63.

Я медленно открываю глаза, немного прищуриваясь от резкого света в помещении. Голова гудит, во рту стоит адская Сахара, а в нос ударил противный запах сырости и чего-то протухшего.

Слышу чей-то голос сбоку, но в ушах звенит и я не могу разобрать, кто ко мне обращается.

Обвожу комнату взглядом и мое сердце останавливается.

Напротив меня сидит Наташа, рядом с ней Марат, а с другого бока от меня - какая-то незнакомая девушка.

Я начинаю дергаться, в попытках высвободиться, но понимаю, что мои руки и ноги привязаны к стулу, не давая мне возможности пошевелиться.

Наташа с Маратом в ужасе осматривают меня, но не плачут. По их внешнему виду я могу сказать, что выглядят они ужасно. Измучанные, глаза красные и припухшие, волосы растрепаны. Но в этом есть один плюс - я не вижу на них ран, значит, их не трогали.

Это не может не радовать.

Повернув голову к «соседке», я увидела девушку, примерно моего возраста. Ее каштановые волосы были спутаны, а вот ее внешний вид был хуже - ссадина на лбу, разбита губа, бровь, огромный порез на щеке и залитый кровью глаз. Над ней изрядно поиздевались.

Уроды.

- Арина! - окликнула меня Наташа, вытаскивая из разглядывания незнакомки.

Я повернулась к ней, сделав глубокий вдох, и кивнула.

- Что ты здесь делаешь? - полушепотом спросила Наташа, поджимая свои губы. Казалось, что вот-вот и она расплачется.

- Мы за пацанами пошли, они где-то внутри, - сразу же я ответила, стараясь еще раз выбраться с этих тугих веревок.

- Не выйдет, - грустно сказал Марат, уставившись себе под ноги.

- За какими пацанами пришли? - удивленно спросила подруга, округлив глаза.

- Универсам здесь, вас приехали спасать, - я тихо фыркнула, отчаявшись в этой сраной веревке.

Она была действительно крепко связана, а нож у меня, скорее всего, забрали вместе с пистолетом. Плохо дело. Я пыталась раскачаться на стуле, чтобы понять, можно ли придвинуться ближе к незнакомке, но он был прибит к полу.

Подготовленные суки.

- Сука... - прошептала я, закрывая глаза. - Вика где-то бегает одна...

Наташа снова ужаснулась, охая. А Марат свел брови, глядя себе под ноги. Он явно над чем-то размышляет.

- Господи... - тихо сказала блондинка, сдерживая свои слезы.

Ей сейчас нельзя нервничать, поэтому, нужно быть максимально осторожной со словами. Они знают про Вову? Если нет, тогда и мне не стоит проболтаться. Мы в таком положении, что я вряд ли ей помогу сейчас. Мне и самой помощь нужна.

Закрыв глаза, я тихо выдохнула. Как же хочется сейчас просто оказаться рядом с Валерой, обнять его, вдохнуть аромат дешевого одеколона и уснуть на мягкой кровати, а не это все.

- Я давно здесь? - я снова открыла глаза, обращая свой взгляд к друзьям.

Наташа, не раздумывая сказала:

- Минут тридцать, может сорок.

Господи, как долго.

А где Вика? Если ее здесь нет... Я надеюсь, она смогла от него оторваться и надежно спрятаться. Как только я выберусь отсюда, я лично отрежу яйца этому ублюдку, если он ее хоть пальцем тронет.

- А эта? - я кивнула на свою соседку, которая то ли спала, то ли была без сознания.

- Она здесь было еще до нас, - уведомил Марат. - Но она ни слова еще не сказала за это время.

Прекрасно. Кто она? И почему ее здесь держат? С этим стоит разобраться, ведь, судя по всему, ей нужна медицинская помощь. Я заметила, что ее блузка разорвана прямо по центру, а куртка нещадно изрезана и из нее торчал наполнитель.

Что же они с тобой сделали...?

Я опустила взгляд в пол, пытаясь придумать план в голове, но мои мысли были забиты совершенно другим. Как там Никита? Валера? Они еще живы? От последней мысли мое сердце забилось в тысячу раз быстрее, а тело покрылось мурашками.

Конечно, они живы, Арина, что ты такое несешь. Парни со всем справятся. Вот только когда они придут забирать Наташу с Маратом, ох как они удивятся моему присутствию. Я уже знаю, какой же будет потом скандал, что я сюда поперлась, так еще и Вику захватила.

- Как вы узнали, что мы здесь? - я обернулась на голос Маратика.

- Дрег нашел, - я пожала плечами, отворачиваясь к стене.

- Дрег, это тот самый? - шокировано спросил парень, прикусывая нижнюю губу.

Я молча кивнула.

- Ого! А как вы на него вышли? - парень не унимался с вопросами.

Но ответить я не успела. Девушка сбоку хрипло закашлялась, издавая глухой стон. Она медленно открыла глаза, осматривая помещение, а затем застыла на мне, быстро моргая. Интересно, что она думает.

- Привет, - я мило улыбнулась, делая вид, что мы сейчас не сидим связанные на заброшенной фабрике в глуши Тамбова.

Она подозрительно окинула меня взглядом, тяжело дыша. В ее взгляде так и читалось «отвечать или нет».

- Привет... - наконец прошептала она.

- Она разговаривает! - воскликнул Маратик, но Наташа тут же одарила его злобным взглядом.

Я, конечно, рада, что с Маратом все хорошо и он такой же разговорчивый, но ее сейчас пугать нельзя. Скорее всего, девушка находится в шоковом состоянии, неизвестно, что они с ней делали за это время, да и сколько она тут находится тоже непонятно.

- Тебя как зовут? - мягко спросила я, ерзая на стуле, пытаясь найти удобное положение.

Она молчала. Ее испуганный взгляд изучал меня, с головы до ног. Я ее понимаю. Я бы тоже боялась незнакомых людей в такой обстановке.

- Я Арина, это мои друзья - Наташа и Марат, - начала я, кивая на свои друзей. Надеюсь, это поможет ее разговорить. - Мы не обидим тебя. Как видишь, нам и самим нужна помощь.

Я изобразила глупую улыбку, пытаясь расслабить это напряжение в комнате и, кажется, мне удалось, когда ее взгляд сменился на более спокойный.

- Марина, - коротко сказала шатенка.

- Я бы сказала приятно познакомиться, но обстановка этого не позволяет, - грустно пожала плечами и вздохнула. - Здесь наши друзья, они пришли за нами и спасут нас. Хорошо? Не бойся.

- Но они пришла за вами, а не за мной... - тихо прошептала она, опуская взгляд в пол.

- Мы не оставим тебя здесь, - тут в разговор включилась Наташа и я безумно благодарна ей.

Марина посмотрела на Наташу, а затем на Марата, который разглядывал потолок и потом снова вернула свой взгляд ко мне.

- Они плохие люди, - молвила она, поджимая губы.

- Знаю... - я устало закинула голову назад, устремив свой взгляд в потолок.

Почему все так плохо? Почему с самого приезда в Казань я нарываюсь на неприятности? Почему все сводится ко мне в итоге? Мне кто-то даст ответ на этот вопрос?

- Они с тобой что-то делали? - спросила Наташа и я тут же снова взглянула на соседку.

Марина молча кивнула, сдерживая свой всхлип. Бедная девочка...

- Как ты сюда попала? Ты знаешь их? - я постаралась спросить это как можно мягче, но все равно протараторила эти слова.

- Мой жених... Я ждала его из тюрьмы, но... Он вернулся и отдал меня этих двоим... Я не знаю, кто они... - девушка всхлипнула, закрывая глаза. - Меня привезли сюда из Казани на несколько дне раньше, чем их и постоянно...

Она замолчала. Мы переглянулись друг с другом, понимая, что она имела в виду. И это было ужасно. Но я была в шоке еще от того, что она тоже из Казани. Получается... Ее жених - Резаный? Да нет. Этого не может быть.

- Прости, что спрошу... Твой жених это Резаный? - тихо спросила я и она резко взглянула на меня.

- Д-да... Откуда вы знаете? - ее губы дрожали, а красный глаз еле открывался, даже когда она была удивлена.

Я вздохнула, глядя на Наташу и Марата, а затем снова посмотрела на Марину, пытаясь подобрать слова.

- Он... Он убил нашего друга и пытался убить меня, - как можно тише сказала я, чтобы они этого не услышали.

Но, черт. Конечно, они услышали.

Наташа ужаснулась, ее губы открылись в форме буквы О, а на глаза стали наворачиваться слезы. В это время я заметила, как Марат напрягся. В его глазах тут же включилась злость, как по рубильнику.

Блять, кажется, они еще не знают.

- Кого он убил? - почти плача спросила меня блондинка.

Я ничего не ответила. Я не могу этого сделать, они не должны узнать это от меня.

- Кого он убил, Арина? - жестко спросил Марат, пристально глядя на меня. Но я снова промолчала. - Арина, блять, отвечай!

Я замялась, уставившись в пол. Говорить или нет?

Блять.

- Вову... - шепотом сказала я, втягивая носом сопли, которые уже пробирались их=з-за подходящих слез.

Я не видела их лица, но я слышала, как Наташа тут же разрыдалась, громко крича имя своего покойно жениха, пока Марат тихо выругивался, при этом вздыхая. Мне было больно. Я не должна была говорить им это, но я сказала.

Я сдерживала слезы, как могла. Но выходило это плохо. Таблетки начали отпускать, страх начал усиливаться, а нервная система - сдавать к чертям собачьим. Только этого мне не хватало. Таблетки остались в автобусе в рюкзаке, поэтому на ближайшее время мое моральное состояние не стабильно. Но нужно стараться держать себя в руках, хотя бы ради Никиты и Валеры.

В первую очередь мне нужно подумать о том, как выбраться отсюда, отвести ребят к автобусам и найти Вику, а затем вернуться и помочь ребятам. Только вот я не знаю где Вика, и уж тем более не знаю, где Универсам.

- А Вова это кто? - как можно тише спросила меня Марина, выводя меня из мыслей.

- Это жених Наташи и старший брат Маратки, - я устало вздохнула, стараясь говорить спокойно, чтобы не напугать бедную девочку. Ей на вид было лет восемнадцать-девятнадцать и ей приходится все это терпеть. - Его нашли на 52-м километре.

- Это же в Казани... - это был не вопрос.

И я просто кивнула.

- Вы из Казани? - удивленно спросила Марина.

- Да, поэтому мы заберем тебя с собой, - заявила я, давая девушке повод нам доверять.

- Что им от нас нужно? - ее голос дрожал.

- Я не знаю...

Я и сама задаюсь этим вопросом, но никак не могу найти ответ.

Я уже хотела успокоить Наташа, как дверь комнаты со скрипом открылась, впуская внутрь того самого мужика, который гнался за мной по коридору.

На его лице застыла злость и ненависть, которая чувствовалась даже за несколько метров от него. Рубашка была навыпуск, оголяя край его большого живота, а рукава закатаны до локтей, а на его лице выступал пот. Он бежал?

Божечки, я надеюсь, не за Викой.

- Ты, - он указал на меня и начал приближаться, - идешь со мной.

Ком застыл в горле, не давая возможности даже вдохнуть, а о словах я вообще молчу. Я застыла на месте, только глазами наблюдала за тем, как он садится передо мной на корточки и небрежно разрезает веревки на ногах.

Легкость в щиколотках тут же отдалась по всем ногам, но шевелить ими было трудно.

- Только без резких движений, иначе этот нож окажется у тебя в глотке, - прошипел мужик, разрезая веревки на руках. - Поднимайся.

Я молча встала, оставаясь стоять на месте. Наташа, Марат и Марина наблюдали за нами с ужасом в глазах, а я совершенно ничего не могла сделать. Я в ловушке. Он в разы больше и сильнее меня, поэтому я даже отбиться от него не смогу, не говоря уже о том, чтобы убить. Тем более, мои руки и ноги изнывали после тугих веревок, добавляя слабости телу. Я точно не смогу сбежать.

Он бесцеремонно толкнул меня, заставляя идти на выход.

Я медленно плелась по коридору, смотря только себе под ноги, а мужчина держал нож у моей спины, видимо, чтобы я не учудила ничего.

Но шли мы недолго. Через два поворота мужчина остановил меня перед дверью, затем грубо схватил за руки, заламывая их за спиной, от чего я невольно шикнула, но не дернулась. Нельзя было.

Я чувствовала себя тюремным заключенным, которого ведут на казнь. Сердце бешено колотилось в груди, слезы уже без остановки стекали по моим щекам, из-за чего перед глазами стояла легкая пелена и я почти не могла разобрать, куда мы идем.

Дверь перед нами распахнулась.

Я, все так же уставившись себе под ноги, шла вперед, куда меня и толкал охранник.

И вот передо мной показался мужчина - худощавый, с ввалившимися щеками и длинными нервными пальцами, которые он то и дело потирал друг о друга. Его лицо было осунувшимся, с глазами, которые слишком часто бегали по сторонам.

Бандит, но не тот, кого стоило бояться.

Он держался так, будто сам не до конца понимал, что здесь делает, будто его притащили сюда против воли, но выхода не оставили. Именно такие первым делом начинают говорить, если прижать к стене.

Я резко огляделась по сторонам.

Универсам.

Они стояли в стороне - невредимые, целые, будто вообще не участвовали в драке. Ни крови, ни следов борьбы, даже дыхание ровное, как будто это их не касалось.

Что за херня? Что здесь происходит?

Я встретилась с глазами Турбо, который нервно сжимал кулаки, прожигая меня взглядом. Видимо, он все же понял, что я тут не просто так оказалась. Его лицо не выражало эмоций, а вот глаза... В глазах читалась ярость, которая вот-вот и вырвется наружу.

Не в силах смотреть ему в глаза, я отвернулась.

Я осмотрелась дальше.

Это была крыша.

Высокая, открытая, без перил по краям. Ветер пробегал по бетонному полу, заставляя мелкий мусор шуршать под ногами

Но самое страшное - это был не первый этаж.

Меня подвели к самому краю, и я осторожно посмотрела вниз.

Минимум пятый. Я нервно сглотнула, задерживая воздух в легких.

Одно неверное движение - и все.

Мужчина, который привел меня, грубо развернул спиной к краю, заставляя смотреть четко на Универсам. Только этого мне не хватало. Не видя угрозы, мне становилось еще страшнее. Если я пошатнусь или оступнусь - я просто полечу вниз.

Худощавый парень медленно подошел ко мне, забирая все внимание на себя.

- Так вот ты какая, Арина, - противно усмехнулся он, оголяя свои зубы. Я молчу.

Какое противное лицо.

- Меня зовут Мрамор, - не скрывая своей усмешки, продолжил он. - Что же такая красавица делает в наших краях?

Он оценивающе меня осмотрел, скрещивая руки на груди, от чего я закатила глаза.

- Просто гуляла, - фыркнула я, уводя взгляд ему за спину.

Страх накатывал волнами, пробираясь под кожу, пронизывая холодом даже кончики пальцев. Я чувствовала, как воздух позади меня обрывается в пустоту, как малейшее движение может разорвать тонкую нить, на которой держалась моя жизнь.

Мрамор стоял напротив, его руки были спокойны, но в этом спокойствии читалась готовность просто подтолкнуть.

Ему было плевать.

А мне некуда было деваться.

Я сжала кулаки, не давая панике разорвать меня изнутри, но в голове уже звучало навязчивое эхо:

"Сейчас. Сейчас. Сейчас я упаду."

И тут я встретилась взглядом с Валерой.

Он стоял чуть поодаль, скованный чужими руками, но весь его вид говорил только одно - он взорвется. В глазах не было страха. Только ярость. Глухая, черная, пожирающая.

Он смотрел на меня так, будто мир уже рухнул, но он все равно вырвет меня из этого ада.

И вдруг мне стало не так страшно. Потому что, если Валера смотрел на меня так, значит, это еще не конец.

- Гуляла она... - саркастически протянул Мрамор, делая глупое лицо. - А знаешь, о чем мы тут говорили с твоими друзьями? - я снова вернула свой взгляд к Тамбовцу, стараясь сохранять спокойствие, но слезы так и продолжали стекать по щекам. - Вы пришли к нам, отправили на тот свет почти всех моих ребят, пока добирались сюда, а потом еще и права качают.

Что? Убили Тамбовцев? Это как? Почему тогда они целые, почему мы не видели ни единого трупа? Может, он блефует? Да, точно. Блефует. Я уверена в этом на все девяносто девять процентов.

- Бугай приходит и говорит мне, что две девчонки тут бегают с пушкой, - он кивнул взгляд на мужчину, который крепко держал мои руки за спиной. - Я, признаюсь честно, удивлен. - Мрамор захлопал в ладоши. - Девчонки встают за Универсам. Кому сказать - не поверят.

Сука, да если б ты только знал, из какой жопы я их вытаскивала, ты бы не был таким уверенным в себе.

Я смотрела на него и злость так и вскипала внутри, завязывая неприятный узел внизу живота. Я готова выцарапать ему глаза, вонзить нож в глотку, а затем вырвать его кадык и выколупать ложкой глаза, будто бы это обычный десерт. Но сейчас я абсолютно беспомощна.

Краем глаза я заметила, что позади Универсама стоит с десяток парней в черных куртках, которые держали их на мушке. Вот... Вот почему они стояли смирно. Господи...

- Чего тебе от меня нужно? - ледяным тоном спросила я, глядя Мрамору в глаза.

- Для начала я бы хотел тебя жестко трахнуть прямо на глазах у твоего паренька и брата, а затем посмотреть, как их мозги разлетятся по стенам, когда они полезут тебя спасать, - с противной улыбкой сказал он, от чего я еще больше напряглась.

Нет... Он не посмеет.

- Но, признаюсь честно, я сейчас абсолютно не настроен на такое, - мужчина театрально развел руками и сделал шаг ближе ко мне. - Поэтому, пусть просто посмотрят, как их сестренка летает.

Я застыла, наблюдая за его глазами, которые указывали мне за спину.

Он собирается сбросить меня с пятого этажа.

Сука.

Ноги начали предательски дрожать, а руки абсолютно не слушались, позволяя Бугаю еще сильнее их сжать, оставляя огромные синяки на запястьях. Теперь я знаю, как выглядит безысходность. Именно так.

Безысходность - это когда твоя жизнь больше не принадлежит тебе.

Это когда ты видишь в чужих глазах свой конец, но сделать ничего не можешь.

Когда ноги дрожат, но бежать некуда.

Когда ты еще дышишь, но уже чувствуешь падение.

Когда страх становится не криком, а тишиной, и внутри не остается ничего, кроме холодного осознания, что выхода нет.

Я тяжело сглотнула, пристально наблюдая за каждым движением Мрамора, будто бы это помогло мне как-то спастись, но он лишь ехидно улыбался, поглядывая то на меня, то на своего дружка. Ебаные черти.

- Но! - воскликнул он, оборачиваясь к Универсаму, который весь в ужасе смотрел на меня. - Как же мы можем оставить наших любимых гостей без шоу!

Парни начали тут же переглядываться между собой, и я видела их непонимания. К слову, я и сама не понимала, что значит эта фраза, пока в помещение не ввели Марата, Марину Наташу и Вику...

Они все уставились на меня, одновременно закрывая рот рукой. Я видела по Марату, что он хотел ринуться, но отчаянно покачала головой. Он не должен этого делать, иначе лягут все. Абсолютно все в этой комнате.

Наташа с Викой беззвучно плакали, не отводя от меня взгляда, а Марина начала нервно метаться глазами по залу, пока она не застыла на месте.

- Валера...? - шепотом спросила она, глядя на моего Туркина.

Что? Валера? Они знакомы?

Я вижу, как его глаза округлились, когда он увидел Марину и он тут же растерялся, мечась взглядом от меня к ней. Но... Я не понимаю, что это все значит. И, кажется, уже не пойму.

- Только перед тем, как твое милое личико размажется по асфальту, я бы хотел пояснить всем, за что такая участь настигла вашего дружка - Адидаса, - Мрамор снова повернулся ко мне, делая невинное лицо. - Я скажу коротко: деньги нужно возвращать вовремя.

Я захлопала глазами, пытаясь переварить эти слова, но Мрамор, как молния, уже стоял вплотную ко мне. Он не отрывал взгляда от моих глаз и я видела в них надменность вперемешку со страхом.

Интересно, чего он может бояться? Кажется, все идет по его правилам. Не так ли?

- Последнее слово, Арина? - он растянулся в зловещей ухмылке.

Я на секунду задумалась, стоит ли что-то говорить, а затем перевела взгляд на Никиту. Он плакал. Мое сердце противно сжалось, наблюдая за этим. Он не должен видеть смерть своей сестры. Этого никто никогда не должен видеть, но, судьба иногда меняет правила.

Затем я перевела взгляд к Валере. Он смотрел прямо мне в глаза, все такой же напряженный и злой. Я абсолютно не знаю, что твориться у него в голове. Сразу же в голове пролетают наши с ним теплые моменты, начиная со дня нашего, так сказать знакомства.

Тюмень. 1987 год.

Девушка отряхнула свое платье, осмотрелась по сторонам, чтобы никто сейчас не направлялся к незнакомому парню, а затем, уверенной походкой пошла в его сторону, перекручивая в голове сотни вариантов, как с ним познакомиться.

- Привет! - громко произнесла девушка, улыбаясь на все 32 зуба, обращая внимание кудрявого парня на себя.

Он ничего не ответил, лишь удивленно поднял бровь, ожидая продолжения разговора девушки.

- Меня Арина зовут, а тебя? - девушка не выглядела смущенно, она, наоборот, чувствовала себя максимально уверенной.

- Валера, - максимально спокойно ответил парень, пряча папку в свой рюкзак.

- Приятно познакомиться, - девушка протянула ему руку, которую он аккуратно пожал, все еще не понимая, что от него хочет девушка.

- Тут такое дело... - она слегка замялась, что не свойственно для нее, но быстро тряхнув головой, снова широко улыбнулась. - Я тут друзьям проиграла, а они задали мне, чтобы я тебя поцеловала, - начала придумывать на ходу Масленникова, теребя подол своего платья. - Поможешь?

- Не люблю я такие споры, - кудрявый закатил глаза, но мягко улыбнулся. - Но помогу.

Парень аккуратно приблизился к Арине, заправляя прядь за ее ухо, а затем нежно положил ладонь на ее щеку, втягивая в аккуратный, смущенный и теплый поцелуй. Арина сначала замешкалась, но через пару секунд она ответила на поцелуй, обвивая его шею руками. Вторая рука парня медленно спустилась на ее талию, в то время как Масленникова мысленно простонала от наслаждения этим поцелуем.

В момент он отстранился, широко улыбаясь и оставляя девушку в ступоре, а затем закурил новую сигарету.

- Выполнила задание? - на усмешке спросил кудрявый.

- Д-да... - девушка запнулась, но, вытерев губы тыльной стороной ладно, быстро натянула улыбку. - Спасибо! Пока!

Девушка резко развернулась и быстрым шагом направилась к своим друзьям, услышав напоследок только «С какой ты группы?», но она не ответила.

Тамбов. 1989 год.

Картинки одна за одной сменяются у меня в головне, не задерживаясь дольше, чем на несколько секунд.

Как много может измениться за два года, не так ли? Вот, вроде бы все хорошо, ты - прилежная(почти) ученица Тюменского медицинского института, строишь свою жизнь с парнем, затем вы расстаетесь из-за твоего дурацкого спора, ты теряешь ребенка, а потом через год встречаетесь в Казани, где он оказывается другом твоего брата, а затем... А затем, у вас все идет наперекосяк, убийство Колика, жизнь с ДомБытовским, разоблачение мамы, знакомство с настоящим отцом, встреча с самым криминальным авторитетом СССР, заложники у Разъезда, амнезия, смерть Вовы, разборки с Тамбовцами...

А теперь ты стоишь на краю обрыва.

Твоя жизнь зависит от человека, который убил твоего друга.

Быстро жизнь изменилась. Быстро все пошло коту под хвост.

А самое мерзкое в этом всем - ты ни на что не можешь повилять. Будто бы кто-то уже заранее написал твою судьбу, от которой тебе не скрыться.

Ответы на вопросы - не найдены. Запрятанные тайны - не спалены.

Остается только принять этот факт.

Мама, мы взрослеем, нам становиться так больно. Почему?

- Я люблю вас, - сказала я, закрыв глаза, обращаясь к двум парням сразу.

Горячие слезы предательски бежали, обжигая мои горячие щеки, оставляя на губах соленый привкус.

Безысходность.

- Прощай, - последнее, что я услышала, после чего мои руки отпустили, когда я открыла глаза.

Толчок в плечо.

Вот и все.

Воздух рванулся в лицо холодной волной, и земля под ногами исчезла.

Тело потеряло опору, и я полетела вниз. Время растянулось, словно кто-то вырвал меня из реальности.

Я распахнула руки, но не в попытке спастись - спасаться было некуда. Мимо пронеслись грязные стены, выбитые окна, глухие тени ночи. Ветер засвистел в ушах, забирая последние звуки мира.

Падение.

Каждая секунда растягивалась в вечность, но я знала, что эта вечность закончится ударом, но я не закрыла глаза.

Если это конец, я хочу видеть его.