об Егоре — его образвозникает перед глазами, затмеваявсе остальное-Зачем это Булаткиным?спрашиваю .— Что им от этогобрака?-Вряд ли у Егора есть недостаток впоклонницах.-У меня есть определенноевлияние,-говорит отец с совершенно неуместной в этойситуации гордостью. — Я помогуНиколаю провернуть несколькскрупных сделок. В итоге ввыигрыше окажемся мы оба,-Если ты можешь обменятьсвое влияние на деньги, зачемвпутывать меня? спрашиваю ярастерянно. — Пусть они заплатяттвои долги, а ты помоги имОтец недоуменно вскидываетброви.-Мне нужны гарантииО господи!Я бледнею. В одномгновение я испытываюшок, отчаяние, гнев -простоотказываюсь верить в то, что сказал отец.-Чья это была идея?ттребовательно  спрашиваю я.-C браком?-Ты будешь безопасностиБулаткиным  ,— отвечает он.— Ивсе наши договоренности будут везопасности. Ваш союз объединитдве семьи, две хорошо известныефамилии.- Не моя безопасностьгебя волнует! — кричу я, вскакиваяна ноги. Я не представляю, какдостучаться до отца, но не могу непопытаться;:-И речь идет не о нас, а обо мне!Ведь не нас, а меня ты хочешьвыдать замуж за человека, которогоя не люблю. Как ты мог допуститьгакое, пап, что тебе приходитсяпродавать собственную дочь, чтобырасплатиться по счетам? И главное,что ты будешь делать, если яоткажусь? Сейчас не Средние века.и я не обязана беспрекословно тебеподчиняться!Похоже, я зашла слишком далекоглаза отца гневно вспыхиваютгубы сжимаются в тонкуюлинию. Я никогда не позволяласебе разговаривать ни с кем изродителей в таком тоне, даже внепростой подростковый период,но ведь и отец ни разу не делалничего столь ужасного, поэтому ябесстрашно встречаю его взгляд игордо вздергиваю подбородок-Мы с матерью дали тебе всеты ни в чем не нуждалась, — отнервного напряжения его лицостановится серым. — Теперь этотлишь вопрос к твоей совестикак ты захочешь нам отплатитьВыбор за тобой.Я Не в силахсмотреть на отца, я перевожувзІляд на окно. Солнце все так жеярко сияет в голубом небе.Мой мирперевернулся с ног на голову, но всеостальное осталось неизменным.-Выбор, папа?спрашиваю Яглухим голосом, который с трудомузнаю. — Разве ты мне его дал?