24 января

"Привет, Шелдон.Я так не хотела писать тебе, но снова не смогла ничего с собой поделать. В моей голове столько мыслей, которыми я хотела бы с тобой поделиться, но ведь ты возможно даже не читаешь эти письма.Знаешь, мне кажется, что постепенно я привыкаю к мысли, что ты больше не мой. Те чувства, что я испытываю к тебе отходят на второй план. Куча событий тянет меня в бесконечный поток. Новый штат за окном, новые люди, а мне все труднее и труднее жить прежней жизнью. Ребёнок забирает все мои силы. Ноги и спина просто убивают меня. Из-за жизни "на ходу" мне постоянно нехорошо. Я чувствую себя ужасно. Не могу спать и есть, не то что помытся. Ливана ухаживает за мной, несмотря на то, что говорит о моей чрезмерной мнительности и чувственности. "Я никогда так себя не чувствовала на 7 месяце. Ты должна двигаться, детка! Иначе роды будут очень трудными." С каждым новым восходом я все больше сжимаюсь от страха дожить до того дня, когда у меня отойдут воды. Думала, если перестану есть, малыш похудеет вместе со мной и будет легче, но становилось хуже. Он будто мной питался, из меня выжимал все то, что нужно мне. В тот момент я даже возненавидела этого ребёнка и себя заодно, за неосторожность, можно сказать мелочь, которая повлекла за собой такие последствия. Актёры ужасаются моей слабостью. Особенно после того, как я упала в парке и не сумев подняться сидела под деревом около 3 часов, пока меня не нашёл их новый музыкант Джонатан. Ох и ругали меня потом. Абсолютно все. "Беременная! На снегу! 3 часа! Да ты с ума сошла!" Я даже подумала о том, чтобы сбежать и от них. Плакала весь вечер, но вовремя поняла, что это элементарная забота, и что эти люди лучше тех, что живут в Чикаго. Да и бежать мне некуда. Тем более сейчас зима, мороз, я там где упаду - там и останусь. Беспомощная. Наверно только поэтому они пока меня не выгнали.Актёры возвращаются, мне пора. Люблю. Аделина.Штат *****"