Chapter 80

Погрузившись в воспоминания, я улыбался и моргнул, когда Коул затормозил у дома Маргарет. – Прости, брат, но меня линчуют. – Скривившись, он выскочил из машины. – Пэйтон. – с испугом в голосе тихо сказала Лив. – Все хорошо, – заверил я ее, помогая вылезти из автомобиля. Коул – козел. Довольный козел, скрывшийся в доме вместе со своей ведьмой. Он должен был дать нам время, но ни черта. Ливи крепче схватилась за мою руку, когда мы подошли к двери. – Я люблю тебя, миссис Мурмаер, – прошептал ей. – И я тебя, мистер Мурмаер, – Она нервно улыбнулась. Сделал глубокий вдох перед тем, как войти. Нас тут же оглушили громкие крики, и я завел Ливи за свою спину. Подготовился к тому, что буду драться, но не ожидал, что окажусь в объятиях. Ливи отпустила мою руку, и я, озираясь, увидел, что здесь собрались только самые близкие и кричали: «Поздравляем». – Засранец ты, Пэйтон, – со слезами на глазах пожурила меня Маргарет. – Молодец, парень, – подмигнул Тейд. – Что происходит? – шепотом спросил я у Ливи. – Вы не дали нам присутствовать на вашем бракосочетании, но не запретите отпраздновать его, – произнес Хью, сияя гордостью и счастьем. – Мы хотим знать все, но для начала свадебный обед. Все на террасу! – хлопнула в ладоши Маргарет. Обнимая Ливи, я наблюдал, как наши друзья и родные направились на задний двор. Мы остались одни в прихожей. – Скажем им о дочери? – тихо спросила Лив, подняв на меня заплаканные глаза. – Не сегодня. Думаю, для этого дня им хватит эмоций, – усмехнулся я и повел ее к гостям. И начался шум, рассказы про то, как мы убежали и что происходило. Как Лайла ревела, а затем отказывалась выйти из комнаты, чтобы сказать Коулу «да». Как гости были в шоке, а Лес с Тео только смеялись, понимая, что все удалось. Лив не могла поделиться с собравшимися нашей историей, потому что только улыбалась или плакала. Пришлось мне, но сейчас рассказывать про свою мудаковатость было в радость. Потому что первый раз в жизни она помогла мне соединить свою судьбу с любимой. И я был дома, обнимая за талию свою беременную жену, ожидая дочь и планируя будущее. Мы просидели на заднем дворе дотемна, пока Ливи не заснула на моем плече. Я на руках внес ее в дом, как в прекрасной любовной истории, которая наконец-то приняла нас, избавив от драмы.

Три месяца спустя

Нетерпеливо переминался с ноги на ногу, поправляя букет роз, стоя в здании аэропорта Нью-Йорка. Сделал глубокий вдох и снова бросил взгляд на часы. Ее самолет уже приземлился, и она вот-вот должна выйти. Месяцы перелетов и планов, которые менялись каждый день. Она выиграла. Всегда выигрывала, потому что была моей любовью. И теперь все вещи перевезены в квартиру в Нью-Йорке. Детская комната подготовлена, а Лив отдала документы в Колумбийский университет. Она все давно решила. Спорами, манипуляцией, минетом, своей страстью повязала меня по рукам и ногам. Сдался. И в этом случае проигрывать оказалось чертовски приятно. – Ливи! – крикнул я, заметив жену. – Пэйтон! – Она улыбнулась и пошла мне навстречу. Три дня ее не видел, пока она проверяла, все ли взяла, прощалась с прошлой жизнью и вступала в новую. И не смог сдержаться, цветы выпали из рук, и я впился в ее губы поцелуем. – Я так скучал, – прошептал, оторвавшись от нее. – Привет, Лавли, – опустился на колени и поцеловал живот Ливи под обтягивающей кофтой. – Мы тоже скучали. Мне даже кажется, что твоя дочь чрезмерно активна и возмущена, когда тебя нет с нами, – усмехнулась Лив, когда я поднялся на ноги. – Черт... цветы, – бросил взгляд на валяющиеся на полу розы. – Пэйтон, – расхохоталась Лив и схватила меня за локоть. – Бежим, а то заставят убирать. Скорее! Я схватил ручку чемодана и быстро пошел за моими любимыми, за женой и дочерью. У нас не всегда все будет хорошо, но мы справимся. И прошу, сценарист, оставь все так, как есть, потому что большего мне не надо. Спасибо, что подарил возможность увидеть, насколько мир меняется, когда кого-то любишь. Когда стал самим собой, прекратив играть чувствами других. Выбросил все маски, оставив только одну. Свою. И я улыбался... ей. Моей малышке. Моей жизни. Моей.