глава 15

Я сидела на алгебре и нервно постукивала ручкой по парте, мои нервы были на пределе.

- Вик, а давай я с тобой схожу? Ну че тебе одной идти к ней? - предложил Марат. - Нет, толку от тебя там?

Парень молча кивнул и развернулся к однокласснику сзади, начиная о чём-то бурно болтать.

И вот прозвенел долгожданный звонок, я сразу же бросилась вон из класса и направилась к стенду с расписаниями старших классов.

Быстро заметив 10 «Б», я ринулась к кабинету 112. Мне повезло, ведь совсем рядом был мой класс - 115. Можно не бояться, что опоздаю. Я в спешке кинулась в сторону посещения.

И вот я вижу её - Настю. Она миленько улыбалась своим стервам-подружкам, накручивая на указательный палец изящный блондинистый локон.

Когда я уже почти подошла к ней, её взгляд упал на меня. Страх, раздражение и удивление - всё это я успела рассмотреть на её лице буквально за пару секунд.

- Привет, Настюша. - выдавливая наиболее вежливую улыбку произнесла я. - Я так по тебе соскучилась. А ты не изменилась, почти. Отойдём поговорить? - Мда, я тоже очень по тебе скучала, особенно по нашей дружбе. - процедила собеседница. - Пошли конечно.

Мы направились в туалет, я сразу же проверила все кабинки, чтобы не было свидетелей нашего разговора. После чего повернулась и обратилась к ней:

- По стопам матери идёшь? Или тебе драмы не хватает в жизни?

Её лицо перекосила гримаса отвращения, которую она сразу же подавила. Я знала, что она тайно осуждала мать за её действия, но на публику сказать это не решалась. Мать - авторитет. Столько связей, столько денег и столько власти.

- А тебе-то что? Всё забыть никак не можешь? - она натянула свою, уже привычную мне, мерзкую улыбку. - Такое не забудешь, ты не представляешь, что они там в комнате вытворяли. У твоей мамки видимо частенько такие проскакивают, обученная уже.

Её глаза округлились, она не знала всего в подробностях, но понимала, что там было. Её мать настоящая мразь, но она держалась как крепкий орешек и говорила всем, что так нужно и она права. Столько раз она пыталась оправдать её, но каждая попытка заканчивалась неудачей. Единственный аргумент, которым её мать всё ей объясняла - «Хочешь жить - умей вертеться». Но нужна ли такая жизнь?

- Не говори ничего про мою маму, я не такая, как она.

Глаза Насти слегка намокли, лишь Вика знала о том, что происходило у них в семье. Лишь Вика знает о том, что она не поддерживает её мать. Нет смысла врать, что она считает это правильным.

- А что? По больному слова режут? Тебе, наверное, понравилось с Валерой танцевать. Да?

В голове Насти начали вертеться различные мысли:«Я как своя мать, не лучше»«Она воспитала меня как тварь»«Я виновата»«Я знала, что вы вместе, мне говорил Марат, что между вами что-то есть»

Из всего потока раздумий она выбрала лишь одну фразу:

- А вы что, пара? - она наигранно вскинула брови.

Я лишь закатила глаза и сказала:

- Прекращай, Настя, я не дурочка. Когда это было? - Три дня назад, недавно в общем. - Настя сдалась, смысла врать бывшей подруге не было.У меня как камень с души спал, спасибо хоть, что не в тот же вечер, когда мы поцеловались. Тогда мы, кажется, были друзьями. Или нет? - Он тебя пригласил? - Я предложила, он согласился.

Как же Насте было стыдно, она действительно такая, как её мать. «Бестолочь» - проносились в её сознании слова бабушки.

Я развела руки в разные стороны и проговорила:

- Ну конечно! Что от тебя ещё ожидать, шмара.

По щеке Насти скатилась слеза, её словно окатило холодной водой, но она заслужила. Сколько боли она причинила Вике в детстве. Перед её глазами как живой встал образ:

от лица Насти, далёкое детство

Я сижу на ковре Абрамовых и мы с Викой играли с какими-то куклами. Так весело мне ещё никогда не было, мы были уж очень хорошими подругами. У меня не было сестры, а я так её хотела, но не получила. Вика заменила мне её, она всегда была рядом и мы развлекались вместе. В один момент она выходит из комнаты под предлогом, что хочет попить воды. Я мирно сидела в ожидании, но тут слышу громкий плач. Спустя пару минут Вика с красным от слёз лицом влетает в комнату.

- Ты знала? Ты всё знала! - кричала захлёбываясь в слезах моя подруга.

Я не поняла о чём она, что могло случиться. В комнату зашла моя мама с приспущенной лямкой короткого топа, я сразу всё поняла. Это случалось не в первый раз, я часто видела, как она развлекается с другими мужчинами, чтобы немного пожить за их счёт, а потом, когда деньги были на исходе - она просто уходила. Собирала вещи и выселялась, без лишних слов и объяснений. Но чтобы с отцом моей лучшей подруги.. Мою грудь противно защемило, это конец? Мать быстро вышла из комнаты, чтобы не мешать нам разговаривать. Она всегда учила меня поддерживать её, ведь только тогда мы будем нормально жить. Вика, заливаясь слезами, испепеляюще таращилась на меня. Ждала ответа. Я решила соврать, делать было нечего:

- Знала, ваша семья большего не заслуживает. - натянула я маску безразличия.

Я видела мрачное выражение лица подруги. Она бросилась ко мне, я лишь оттолкнула её. Она слегка покачнулась и упала на колени. Прогнувшись в спине она закричала:

- За что мне всё это, я ненавижу тебя, Настя! Ненавижу, не появляйся больше в моей жизни, никогда.

Этот душераздирающий крик навсегда останется в моей памяти. Я еле сдержалась, чтобы не расплакаться и слегка пнула её ногой, после чего молча вышла из комнаты.

Мы с мамой направились домой, нас никто не провожал. Кажется, в этой семье нас возненавидели. Лишь на улице я дала волю слезам, мать сразу же прописала мне пощёчину. Резкий, отрезвляющий удар.

- Не реви, ненормальная. От твоих слёз ничего не изменится. Надо было отвлечь её, будто ты не понимала, зачем мы пришли.

от лица Вики, в туалете

Я заметила смятение подруги, она просто стояла и пялилась в одну точку. Когда она, видимо, очнулась, то её глаза быстро забегали. Я была рада, что ей стыдно и неудобно передо мной. Я хотела заставить её страдать так, как заставила меня она. Я могла ударить её, пустить сплетни про неё, да куча планов крутились у меня в голове, но я была выше этого. Я никогда не буду такой, какой была Настя. Подлой, стервозной и жестокой.

- Прости. - тихо выпалила Настя, на её глаза наворачивались слёзы. - За что? - За всё, прости, Вик. Я больше не подойду к Валере, просто прости меня за всё, - она тихо плакала и тараторила всё невнятно, но я всё же понимала, что она говорила. - Я тебя никогда не прощу, Настя. Ты подобие своей матери. Жалкое и противное. Живи своей жизнью, я тебе не мешаю, но будь добра, не мешай мне жить своей.

Я вышла из туалета даже не обернувшись, чтобы посмотреть на неё.

Осталось лишь разобраться с Валерой. Как бы давно это не было, буквально через два дня он сидел довольный и обнимал меня, а потом вовсе забрал первый поцелуй. Ни одного слова о Насте, об их танце. Скрывал ли он это? Или просто не считал нужным рассказать?