Chapter 39

Оливия – Нет, никогда на это не соглашусь, – рассмеялась я. – Да ладно, когда тебе было десять, ты целовала жабу, чтобы она превратилась в прекрасного принца, – вспомнил Лес, взяв в руки бокал шампанского. – Ну кто ж знал, что жаба будет бракованной? – продолжала я веселиться за столом в кругу друзей. – Ты просто не заметила меня за этим прекрасным созданием, – прищурившись, пожурил меня Пэйтон, и новый хохот сотряс столовую. Я все сделала правильно: напряжение между Пэйтоном и Лесом сошло на нет после второй бутылки шампанского. Хотя мы уже начали распивать первую, пока ожидали двух любовников из спальни. Вышли они помятые, но опьяненные друг другом. Мы с Лайлой болтали, пока парни вставали из-за стола и уходили, вспоминая о каком-то проекте. А затем возвращались, продолжая бурно обсуждать футбольную игру. Ужин проходил замечательно, как я и планировала. Пэйтон, еще смеясь, положил руку на спинку моего стула, и я пристально посмотрела на него. Сегодня проснулась от кошмара в семь утра и тихо выскользнула из спальни. Нашла психотерапевта и записалась к нему. Только бы Пэйтон не узнал о том, что мне до потери сознания страшно... хочется спрятаться или просто исчезнуть. От каждого телефонного или дверного звонка вздрагиваю и ожидаю новую психопатку с оружием. Но я забуду, мне помогут, ради нас. – Что-то случилось? – прошептал Пэйтон мне на ухо, пока ребята обсуждали наши детские проделки. – Все хорошо, – улыбнулась я. – Я жду торт, – напомнил он о его попытках стащить крем, и я хихикнула, положив голову на его плечо. – Достанешь сам? – тихо спросила я, вдыхая пряный аромат его одеколона. – Сам? – удивился Пэйтон. – Ну да, я тебе расскажу как: поднимаешь свою наикрутейшую попку, проходишь к холодильнику, открываешь его, тянешь умелые руки к тортику и с этим добром идешь обратно. Вуаля, малыш, – тихо говорила я, выводя пальцем на его шее замысловатые узоры. – Я тебе уже говорил, что ненавижу тебя за то, что так сильно люблю? – прищурился он, а я расплылась в улыбке. – Нет, не припоминаю. – Пыталась быть серьезной, но его манящие зеленые глаза не дали мне этого сделать, и я поплыла в своих фантазиях, подтягиваясь ближе к его губам. – Ливи, я завелся, – прошептал он, кладя руку на мое колено. – Может, ну их всех и пойдем в спальню? – Кхм, мы вообще-то еще здесь и как бы все слышим, – кашлянул Лес. – Тогда вы все поняли и по-тихому сваливаете, – не отрывая от меня взгляда, ответил Пэйтон. – М-да, пришли на ужин, а нас выгоняют, – наигранно обиделся Коул. – Слушай, ты мне кровать изгадил своими брачными играми, поэтому молчал бы уж, – рассмеялся Пэйтон и повернулся к другу, бросив в него хлебной палочкой. – Мы, кстати, сняли постельное белье, – произнесла Лайла, немного покраснев. – Ты офигел? – Коул взял с тарелки морковку, и она полетела в рубашку Пэйтона, а тот показал ему средний палец. – Так, там что-то говорили про торт? – Лес жадно потер руки. – Да, сейчас нам Пэйтон быстренько организует чайную церемонию. Правда, любимый? – Я широко улыбнулась, а мой мужчина закатил глаза и чмокнул меня в висок. – Ладно, но мне нужна помощь. И помогать будет Коул, пусть отрабатывает свое непристойное поведение в моей квартире. – Он решительно встал и потянул за рукав друга, который возмущенно решил не повиноваться. – Ах так, да? – Пэйтон сложил руки на груди и посмотрел на Коула. – Я в гостях, – напомнил он. – Тогда получай, – с этими словами Пэйтон взял свой бокал с недопитым шампанским и вылил его на Коула. – Вот ты урод! – воскликнул тот и, взяв свой бокал, плеснул в Пэйтона. – Вы чего? – Я уже испугалась этой сцены и подскочила, как и Лайла. Но парни даже не подали виду, что услышали меня. Они хихикали и рыскали по столу глазами, выискивая, чем бы еще запустить друг в друга. Кухня превратилась в поле боя, а все, что было на столе, теперь украшало пол, стены и самих мужчин, гоняющихся друг за другом. Мы с Лайлой, смеясь, спрятались под столом, ожидая, когда они наиграются. – Я не хочу улетать, Лив, – прошептала подруга. – Я люблю его. – А что он говорит? – Без бокала нет вокала, – хмыкнула она и, быстро вынырнув из-под стола, подхватила уцелевшую бутылку шампанского и юркнула обратно. Освободившееся ведерко со льдом тут же было опрокинуто на Леса, и громкий хохот сотряс стены. – Торт не трогать! – выкрикнула я, и мы с подругой переглянулись, когда услышали свист и топот вокруг. – Дети, – пожала я плечами и отхлебнула из бутылки, переданной Лайлой. – Так вот, он говорит, что я ему нравлюсь, что вроде влюбился... – доверительно начала она, отпивая шампанского. – И что предлагает? – спросила я и пригнулась, потому что кто-то из парней запрыгнул на стол, матерясь и топая над нами. – Будет прилетать, скайп, телефон, и тому подобное, – вздохнула она. – А ты что хочешь? Свадьбу? – уточнила я. – Нет, рано еще, но хочется чего-то существенного, – нахмурилась подруга. – Лайла, ты сама не знаешь, чего хочешь, – покачала я головой. – Скажи, почему ты отказала Пэйтону? Ведь он любит тебя. – Она передала мне бутылку, и я сделала большой глоток. – Потому что сложно все, и послушай, что они творят. А это двадцатишестилетние малыши. И я... я хочу быть с ним всегда, но сейчас мне нужно время, чтобы разобраться в себе. Со мной случилось много всего, и я еще не отошла от этого. К тому же мне надо увидеть и познать Пэйтона не только в постели, но и в быту. – М-да, Лив, в быту он хреновый помощник, – рассмеялась Лайла. Не успела я ей сказать, что он замечательный во всем, как мне на колени легла голова Пэйтона. – О чем болтаете? – спросил он, облизывая губы, вымазанные шоколадным кремом. – Добрались до торта, – констатировала я. – И ты знаешь, что у тебя соус бешамель в волосах? – Ага, на ночь оставлю, чтобы перекусить, – хохотнул он. – Так, я понимаю, вечеринка перетекла теперь под стол? – рядом появился Коул, а за ним и Лес, оба такие же грязные, как и Пэйтон. – Вы сами будете убирать все, что натворили. – Лайла ткнула в Коула пальцем, а он потянулся за поцелуем, чем вызвал ее возмущенный писк. Лайла пыталась выпутаться из его липких объятий. В итоге они вылезли из-под стола и стали играть в догонялки, а я осталась с двумя парнями. – Я тоже так хочу, – обиженно протянул Лес и уже готов был лечь на другую мою ногу, но Пэйтон обнял меня за талию и уткнулся носом в живот. – Мое, отвали, – буркнул он. – Нет, вы реально как дети, – рассмеялась я и указала Лесу на плечо. – Мы просто перебрали немного, – пояснил он, устраиваясь на мне. – И когда успели? – удивилась я. – Мы же столько не выпили, насколько от вас несет. – Пока вы с Лайлой бурно обсуждали тряпки, мы выходили выпить по стаканчику виски и... прикончили бутылку. Шампанское просто не вставляло, – признался Пэйтон. – Офигеть, поэтому вы так активно начали вспоминать прошлое, – усмехнулась я и запустила руку в волосы своего парня, перебирая липкие пряди. – Угу, а теперь я спать хочу, – зевнул Лес. – Не надо было запивать торт виски. – Ну уж нет. – Я столкнула его с плеча и подвигала ногами, чтобы поднять тушу, лежащую на мне. – Встаем и убираемся, а потом в душ. Я старалась, готовила, а вы просто взяли и испортили мои труды. Некрасиво, мальчики! И где эта полоумная парочка? Я вылезла из-под стола и раскрыла рот, увидев, что творилось на кухне. Сколько же они выпили, что торт ели руками? – О-о-о... вы слышите это? – спросил Лес, плюхнулся на грязный стул и икнул. – Они нам всю квартиру уже пометили! Вот это некрасиво, малышка. – Пэйтон махнул рукой в сторону ванной комнаты, а я закрыла рукой глаза. – Боже, такое чувство, что я попала в какой-то сумасшедший дом, – простонала я. – Лес, оставайся у нас. Есть свободная комната и душ, одежду возьми у меня в шкафу, а я пойду этих порноактеров вытащу из моей ванной, – заявил Пэйтон. Когда он выходил из кухни, я заметила, что его немного покачивает. Офигеть, приплыли. – Вот скажи мне, зачем было так надираться? – возмутилась я и дала Лесу подзатыльник. – Лив, ну больно, – проскулил он и посмотрел на меня захмелевшими глазами. – Ужас, это же свинство! – покачала я головой. – Лив, детка, скажи своему доброму другу Лестрелло, ты любишь меня? – пьяно протянул он. – Лестрелло? – хихикнула я. – Да, меня так одно тело вчера назвало, прикинь? – закивал он. – За что вы мне все достались? – Я потрепала его по грязным волосам и скривилась, наткнувшись пальцами на раздавленный помидор. – Потому что ты хорошая, такая хорошая, что достойна только лучшего, самого лучшего... ик... ты такая принцесса... ик... еще ты так вкусно готовишь... ик... женись на мне... ик... а? – выдал он, а я опешила. – Да что за на хрен-то? – заорал Пэйтон, видно, услышав эту просьбу. – Ты прекратишь это, или я тебе врежу! Я же сказал, что Ливи только моя! Урод шоколадный! Пэйтон подлетел к Лесу и поднял его за шкирку. – Милый, хватит, он просто пьян. – Я испуганно подскочила к нему и положила руку на плечо. – И это была шутка. – Брат, ты чего... ик... ну я же любя... я тоже хочу, чтобы мне... ик... готовили. Я устал быть один... ик... – Из глаз Леса выкатилась слеза, из-за чего Пэйтон удивленно приоткрыл рот и повернул ко мне голову. – Вы хоть представляете... ик... я вот сидел... а вы все по парам... а я один... ик... снова, – продолжил он, а я закусила губу, чтобы самой не расплакаться от жалости. – Лес, ну что ты, – прошептала я и отодвинула Пэйтона, сажая парня на стул. – Все будет, ты не один. Посмотри, как нас много. – Нет, я один. – И тут он просто разревелся, положив голову на стол. – Лес, милый, ну хватит. Давай я отведу тебя в ванную, ты примешь душ, а затем ляжешь спать, – сочувственно обняла его. – Ливи, немедленно прекрати это! Ты ему еще потрахаться предложи из сострадания! А ты чего расквасился? Ты мужик или где? Охренеть! – возмутился Пэйтон и схватил меня за локоть, отрывая от Леса. – Что прекратить? Быть ему другом? Или жалеть его, когда ему плохо? Что прекратить? Хватит ревновать, меня это раздражает, Пэйтон! Ужин превратился в балаган. Я старалась, чтобы все было чинно-благородно и весело, а вышло, что один ревет, другой злится, третьи трахаются по всем углам. И между прочим, это ты первым начал кидание едой, наплевав на то, что я все это готовила целый день! Второй придурок подхватил, и тотчас третий присоединился. Кстати, ты знаешь, сколько деток в мире голодают? Знаешь, у какого количества людей на планете не хватает денег даже на хлеб? В общем, ты показал, насколько не уважаешь меня! Я уже плакала то ли от обиды, то ли от усталости, то ли от всего сразу, растирая пальцами слезы по щекам. – А вы! – Я ткнула пальцем на мокрых и смеющихся Лайлу и Коула, которые вышли из нашей спальни и остановились, не ожидая такой сцены. – Я все понимаю! Все! Я тоже люблю, но вы же в гостях, что это за поведение? Что вы тут за бордель устроили?! – Эм, ну было же весело, – улыбнулся Коул. – Весело?! – воскликнула я. – Знаете, а не пойти бы вам всем на хрен?! Громкий храп Леса добил меня, а смех ребят заставил заплакать еще сильнее. Я не знала, что такое со мной происходит, но в душе было настолько паршиво, что я вылетела из кухни, подхватывая свое пальто около входной двери. Спускаясь в лифте, я думала: «Бог свидетель, я люблю Пэйтона и своих друзей со всеми их заморочками, но то, что они сотворили, перешло все границы. Я в больнице ассистировала при трех операциях, когда оголодавшие пациенты-бомжи съели хлеб вместе с полиэтиленовый упаковкой. А эти... зажрались! Да еще и смеются надо мной!» Вселенская обида сдавила горло, хотя краешком мозга я осознавала, что моя бурная реакция и внезапный побег из квартиры вызваны вовсе не нервами или усталостью, а попросту чрезмерной дозой шампанского. Какая же я все-таки тупая, раз не в состоянии понять, какое счастье в лице Пэйтона Мурмаера мне досталось. Черт... я устала... запуталась еще сильнее, чем раньше.