61

Так прошли уроки. Все смотрели на них с жалостью, злостью или виной. Конечно это было крайне неудобно и даже в какой-то степени ужасно. Каждый твой шаг просматривается под десятками глаз, которые сразу анализируют и приходят к своему выводу.

Феликс постоянно держался за руку Хенджина, держа ее чуть ниже локтя и обхватывая своими маленькими ручками. Он боялся, что когда отпустит его, то сразу налетят ученики, как чайки на еду и точно не оставят в покое. Было страшно ходить и смотреть на них, поэтому иногда просто закрывал глаза и утыкался лицом в руку парня.

Хенджину это тоже не нравилось. Как будто они для всех экспонаты в зоопарке. Только эти "животные" умеют ходить на двух лапах, учиться и говорить по-корейски. Прекрасно. Лучше некуда. Он бы куда-то спрятался, но везде были эти чертовы люди. Они будто знали куда парни пойдут и опережали их. Сильно бесило такое отношение к ним. Ещё надо следить и держать возле себя Феликса, ведь тому страшно будет находиться здесь одному. Он видел, как тот прижимался и иногда пытался закрыться его рукой, что выглядело немного забавно, но сразу понятно, что ему страшно и, что Хёнджин - это единственная его безопасность.

Выйдя на улицу, их уже ждал папа на машине. Джин попрощался со своими друзьями и сказал, что потом напишет, а Феликс просто стоял и слушал. Они вместе подошли к автомобилю, открыли двери и сели внутрь.

- ну как прошел день? - спросил папа, заводя машину.

- ох, все узнали правду и обезумели. Постоянно смотрят, что-то спрашивают, просят прощение. Но самое ужасное так это то, что от них невозможно спрятаться! Они везде, куда только не посмотри! Я постоянно ходил вместе с Ликсом, чтобы ему было не страшно или, чтобы не навредили.

- они бы все равно когда-то узнали. Я конечно могу разобраться с ними, но если именно вы захотите это. Понимаю, насколько вам неприятно, но такое будет продолжаться до тех пор, пока все окончательно не принят этот факт или просто будут потихоньку усмирять в себе эмоции.

- наверно.. спасибо, пап, если что мы скажем тебе.

- хорошо.

Остальную дорогу до дома они провели в тишине. Феликс думал на счет того, что надо делать с одноклассниками и насколько сильно он виноват. Нужно было продолжать ту жизнь?.. нет, нет, он бы точно не выдержал, но теперь у Хванов столько забот из-за него. Феликс винил во всем этом только себя. Он привык, что становится везде виноватым, даже, если это не так, поэтому и сейчас думает, что только из-за него все себя так ведут. Хотя, в какой-то степени это верно.

Когда они приехали домой, то Фел сразу же вылетел из машины, бегло снимая с себя обувь, и бежит в свою комнату, закрывая дверь и откидывая рюкзак на пол. Он валится туда же, где его сумка и просто начинает тяжело дышать.

Непривычно, страшно, неловко, больно.

Ненавистные мысли снова поглащают его, разрывая голову от сильной боли и не хотя оставлять даже кусочка нормального сознания, но тут чувствует объятия со спины. Такие теплые, большие ладони разместились на животе, а другое тело прижимается к его, дыша в шею.

- Джин..ни, - запинается в имени Феликс, поворачиваясь лицом к парню. Слезы мгновенно застывают в глазах и это сразу же видит парень.

- ну чего ты плачешь? Мы сейчас дома, никто нас кроме родителей не видит. Никто тебя не тронет, не плачь, пожалуйста, - Фел обнял Хенджина за талию и прижался к бо́льшей груди.

- я..я же винов..ват в этом..

- кто такое сказал? Здесь твоей вины совсем нет. Это они не могут совладать со своими эмоциями, поэтому так себя ведут. Перестань думать об этом, Ликс, - он поцеловал его в макушку и гладил худую спинку, которая еще немножко подрагивала.

Феликс и правда начал успокаиваться, чувствуя теплые объятия, которые защищают его от всего самого плохого. Даже от себя.

Через время они спустились вниз, где их ждали родители, чтобы вместе поужинать. Парни сели за стол и начали есть еду мамы. Иногда у Феликса проскакивали мысли о том, что он много ест, но потом сразу отбрасывал их, сосредотачиваясь на руке, лежащей на его коленке.

Доев еду, они все поблагодарили за вкусный ужин и разошлись по комнатам. А точнее родители в одну, а Феликс с Хенджином в другую.

Джин лег на свою кровать, а рядом с ним Фел, обнимая торс и кладя голову на его плечо. Тот же при обнял парня и взял свой телефон, ведь обещал написать друзьям.

Группа

Хен: ребят, задавайте свои вопросы и я отвечу на них.

Джи: ну наконец-то написал..  почему ты не рассказывал нам об этом?

Хен: надо было оставить скрытным, извините.

Хо: что у тебя делает Феликс и давно вы вообще знакомы?

Хен: с того момента, как он пришел в школу, мы начали немного общаться. А сейчас он живет у меня, потому что родители его усыновили.

Нин: почему ты о нем так заботишься? Обнимаешь, гладишь, целуешь то в лоб, то в щеку. Даже с нами так редко делаешь.

Хен: просто у него такое трудное было детство. Сейчас он, как ребенок, боится всего, извиняется, чувствует вину ни за что. Мне хочется о нем заботиться и быть хорошим хеном, который может помочь ему и быть защитой.

Джи: понятно... ну ты всё равно про нас не забывай, Джин.

Хен: вы что, я никогда не смогу забыть своих друзей. Хорошего вам дня, парни.

Все: и тебе.

Хёнджин отложил телефон и теперь посмотрел на Феликса, который всё это время тоже смотрел на него и быстро отвернулся, чтобы не встретиться со взглядом. Джин немного посмеялся, повернулся на бок и сильно обнял его, передавая всю заботу и теплоту в это худое, маленькое тело.

"Надо заняться его телом и здоровьем.. мне не нравится, что он такой худой.."