Признаки жизни. Часть 3. Глава 8

2.

– Иди, иди! На носочках! Терпи!

Это ещё что, как будет болеть твоё сердце!

Г.-Х. Андерсен «Русалочка»

***

– Аллё, Марат, я сегодня ужинаю с подругой в «Пушкине». Не теряй меня, мой дорогой. Если что, я на связи – Марина нажала кнопку отбой и утопила телефон в сверкающей лакированными боками сумке. Она зашла в просторный красивый зал ресторана, тут же перед ней материализовался молодой человек в униформе и почтительно поклонился. Едва он открыл рот, как Марина, ласково улыбаясь красивой давно отрепетированной улыбкой опередила его – Я заказывала столик на двоих, меня должны ждать наверху.

– Простите, пожалуйста, вы – госпожа... – молодой человек услужливо ещё раз наклонился к Марине, она и на этот раз опередила его – Госпожа Ахмерова. – Она уже поднималась по красивой витой лестнице на мансардный этаж ресторана, где её встречала теперь другая партия идеально вышколенных официантов. Народу в ресторане почти не было, в глубине зала за одним из столиков сидела Татьяна. Увидев Марину, она привстала и помахала ей рукой. Женщины встретились, церемонно расцеловались. Глядя со стороны на этих двух красивых, статных дам – одна молодая, другая в неопределённом возрасте, но обе не лишённые ни породы, ни изысканности – вполне могли сойти за закадычных подруг или за очень близких родственников, хотя по возрасту определённо тянули на маму с дочерью.

– Здравствуй, дорогая!

– Добрый день, Марина Руслановна!

– Таня, ты опять за своё, какая я тебе Руслановна, или разве только ты специально хочешь мой возраст подчеркнуть? Давай на «ты» и без всяких отчеств! Договорились?

Танюша застенчиво улыбнулась в ответ – Хорошо, я попробую, Марина.

– Ну, так-то лучше. Ок, будем заказывать?

За ними практически человеком-невидимкой стоял официант и только ждал упоминания о заказе, чтобы протянуть обеим дамам меню.

Марина даже не открыла его, зная наизусть всё, что предлагали здесь:

– Минеральной воды без газа с лимоном, и французского коньяку два по пятьдесят, это для начала – повелительным тоном сказала она.

Таня встрепенулась и замахала руками:

– Мне только воду, коньяк не надо. – Марина удивлённо вскинула брови и пристально посмотрела на Таню.

– Давно ты отказалась от алкоголя? – с пристрастием поинтересовалась она – На корпоративе в честь юбилея фирмы ты счастливо наливалась шампанским, мне помнится?

– С месяц, – серьёзно, но не глядя Марине в глаза, сказала Таня.

– Это то, о чём я подумала? – Марина специально не стала продолжать начатую фразу, давая таким образом Татьяне возможность самой всё сказать.

– Да, я скоро буду мамой.

– Ого! Вот так новость! Поздравляю! Когда же это счастливое событие произойдёт?

– По моим подсчётам между 23 февраля и 8 марта.

– Боже, какое чудо! – не очень бодро прокомментировала эту новость Марина.

От Татьяны не укрылось то обстоятельство, что Марина погрустнела и её красивая улыбка стала совсем уж неискренней. Глаза её утратили блеск и, как показалось Тане, совсем потухли.

– А счастливый отец? – Марина опять сознательно не продолжила фразу, интонационно оставив её для продолжения.

– Что счастливый отец? – Таня взяла спокойный, но оборонительный тон.

– Ну, отец ребёнка?

К этому времени официант уже выставлял с глянцевого подноса на стол принесённый заказ.

– Что отец ребёнка?

– Таня, не валяй дурака, я спрашиваю про отца ребёнка.

– Марина, не валяйте дурака, что вы спрашиваете про отца ребёнка?

Марина поняла, что придётся конкретизировать вопрос:

– Отец ребёнка в курсе?

– Нет.

– А кто счастливый папаша? – Марина старалась говорить это весело, безучастно, но получалось фальшиво, наигранно.

– Мужчина, которого я люблю. Но он женат. – Таня сказала это спокойно и уверенно, глядя Марине прямо в глаза. От Марины не ускользнул этот факт, девушка давала понять, что за подробностями может последовать вызов.

– Но ты, полагаю, собираешься его осчастливить этой новостью? Увести из семьи? – Марина едва сдерживалась, она не должна была продемонстрировать девушке своё отношение ко всему случившемуся.

– Марина, давайте так, я вам отвечу на ваш вопрос, и мы закроем эту тему – Таня сказала это твёрдым и решительным тоном, не терпящим возражений:

– Отец ребёнка ничего не знает и не узнает о моей беременности, мы с ним расстались. Из семьи он не уйдёт, он ей слишком предан, да и я бы на это никогда не согласилась – строить свой брак на чьём-то неизбежном горе, я не хочу быть ничьим кошмаром. С меня вполне хватит того, что у меня есть, а главное, что будет. Точнее – кто будет.

Марина была потрясена таким самообладанием Татьяны и очередную порцию своего уважения к ней положила в её копилку. Та же, в свою очередь, заметила, как переживала данное известие Марина, и поняла, что та знает, кто главный герой этой истории.

Обе женщины были умны и хорошо воспитаны, обе имели характер и выдержку, они были достойными, равноправными соперницами. Каждая из них сейчас понимала, что Марат, действительно, не принадлежит ни той, ни другой, хотя до недавнего времени безоговорочно владел одновременно ими двумя в равной степени. То есть – абсолютно. Они обе были ему подчинены, всегда были в зоне его контроля, заботы и внимания. Каждая получала от него свою степень участия и его дражайшего покровительства. К чести Марата, он отлично справлялся с ролью не только главы семейства, но и хозяина гарема. Такая его позиция была замешана на восточных традициях и азиатской крови, ведь он родился и вырос в Ташкенте. И хотя его детство и юность выпали на советские времена, ментальность узбекских мужчин в отношениях с женщинами сохранялась и по сей день. Как и его отец – Раис Бежанов – Марат был и всегда оставался исключительным и полновластным вожаком стаи. Оставаясь при этом волком-одиночкой. Такой вот парадокс.

– Дорогая, не сочти за любопытство и наглость, но почему же вы расстались? И почему ты не хочешь сообщать ему о ребёнке?

– Мы разве не закрыли эту тему, Марина Руслановна? Ой, простите, Марина!

– Ну, это ведь не логично, как такое можно скрыть? И, главное, зачем?

– Марина, – Танюша вздохнула, как обречённая на казнь, понимая, что придётся продолжать разговор – Марина, я его люблю. Очень сильно, правда. И мне кажется, что он тоже любит меня, правда, он мне никогда не говорил об этом...

– И не скажет! – Вставила своё мнение в монолог Ахмерова.

– ... Да, так вот. Но он отказался от моей любви. У него страх перед любовью, он почему-то боится её.

– У него есть на то причины, – не задумываясь, высказалась Марина и вдруг поняла, что выдала себя. Решила тут же поправить ситуацию, пока не поздно. – Если он так себя ведёт, у него, скорее всего, есть на это причины.

– Я тоже так думаю. Психологические травмы, связанные с какими-то событиями в детстве или в юности.

– Или в молодости... – подхватила Марина, но уже безучастным тоном! Рефреном.