Первая сказка

-Доброй дороги.

Странник ничем не выдал своего испуга, хотя уже и не помнил, когда кому-либо удавалось застать его врасплох. А вот поди ж ты - задремал у костра, не услышал шагов по тропе. Да и были ли те шаги?

- И тебе добра под ноги, - он медленно поднял голову взглянул на пришельца из-под капюшона.

Юноша стоящий перед ним был бледен и худ, с горящими лихорадкой глазами. И он не смотрел на Странника. Взгляд был устремлен куда-то дальше, за невидимый в извечной ночи горизонт. А в руках он теребил обрывки кожаного ремешка.

- Вы позволите? - спросил юноша, так и не взглянув на Странника.

Тот хмыкнул:

- Садись, раз пришел. Разделим с тобой хлеб и вино...

- Благодарствую, - отозвался незнакомец. - Но угощения не приму.

Странник нахмурился, пряча гримасу в тень капюшона. Оглянулся на Черныша. Конь стоял смирно, но кажется чуть дальше, чем до появления гостя.

- Не к добру отказываешься от даров дороги, - Странник редко позволял себе нравоучительный тон, но в этот миг почему-то не смог сдержаться. Нечто в юноше ему решительно не нравилось.

- Простите... - тот на сотую долю мгновения обжог Странника бездной своих глаз и тут же вновь отвел взгляд. - Мне... нельзя есть хлеб. И я ничем не могу поделиться...

- Только хлеб нельзя?

- Да.

- А вино? А колбаску? У меня кружочек кровяной завалялся в котомке. Будешь?

Юноша голодно сглотнул:

- Буду. Но я...

- А взамен ты мне сказку расскажешь, - Странник скинул с головы капюшон, обнажая серебро волос и улыбку.

- Сказку?

- Лучше хорошей сказки, может быть только сказка, рассказанная у костра.

Странник пошарил рукой в котомке. Веселое пламя облизнулось всеми язычками при виде сального колбасного бока и ноздреватой как луна сырной головы.

- Сказку, - пробормотал юноша и снова сглотнул. - Да, наверное, это я могу.

>>>

Это случилось в те времена, когда Вселенная еще могла считаться молодой, а Путь не заволокло молочным туманом. Небо в ту пору было темнее, хотя горящих звезд тогда уже было больше, чем погасших ныне.

Хотя есть языки, утверждающие, что это случилось много позже. Когда осколки сферы уже стали пылью под ногами скитальцев и были забыты Имена.

Тем не менее, однажды это случилось.

В мире, где каждый верил в разницу между добром и злом, жил и правил народами Темный Бог, Владыка и Создатель. И в противовес ему тем же миром правила его жена - Светлая Богиня, Госпожа и Матерь. Троих детей породил сей противоборствующий союз - двое мальчишек и дочку между ними.

Младшеньких своих деток Богиня любила и лелеяла, растила как цветы в саду. А вот со старшеньким не случилось понимания. Говорят, слишком был похож на отца - такой же злой и жестокий. Черноглазый, чернобровый, тонкий и сухой, как мертвый граб. Отец, впрочем, старшего так же не баловал - слишком дерзким его считал, упрямым, своевольным. Так и рос наследник, сиротой меж двух родителей. Все метался от равнодушия к раздражению, глотал того и другого полными чашами, да остатки младшим сливал, бессильной злобы подмешивая. Не удивительно, что младшие его страшились не меньше, чем сурового отца. В общем, не было в семье мира.

Однажды, дочь Темного Бога в очередной раз сбежала из дому, скрываясь от гнева брата. Сбежала и укрылась в чужом саду, затаилась среди гортензий. И там-то повстречала она друга, что был бел и ликом, и душой. То был настоящий верный друг, готовый утешить, защитить и спасти, не только от подначек старшего брата, но даже от самого Создателя. С тех пор, девочка уже ничего не боялась, зная, где найти утешение.

>>>

Странник почти не слушал. Пользуясь тем, что на него не смотрят, он неотрывно следил за мимикой рассказчика. Как-то он отреагирует на чистую кровь в колбасе? Не выгнется ли дугой, не покроется ли коростой, не ощерит ли гнилой зуб, словом - не выдаст ли порчу или проклятье, не проявит ли тайный грех?

Юноша старался больше говорить, чем жевать, но ел жадно, заглатывая куски по птичьи. И все смотрел-смотрел в туманную даль, не то страстно желая, не то страшась разглядеть что-то за нею. Домашняя еда исчезала в нем с невероятной скоростью и легкостью. Странник подумал уже, что зла от незнакомца ждать не стоит, когда взгляд его случайно коснулся ремешка в его руке. В хитром плетении кожаных полос блеснуло червленое серебро.

Странник поневоле проследил взгляд юноши и сам вгляделся в туман. Кем бы ни был тот, кто способен порвать заговоренный повод, но Странник не хотел бы встретить его посреди тропы и без оружия.

Юноша прервался на миг, припал губами к протянутой фляге. И тут же продолжил говорить. Торопливо, взахлеб, словно веками не мог выговориться.

И все-таки чего-то не договаривал.

>>>

Но чем дальше текло время, тем больше зла копилось в сердце старшего брата, тем опаснее он становился для своих же кровников. Тьма сгущалась и в разуме Творца, и в мире. Тогда сговорилась девочка со своим другом о том, что убежит из родного мира. Сил ее больше не было, терпеть семейные скандалы и ссоры. Да и опасно было – папаша горячей рукой зашибет не обернется. Да и друг ее то и дело заводил разговор об иных краях и мирах, где зло, по его словам, было невластно, и куда не в силах были дотянуться руки отца и старшего брата.

Горько было оставлять родной дом, мамин сад. И от предстоящей разлуки с доброй матушкой сердце разрывалось. Но горше всего было думать о том, что она никогда больше не обнимет младшего брата, не заглянет в его ласковые глаза. Кто-то теперь будет защищать его от старшего? Как жаль, что в дорогу друг может взять лишь одного спутника...

Младший брат был единственным живым существом, кто еще знал о задуманном побеге. В миг прощания, он протянул возлюбленной сестре чудесный шар из синего хрусталя - скромный подарок на память. Разрыдалась сестренка, прижимая подарок к груди, и ушла, вернее ускакала быстрее ветра, держась за шею верного друга.

Никому неизвестно и поныне, знал ли младший о том, какой не простой шарик он подарил. Знал ли, что дар его был поистине бесценный. Одно можно сказать точно - верный друг догадался об истинной ценности памятного подарка, едва только взглянув на него. Но до поры умолчал.

В доме беглянку хватились почти сразу. Да не больно-то хотели ее разыскивать. Пока не догадался Темный Бог проверить свою сокровищницу и не обнаружил все свои пропажи. Исчез заветный шар синего хрусталя - главное сокровище сердца и мира. А еще - наследство для старшего сына. Единственный его шанс уйти из-под родительского гнета, покинуть родной дом и выстроить собственный. Не просто дом, но мир.

Стоит ли рассказывать о том, как был зол отец? В гневе, он едва не убил наследника, хотя тот был неповинен и до того дня даже не знал о своем наследстве. Стоит ли говорить о том, какое зло разгорелось в сердце старшего, когда понял он, чего оказался лишен по прихоти сестры? Нет не стоит.

>>>

Юноша замолчал и наконец-то опустил горящий взгляд. В зрачках его на мгновение отразилось живое пламя, но оно тут же было погашено под отяжелевшими веками.

- Не стоит, - согласился Странник. - Но нужно сказать, что из зла этого, из ожесточенного сердца вышли они - не твари и не звери, не демоны и не боги, не живые и не мертвые. Вышло их не много не мало - пятнадцать тел черных, как беззвездная ночь. Вышли и рванули прочь из мира на поиски беглянки, по следам подков на звездном Пути.

Юноша сгорбился, опустил острые плечи, стиснул тонкими израненными пальцами обрывок повода.

- И вот с тех пор, старший брат рыщет по мирам в поисках своей сестры. Стая гончих идет по ее следу и сам предводитель этих псов, словно гончая ловит носом отголоски запахов. Верный приказу отца и желанию вернуть похищенное.

- Это не вся история, - произнес Странник.

- И даже не самое ее начало, - отозвался юноша.

- И уж конечно же не конец...

Рыщут, мчатся по Межмирью псы – Черного Ветра гончие.