I have a crush on you

Он долго смотрел на тебя, пока ты читала статью в интернете. Ты была весьма сосредоточена и пыталась не замечать пронзительный взгляд парня, что так горел вниманием. Вы только вернулись с поездки, а учеба не ждала. Ты собирала информацию для проекта, на это ты уже убила полдня и тебе оставалось еще чуток. - Тебе нужно отдохнуть! - мило произнес Гук, рисуя узоры пальцем на твоей руке.

Он надул губы и принялся доставать тебя. Ты сохраняла спокойствие, только иногда поворачивалась на Чона. На улице был обычный весенний день, распускались бутоны на вишневом дереве, магазины были наполненны цветами, которые недавно зацвели, а в городе можно было увидеть множество учеников в школьной форме, ведь недавно начался новый учебный год. Ты сидела у окна и быстро набирала текст, сладкий запах сакуры щекотал твой нос, но больше всего тебя сейчас волновало не задание, не хорошая погода, а парень, что гладит твое бедро и очень ласково касается твоих волос, проводя большим пальцем по шеи. 

- Я уже скоро освобожусь, мне осталось только перевести текст и отп...ра...вить... - дышать становилось все труднее с каждым его прикосновением. Он поцеловал твою шею, плечи, сжимая бедра, заставляя сосредоточиться на нем. Ты почти уже забросила свое занятие, но Чонгук резко отстранился и пошел на кухню, не сказав ни слова. Ты была поражена такому поведению. Ты думала, он хочет продолжения, и ты была не против. Не подав виду, ссылаясь на его игру, ты продолжила печатать. 

***

Потянувшись и вдохнув свежий воздух, ты почувствовала манящий аромат, доносящийся из кухни. Прийдя на кухню, ты застала парня в фартуке в одних черных обтягивающих джинсах, без футболки. Он что-то концентрировано мешал в кастрюле, откуда как раз и доносился дивный аромат. Ты подошла к нему и обняла сзади, обвивая своими руками его талию. 

- Что же такого там готовишь? - утыкаясь носом в его шею и опыляя своим горячим дыханием, говоришь ты.

- Я варю просто лапшу с соусом, но первоначально задумывалось французское блюдо. - спокойно произносит Чонгук, продолжая добавлять специи в блюдо. 

Благодаря свечам, что вы зажгли по всей квартире, на стенах, на потолке были загадочные тени, при виде которых, не скажешь, что это лампа, на которой висит шляпка или кресло с подушками. Гук приоделся и тебя заставил, сказав, что это свидание и это важно для атмосферы, чему ты не была против. Ты сидела напротив Чона и слушала его забавные истории во время съемок клипов, ты смеялась чуть ли не до слез из-за неуклюжести Намджуна и Хосока, из-за странных слов Чимина и Тэхена на английском языке, из-за вечно сонного Мина и из-за весьма удачных шуток Джина.

Но взгляд Чонгука немного изменился и в нем уже не сверкало то веселье, что было минуту назад, а было то ли удовлетворение, то ли счастье, а может серьезность? Ты не смогла прочесть его глаза как обычно и тебя это немного насторожило.

- Я не помню, как так вышло. Как быстро ты заполнила все мои мысли. Я жил своей работой... хотя это и работой не назовешь - это мечта. Я отдавал всего себя, я был максимально искренним. Но однажды услышав твой голос, увидев тебя, я не смог больше думать о другом. Ахах, как банально это все звучит. Ты стала той мечтой, что я так хочу. Ты то счастье, о котором я пою, ты та планета, что так недосягаема, но так желанна. Ты стала моей музой, и я не могу выйти на сцену без мысли о тебе... Я люблю тебя, как бывает во всяких сказках, где любовь все побеждает. Я хочу тебя и ты единственная, кто заставляет меня так переживать или смеяться, умиляться и бежать быстрее домой. Я не могу утверждать насчет будущего, ведь никогда не знаешь, что будет завтра. Но мои чувства к тебе будут всегда. Ты заставила меня видеть многие вещи по иному. ...Я... впервые не могу подобрать слов... - смущенно улыбаясь как кроля, произнес Гук, его глаза блестели, как снежинки в холодный зимний день, а улыбка была ярче жаркого летнего солнца. Гладя ладонью твою щеку, пальцем смахивая твою слезу, произнес парень. Ты ни на минуту не смневалась в правдивости слов, поцелуях, что ты ему тогда подарила: как первый увиденный фейерверк, как самый вкусный домашний торт, как первое признание в любви, как раскалённое пламя, как самое яркое розовое, золотистое, красное вечернее небо. 

Ты видела все его поступки, слышала его слова, замечала его взгляд, когда почти незаметно пялился, верила его самым теплым чувствам. Ты знала,что он твой, а ты его. 

Его волосы, нос, щечки, которые были не всегда, шрамик на левой щеке, улыбка, при которой проявляются ямочки, руки, что могут с легкостью тебя закинуть на плечо и даже не напрягаться. Все это описание самого любимого твоего человека, ты знала его наизусть.Ты любила все: его привычки, иногда неожиданное проявление ребятчества или серьезности, странные домыслы или отчитывание тебя в короткой или открытой одежде, смех, шутки, его удивленное лицо. Ты не могла хорошо начать день, если не увидишь утром Гука со встрепанными волосами, лежащего рядом с тобой и обнимающего тебя. Его лицо, когда он потерян или задумался, заставляло тебя трепетать. А приподнятая бровь и сложенные губы, когда он сонный, просто вызывало море умилений. Сексуальность, что показывал он только тебе отличалась от той, что он показывает на сцене. Ведь он только тебе позволял видеть его хищных взгляд, пошлую ухмылку, как он прикусывает губы почти до крови, изучающие тебя руки и сильный торс.Это все разнилось с ним во время съемок. Ведь ты для него всё.Спустя некоторое время уже было поздно, и вы лежали в постели. Одни свечи вы потушили, а другие поставили на тумбочках возле кровати. Свет, исходивший от них, обволакивал ваши тела. Ты была в одной майке и трусиках, Гук же был только боксерах. Вы лежали лицом к лицу, ты была очень уставшая из-за проекта и ярких эмоций этим вечером, поэтому ты быстро заснула. Чон не стал тебе мешать, а только поспособствовал тебе, накрыв одеялом и пожелав спокойной ночи. Он смотрел на тебя и тихо хихикал с того, как твой носик морщится из-за опавших на него волос. Чонгук убрал мешавшую прядь, провел кончиком большого пальца по твоей мягкой губе, прикусывая свою. Чем ближе он был к тебе, тем больше он мог увидеть деталей: маленькие родинки, почти незаметный шрамик. Ты что-то пробубнила во сне и прижалась к груди парня, утыкаясь носом и почти касаясь губами его. Чонгук немного не ожидал таких резких движений, но тут же обнял тебя в ответ, вдыхая сладкий аромат твоих волос. Он несколько раз поцеловал твою макушку, при этом улыбаясь как дурачок. Как он мог заснуть этой ночью, если ты такая рядом с ним. Он не мог не воспользоваться твоей умиротворенностью и милотой.

Коснулся мягкими раскалёнными губами твоих плеч, по всему телу у тебя прошлись мурашки. Твои руки иногда то крепко, то легко прижимали его к себе. Ему казалось, что тебе снится что-то страшное, и ты ищешь спасение в его объятиях - эта мысль его радовала. Чон был тем принцем в твоих сновидениях, что спасает от монстров, что своим голосом и пением успокаивает тебя. Перевернувшись на другой бок, ты по-прежнему лежала на его руке. Он прильнул губами к твоему затылку, спускаясь ниже по шеи, он покрывал все поцелуями, все ниже ниже оттягивая майку, он спускался по позвоночнику, оставляя слегка мокрые следы. Во сне тебе казалось, будто солнечные лучи ласкают твою шею, спину. Пальцем соединял твои родинки, словно созвездия на ночном небе.

Уткнувшись носом между твоими лопатками, Чонгук отдавал всю свою заботу тебе. Он никак не мог насладиться тобой, ты полностью принадлежала ему. Проскользнув рукой под майку, он обнял тебя, ты была теплая, но твои пальцы ног были ледяными, что заметил Чонгук и начал греть их в своих ногах. Наконец задремав, Чон тискал тебя в своих руках, он прижимал тебя ближе к сердцу, закутав вас обоих в одеяло. Вы беззаботно наблюдали за развитием ваших снов. Которая ночь приходит в вашу уютню квартиру, где каждая вещица напоминала о чем-то, имела свое значение и смысл: где сотни раз что-то случайно роняли, где впервые Гук признался тебе в любви, где вы праздновали его и твой дни рождения, где было множество вечеринок, где вы много раз готовили вместе или смотрели фильмы, где ты, иногда забывшись, напевала песни, лаская своим голосом слух Гука. Так лунный свет, освещающий вашу комнату, защищал вас от всех невзгод, от страшных сновидений. Тишина. Слышны лишь еле уловимые посапывания.