Глава 2. Игра в молчанку

                                                          Дженнифер

- Мэри. -окликнула я девушку возле ресепшена. - Зарегистрируй этого молодого человека и выдели ему лучшую палату.

- Будет сделано Дженни. - улыбнулась та. Эта девушка когда-то бывает с плохим настроением? Я вернулась обратно к матери пациента.

- Будьте так любезны сообщить, как зовут вашего сына и сколько ему лет? - спросила я отстраненно. Эта женщина сразу вызвала негодование с моей стороны, из-за своего высокомерия.

- Джеймс Уотсон. 25 лет. - ответила женщина лет 46, судя по одежде, достаточно богатая женщина.

- Отлично, могу ли я узнать причину такого состояния вашего сына? - спросила я из-под лба, заполняя анкету.

- Ваше дело лечить, а не совать нос не в свои дела. - фыркнула она в мою сторону. Никому и никогда не позволяла обращаться к себе, как скоту.

- Значит так, хамить будете в другом месте, вам ясно? Никому не позволю разговаривать с собой в таком тоне. - резко ответила я. - Вы свободны, время посещения окончено, прошу на выход. - уже спокойно сказала я, указав рукой на дверь.

- До свидания. - натянув фальшивую улыбку, она поспешила удалиться из больницы.

- Всего доброго. - сказала я уже в пустоту.

- Мэри! - крикнула я. - Обустрой этого молодого человека в палату. Я сейчас зайду к нему. Развернувшись я ушла в свой кабинет.

- Никогда такого не видела. - выдохнула я. - Эти глаза голубого цвета, так и манили меня утонуть в них. Но черт, я не о том думаю. Это всего лишь пациент. Соберись Дженни. - приказала я сама себе.                                                                     12:50 PM Идя по длинному коридору, я думала как бы помочь моему новому пациенту. Для меня это был сложный случай. Нет, я конечно вытаскивала людей из тяжелой депрессии, но тут куда сложнее. Сложно не только вытащить человека из этого состояния, но и научить его жить заново.

- Привет. - я зашла в палату Джеймса, и увидела стеклянный взгляд, направленный на стену. В ответ, я получила молчание. Ладно будем действовать по-другому. - Джеймс, я хочу помочь тебе. И я обещаю, что помогу. Не играй со мной в молчанку. - я подошла и присев возле него взяла за руки. - Посмотри на меня. - хоть и медленно, но он повернулся ко мне. - Я тебе обещаю, твоя жизнь будет прежней. - но в ответ опять тишина, лишь взгляд, проникающий в самую душу.

- Ладно. - вздохнула я. - Я пойду, отдыхай. Только я развернулась, чтобы уйти, как моя рука была протянута назад. - Джеймс? Ты чего? - спросила я.

- Ты не сможешь мне помочь, я ужасный человек. Мне никто уже не поможет! - прорычал он. - Я псих! Больной на голову псих! - закричал он. - Моя жизнь не такая, как у всех! Пойми же ты. - не успокаивался он.

Я не из тех, кого легко взять криком или же жалкими соплями. Я привыкла доводить дело до конца и, если я сказала, что помогу, значит помогу. Не выдержав этих бессмысленных слов, я ударила его по лицу, тем самым приводя в чувство.

- Джеймс! Очнись, что ты говоришь?! - крикнула я в ответ, пока тот держался за щеку от моего удара. - Если я сказала, что помогу, значит помогу. И не смей сомневаться в моих словах. - я развернулась и хотела уходить, как меня окликнули:

- Зачем тебе это? Зачем помогать таким, как я? - спросил он шепотом.

- Долгая история. Единственное, что тебе нужно знать, так это то, что я поклялась себе помогать людям с такой проблемой. На этом разговор закончен - сказала я через плечо.

- Сейчас обеденный перерыв. Тебе принесут поесть и будь добр съесть все. Зайду через полтора часа. Отдыхай. - я вышла из палаты и направилась в свой кабинет.                                                                  Автор Сердце бешено начало стучать. Руки тряслись, а ноги стали ватными. Именно такое состояние было у Дженнифер, как только она оказалась за своим рабочим столом. Он был единственным, кого так интересовал вопрос, по поводу её работы. Никогда в жизни она не забудет момент, из-за которого и возникла мысль помогать не уравновешенным или же людям с тяжёлой депрессией. За свои 4 года работы разные случаи были. Её воспоминания и её клятва, которая была произнесена на грани жизни и смерти, останется в её памяти навсегда. Не было никого, кому она смогла бы открыться.

Просидев ещё пару минут, воспоминания сами начали появляться картинками перед глазами, слово это было кино.Кино о её жизни.