Вернутся к истории «Гарри Поттер, всем выйти из Сумрака!»

Часть 14.

28 августа 2017, 16:06

Спуск в Город Мертвых был крутым. Я шел очень осторожно, обходя ловушки. Начиная со второго подземного этажа, мне стали попадаться непогребённые тела. Сначала одно тело, за следующим поворотом ещё пара, потом — целый десяток. Все они умерли не своей смертью, у некоторых были отрублены конечности, у иных — голова, из чьей-то груди торчал эльфийский клинок, весь покрытый рунами, и слабо светился. Здесь была битва. Пятнадцать тысяч лет назад эльфы не просто уходили из нашего мира, они прорывались с боем. Бедная Анаксунамун, как же страшно ей должно быть было. Я не мог пройти мимо. Достав палочку, я раз за разом создавал ниши в каменной толще — и осторожно перемещал туда тела, стараясь не уронить ни одной косточки, и не перепутать останки — иногда они лежали очень близко друг к другу. Двоих мне пришлось перенести в общую нишу — понять где чьи кости я не мог. Это конечно нехорошо, особенно если в той битве они были врагами.

Создав очередную нишу в стене, я в ужасе отшатнулся, стена была полая, в ней уже была ниша, вертикальная — и там уже было два скелета. Рот одного был отрыт в немом крике, одна рука тянулась ко мне, как будто прося о помощи, другая прижимала к груди маленький хрупкий скелетик младенца. Их замуровали заживо. Какой ужас!

Чем дальше я шел, тем гуще лежали тела. На последний, шестой, подземный этаж мы с Лисси добрались только к вечеру третьего дня. По моих примерным расчетам мы похоронили около трех тысяч тел, но едва ли эльфийский город, видимый лишь с глубин Сумрака, был рассчитан на большее количество жителей. Кто же ушел в другой мир, если они все здесь? Последний скелет, который я похоронил, был скелетом женщины — на ней были остатки платья. И она покончила с собой — повесилась на сталактите, растущем у входа в центральную пещеру. Я узнал некоторые украшения, которые на ней были — ведь я сам подарил их ей. Сердце мое умылось кровью. Лучше бы я этого не видел.

Простившись с Анаксунамун, я через Сумрак вошел в центральную пещеру города Мертвых. С её сводов тянулись вниз сталактиты, похожие на огромные сосульки, а им на встречу стремились острые шипы сталагмитов, иногда они срастались в колонны, поддерживающие своды подземелья. Хорошо, что я видел больше, чем простые смертные — пока я шел вглубь пещеры то там, то тут срабатывали магические ловушки, и в любой момент очередной появившийся ниоткуда сталагмит мог проткнуть меня насквозь. Ловушки срабатывали и в Сумраке — так что я вышел в реальный мир. Огромную яму с остроконечными минеральными наростами мне пришлось перелететь на метле. В центре пещеры было огромное подземное озеро. Вода в нем была абсолютно прозрачной — и сквозь толщу воды виделась мне какая-то фигура. Её смутные очертания напомнили мне Смерть с косой — и тут размытый силуэт на дне озера поднял голову и, казалось, посмотрел на меня. Наверно, это игра света и тени. Не может быть. Но это было. Смерть поднималась со дна озера — ко мне. Ноги мои приросли к полу, захлестнула паника, но бежать от Смерти — некуда, и я обернулся к Лисси:

— Прячься! — только и успел крикнуть я.

Смерть стояла на поверхности озерной глади... Её белый балахон, сотканный из света, ослеплял, а лицо, слава Мерлину, скрывал глубокий капюшон. Ступни и кисти рук виднелись из-под мерцающих одеяний — они казалось были из слюды, прозрачные и светящиеся изнутри, и, не смотря на шок, я рассматривал жилки, выступающие венки, костяшки пальцев, ногти, и они казались чудом ювелирного искусства, но потом она сменила позу и слюдяные конечности пришли в движение... живая Смерть наводила ужас. И я отвел глаза. Коса её была огромной и выглядела очень острой — на неё я вообще старался не смотреть.

— Здравствуй, человечек! — прошелестел из-под капюшона потусторонний голос.

— Добрый день, — поздоровался я, склонившись перед ней.

— Зачем ты пришел?

— Я ищу своё счастье... Возможно я найду его в мире, параллельном этому... Я знаю, здесь есть эльфийский Портал.

— Эльфы должны были уйти далеко. Но не успели. Ты — не эльф. Но той небольшой примеси эльфийской крови и магии, что есть в тебе, будет достаточно, чтобы пройти через их Врата в другой мир, человечек. Ты хорошо сделал, что похоронил эльфов в их городе Мертвых, их души наконец обретут покой. Но этого мало. Чем заплатишь ты за проход в другой мир?

Я достал из рюкзака семейные артефакты Перевеллов, я уже давно собрал их вместе. Дары Смерти очень опасны, им не место в мире людей. Воскрешающий камень я вынул из кольца рода Мракс, мантию-невидимку достал из тайника в кабинете директора, конечно же под Сферой Невнимания и Заметя за собой Следы — портреты бывших директоров бы меня не поняли. Ну, а Бузинную палочку я забрал из склепа директора Дамблдора, оставив вместо неё муляж. Мне было чертовски мерзко делать это — но пока живы люди, знающие, где находится Старшая палочка, никто не может спать спокойно.

— Почему ты отдаешь мне их?

— Им не место среди людей.

— А ты не хочешь оставить их себе и пользоваться по своему усмотрению? Или ты считаешь, что твоя душа достаточна чиста?

— Их могут выкрасть, и тогда случится беда. Лучше я верну их тебе за право пройти через Врата, туда где меня будет любить он.

— Портал уничтожит всё эльфийское, что есть в тебе. Пойдешь ли ты на это?

— Да, пойду.

— И ты хочешь, попасть туда, где тебя будет любить он, да? Ты уверен, что здесь он тебя не любит?

— Да, туда. И — да, я уверен.

— Время двигается параллельно во всех мирах. Ты сможешь попасть в один из них только после смерти своего тамошнего я. Сейчас... Я должна посмотреть... Через несколько месяцев. Последняя неделя шестого месяца следующего года — вот ближайшая дата перехода. Твой двойник умрёт, и ты сможешь занять его место.

С этими словами она протянула мне кусочек слюды, который качался на тонкой серебряной цепочке.

— Когда придет время, он перенесет тебя сюда, человечек.

— Могу я задать ещё пару вопросов? — моей наглости, конечно, нет пределов, но поджилки вроде трястись перестали, и даже коса уже не так пугает.

— Задавай, — прошелестела Смерть со вздохом.

«Видимо, ей тут очень скучно», — подумал я.

— Я хочу забрать с собой свой амулет сверху — Огненное пламя. Если я сделаю, не исчезнет ли Портал?

Смерть засмеялась раскатистым смехом, и эхо гулко прокатилось по пещере, множа жутковатые звуки.

— Врата или, как ты говоришь, Портал в другой мир был и будет всегда. Он был тут задолго до того, как сюда пришли эльфы, и они выбрали это место именно из-за него. И он останется тут навечно, пока есть Жизнь и Смерть, Свет и Тень. Ты можешь забрать свой амулет — он прекрасно приживется в другом мире.

— Могу ли я забрать с собой друга. Это Лисси, мой домовой эльф.

— Я чувствую присутствие небольшого магического существа недалеко отсюда. Она — потомок, выродившийся за тысячи лет расы эльфов, которые остались здесь, в этом мире. Это существо может пройти чрез Врата, оно останется живо и даже не потеряет свою магию.

— Благодарю вас.

Поклонившись, я стал, что называется, «отползать». А сияющая белоснежная фигура скрылась под водой.

Вот значит, как. Последняя неделя июня следующего года. В параллельном мире в это время будет последнее испытание Тремудрого Турнира. И воскрешение Волди. В одной из реальностей Гарри не справится — и погибнет. И через полтора года я займу его место там. Надо только подождать. Здесь мне делать больше нечего — я не прощу предательства. Но поговорить нам всё же придется. И я отправился в Хогвартс — выяснять отношения.***

— Здравствуй Северус!

— Ну, и где ты был всё это время?

— Даже не поздороваешься? Какая тебе разница? Ты же сам выставил меня отсюда!

— Но ты же не сказал, что собираешься бросить учебу! Ты больше не мой студент, и это все меняет.

— Может для тебя и меняет. Для меня — уже нет. Ты был не рад мне, не спросил, как я себя чувствую, почему я с вещами. Тебе вообще на меня наплевать! Ты и в больничное крыло ко мне только два раза заглянул!

— А какой в этом смысл? Я занятой человек, и предпочитаю заниматься делом: сварить очередное зелье для твоего же выздоровления или искать новые рецепты! Ты просто неблагодарная скотина!

— Что-то мне не верится, что ты тут зелья для меня варил! По-моему, ты вместо этого в банке выяснял сколько денег тебе достанется, когда я умру!

Он подавился очередной гневной репликой. И устало опустился в кресло, прикрыв лицо ладонями.

— Уж не мог дождаться, да? Тоже мне, Истинный партнер. То в любви признаешься, об эмоциях рассказываешь, которые зельями приходиться сдерживать, то... заранее бежишь выяснять, что там с завещанием. Знаешь, оказывается я тоже тебя совсем не знаю. Я теперь буду жить в Малфой-мэноре, найму частных педагогов. По зельям — я думаю, Слизнорта. Тебя я видеть больше не хочу.

И припечатал уже от самых дверей:

— И, кстати, я составил завещание. Ты в нем не упоминаешься!

Сказано — сделано. И я в третий раз сменил педагогов. Люциус посоветовал мне отличных учителей, и нанял нескольких по своему усмотрению: с этикетом, танцами и ведением дел Рода у меня всё ещё были проблемы. По ЗОТИ он гонял меня сам. По всему выходило, что к концу моего третьего года пребывания в этом мире я сдам СОВУ по всем предметам, а по некоторым, может, и ТРИТОНЫ.

В этом году Рождество было тоскливым. Драко и Дадли по каким-то своим причинам остались в школе. Люциус и Нарцисса уехали в романтический тур по магической Европе.

А мне было очень грустно и одиноко. Я даже было сунулся с шикарными подарками к Дурслям, но и их не было дома! Нет уж, к тетушке Мардж я точно не пойду. Что я вообще делаю? Они ведь совсем чужие люди мне. Тем не менее, подарки я под елочкой оставил, прямо Санта Клаус какой-то.

Январь пролетел очень быстро, а ближе к концу февраля в мэноре появилась директор МакГонагалл со странной просьбой: переехать в школу на несколько дней. В принципе, я рассматривал вариант своего возвращения в Хогвартс в следующем году, так что отказываться не стал. Тем более, что завтра на календаре двадцать четвертое февраля. В школе будет проходить второе испытание. Я бы на него посмотрел. Гостей наверняка будет много — затеряюсь в толпе как-нибудь.

Мы с директором вернулись в школу камином, вызванный ею домовик проводил меня в гостевые апартаменты. Я сразу же переоделся в пижаму и лег спать — завтра ранний подъем, сбор у озера был назначен на шесть утра.

Но мой будильник не прозвонил. И когда я проснулся! Черт возьми, это был самое отвратительное пробуждение в моей жизни! В обеих моих жизнях! Люди, человеки! Ну ведь февраль же на дворе — вода в Чёрном озере очень холодная! Ужасно холодная! Отвратительно холодная! И кто из организаторов придумал, что я — самый дорогой человек для Рональда Уизли? Кому он успел напеть, что мы друзья! Ненавижу его! Ненавижу Черное озеро!

Рыжая голова Рона показалась из воды:

— Я тебя снова спас, гавнюк! Давай, поплыли к берегу — у нас ещё есть шанс уложиться в...

И тут он стал задыхаться — действие жаброслей ещё не закончились.

Накладывая на себя максимальное количество согревающих чар, я быстрым кролем поплыл к берегу. Многие часы, проведенные в бассейне, делали свое дело — плавал я отлично. Может быть, я и уложился во временной лимит, но вот Уизли — нет. Он превысил его на целых полтора часа! И он снова оказался на последнем месте.

На вечеринку по случаю окончания второго тура испытаний я не пошел. А по дороге к кабинету директора, уже согревшийся Бодроперцовым Зельем и переодетый в сухое, я встретил близнецов Уизли.

— Гарри...

— Мистер Поттер...

— Лорд Поттер-Перевелл...

— Нам очень жаль, что...

— Теплое к вам отношение нашего брата...

— Могло пагубно отразиться на здоровье вашей светлости...

— В качестве извинений...

— Примите этот скромный дар...

И они протянули мне большой кусок сложенного в несколько раз пергамента.

— Благодарю вас, господа, — сказал я, отвесив шутам издевательский поклон. И пошел своей дорогой.

— Подождите, ваша милость!

— Неужели вам не интересно узнать...

— Что за магия таится...

— В этом на первый взгляд обычном пергаменте...

— Я прекрасно осведомлен об этом, — сказал я, — ведь я знаком со всеми господами Мародёрами! Господин Сохатый был моим отцом, а господин Бродяга — мой крестный.

— О, так мы оказывается вернули наследие его законному владельцу! Йо-хо-хо! — и с радостными воплями два огненных смерча унеслись прочь.

— Я замышляю шалость, и только шалость! — сказал я и ткнул пергамент палочкой.

Карта Хогвартса как будто расползалась по нему, проявляясь. Я зашуршал пергаментом — мне было интересно, какие секреты школы удалось открыть и запечатлеть четверке мародёров.

И вот в комнатах Сириуса я увидел Барти Крауча. Этого только не хватало! Я свернул карту, прошептал «Шалость удалась!», поспешил туда так быстро, как только мог. Вылезая из очередного тайного хода и отряхиваясь от пыли, я думал о том, что всё это может означать, и пытался просчитать варианты своих действий. Бесполезно — буду действовать по ситуации, в стиле канонного Поттера.

Я постучался.

— Сириус, можно к тебе?

— Заходи, Гарри!

Зайдя в комнату, я осмотрелся. Идеальный порядок прямо-таки бросался в глаза, а обычно тут был полный кавардак. Блэк в углу гостиной курил трубку — это что, новая привычка?

— Ступефай! — не стал церемониться я.

Потом наложил на него Доминанту, можно было, конечно, ограничиться простым Внушением — но я хотел действовать наверняка, и ещё заклятие Последней Исповеди — мне нужны были развернутые ответы, а не просто «да» или «нет».

— Твое имя.

— Бартемиус Крауч Младший.

— Как давно ты «подменяешь» Сириуса?

— Пару дней.

— Зачем?

— Чтобы заманить тебя в ловушку. Со второго раза у нас точно всё получится!

— Со второго раза? Что ты имеешь в виду?

— А ты ещё не понял? Ведь это я бросил бумажку с твоим именем в кубок. Нам нужно было добраться до тебя, выманить в свое логово. Сначала мы посылали тебе сов с письмами порт-ключами, но все они вернулись, их не пропустила защита школы. И тогда мы решили, что нужно передать тебе порт-ключ как-то иначе. А тут этот Турнир. Мы подумали, что если ты будешь участвовать, то повод найдется.

— А зачем вы хотели перенести меня в своё логово?

— В последнее время наши метки побледнели, хотя до этого становились всё темнее и темнее, наливались силой. Мы ожидали возвращения господина. Сейчас их уже почти не видно, и мы решили, что это связано с тобой.

— Как тебе удалось кинуть моё имя в Кубок?

— О, это было проще простого. Я проник в школу через один из подземных ходов, а дальше прошёл до кубка под чарами хамелеона. Но всё было напрасно, ты каким-то образом избежал участия в турнире. Но теперь-то ты попался.

— И какую ловушку вы приготовили мне на этот раз?

— Я же сейчас под обороткой и выгляжу как Сириус Блэк. Мы с тобой должны были пойти прогуляться, а Нотт и Эйвери схватили бы меня у тебя на глазах. Потом ты бы получил записку, что должен явиться в министерство и забрать пророчество. Или меня, то есть Сириуса, убьют.

— Зачем вам пророчество?

— Чтобы узнать правду о том, что случилось в прошлом. И мы рассчитывали, что узнав, что случилось, сможем возродить нашего Лорда, не повторяя ошибок прошлого.

— Откуда вы узнали, что я буду в школе?

— Мы не знали этого наверняка, но полагали, что ты не пропустишь второе испытание.

— Что-то вы не торопились со своим спектаклем! Испытание уже закончилось.

— Я как раз отправил тебе сову с запиской, где пригласил тебя прогуляться по окрестностям школы. Нотт и Эйвери уже ждут в условленном месте.

— Где Сириус? — спросил я.

— Я не знаю. Его прятали Нотт и Эйвери, они не сказали мне куда. Считай, что записку ты получил. Принеси мне пророчество, или твоего крестного ты больше живым не увидишь — сказал он, по-змеиному высовывая язык.

Ничего себе сила воли — он сопротивляется Иной Магии, даже Хагрид был безропотной овечкой! В этот момент действие Оборотного Зелья закончилось, и маска Сириуса стекла с него.

— Мне нужен Непреложный обет в том, что ты вернешь Сириуса, как только я вручу тебе пророчество, — сказал я.

— А не слишком ли жирно будет, а?

— А может мне просто оторвать тебе голову и пойти в гостиную Слизерина — брать в заложники Нотта и Эйвери младших? Поменяемся заложниками? Что скажешь?

— Кто будет свидетелем Обета? — со вздохом спросил он.

— Моя эльфийка.

Как только слова Обета были произнесены, и огненные ленты сплели наши руки, я связал его магию. Может быть я и верну ему силу когда-нибудь, но я не хочу, чтобы он связался с кем-нибудь до того, как я вернусь.

— Инкарцеро, — и магические веревки оплели его.

И напоследок я оторвал ему рукав — на случай, если его найдут. Впрочем, вряд ли это возможно — дверь я закрыл Абсолютным Ключом.

Что же мне делать? Идти на поводу у шантажистов? Это последнее дело. Но ведь пророчество не настоящее, что случится, если его текст станет общеизвестен? Да, собственно, ничего. Общественность будет ждать от меня подвига в случае, если Темный лорд вернётся, а он будет гоняться за мной, чтобы убить. Но всё это будет, даже если о пророчестве и не узнают. Да и возвращение Тёмного лорда сомнительно — вряд ли ещё один крестраж существует.

Вечером в министерстве было совсем пусто, не считая уставшего дежурного, сидевшего за столом. Под Сферой Невнимания я вышел из Портала, вызвал лифт и спустился на последний, минус девятый этаж. Выйдя из лифта, я оказался в Отделе Тайн.

Устройство первой комнаты со множеством дверей меня удивило: оно было очень простым, но на самом деле здорово дезориентировало случайных посетителей. Через Сумрак я точно видел, какая именно дверь мне нужна, и, хотя мне возможно и хотелось стащить хотя бы одни мозги (для Рона Уизли) из Комнаты Ума или парочку маховиков времени, но я пошел сразу же к залу Пророчеств. У его входа стоял Эйвери Старший — я не раз видел его на светских раутах.

Незамеченным пройдя в двух шагах от него, я оказался в огромном зале, где тысячи и тысячи стеклянных шариков хранилось на многочисленных стеллажах. Кинул Поиск на «Гарри Поттера», и с одного из дальних стеллажей вспыхнул отклик — вскоре я уже держал пророчество в руке: «С.П.Т. и А.П.В.Б.Д. Тёмный Лорд и Гарри Поттер (?)»

Портал обратно я открыл к входу в Северную башню — операция по извлечению пророчества из министерства заняла минуты четыре. На небольшой площадке, на которой я оказался, не было ни одной двери, зато был люк на потолке. Тут я почувствовал, как сработали сигнальные чары, дверца люка открылась, и оттуда спустилась веревочная лестница. Поднявшись, я оказался в классе прорицаний — это была круглая душная комната, от камина и горящих свечей шел тяжелый дурманящий запах. «Хорошо, что я не изучаю прорицания», — подумал я.

Разговор у нас с профессором Трелони получился короткий и продуктивный. Я получил, что хотел — флакон с её воспоминаниями.

А ещё через пару часов я принес Барти Краучу шар с истинным пророчеством, и ничего не подозревающие Пожиратели вернули Сириуса. Хотите узнать правду и вернуть своего господина? Поздно, все кусочки его души уже в аду!***

Следующим утром за завтраком в мэноре я с нетерпением ждал сову с «Пророком», и вот наконец я получил вожделенные новости.

«Разгадана тайна убийства семьи Поттеров!» — гласил её заголовок.

И я углубился в чтение:

«Вчера вечером случилось совершенно неожиданное событие!

Наконец, нам удалось узнать то, что скрывалось от нас много лет: как на самом деле была закончена вторая магическая война.

Все знают, что 30 ноября 1980 года Тот-Кого-Нельзя-Называть пришел в Годрикову впадину и убил семью Поттеров, а маленький Гарри остался в живых. Но почему величайший маг столетия пошёл туда? Почему попытался убить годовалого младенца?

Этому была причина. Я держу в руках шар — в нем хранится истинное пророчество, сделанное одной из современных предсказательниц (она просила не называть свое имя). И это пророчество гласит: „Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой..."

На первый взгляд, на лицо вполне уважительная причина для устранения для устранения потенциального конкурента, если бы не одно „НО"! Пророчество, услышанное Тёмным Лордом, было предварительно отредактировано лидером светлой стороны Альбусом Дамблдором.

Знаете, как звучало оригинальное пророчество?

Предсказательница предоставила редакции газеты свои воспоминания, конечно, не о том, как она произносила пророчество — она была в трансе и ничего об этом не помнит, как это обычно и бывает. Нет — спустя много лет она провела специальный ритуал, позволивший ей восстановить память.

„Грядёт тот, у кого хватит могущества превзойти Лорда Света... рожденный теми, кто стоит под его знаменами, рожденный на исходе седьмого месяца... и Лорд Света попытается связать его силу, но не будет знать всей правды о нём... И лишь один из них может быть Лордом Света, а второй уйдет в забвение..."

Вот так вот, уважаемые читатели, один сильный мира сего пытался избавиться от будущего соперника руками другого сильного мира сего.

Ваш специальный корреспондент,

Рита Скиттер»

Я ожидал хоть какой-то реакции от Северуса, но её не последовало.***

Свой последний год я учился с седьмым курсом. На занятия по зельям я ходил с трудом — мне было мучительно больно. Когда на уроке он проходил мимо меня, наши магические потоки устремлялись друг другу, жались, ластились, лихорадочно ощупывали друг друга, а когда он отходил достаточно далеко и им приходилось расцепляться, то каждый раз это было словно в той знаменитой сцене из «Скалолаза» — они отчаянно цеплялись друг за друга до последнего. Я рвался к нему всем своим существом. Но он как будто не замечал меня.

С Гермионой я так и не поговорил, хотя мы с ней регулярно пересекались в библиотеке. Я считал, что она должна подойти первой и попросить прощения, за те значки, прежде всего. Но она так и не подошла.

Но вот последняя неделя в этом мире подходит к концу, и мною овладевают противоречивые эмоции. Что ждет меня том новом неизведанном мире?

Какую жертву мне придется принести для того, чтобы обрести Северуса, своего собственного Северуса Спейпа?

Находясь там, рядом с тем Северусом, не буду я скучать по тому Северусу, который остался здесь? Не будет ли он казаться мне подделкой?

И надо ли мне прощаться с моим теперешним Северусом? Или не стоит? Что он сделает, если поймет, что я собираюсь ввязаться во что-то опасное? Вдруг у него получится помешать мне? Ведь если он отберет Слюду Исантии мне придется остаться здесь навсегда!

В конце-концов я всё-таки попрощался с ним. Я пришел к нему под Сферой Невнимания, и он меня не видел. Я просто подошел, тихонько поцеловал его и всё.

— Гарри? Это ты? — спросил он у пустоты, растерянно оглядываясь.

Значит, он прекрасно чувствует магическое притяжение между нами, но просто игнорирует его.

А вот с Драко я попрощался как следует. Он был очень расстроен, мы обнялись.

— Ты стал мне настоящим братом, Драко! Мне будет не хватать тебя!

— Там в другом мире тоже будет Драко. А кто заменит мне тебя? — печально спросил он.***

Я стоял на Астрономической башне, теплый ветер трепал мои волосы, сумерки становились всё гуще, и на небе начали зажигаться звезды. За спиной у меня был мой бессменный рюкзак. Я думал о том времени, что провел в этом мире, три года в прошлом, и четыре в настоящем. Всего семь лет, а уже так тяжело. Хорошо, что я больше не буду эльфом, жизнь длиной в две тысячи лет — это слишком долго.

Рывок портключа застал меня врасплох. Я оказался возле центра своего места Силы — Огненное пламя блистало, сверкало и переливалось магией. Как красиво. Я осторожно взял его в руки — и пространство вокруг вздрогнуло и поплыло. Не обращая внимание на поднявшийся вокруг магический вихрь, я опустил Пламя в эльфийский мешочек. Прислушался — кажется, ему там вполне уютно. Огляделся — магия покинула это место. Теперь подо мной — обычная пещера, а надо мной — обычный лес.

Я стал спускаться вниз, и тот путь, что в прошлый раз занял у меня три дня теперь был пройден всего за полчаса. На подходе к центральной пещере меня начал колотить озноб, а по спине побежали мурашки. Меня буквально трясло от мысли, что сейчас я увижу Её. Но к моему удивлению, посреди пещеры больше не было озера. Там была Арка.

Арка Смерти — это проход между реальностями. Кто бы мог подумать!

— Лисси! — позвал я.

— Помнишь, я говорил, что когда-нибудь уйду отсюда? — спросил я её, присев на корточки, — Я спрошу тебя ещё раз: хочешь ли ты отправиться со мной — куда? Или вернуться к Малфоям?

Эльфийка в ужасе смотрела на Арку.

— Мне страшно, хозяин Гарри! Простите меня, но я не пойду туда с вами! К тому же я чувствую, что там куда вы пойдете, будет ещё одна Лисси. Нехорошо это.

— Ну тогда прощай, возвращайся к прежним хозяевам.

Я обнял её на прощанье и шагнул в Арку Смерти.