Глава 58. Наррис Бретт.

С самого первого дня своей жизни Наррис Бретт был окружен особой отцовской любовью. По началу маленький мальчуган с болотными глазами не понимал, что из всей семьи у него есть только отец. Первое время он даже не знал значения слова «мама», потому что такого человека у него не было.

Рос Наррис с отцом и с гордостью произносил его имя. Агвид Бретт был продавцом на рынке Троста и часто брал с собой на работу своего сына, потому что оставить его было не с кем. Именно там Наррис однажды мельком увидел маленькую веселую девчонку со своим младшим братом и старшей сестрой. И, надо признать, эта зеленоглазая шатенка будет сопровождать его половину будущей жизни.

— Мама! Мама, смотри! — радостно кричала девчонка, подбегая к красивой женщине в белом фартуке, а Наррис вдруг задумался об одной вещи, которая до этого момента его не тревожила. Да, он и раньше слышал слово «мама», но никогда не задумывался, была ли эта самая мама у него самого или же у него ее попросту нет.

Наррис застал своего отца врасплох вопросом про свою мать, и Агвид решил все ему рассказать, потому что мальчишка уже был достаточно большим, чтобы все понимать. Но Наррис не понял... Он не понял того, как какая-то чертова болезнь могла лишить его матери.

Теперь уже он не был тем мальчишкой. Он уже понимал, какая жизнь на самом деле — жестокая штука. Он познакомился с этой жестокостью с самого своего рождения, и теперь был готов с этой жестокостью бороться.

Так он и доборолся, что ему просто-напросто выбили зуб хулиганы на улице, а коренной стал расти кривым. С тех самых пор, проводя языком по десне и чувствуя эту неровность, которая останется на всю жизнь, Наррис вдруг понял одну вещь... Без жестокости в этом мире не выжить.

Первое время он пытался избавиться от этой мысли. Он хотел быть человеком хорошим, быть похожим на своего отца, но последней каплей была смерть единственного близкого человека. Агвид Бретт погиб во время нападения шайки бандитов на рынок, получив пулю в лоб и в сердце. Этим бандиты лишили его права на жизнь, а его сына — отца.

После этого Наррис жил один в отцовском доме. Все в его жизни буквально перевернулось после смерти папы. Наррис стал постепенно убивать в себе всю доброту, которая делала его наивным пацаном. Смерть нанесла неизлечимые раны, которые превратились в шрамы и никогда не исчезнут. Наррис стал взрослым, будучи ребенком.

В тот момент, когда он на рынке видел ту самую девчонку, которая напомнила ему о матери, его что-то кольнуло. Девка улыбалась, резвилась со своей семьей, пока он всеми силами пытался не согнуться пополам и не сдохнуть, как последний дворовый пес. Пару раз он со своими дружками пытался приподать этой девчонке урок, но постоянно вовремя прибегали ее родители. Иметь проблем не хотелось, и Наррис, давясь желанием испортить малявке жизнь, продолжал бродяжничать.

Во время атаки на Трост Наррис успел без проблем эвакуироваться, потому что его дом был возле самых ворот за стену Розу. Он не видел и малой части того, что произошло с городом, но ему было на все это просто плевать. Его там ничего не держит.

Было же его удивление, когда на первом построении в кадетском училище он встречает ту девчонку. Уже подросшая, красивая, с решимостью в глазах, она почти кричала Шадису в ответ на его вопрос, что будет служить в Разведкорпусе, что она будет защищать людей, что она будет мстить. Его поразило то, что, несмотря на всю ту грязь, которой Кис облил ее, говоря, что она — ничто иное, как просто еда для гигантов, девка даже не собиралась признавать, что бесполезна. Весь обряд инициации пошел коту под хвост, потому что она не реагировала ни на какие оскорбления в свой адрес.

Наррис хотел поступить в военную полицию, чтобы наконец-то жить нормальной жизнью в человеческих условиях. Но не хватило чертовых двух баллов, и мечта Бретта превратилась в прах. Опять он понял, что никчемен. А вот та самая девчонка была самая первая из десятки лучших, но какая же оказалась дура... Как можно, имея первое место среди лучшей десятки, пойти к самоубийцам из Разведотряда?! А Наррису пришлось поступить в Гарнизон.

Не знал же он, что будет вместе с этой девкой на одной битве против титанов...

***

— Не надо! Помогите!

Бит начала дрожать. Перед ней сейчас умрет ее враг, почему же она хочет кинуться ему на помощь?

«Оу, Синичка пытается не расплакаться? Товарищи, а давайте-ка мы подумаем, почему ей досталось прозвище Синичка?»

Слова Нарриса, которые он говорил тогда, в последний день в кадетке, пронеслись у нее в голове. Этот человек всегда издевался над ней, мешал спокойно учиться.

«Глянь, а за три недели ты никак не изменилась! Вон, опять пашешь.»

Но... Но ведь она человек, а не какой-то монстр. Она должна его спасти!

«Я оставлю тебя в живых. Когда-нибудь ты окажешься в такой заднице, что будешь молить о помощи. И никто тебя не спасет, я буду лишь стоять в сторонке и слушать твои вопли. Я все отдам, лишь бы увидеть, как тебя будут пытать и как ты сдохнешь в адских муках.»

Когда-то она хотела услышать предсмертный вопль Нарриса, но почему же сейчас она так и рвется ему на помощь?

— Не надо! Отпусти! — Девушку вывел из транса новый крик Бретта. Титан сжал его сильнее в своей огромной лапе, поднося его все ближе и ближе к открытому рту. Парень дергался, словно в судорогах, пытаясь вырваться из этой хватки, но ничего не получалось.

Да, Наррис понимал, что натворил много ужасного в жизни, но не знал же он, что погибнет вот так. Смотря смерти в пасть и ожидая невыносимой боли, когда эти наточненные острые зубы вонзятся в его плоть и разорвут на кусочки. Теперь уже кричать хотелось от безысходности, нежели от ужаса. Кричать, словно умирающий зверь. Проклинать свою жизнь и себя за то, что прожил столько лет, просто валяя дурака.

Кричать Наррис уже не мог. Он уже давно сорвал голос. Он охрип, и каждый крик отзывался режущей болью. Вместо крика у Бретта из глаз потекли слезы. Слезы, которые он проронил впервые за десять лет после смерти отца. Теперь, когда его судьба — быть заживо съеденным, остается только это. Просто реветь, как малому мальчишке...

Бит стиснула зубы, стельнула тросом и взмыла в воздух... Подальше от этого места. Подальше от его предсмертных криков. Боже, какой она на самом деле монстр, раз хотела с удовольствием наблюдать за его смертью.

Наррис уже смирился. Смирился со своей смертью.

— Папа, п-прости меня... — глотая слезы, дрожащими губами прошептал он, когда пасть титана была буквально в паре сантиметров от него. — Я не стал похожим на тебя...

Внезапно раздался характерный скрежет, который вызывает выстрел троса, и титан замер на месте. И в следующую секунду на огромное существо обрушилась настоящая молния. Сверкая клинками, она изрубила гиганта на кусочки, будто мясорубка. И в конце концов с пронзительным криком метнулась к его шее, прорубив плоть. Пальцы вокруг Бретта ослабли и разжались, и парень полетел вниз, больно ударившись плечом во время падения. Из парня как будто вышибли дух. В глазах мигов потемнело, возникло такое ощущение, что его покидает сознание. Пульсирующая боль во всем теле, затем дрожь и судороги.

— Давай. — Сквозь прикрытые глаза Наррис увидел, как к нему подходит чья-то фигура. А потом его вдруг подхватили под руки, и в следующую секунду земля под ним исчезла, заменившись черепичной крышей.

Парень, простонав от боли в голове, приоткрыл глаза, собираясь узнать своего спасителя. Перед ним был солдат в зеленом плаще и с капюшоном на опущенной голове. Но вдруг дунул ветер, растрепал плащ и скинул капюшон, давая разглядеть лицо этого человека.

— Т-ты?! — вырвалось у Бретта, и он чуть не подавился от удивления. Перед ним была та самая девка, которая чуть не придушила его. Это была Бит, которая до боли закусила губу. — П-почему? Почему ты спасла меня?!

«Я оставлю тебя в живых. Когда-нибудь ты окажешься в такой заднице, что будешь молить о помощи. И никто тебя не спасет, я буду лишь стоять в сторонке и слушать твои вопли. Я все отдам, лишь бы увидеть, как тебя будут пытать и как ты сдохнешь в адских муках.»

Наррис помнил эти сказанные ей слова. Тогда она вцепилась ему в шею, говоря, что будет с превеликим удовольствием наблюдать за его смертью. Но... Почему она сейчас спасла его?

— Не знаю! — вскрикнула Бит, стараясь сдержать набежавшие на глаза слезы. — Я не знаю, почему это сделала!

Она прикоснулась пальцами к своей бледной щеке, пытаясь выровнять дыхание, но ничего не получалось. Она только что спасла своего врага, потому что внутри проснулось что-то человечное. Но... Но будет ли потом она об этом сожалеть? Сожалеть, что спасла человека?

— Наррис, вот ты где! — рядом приземлился Дитмар и Полди. Бруннер сразу же закусил губу, как только увидел, в каком состоянии его товарищ. А смотреть было на что: все лицо в синяках и царапинах, форма превратилась в невесть что, а зеленый плащ вообще истрепался по полной программе и теперь закрывал только побитые плечи.

Солдаты Гарнизона подхватили его под руки и отправились в лазарет. А Бит все стояла на месте, пытаясь не разрыдаться от безысходности. Вдруг ей на плечо приземлилась чья-то рука, и девушка повернулась, встречаясь взглядом с сине-зелеными глазами.

— Этот гавнюк доставал тебя когда-то? — спросила Гретта, на что Гордон заторможенно кивнула. — Ясно... Но знаешь, мы все благодарны тебе за его спасение. Он — парень нормальный, когда нужно. Спасибо.

— Я не могла его не спасти, — только и ответила Бит, шмыгнув носом. Вдруг ее внимание привлекло движение позади Гретты, и она посмотрела в сторону огромной фигуры. Титан шел по широкой улице, и девушка сразу же схватилась за клинки. — Титан сзади!

Паттерсон повернулась, прищурила глаза, да так и замерла. Бит это показалось странным, и она заглянула в ее лицо, изогнув бровь в немом вопросе.

— Это... Он... — прошептала рыжая, во все глаза уставившись на титана впереди. Ярко выраженная тонкая талия, широкие бедра, каштановые волосы до лопаток...

— Кто «он»? — решила узнать Гордон, и Гретта перевела на нее свой опешевший взгляд. По шатенке аж мурашки пробежали.

— Это тот самый титан, который приходил к валуну. За ним вы и выезжали за стены...

Продолжение следует...

Дата публикации главы: 23.07.2018.