Chapter 33

– Ты станешь подстилкой, тебя будут трахать в рот, и ты потеряешь душу. Ты решила, что это сойдет тебе с рук? Так вот, ты не знаешь меня, а я знаю всю твою подноготную. Боялась быть изнасилованной? А теперь это станет твоей жизнью!- Я схватил ее за руку и потащил за собой. – Пэйтон, это она все, я лишь защищалась! – плакала девушка, когда я вытолкал ее в холл. Развернувшись, мой кулак встретился с ее лицом, и она упала. – Ни слова больше, – процедил я, поднимая ее и крепко держа. – Коул, набери Лайле, узнай, в какой они больнице. Я приеду, как разберусь здесь, – сказал я другу, который спокойно наблюдал за попытками Аманды вырваться. – Да, я люблю тебя, Пэйтон! А она бросила тебя, записка... Она ничего больше не сказала, еще один удар в живот, и девушка согнулась, издав стон. – Правду, – с отвращением произнес я и присел на корточки. – Да, я заставила ее написать это письмо, я приехала и дала ей послушать наш разговор, который мне помогли склеить, – зло ответила Аманда, сплевывая кровь. – А знаешь, кто мне подсказал, во сколько ты вернешься из Бостона? Тео. Он никогда тебя не простит, что ты с его сестрой. И я предложила помощь. Я разбила твою машину, чтобы ты не приехал вовремя. И все прошло отлично, но эта тварь... Получила еще один удар по морде. – Тварь тут – ты, – прошипел я. – Я подам на тебя в суд, я известная модель... – Таких, как ты, – куча, и о тебе быстро забудут, хотя уже забыли. Ведь заказов у тебя нет, и только благодаря мне ты пиарилась. А теперь у тебя будет настоящая жизнь, и ты узнаешь все ее прелести. И наконец-то запомнишь – никогда не смей трогать то, что принадлежит мне! За Ливи я убью, сотру в порошок любого и не посмотрю на то, кто он мне. – Пэйтон, Лайла сказала, что она попросила медиков отвезти Лив в Пресвитерианскую. Там есть копии ее документов и там ее знают, а значит, будут пытаться спасти изо всех сил. Они уже в операционной,  – оповестил друг, и я кивнул. – Поезжай, я дождусь Али, сдам эту суку и приеду. У меня телефон сел, поэтому захвати зарядку из квартиры, – бросил я Коулу. – Желаю этой шлюхе подохнуть на операционном столе! – выплюнула Аманда. Я сжал ее горло, прижимая к полу. «Месть»,  – одно слово, и моя хватка ослабла. – Что, сил не хватило? – откашливаясь, попыталась рассмеяться Аманда. – Предвкушаю, как весь мир увидит тебя всю в сперме, – довольно протянул я и встал. – А Ливи мне не простит, если я замараю руки о такую уродину. – Ой, боюсь, боюсь... – ухмыльнулась она. – Правильно делаешь, я своих слов на ветер не бросаю, – улыбнулся я. – А ты и правда зомби, как Ливи говорила. Такая же затхлая и гнилая. А знаешь, почему я всегда выбираю Ливи? Она свет, солнечный луч в моей жизни. А ты была падалью, никем, заменой... Я не договорил, в дверь позвонили. – А сейчас твое время вышло, – усмехнулся и открыл дверь, пропуская мужчину с темными волосами и другого, с выбеленными, собранными в хвост. – Она? – хмыкнул Али, осматривая девушку, лежащую среди погрома, и я кивнул. – Ну, пошли, косточка, отправляешься на курорт. – Мужчина подошел к Аманде, а она закричала, посылая нас во все известные места. – Достала, – фыркнул белобрысый и, подойдя к ней, прижал тряпку с хлороформом к ее носу. Взвалив девушку на плечо, Али кивнул мне и с бесстрастным выражением лица вышел из квартиры, другой следовал за ним, и я удовлетворенно усмехнулся. Был уверен в этой компании, а точнее, в Звере. Аманду Рей можно было вычеркнуть из людей. Последний раз осмотрев квартиру, я закрыл дверь и поехал в больницу. В приемном покое мне сообщили, что операция еще длится: образовалась внутримозговая гематома в височной части. Я кивнул и пошел в зал ожидания к ребятам. Лайла тихо всхлипывала, а Коул, задумчиво смотря в окно, гладил ее по голове. Минуты длились бесконечно долго, а я мысль о плохом конце просто отрезал и переключился на фантазии о нашем с Лив прекрасном будущем. – Лайла... – сбоку от нас раздался женский голос, и мы все повернулись на него. Девушка, стоящая в шаге от нас, развязала маску и натянуто улыбнулась. – Ну, Ники, как она? – нетерпеливо спросила Лайла. – Лив... Боже, легко говорить про тех, кого не знаешь, а когда ты сама переживаешь и следишь за ходом операции, то встречаться с родственниками очень сложно. – Девушка заметно нервничала и теребила завязки на хирургической маске. – Черт тебя подери, ты нормально умеешь говорить, без вступительных речей? – зло процедил я. – Лив перевезли на пятый этаж в синюю зону, мы сделали все что могли, – бросив на меня недовольный взгляд, сказала она. – И что это, мать вашу, означает? – прошипел я. – Это означает, что она в коме, синяя зона – это те, за кем будут наблюдать только первые сутки,  – тихо произнесла Лайла, и я повернулся к ней. – Что? – Да, у нее, помимо ушиба головного мозга, разрыв селезенки с ее последующим удалением, тахикардия... и... во время операции нам пришлось реанимировать ее. – Девушка вздохнула и подняла голову, а затем, смахнув слезу, посмотрела на меня. – Вы Пэйтон, верно? – Да, – кивнул я. – Мне очень жаль, Пэйтон, но нам всем придется приготовиться к худшему, и вам следует позвонить ее родителям, чтобы они успели попрощаться с ней. Мы должны это говорить родственникам, но для нее главное – пережить двадцать четыре часа. И если МРТ покажет хороший результат, то появится надежда. – Нет, – покачал я головой и улыбнулся. – Это розыгрыш? Моя Ливи не умрет... – Пэйтон... – Коул подошел ко мне и положил руку на мое плечо. А я повернулся к нему, ища поддержку в его печальных глазах, полных слез. – Нет, нет, это... – Я схватился за голову и отошел от них. Как они могут быть такими спокойными? Почему ничего не делают? «...весь удар пришелся на ее сторону. Она была все время в коме, а в пять утра все прекратилось. Мы всю ночь продежурили в больнице. Ждали новостей, но они оказались ужасными», – вспомнилось мне то вранье Коула, и я с ужасом осознал, что он как будто предвидел это. Я ошарашенно смотрел на друга, постоянно повторяя словосочетание: «пять утра»... ________________________________Это ещё далеко не конец, так что сильно не переживаем и запасаемся терпением)