Chapter 14

Оливия «И снова этот громкий писклявый звон в ушах. Как я от этого устала! Мне вообще дадут сегодня поспать?» – возмущалась я про себя, на ходу натягивая халат. Бросив взгляд на настенные часы, я увидела, что сейчас семь утра. Снова он? – Да, – рыкнула я в домофон. – Мисс, это миссис Ровен, хозяйка квартиры, – прозвучал холодный женский голос, и я нажала на кнопку, пропуская посетительницу в дом. Я открыла дверь. Ко мне навстречу по коридору шла женщина лет сорока в брючном костюме и легком пальто. – Доброе утро, – поприветствовала я ее сиплым ото сна голосом. Хозяйка квартиры критически осмотрела меня и вошла в холл. Я закрыла дверь, еще не понимая, что стало причиной ее прихода. – Не такое уж оно и доброе. Я всю неделю получала жалобы от соседей, а сегодня уже написали на меня в полицию о шуме и выходках пьяных студентов, – резко сообщила она. – Хм, тут какое-то недоразумение, – нервно улыбнулась я. – Вряд ли. Здесь живет Оливия Престон? – недовольно спросила она. – Это я, – сложив руки на груди, ответила я ей. – Тогда вы не будете отрицать, что вчера какой-то пьяный парень орал у вас под окном и перебудил весь район. Помимо этого, вы устраиваете каждодневные шумные вечеринки, а также мне рассказали о наркотиках и о рыжей проститутке с разрисованным мужиком. Меня уверяли, что в моей квартире будут проживать лучшие выпускники Гарварда! И что в итоге? Моя репутация среди соседей погублена! – Наркотики? Что за бред? А Пэйтон был не пьян, он просто не знал, где я живу. Он мой брат! И как вы смеете вообще обзывать Лайлу?! Коул ее парень! При чем тут репутация? Это все ложь! – возмутилась я. – Меня это не волнует. Мое терпение лопнуло. Я хочу, чтобы вы и ваша подруга-проститутка покинули квартиру сегодня к полудню, – сухо проинформировала она меня. - Но нам некуда идти! У нас практика в больнице! – воскликнула я. – Думаю, таких горе-врачей навалом по всему миру, и я спасу достойных людей от ужасной ошибки пьяных девиц. Я уже проинформировала вашего ректора о своем решении. Вам передали, чтобы вы нашли себе жилье. Если к полудню вы еще будете здесь, то я вызову полицию и вас арестуют, – грубо сказала она и вышла, громко хлопнув дверью. – Господи... – простонала я и села на пол. – И что делать? Вскочив, я дошла до спальни и позвонила Лайле, после трех попыток трубку наконец-то взяли. – Да. – Но это была не подруга. – Коул, привет. Дай Лайлу, это очень срочно, – быстро сказала я. – Она спит, Лив. Я не хочу ее будить, мы легли в постель только час назад, – протянул он. – Послушай, из-за твоего друга Пэйтона, нас выставили из квартиры. А из-за тебя Лайлу приняли за проститутку! И до двенадцати часов мы должны свалить! Это веская причина, чтобы ты разбудил ее? – прокричала я в трубку. – Пэйтон? Он был у тебя? Какая сука обозвала Лайлу проституткой? – удивленно спросил он. – Да, был. Разорался на улице как помешанный. И нас еще обвиняют, что мы наркоманки. Поэтому надо что-то придумать, – уже спокойней объяснила я. – Ладно, мы приедем через час примерно. Не волнуйся, я поговорю с Пэйтоном, он больше не подойдет к тебе. Мне Лес все рассказал про ваши фиктивные отношения. И я прошу прощения за свое поведение. О'кей? – проговорил он. – О'кей, я пока вещи буду собирать, – грустно улыбнулась я и отключилась. Затем я позвонила своему другу. – Лес, у меня проблемы, – проскулила я в трубку.– Лив, что за на фиг? Еще даже не рассвело, – возмутился он. – Меня выставили из квартиры. Лайла будет жить у Коула, я уверена. А мне идти некуда, – продолжила я. – Что, почему? Ладно, потом расскажешь. Будешь жить у меня, собирайся, я пока оденусь, возьму такси и приеду за тобой. Все хорошо, я же рядом. – Я почувствовала его улыбку. – Спасибо, Лес, – хлюпнула я носом и отключила вызов. Вот так всегда. Как только Пэйтон появляется в моей жизни, так все идет шиворот-навыворот. Он тревожит мои чувства, как и окружающих людей, не думает о последствиях. А я получаю шишки. Надоело, просто надоело быть козлом отпущения. Но я отстранилась от этих воспоминаний и начала поспешно собирать чемоданы: как свои, так и Лайлы. Благо мы не взяли весь наш гардероб. И к приезду ребят я уже была готова, сидя на диване и попивая кофе. – Лив, как такое могло произойти? – в квартиру ворвалась Лайла. – Вот так, без каких-либо веских причин. Я пыталась ей сказать, что это все чушь собачья, но эта стерва заявила, что мы горе-врачи, – усмехнулась я. – Лив, поехали. Ты и Лайла будете жить у меня, утром буду довозить вас до больницы, а потом забирать, – твердо сказал Коул. – Спасибо, но я буду у Леса, – улыбнулась я. – Коул упомянул, что тут был Пэйтон, – напомнила мне Лайла и подошла к кофеварке, чтобы налить себе кофе. – Ага, – буркнула я. – И? – Мы поговорили, и он ушел, – ответила я. – И это все? – усомнился Коул. – А вы ждали, что мы потрахаемся? – язвительно спросила я, оглядывая обоих. – Ну, как бы да. Коул рассказывал, что обычно вам это помогало, – скривилась Лайла и передала одну кружку своему мужчине, а другую взяла себе и села на диван. – Нет, он ушел, – пожала я плечами. – Почему ты его отпустила, Лив? – нахмурившись, спросил Коул. – Потому что никто не обязан нас любить, это сугубо личный выбор и от нас не зависящий. Мы рождаемся одинокими и такими же покидаем этот мир. Мы не имеем права привязывать к себе человека, он должен хотеть этого сам. Я дала ему свободу, и он ей воспользовался. Я отпустила его, потому что тот, кому я буду нужна по-настоящему, никогда от меня не уйдет. Хвататься за бессмысленных призраков прошлого бесполезно, – ответила я. Молчание повисло в комнате, а я допила свой кофе, снова ощущая на губах привкус огорчения и разочарования. Но это был и мой выбор, я могла уступить ему и заставить быть рядом. Но я не имела на это права, как и он не имел права целовать меня. – Так, я сейчас завис, – тихо сказал Коул. – Мда, вот это заявочка на победу, – усмехнулась Лайла. – Но, наверное, не все любовные истории оканчиваются как в романах. И такое бывает, но, черт, это же настолько грустно. – А кто сказал, что жизнь – это сладкая конфетка? – спросила я. – Она такая, какая она есть. Всего должно быть в меру, чтобы не было последствий наркотической зависимости, как у нас. Потому что тогда все превращается в болото, гнилое и утягивающее тебя ко дну. Между мной и Пэйтоном есть связь, я этого не отрицаю, она всегда была и будет. Но сейчас она не приведет ни к чему хорошему. Ни он, ни я не готовы отпустить прошлое и обиды, связанные с ним. Поэтому это самое верное окончание. – Лив, ты больше не будешь ходить в стриптизбары, они на тебя влияют как-то неправильно, – рассмеялся Коул. – А что есть правильно? – подхватила я его мысль. – Ох, не начинай, философ-недоучка, – прервала меня Лайла. Домофон разразился трелью, и Коул впустил посетителя. Через несколько минут вошел потрепанный Лес, зевая на ходу. – Я прибыл, – оповестил он. – Мы это видим. – Коул стукнул его по плечу. – Отвали, я засыпаю, поэтому давайте по-быстрому, чтобы я лег обратно в свою постельку. – Лес потер глаза. – Ну, прощай, квартирка, ты не вытерпела нашей бурной жизни, – сказала я. – Лив, давай где-нибудь сегодня поужинаем всей компанией? – предложила Лайла, когда парни вышли с нашими сумками и чемоданами. – Давай, – пожала я плечами. – Но не в пафосном месте: обычном, спокойном и вкусном. – Да тебя на романтику потянуло, – усмехнулась подруга. – Просто нет настроения, эта тварь мне испортила, – зло ответила я. – Брось, все же так прикольно. Я вот не ожидала, что встречу Коула, а он такой лапочка. И я помню твой указ, не отношусь к этим отношениям серьезно, просто немного влюбилась, – грустно сказала она. – Тогда я могу пожелать тебе только терпения. Коул и Пэйтон очень похожи. – Я приобняла ее за плечи, и мы вышли из квартиры. Попрощались и расселись каждая в свою машину. – Лив, разбудишь меня, когда приедем, – сказал Лес, устраиваясь головой на моих коленях. – Без проблем, детка. – Я погладила его по волосам, и он довольно вздохнул. Мои пальцы по инерции перебирали пряди, а я смотрела в окно, за которым начался дождь. Сырость, пасмурное небо и неприглядная осень сказывались на внутреннем состоянии. Хотелось просто свернуться клубочком на диване, взять книжку и забыться, отстраниться от мыслей и переживаний. Такси остановилось у дома Леса, и я растолкала его. Он провел меня во вторую спальню, а сам пошел в свою, досматривать прекрасные сны. После расслабления в ванне я натянула на себя одну из футболок Леса, потому что было лень распаковывать свои вещи, и решила приготовить обед. Звонок в дверь застал меня за приготовлением индейки в соусе, и я, вытерев руки полотенцем, пошла открывать. Лес не предупреждал меня о посетителях, и я решила, что не буду будить его, пусть отдохнет. Распахнув дверь, я замерла. На пороге стоял Пэйтон Мурмаер. – Лив, какого черта ты тут делаешь? – зло спросил он. – Живу, – спокойно ответила я. Он отпихнул меня и прошел в квартиру. – Так, Мурмаер не орать, не материться, не бить посуду. Если ты к Лесу, то он спит, сегодня было тяжелое утро. Поэтому предлагаю тебе подождать, пока он отдохнет, или прийти попозже. – Я вернулась на кухню и заглянула в духовку. – Подожду, – буркнул он, сбросив куртку на соседний стул, и сел за барную стойку. – А теперь объясни, что ты тут забыла? – Это твоя вина. – Я налила ему черный чай и поставила перед ним чашку. – Из-за твоих диких танцев под моим окном хозяйка пришла ко мне в семь утра и выставила нас из квартиры. За что я тебе не благодарна. – Она что, охренела? – повысил он голос. – Не орать, – строго повторила я. – Давай, я поговорю с ней, – уже тише предложил он. – Не надо, мне и здесь хорошо. Поживу недельку, а потом поеду домой, – равнодушно ответила я, наливая себе какао. – Кушать будешь? Индейка уже готова, как и запеченная картошка. – Ты умеешь готовить? – удивился он. – Очень смешно, Мурмаер, – с сарказмом ответила я. – Я не знаю , – отстраненно произнес он. – Спасибо за чай, и я уже пообедал. Ты можешь поехать ко мне. – Думаю, твоя девушка будет против, – усмехнулась я. – Если я скажу, не будет, – серьезно произнес он. – Нет, спасибо, я останусь у Леса. – У нас контракт, – выдал Пэйтон, и я непонимающе посмотрела на него. – С Амандой, – продолжил он. – Меня это не касается, – покачала я головой. – Лив, я же тут, пришел к нему, постараюсь его простить, но... – Вот давай без этих «но», – перебила я его. – Мы все решили, верно? – Нет, это ты решила, малышка, – улыбнулся он. – Скажи мне хоть какую-то мало-мальски весомую причину, почему я должна сейчас тебя слушать? – вздохнув, спросила я. Пэйтон ничего не ответил, а только опустил голову, помешивая чай ложечкой. Я улыбнулась и допила свое какао. – Я разбужу Леса. Переоденусь и прогуляюсь по магазинам, а вы пока поговорите, – сказала я и уже дошла до коридора, как Пэйтон произнес: – Я скучаю по тебе, Ливи. Я вижу тебя во сне. Не знаю, достаточно ли это веский аргумент, чтобы ты общалась со мной. Сердце забилось быстрее, а по телу прокатилось знакомое тепло. – Пэйтон, я не знаю, что сказать тебе сейчас. У тебя есть девушка, а что ты от меня хочешь? – Я расторгну контракт, я уже позвонил своему адвокату. Хочу попробовать все сначала, хочу услышать от тебя, что ты... – Он замялся, а я повернулась к нему. – Что я? – Что ты тоже этого хочешь. Мы попробуем, просто попробуем быть вместе, как и планировали, – продолжил он и встал со стула. – Пэйтон, ты обещал, что я больше никогда тебя не увижу после вчерашнего поцелуя. Сначала разберись с Лесом, а потом... время покажет. Но между нами не будет ничего, как мы планировали, то были лишь мечты. Ты никогда не знал, чего хочу я, а я не знала, чего хочешь ты. Мы сказали друг другу в последний раз самые обидные и болезненные слова, мы не слышали друг друга. Не разрывай контракт, потому что ты этого сам не хочешь. Ведь тебе нравилась твоя жизнь после... меня, верно? – Я ожидающе посмотрела на него. – Да, нравилась. Но сейчас я не могу так жить больше, – уверенно ответил он. – Пэйтон, я уеду через неделю. А ты можешь улететь хоть сегодня. Тебя тут ничего не держит, – произнесла я, хотя сердце так сильно сжималось, что каждый вдох был для меня испытанием. – Хорошо, Ливи. Только я ничего не вижу в этом хорошего. Мне казалось, что влюблен в Аманду, но, снова увидев тебя, я не могу трогать ее, целовать, да и говорить тоже. Мы только и делаем, что ругаемся. Я выставил ее вон, а она не уходит. Не знаю, что мне делать... – в отчаянии он всплеснул руками и запустил пальцы в волосы. – Знаешь, Пэйтон, – улыбнулась я, подошла к нему и положила руку на его грудь. – Вот здесь твой ответ, никто не поможет тебе советом. Разберись в себе. В какой-то момент приходит понимание, что некоторые люди могут остаться только в воспоминаниях, потому что сердце – это всего лишь мышца, которая гоняет кровь по организму. А душа... Именно в ней хранится все, что было, но не всегда это проецируется на твою жизнь. Иногда необходимо отпустить, чтобы расставить приоритеты. – Когда же ты выросла, малышка? – прошептал он. – Ты заставил меня повзрослеть, Пэйтон, – улыбнулась я, а его рука накрыла мою. – Ты любила меня, Ливи, хоть немного? – тихо спросил он. – Ты не поверишь, Пэйтон, я тобой дышала и жила. Только о тебе и думала постоянно. У меня была зависимость от тебя. Губительная, – честно призналась я. – Прости меня, что я все разрушил. – Мы оба это сделали, Пэйтон. Непонимание и недоверие сыграли против нас. Как и обида, от нее невозможно спрятаться, – не так уверенно, как хотелось бы, ответила я. – Что за чертовщина происходит в моей квартире? – закричал Лес, и я испуганно отскочила от Пэйтона.