Chapter 24

Оливия «Только ты, идиотка, могла ляпнуть такую чушь, – ругалась я про себя. – Глаза красивые, еще сказала бы, что у него волосы каштановые». Нет, никакого посттравматического синдрома у меня не было. Но вот насчет здоровой психики – я не уверена. Потому первое, что пришло мне в голову, когда я заметила поднос с завтраком и нервничающего Пэйтона – это амнезия. Надо же было как-то выпутаться из оков прошлого, и я нашла решение. Знаю, что орать он потом будет громко, может, опять психанет. Но если я стану следить за собой, за своими действиями исловами, то мне все удастся. Ведь Лайлу я провела. Она проверяла меня, выдавая ложные факты, которыми я внутренне возмущалась, а внешне кивала и якобы принимала за чистую монету. Нет, в этой игре нельзя ни на кого полагаться. Только на саму себя. – Прошу. – Пэйтон открыл мне дверь машины, когда мы подъехали к высокому зеркальному зданию. – Где мы? – спросила я. – Сейчас зайдем ко мне в студию, чтобы записать одну песню, а затем поужинаем, – ответил он, и я кивнула. «Ну, давай, Мурмаер, покори меня», – не смогла сдержать глупую улыбку. Мы вошли в помещение, которое было освещено лишь скудным дневным светом из окна. Куча аппаратуры, и только один человек, что-то слушающий через наушники. – Роб! – Пэйтон толкнул парня, и тот, вздрогнув, повернулся в нашу сторону. Испуг сменился радостью на его лице, он вскочил со стула и обнял Пэйтона, похлопав его по плечу. – Я думал, что уже не появишься, – протянул он и с интересом перевел взгляд на меня. – А это у нас Аманда? – Аманда? – поперхнулась я от возмущения, и тут же ревность дала о себе знать. – Хм, – кашлянул Пэйтон. – Нет, это Ливи, для тебя Оливия. – Кто такая Аманда? – Я вошла в роль и уже не сдерживала ярость, вырвав свою руку из его руки. – Роб, мы на секунду, – натянуто улыбнулся Пэйтон и потащил меня в коридор. – Значит, все-таки изменял, и поэтому я ничего не помню, – выпалила я. – Нет, Ливи, – нахмурился он. – У нас очень запутанная история. Мы с тобой расставались на несколько месяцев, и я был с Амандой, но разорвал с ней отношения и даже не спал, когда увидел тебя снова. – А почему мы расстались? – Я сложила руки на груди и выжидающе смотрела на Мурмаера. – Потому что я мудак, – просто сказал он. – Но я здесь, с тобой. Забудь об этом и об Аманде тоже. Пошли? – Хорошо, – вздохнула я, и мы вернулись в студию. – Ты сидишь тут, – дал Пэйтон мне указания, ткнув на стул рядом с местом Роба. – А ты куда? – удивилась я. – Работать, – усмехнулся он. Прошел в дальний угол и через несколько секунд оказался за стеклом. Я опустилась на стул, еще не понимая, что здесь происходит. Роб взял наушники и начал что-то крутить на панели. Нажав на кнопку, он произнес: – Готов? Пэйтон ему кивнул, надел наушники и встал у микрофона, быстро пролистывая какие-то бумаги. – А что он... Не успела договорить, как Роб передал мне пару наушников, которые я надела. Значит, Пэйтон будет петь... Черт, он что, знает самую мою главную слабость – его голос? Услышала звуки музыки, и вот он запел. Я, улыбнувшись, откинулась на стуле, растворяясь в песне. Посмотрела на Пэйтона. Глаза в глаза, как тогда. Слушала его хрипотцу, которая была присуща только ему. Его голос было невозможно забыть. Слеза прокатилась по щеке, и я незаметно ее смахнула. В этот момент вокруг меня ничего не существовало, как обычно бывало, когда я была полностью в Пэйтоне. А он пел. Еще в шестнадцать лет он садился за рояль, наигрывал какую-то мелодию и придумывал слова, а я растекалась лужицей рядом и просила не останавливаться. Он с усмешкой над моим желанием продолжал, пока нас кто-нибудь не прерывал. И вся магия заканчивалась. Наше волшебство, которое всегда присутствовало между нами. Оба совершили столько глупостей, а сейчас... моя очередь сделать безумную вещь, чтобы дать самой себе второй шанс. Или какой там по счету, я уже сбилась. Но если бы кто-то видел то, что я вижу в данный момент, то понял: существует один шаг не от любви к ненависти, а от очарования к разочарованию. А от любви до ненависти море слез, попыток все изменить, прощаний и встреч, ошибок и желания их исправить. Поэтому я здесь. – Давай, Пэйтон, со второго куплета еще раз. Надо изменить басы, и глянь в монитор, я изменил строчки, – сказал в микрофон Роб. И снова его голос, затягивающий меня в пучину спокойствия. Через полтора часа я уже выучила слова и пела их вместе с Пэйтоном, лишь открывая губы. – Все. – Он вышел из комнаты и развел руками. – Отличная работа, завтра я отправлю ее – и ждем вердикта. Вот так, детка, записывают песни и продают их, – рассмеялся Роб, а я так и сидела на стуле, смотря на Пэйтона. Говорят, когда любишь, не замечаешь недостатков. Ерунда. Я их знала наизусть, как и достоинства. В недостатки сложнее влюбиться, но если они тебя не отпугнут и ты возьмешь его за руку – это та самая связь, которую ищет каждый житель планеты. И если вы найдете ее, никогда не отпускайте, что бы ни было в прошлом. – Поехали? – Пэйтон уже накинул на себя пальто и стоял напротив меня. Я кивнула и поднялась. – Ты очень хорошо поешь, – нарушила я тишину в лифте.– Спасибо, – смутился он. – Правда, это было невероятно. Я рада, что ты взял меня с собой, – честно сказала я и посмотрела в его глаза. – Малышка, – прошептал он и обнял меня за талию. – Ты знаменитый певец? – поинтересовалась я. – Нет. Я лишь пишу музыку, иногда и слова, но чтобы продать песню, необходимо ее записать. Как черновик, чтобы исполнитель и студия решили – хотят они купить ее или нет, – улыбнулся он. – Споешь только для меня? – спросила я. – Если попросишь, – улыбнулся он. – Попрошу, – заверила я его. Звук лифта и зрительный контакт, который говорил больше, чем слова. Пэйтон действительно любил меня, боялся сделать неверный шаг. Его глаза отражали это: они то темнели, то неожиданно светлели. Мы вышли из здания. Моя рука в его руке. – Погуляем? – предложила я. – Хм, ты уверена? – нахмурился Пэйтон. – Да, – кивнула я. – У тебя есть любимые места в этом городе? – Нет, – покачал он головой и печально улыбнулся. – Я не гулял по нему. Хотя знаю о достопримечательностях, но посещаю только самые шумные места, известные клубы и рестораны. – А я? – Скажем так, ты совмещаешь приятное с полезным, – рассмеялся он. – Тогда давай вместе узнаем этот город, – предложила я. – Хорошо, – кивнул он. Вот так я совершила поступок, свойственный Мурмаеру. Но никакого сожаления. Неужели, когда он унижал меня, чувствовал себя так же? Мы вернулись в квартиру, когда уже ночь накрыла город. Очень интересно узнавать человека, притворившись дурой без памяти. Это помогает увидеть его ярче, не через пелену прошлого, и все запоминается глубже, чем было ранее. Его новая улыбка, смех, расслабленность и глупости, пока вы ищете по навигатору какое-то место. Обычные туристы. Вот так я открыла для себя новую главу в наших отношениях. – Ливи, я умираю от голода, – протянул Пэйтон и рухнул на диван. – И я ног не чувствую. – Не ной, – рассмеялась я. – А я умею готовить? Пэйтон резко сел и нахмурился. – Да, умеешь. – Как думаешь, я не спалю кухню, если попытаюсь? – невинно спросила я. – Под моим руководством – нет, – улыбнулся он. – Тогда готовься, поваренок, помогать. – Я развернулась и прошла в спальню. Переодевшись в удобные легинсы и майку, вернулась на кухню, где Пэйтон сидел и с кем-то переписывался в айфоне. Я вздохнула и взяла свой телефон, ища в интернете рецепты. Надо же было следовать выбранной роли. – Как тебе лазанья? – предложила я, прокручивая страницу браузера. – Что? – переспросил он и оторвался от экрана телефона. – Лазанья, – повторила я. – Да... нормально, но вряд ли у меня есть ингредиенты, – отстраненно сказал он. – Пэйтон, что такое? – спросила я. – Ничего, все хорошо, - но я видела, что он соврал. – А честно? Он закусил губу, положил руки на стол и опустил голову. – Все как-то неправильно, Ливи. Лайла тебе соврала, мы не собирались пожениться. Ты ненавидела меня, я заставил тебя быть со мной. Я урод, малышка. А за сегодняшний день я понял, что недостоин тебя, – тихо говорил он. – Почему? – первое, что пришло в голову, то и сорвалось с языка. – Что почему? – Он поднял голову и посмотрел на меня. – Почему тогда ты повел меня в студию, а потом гулял со мной? Почему ты мне это рассказал и говорил, что любишь меня? Почему она соврала? – задавала я вопросы. – Потому что я хотел этого. Я воспользовался твоим состоянием и, вместо того чтобы отвезти к психоаналитику и оказать тебе помощь, нагло наслаждался. Потому что ты нужна мне, но я хочу быть честен сейчас. – Столько боли было в его голосе, что я невольно шмыгнула носом. – И что ты сейчас мне предлагаешь? – тихо спросила я. – Я даю тебе свободу, Ливи. Если хочешь, уходи, – сглотнув, произнес он. – А ты хочешь этого? – Нет. – Он покачал головой. – Нет, никогда не хотел, чтобы ты уходила. Но ты была права, я не имею на тебя права. Я эгоист. – У тебя есть другая девушка? – Нет, малышка, нет, – улыбнулся он. – Ни одна не заменит тебя, как бы я ни пытался. – Тогда я остаюсь, если ты не против, – уверенно сказала я. – Что? – переспросил он. – Я хочу узнать тебя, Пэйтон. Сегодня был замечательный день, и даже твоя злость меня веселит. Я хочу, – прошептала я и обошла стойку, подходя к нему. – Правда? После всего, что я сделал с тобой, даже если я – причина твоего состояния? – Он тоже поднялся и нервно кусал губу. – Я этого не помню, значит, переживать не о чем. Я что-то чувствую, – я взяла его руку и прижала к сердцу, – вот тут. Непонятное покалывание, когда я смотрю на тебя, а когда ты пел, я почему-то расплакалась. Возможно, в прошлом у нас была не очень хорошая история. Но не отвергай меня, ведь я одна... – Не одна, малышка, у тебя есть я, – улыбнулся он и, взяв вторую мою руку, поднес к губам. – Я твой, Ливи. Моя душа в каждой клетке твоего тела, и я не знаю лучшего. – Почему ты заговорил об этом? – спросила я, заглядывая в его глаза. – Купил совесть, может быть, – усмехнулся Пэйтон. – Продай, она тебе не идет, – улыбнулась я. – Ливи, – прошептал он, лаская меня взглядом, сокращая с каждым вздохом расстояние между нами. Я закрыла глаза, чтобы полностью отдаться поцелую. Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть, этот чудесный миг был потерян. Мы оба не понимали, что сейчас между нами произошло. Что-то новое. Этого мы еще не проходили, как будто я вкусила что-то запретное для себя. Но внутри образовалось тепло, которое прошлось мелкими покалываниями по всему телу и ударило в сердце. Звонок повторился, и мы оба недовольно сжали губы. Пэйтон выпустил меня из кольца своих рук и прошел к двери. – Где она? – закричал знакомый голос, а у меня возникло желание спрятаться. Ну вот только его здесь не хватало! – Я тебя не приглашал, – услышала я злость в голосе Пэйтона и направилась в холл, чтобы предотвратить возможную драку. – Лив! – воскликнул Лес и оттолкнул Пэйтона, подскочив ко мне. – А ты кто? – Надо постараться не выдать себя с потрохами. – Лес. Я Лестер, Ливи, твой парень, – выпалил он, а я шире раскрыла глаза. – Что за хренотень ты несешь? – повысил голос Пэйтон. – Как парень? – удивилась я и отошла от него. – А он кто? – Он урод, который только унижает тебя. Он украл тебя и не выпускает. А жила ты со мной, как приехала в Нью-Йорк. Мы спали вместе, мы говорили о свадьбе. – Он врал так правдиво, что мой рот сам приоткрылся от шока. – Что за ерунда здесь происходит?! – возмутилась я. – Так, вали отсюда. Иначе вышвырну. – Пэйтон подошел ко мне и встал впереди, закрывая от Леса. – Что, решил, раз она ничего не помнит, то снова обдуришь ее? – зло прошипел Лес. – Как и ты, – фыркнул Пэйтон. – Разве она не спала со мной после того, как ты унизил ее на свадьбе ваших родителей? Разве ты не видел, как мы целовались? И в эти выходные мы должны были пожениться! И если бы не ты снова, то все было бы хорошо! Ты ей мозг взорвал, и я уже позвонил Тео. Так что готовься, Пэйтон тебя ждет полный разнос... – Хватит! – закричала я, и Лес замолк, а Пэйтон повернулся в мою сторону. – Хватит. Я не знаю, кто ты. Ты пришел сюда и угрожаешь ему, чтобы он бросил меня. Но никто меня не удерживает тут силой. Я сама осталась здесь. И как я понимаю, Тео – это мой брат, Лайла говорила о нем. И вообще, я что вам, приз, который вы тягаете в разные стороны, измеряя, у кого член круче? – Да, Лив, – примирительно сказал Лес и улыбнулся, – ты была для него только призом. Он спорил на тебя трижды, а последний раз сказал, что сделает все, чтобы забрать тебя у меня. Ты не помнишь, но я говорил тебе, как ты мне дорога. Ты говорила то же самое. Я понимаю, что сейчас у тебя такой сумбур в голове, но переживать и нервничать тебе нельзя. Твоя подруга позвонила мне и рассказала все. Я прошу прощения, что кричал на тебя в последнем разговоре. Я просто был в шоке, потому что после всей перенесенной боли, которая вылилась в этот синдром, ты вернулась к нему. Да ты посмотри на него!.. Лес махнул рукой на Пэйтона и я перевела взгляд. Нет ни ненависти, ни любви, ничего. Стеклянные и равнодушные зеленые глаза. – Ему всегда было плевать на тебя, я его знаю с пеленок! Сколько раз он приходил ко мне и рассказывал, как ему удалось запудрить тебе мозги. Он никогда тебя не ценил и изменял. Да он вообще не знает, что такое верность и любовь. Он не такой хороший. Это все его маски, которые он носит. А на самом деле он жалок. Знаешь, как он унизил тебя в последний раз? Он выставил тебя перед всеми идиоткой, готовой выйти за него замуж. А потом обозвал шлюхой перед гостями и убежал. Но ты пыталась его образумить. Ты умоляла его вернуться, поверить тебе, взывала к любви, а он пожелал тебе сгореть в аду. А затем появился снова в твоей жизни и решил продолжить мучить. Думаешь, он действительно расстался с Амандой? Он с ней был долго, говорил и ей, что любит. Нет! Ни с кем он не расставался, потому что для него карьера и деньги превыше тебя! – Это правда? – прошептала я, смотря только на Пэйтона. Ну же, скажи ему, что это все ложь! Защищайся! – Да, – кивнул Пэйтон. – И ты врал мне буквально несколько минут назад? – ужаснулась я. Он промолчал и отвернулся. Боль кольнула, и недавно возродившееся тепло исчезло. – Видишь, Лив. Ему сказать нечего, потому что я говорю правду, – усмехнулся Лес. – Пошли, я потом приеду за твоими вещами. Я, не отрываясь, смотрела на Пэйтона. Неужели позволит? Неужели разрушит все? – Ливи, решай сама. Я тебя больше не держу, но ты заслужила счастье, – тихо произнес Пэйтон и прошел мимо меня, направляясь вглубь квартиры. – Поехали домой, детка, все будет хорошо. Ты должна сейчас отдыхать и улыбаться, а не переживать новую драму, – бубнил за моей спиной Лес, а я недоуменно смотрела туда, где скрылся Пэйтон. Вот так просто отпустил? Даже не пытался переубедить, не набил морду Лесу... Ничего.