Глава 4. Испытания двергов

После обращения Дурина, гномы вновь ожили, словно несколько минут назад не умяли огромное количество еды. Мне вот трудно было даже пошевелиться.

Два карлика-атлета – так я их прозвала про себя – Брокк и Эйтри преградили мне дорогу, заставив насторожиться. Тяжёлый взгляд из-под кустистых бровей, руки, скрещенные на груди и какая-то тёмная аура, говорили о том, что испытания начались.

– Последуй за нами в кузню, дочь Лодура, – сказал один из братьев.

– Выкуем оружие, которое тебе необходимо, – поддержал второй.

Мы втроём отправились в назначенное место. Краем глаза я видела, что Нуара заставили остаться с остальными двергами. Без него я чувствовала себя невероятно уязвимой, но спорить не было смысла. Дурин дал мне понять, что теперь, даже если захочу, просто так не смогу покинуть Свартальвхейм.

– Разжигай огонь, Эйтри, – скомандовал Брокк и тут же по щелчку пальцев дверга горн вспыхнул синим пламенем.

– И что же я должна сделать?

– Как что, – ответил Эйтри, взяв длинный стальной прут, – помочь нам.

– То есть... куём оружие? И всё?

Атлеты переглянулись, обменялись бесхитростными, но всё же подозрительными улыбками и затянули песню, всё внимание посвящая делу. Работа закипела.

Крылья ветра, улыбка светила,Шум дождя и капелька женской любви,Закуй своей мощью, закуй своей силой,Непобедимый меч нам подари!

«Улыбка светила? – хмыкнула я про себя. – Ни один из них не может увидеть солнце... Получается, их песня – фарс?».

Дверги тянули последние слоги слов, и каждый по отдельности повторял две конечные строчки четверостишия. Голоса их звучали грубо и низко, но это не мешало рождению мелодии, наоборот, всё казалось уместным.

Окутай сталь объятиями крепкими,Чтобы она закалилась навек,Повесь на рукоять непосильную ношу,Чтобы мечом не мог овладеть человек.

Огромный молот Брокка бил по наковальне с размеренной частотой движений. Все действия двергов были будто спланированы заранее, возможные нюансы многократно изучены, а навык отточен. Эйтри на станке создавал рукоять с многочисленными выступами и засечками. Ещё неотшлифованная деталь выглядела весьма внушительно.

Щепотка надежды, щепоточка веры,И горн разойдётся вновь синим огнём.Священная песнь подарит металлуСилу, что мы словами вдохнём.

Прошло немало времени, часа два, не меньше. Жар в кузне становился невыносимым, но я терпела. Работа братьев настолько меня поглотила, что я на какое-то время забыла, что должна помогать им. Когда опомнилась, снова стала растягивать меха, чтобы поддерживать огонь в печи. А братья вновь и вновь напевали магическую песню, которая должна была создать нечто удивительное. Четверостишия не повторялись, каждое несло новый смысл.

А камень заточит нерушимый клинок,И имя ему мы дадим по заслугам.Даин* пусть величают его,Чтобы мёртвый мог поразить что угодно:И дверга, и альва, и бога!

Окунув почти готовую сталь в воду, от которой в разные стороны разошлись клубы пара, Брокк принялся точить лезвие. Работа спорилась. И когда смертоносное оружие было готово, и мне показали его в свете огня от печи, я замерла от жажды обладания им. Блики играли на гладкой поверхности Даина, привлекая всё внимание к себе. Золотая рукоять с рисунком-чешуйками, словно она сделана из шкуры змеи, выглядела прекрасно. Что-то внутри меня шевелилось и царапалось в попытке заставить отнять меч.

– Что скажешь, дочь Лодура? – спросил Эйтри. – Достойно ли это оружие богов?

– Я... – горло саднило, отчего я закашлялась. – Да. Оно достойно и конунгов и бессмертных богов.

– Каждый смертен, – ухмыльнулся Брокк, – если имеешь правильный меч. Даин сразит любого!

– Верю, – шёпотом проговорила я.

– Но тебе, дочь бога хитрости и коварства, придётся доказать нашему народу, что ТЫ достойна владеть этим мечом!

Эйтри подошёл так близко, чтобы меч коснулся моей руки и я почувствовала мощь, заключённую в нём. У меня перехватило дыхание.

– Сразись с нами и, если одержишь победу, заберёшь Даин в награду!

***

Нам пришлось дождаться ночи, чтобы можно было провести испытания на улице. Ждать от двергов милосердия или сострадания я не собиралась, как и показывать им, насколько мне страшно. Нуар несколько раз порывался что-то сказать, но низкорослый народец с каким-то нездоровым пристрастием контролировал меня и прислужника.

Мы вереницей шли по тоннелям пещеры в намерении выбраться наружу. Весь путь меня мучали мысли о том, что я не справлюсь с двумя взрослыми двергами, к тому же кузнецами. Оба были ростом мне по плечи, но в их руках заключалась неведомая мне сила. Что я могла противопоставить в бою против них?

Покинув мрачное пристанище карликов и очутившись на свежем воздухе, я машинально сделала глубокий вдох. На секунду стало жаль, что дверги вынуждены всю жизнь скрываться от солнца, но всего лишь на секунду. «Уверена, такую участь они заслужили!» – тут же подумала я.

Пришлось снова тащиться по узкой тропинке, чтобы выбраться из объятий скалистых хребтов. Я мысленно ухмыльнулась, подумав, что мы устанем задолго до сражения, но братья-атлеты выглядели полными бодрости, как и их дюжина сородичей, отправившихся судить битву. Стоило ли ждать от них справедливого судейства, я не знала, хотя возможность одержать победу мною вовсе и не рассматривалась. Я надеялась, что Нуар поймёт мои мимические порывы и ему станет ясно, что я намерена бежать, как только появится шанс.

– Пусть эта равнинная местность станет полем нашей битвы! – выкрикнул Брокк, разворачиваясь ко мне и разводя руки.

Мы покинули горы и остановились на равнине, с которой хорошо просматривался дубовый лес. Он манил меня, шептал, что сможет укрыть от опасности. Но у меня был божий прислужник, и я не собиралась уходить без меча, который нёс Брокк. Осталось только придумать, как его выкрасть. И бежать. Бежать.

Эйтри щёлкнул пальцами, создавая синее пламя неизвестно откуда. Языки его окружили меня и братьев в огненное кольцо, на корню убив план бегства. У меня засосало под ложечкой.

– Возьми меч, – сказал Брокк, втыкая его в середину импровизированного ринга и, оскалившись в недоброй улыбке, добавил: – Если сможешь, конечно!

– Бери Дайн, дитя, и, если сможешь удержать его, мы убедимся, что в тебе действительно течёт кровь богов, – поддержал брата Эйтри.

Некоторое время я стояла, не двигаясь. В ушах звенело от образовавшейся тишины. Попытавшись отыскать лицо Нуара сквозь бушующее пламя, увидела лишь пристальный взгляд Дурина, без слов дающий понять – поддержки можно было не ждать. Мой Чеширский кот не сможет помочь.

Взгляд метнулся к братьям, а потом остановился на рукоятке меча. Выжидать больше не было смысла, я метнулась к Даину в попытке схватить его. Дверги не преминули, чтобы тут же атаковать. Выхватив короткий, но тяжелый топор из-за пояса, Эйтри крутанулся на месте и резанул воздух в паре сантиметров возле меня. Брокк ударил кувалдой и попал бы мне точно по голове, если бы я вовремя не отшатнулась. Я жёстко приземлилась на пятую точку, что аж искры из глаз посыпались. До оружия так и не добралась.

– Мы не любим шутить, когда речь идёт о схватке, дочь Лодура. Так что дерись! – нахмурился Брокк.

– Не надейся на мнимое сострадание, его не будет! – подтвердил Эйтри.

Я медленно поднялась с земли, пытаясь отдышаться. Руки тряслись, в боку уже жгло, хоть братья ещё даже не начали нападать во всю силу.

– Ну, допустим, вы одержите победу, что с того? Какой смысл сражаться?

– Это весело, – ответили те в унисон.

Пот застилал глаза, я поспешно смахнула его, убрав рукавом. «Что ж, – решила я, – хотите драку, будет вам драка!»

Я рванула на противника, особо ни на что не надеясь, что мой тайский бокс против наточенной стали? Дверги отреагировали мгновенно, снова замахнулись. Благо реакция меня не подвела, спасибо тренировкам. Я поднырнула и, проскользнув между ног у Эйтри, оказалась за спинами братьев. Ползком добравшись до меча, высвободила его из оков земли и направила на мужчин.

– Неплохо, – ухмыльнулся Эйтри, – значит, в тебе всё же есть божественная кровь. Тогда, тебе не составит труда одержать над нами победу.

– А вам не кажется, что биться вдвоём против одной девушки это низко? – с надеждой спросила я, чувствуя, как силы потихоньку иссекают.

– Нет. Ты ведь дочь Лодура, – ответил Брокк.

Новые атаки не заставили себя долго ждать. Казалось, братья-атлеты пытались выстоять против ужасного монстра – с такой страстью они рубили воздух. Я в основном уворачивалась, но несколько раз отразила удары, которые тут же отдавались болью в плечах. Сбившееся дыхание и боль в боку сделали меня медлительнее. Я не уследила за новым выпадом Эйтри, и тот полоснул меня топором, оставив глубокий порез на ноге. Я закричала от жара в конечности.

– Боги! – выругалась я, схватившись за рану. – Какого чёрта?!

– Никаких шуток, дитя Лодура. Забыла?

Сердце пропустило удар. Одно дело, когда думаешь о сражении, другое – о смерти, которая может за ним последовать. Я запаниковала. Рванула к огненному кольцу, чтобы проскочить через огонь, но оно не пустило – лизнуло пламенем по лицу. Я снова завопила, никогда прежде я не слышала от себя таких звуков. Развернулась и тут же отхватила удар кувалдой под дых от Брокка. Почувствовала, как хрустнули рёбра. Глаза наполнились слезами, видимость исчезла. «Раньше только Оскар получал ранения в нашем союзе, – отголоском на задворках сознания отозвалось внутреннее «я», – теперь моя очередь. Я должна. Ради него... Даин, дай мне шанс! Прошу!»

Превозмогая боль, я снова встала, облокачиваясь на меч. Я еле удерживала оружие. На самом деле он был лёгким и удобно лежал в руке, но силы иссякали.Я решила, что не переживу очередной атаки, поэтому решила напасть сама. Сквозь пелену лихорадки я попыталась воткнуть остриё Даина в брюхо одному из братьев. Меч отскочил, звякнув о каменные доспехи.

– Чтоб тебя! – злобно бросила я. – А-а-а!

Совершив новый выпад, я налетела на мощный кулак атлета. Какого именно, уже не могла разобрать. Моё тело развалилось на земле, не желая слушаться команд мозга. Я была полностью вымотана.

– Сомневаюсь я, что перед нами дочь хитрейшего из богов! – раздался недовольный возглас, который тут же подхватили остальные дверги-зеваки. До этого момента они либо молчали, либо я просто не слышала их голосов. – Почему не показываешь нам истинную мощь?

– Но как ты смогла удержать Даин? Как смогла пустить пыль в глаза?

Сверху вниз на меня смотрели Брокк и Эйтри. С издёвкой и презрением. А медальон на шее прижимался холодной сталью к грудной клетке и будто шептал, что я должна найти в себе силы для сражения. Ради Оскара должна.

Ненависть к братьям и ко всему роду карликов захлестнула волной ярости. «Пустить пыль в глаза» – выражение, означающее дать ложное представление о себе. Меня оно натолкнуло на другие мысли, ведь я не врала о своём происхождении. Я незаметно загребла земли, выжидая подходящего момента. И такой настал, когда оба атлета отвлеклись, кичась своим превосходством надо мной.

– Эй, олухи! – крикнула я, бросая землю.

Дверги зарычали, жмурясь и пошатываясь от рези в глазах. В этот момент я подскочила, схватила меч и одним движением резанула сухожилия в изгибе колена сначала одному брату, потом второму. Карлики взвыли от боли.Временно ослеплённые, на коленях они стояли передо мной. Я наставляла Даин то на Брокка, то на Эйтри. Желание убить было нестерпимым. Оно отдавалось пульсацией в голове.

– Хватит! – послышалось со стороны. – Я сказал, хватит!

Дурин настороженно наблюдал за мной. Огненное кольцо исчезло, дверги окружили собратьев, в любой момент готовые напасть на меня. Я поняла, что не слышала приказа предводителя низкорослого народа какое-то время. Ярость от сражения ослепила меня.

– А если бы я проигрывала, ты бы так же остановил их?

– Дочь Лодура прошла первое испытание, – спустя время сообщил тот, проигнорировав мой вопрос. – Возвращаемся в пещеру! Время второго задания!

Карлики двинулись за родителем, помогая Брокку и Эйтри передвигаться. Мне казалось, я не смогу отдышаться после битвы, настолько была вымотана.

– А меч они вновь отняли, – резюмировал Нуар, приблизившись ко мне. Он смотрел с сожалением, я чувствовала, что он испытывает вину передо мной. – Тира, я...

– Не нужно. Ты ничем не мог помочь.

Ноги подогнулись и меня повело. Я приготовилась ощутить удар, но прислужник вовремя подхватил меня на руки. Он сделал уверенный шаг и, не говоря больше ни слова, понёс меня обратно в обиталище двергов. Я так устала. Сон вдруг поглотил без остатка.

* Даин (Dáinn, перевод «мертвый») – двергское имя.