65

Вечер начался с того, что звонок в дверь раздался раньше, чем я успела включить чайник.

— Кто там? — крикнула я из кухни.— Доставка счастья! — раздался голос Масленникова.

Я открыла дверь — и действительно: Масленников с огромной коробкой пиццы, рядом Яна с пакетом фруктов. Оба сияют так, будто выиграли джекпот.

— Ну здравствуйте, хозяюшка! — Масленников без церемоний шагнул в коридор и потянул меня в объятия.— Осторожнее, а то раздавишь, — я засмеялась и прикрыла живот.

— Май, да я же пушинка! — обиженно сказал он и покрутился на месте, будто демонстрируя, что весит не больше перышка.

— Пушинка, ага, весом под сотню, — вставила Яна и протянула мне пакет. — Вот, специально для тебя. Пирог без лишнего. Только фрукты.

— Ты моя спасительница, — я улыбнулась и взяла пакет.Пока мы смеялись, в квартиру один за другим начали подтягиваться остальные. Шкред и Столяров втащили огромную коробку с настолками, будто собирались играть до утра. Сударь с Корешем притащили колонки, уверяя, что «без баса вечеринка не вечеринка». Стас с гордостью поставил на стол целую сумку чипсов.

— Ты это всё собираешься один съесть? — спросила я, поднимая бровь.— Нет, — серьёзно ответил он. — Я собираюсь делиться. Но только с теми, кто меня уважает.— Тогда оставь себе, — подколол его Егор, появившись из комнаты с подносом стаканов.

Все засмеялись, и атмосфера сразу стала тёплой, домашней.

Через полчаса квартира гудела, как улей. Горилла и Даник спорили на кухне, кто жарит мясо лучше, Куертов и Фрайме громко выясняли, чей вкус в музыке круче.

Таймер бегал по всей квартире с телефоном, снимая сторисы, и каждый раз, когда он разворачивал камеру в мою сторону, я резко отворачивалась или уходила за Лили.

— Эй, осторожнее, — Егор перехватил его за плечо. — Не снимай Майю, ладно?— Чего? — удивился Таймер. — Да я просто...— Просто не надо, — твёрдо сказал он. — Семейное — пусть остаётся семейным.

Я заметила, как он посмотрел на меня в этот момент, и сердце дрогнуло.— Май, иди к нам! — позвала Валя, уже устроившаяся на диване вместе с Аминой.

Я присела рядом, и Амина хитро улыбнулась:— Мы тут обсуждаем, кто из парней самый пригодный для жизни.— И что, выводы есть? — спросила я, подыгрывая.— Да, — ответила Валя и громко заявила: — Никто.

Мы засмеялись так, что даже Егор обернулся.— Э, вы чё там обсуждаете? — возмутился он.— Секрет, — сказала я, улыбаясь.

Он покачал головой, но уголки губ всё равно дрогнули.

Мы играли в настолки. Команды разделились, и шум стоял такой, что соседи, наверное, проклинали нас. Я сидела рядом с Лили, которая дежурно охраняла мои ноги. Егор всё время кидал мне взгляды через стол — такие короткие, тёплые, будто мы делили секрет, который знали только мы.

В какой-то момент я встала на кухню за водой, и он пошёл следом.— Устала? — спросил он, когда мы остались вдвоём.— Немного, — призналась я. — Но приятно. Они все такие... наши.— Угу, — он налил мне воды и протянул стакан. — Только Таймер со своим телефоном... я бы его прибил.— Не надо, — я засмеялась. — Ему просто скучно без контента.— А мне вот не скучно, — сказал он и вдруг приобнял меня. — Мне хорошо.

Я прижалась к нему, слушая, как в комнате гремит смех.

— Егор, — тихо сказала я, — спасибо, что ты рядом.— А где мне быть? — он посмотрел прямо в глаза. — Это же наш дом.

Ближе к полуночи все уселись за общий стол. Пирог Яны, чипсы Стаса, мясо от Даника и Гориллы — всё перемешалось в хаотичном, но вкусном ужине.

— Ну что, — Кореш поднял стакан с соком, — за то, что семья — это не только кровь, но и те, кто рядом.— Красиво сказал, — заметил Масленников.— А ты попробуй некрасиво в такой момент, — хмыкнул он.

Все засмеялись и поддержали тост.

Егор обнял меня за плечи и наклонился к уху:— Вот видишь? У нас есть настоящая семья.— Да, — прошептала я. — И пока никто ничего не знает.

Он мягко улыбнулся.— И пусть узнают только тогда, когда ты сама захочешь. Мы никуда не спешим.

Я посмотрела на него и впервые за долгое время почувствовала спокойствие. Да, мы прятали правду от миллионов подписчиков. Но здесь, за этим столом, среди смеха и друзей, я понимала: мы не одни.

Это было наше маленькое счастье.