Признаки жизни. Часть 3. Глава 9

***

Какое-то время женщины ещё сидели молча. Каждая из них молчала о своём, и каждая знала, о чём молчит другая. Две соперницы лицом к лицу столкнулись в этом бессловесном поединке за своего мужчину. Они сейчас проживали этот момент жизнью одного и того же человека. С одной стороны, каждая имела право на него, с другой – никто не мог претендовать на это право. Они обе были столь умны, что понимали сейчас: ни та ни другая не могут повлиять на ситуацию, в которой оказались. Не могут предпринять ничего, чтобы принадлежать Марату, чтобы завоевать его, чтобы остаться с ним. Сейчас это уже был даже не поединок, а совместное одновременное ожидание исхода этой истории, в которой они обе оказались, им оставалось только ждать, что же будет дальше. Решение будет принимать только один человек – Марат Бежанов.

– Таня, а ведь я тебя позвала не просто так, я хотела тебе кое-что показать. – Марина с огромным усилием преодолевала свою душевную боль и еле-еле выговаривала каждое слово, которое ей давалось с таким трудом. Ведь уже что-то изменилось с того момента, когда она полчаса назад здоровалась с Танюшей и усаживалась за этот столик. Теперь перед Мариной сидела женщина, которая под сердцем носила ребёнка Марата. В том, что отец ребёнка – Марат, почти не вызывает сомнений. Впрочем, Марина отдала бы сейчас всё самое дорогое, что у неё есть, лишь бы ошибаться на этот счёт.

– Да, Марина, я вся – внимание. – Танюше тоже было трудно. Она могла сейчас понимать чувства Марины, имея при этом свои собственные чувства, далеко не радостные. Она могла сопереживать женщине, которая так и не смогла подарить своему единственному любимому мужчине ребёнка, и это место заняла сейчас другая – другая будет мамой малыша, о котором Марат так мечтал. Но у Марины с Маратом позади целая жизнь, прожитая вместе. Эту одну жизнь на двоих не вычеркнешь, не сотрёшь ластиком, не удалишь одним нажатием кнопки на компьютере и не отправишь в корзину для мусора как ненужный файл. Она понимала, что преимуществ сейчас нет ни у одной из них, каждая могла только надеяться и ждать. Впрочем, для Татьяны уже всё было определено. Марат ушёл из её жизни. Но она ещё надеялась, хотя и приняла мужественно этот вызов судьбы, но всё-таки надеялась на что-то, надеялась, что он ещё вернётся к ней и всё будет, как было раньше, когда она была счастлива.

– Танюша, я хотела поделиться с тобой одним секретом. Почему с тобой? У меня нет ответа на этот вопрос. Наверное, потому, прежде всего, что у меня нет подруг, их и не должно было быть, ведь я не могла себе позволить приводить в семью потенциальных соперниц, ты понимаешь, о чём я? Так вот, а вторая причина – это то, что большую часть времени ты к Марату ближе, чем кто бы то ни был. Ведь на работе он проводит целый день, оставляя мне только вечера и выходные. Да и то, не всегда. Поэтому, полагаю, тебе виднее его жизнь вне дома, в стенах офиса и за его пределами, в отличие от меня. И, увы, у меня нет осведомителей, я не могу унижать себя этим. Вот поэтому я и хочу тебе кое-что показать, Танечка. – Марина достала свою красивую сумку, цена которой равнялась операции на сердце больному ребёнку, и извлекла из неё обыкновенный почтовый конверт.

– Танюша, у моего мужа роман на работе вот с этой женщиной. Прочти, я это нашла у него... – Марина запнулась на полу слове, но овладела собой и продолжила – я это случайно обнаружила. – С этими словами она протянула конверт Тане и та дрожащими пальцами извлекла из него письмо.

Воспитание чувств

«Мой любимый!

Так захотелось опять с тобой поговорить, есть ощущение, что ты рядом.

Я бы хотела продолжить разговор, начатый сегодня или, даже, теперь уже вчера.

Развиваю мысль о том, что мои чувства к тебе трансформируются со временем. Их не стало больше или меньше, они не ослабли и не усилились, они просто видоизменяются на каких-то этапах. С чем это связано, я не имею понятия.

Если в самом начале это было какое-то истеричное неприятие собственной любви, отречение, потом осознание её необходимости и смирение, потом состояние полной беспомощности и отчаяния. Спустя полгода примерно (когда ты был в Америке) у меня вообще произошёл какой-то переворот сознания и я, устав от безысходно мучительной безответной любви и обиды на тебя и саму себя, отчаявшись, окончательно, решила, что «с меня хватит» и, что «я больше не буду его любить». Опять было сопротивление воли чувствам, запрещала себе даже думать о тебе. Не плакала – выла. Потом заболела, целый месяц просто умирала от любви к тебе, от боли разлуки, от обиды опять же. Честно, не надеялась, думала, что так всё и затухнет, не успев начаться. Мне нужен был только ты. Но тебя не было, и я, откровенно говоря, даже не надеялась. А вот когда я («до какой степени я для тебя НИКТО» – помнишь?), уже вскрыла себе вены, истекла кровью, умерла и в парящем состоянии над собственным бездыханным телом сказала себе: «Возьму от жизни то, что даёт Бог», тогда опять всё поменялось в моём сознании. Вернулась на землю и оставила себе ПРАВО любить тебя и жить с той любовью, какую мне послал Бог. С тех пор, я считаю, что именно тогда, когда я вернулась к своей прежней жизни, у нас всё пошло. Это был твой День рождения, всё опять началось на корпоративе, помнишь? Заметь, это был уже конец декабря, почти год с момента нашего знакомства какой-то садомазохистской атаки на свою любовь, на свои чувства. И только тогда, когда я поняла, что мне дороже твоей любви моя собственная, я успокоилась. С покоем пришло состояние доверия. Я стала получать радость от своей любви, перестала испытывать боль. То есть, главное, как мне кажется, что я постигла за это время, это то, что мне достаточно моей собственной любви. Источник – во мне, понимаешь? Я сама её генерирую внутри себя, мне не нужно за ней никуда ходить и ни у кого просить. Даже у тебя. Она у меня есть!

Вот это понимание и спасло меня.

Теперь у меня есть то, что я так долго ждала. У меня есть любовь. Ты – это её объект, предмет, образ, символ. Ты – это то, ради чего я в себе и нашла этот источник или, если хочешь другой образ, разожгла этот костёр. И мне хорошо, я наполнена всем этим, я богата и счастлива. А ты говоришь: «Страдаю». Да я не страдаю. Я просто говорю тебе, что физически мне тебя мало. Не могу тобой насладиться, насытиться. Но в мыслях, в душе, в сердце – ты 100% со мной. Понимаешь? Всегда со мной, иногда – физически. И, конечно, я бы хотела, чтобы мы были больше вместе. Но я счастлива не твоим перманентным физическим присутствием в моей жизни, а твоим абсолютным и безраздельным существованием в моём сердце. Как-то так.

А насчёт измены – кто кому, буду ли я страдать, а если я изменю, а если ты? Знаешь, всё это так скучно и банально. Что такое измена? Ведь несколькими строками выше я объяснила тебе, что источник любви внутри меня, любить и совокупляться – не одно и то же. Себе-то я изменять не собираюсь. Если во мне горит этот огонь, так он и будет гореть, пока не погаснет. А твои измены разве что-то поменяют в моём состоянии генерировать в себе это чувство? Это может как-то повлиять на то, что во мне оно живёт? Не думаю. Если моя любовь к тебе однажды угаснет, то совсем не обязательно, что это совпадёт с твоей изменой. Природа сама решит, кому, с кем и когда. И последнее на эту тему, любимый. Я знаю. Я точно знаю, что таких, как я, больше нет на свете. Есть лучше и хуже, есть моложе и старше, есть глупее и умнее, есть красивее и уродливее. Но таких, как я, больше нет, я уникальна. И таких женщин, как я, у тебя в жизни не было. Были разные (см. список выше), но таких, как я, у тебя не было. И даже если ты за отведённые тебе сексуально активные годы поимеешь в благополучной потенции всех женщин мира, такой, как я, у тебя всё равно никогда не будет. У нас с тобой есть два пути, на самом деле: или мы однажды расстанемся, или мы останемся вместе. Одно из двух будет обязательно. Первое может произойти в любой момент по причине каждого из нас. Вот я и думаю, пока мы есть друг у друга, будем наслаждаться этой возможностью – быть друг для друга источником радости, счастья и любви.

Целую»

Таня подняла на Марину глаза и, протягивая обратно ей письмо, спокойно и уверенно сказала:

– У них всё кончено, Марина! Он – ваш. – С этими словами Таня встала и, положив деньги за ужин на стол, пошла прочь.