50. Беззащитность подкупает

POV Дима

Беготня Сони от меня — была такой же бессмысленной и жалкой, как и мои собственные, кратковременные побеги, от самого себя.

Иногда, лёжа ночью, в кровати, в те редкие моменты, когда мне удавалось застать эту самую ночь у себя в квартире, я закрывал глаза и думал о какой-то своей совсем иной жизни.

Той, корой я совсем не хотел, но вроде как, она была приемлема и необходима... чтобы мое существование не было столь недопустимым.

Когда ты слишком быстро добиваешься того, что хочешь, всё — очень резко меняет свой смысл... а иногда, он и вовсе исчезает.

Я не считал себя преступником, ведь если меня можно было сравнить с теми отменными отморозками из клуба — я выглядел почти что ангелом.

Зарабатывать большие деньги никогда не должно быть сродни преступлению, априори.

— В какие моменты вы испытываете чувство радости? — расспрашивал меня, как-то, вот уже как пол часа, психотерапевт.

Один из первых и последних, у которого я оказался по собственной воле и выбору, около полу года назад.

Я нашел его номер на просторах интернета и долго не думая, записался на прием, ничего не ожидая. Не смотря на то, что отзывы, вроде как, о нем были самые лучшие. Цена — соответствующая. Двести евро час.

Уже точно не помня причину своего такого решения, я лишь размыто имел воспоминания о том, как чувствовал себя, в тот период времени. 

Тогда, мне, как и сейчас, совсем не хотелось видеть родителей. К тому моменту, я уже заработал столько — сколько и не мечтал. Я тратил свое время и занимался: как хотелось и чем хотелось.

...но катарсиса всё не наступало. Каждый день, я чувствовал все меньше и меньше. А в какой-то из дней, вообще перестал испытывать какие-либо эмоции.

Ни то что меня это напугало — ведь скорее всего, изначально, я являлся закрытым и сдержанным человеком. Сдержанным в плане того, что я мало когда реагировал на других людей, их слова и поступки в мою сторону.

— Давно его уже не испытывал. — спокойно отрезал я, сидя в кресле, напротив мужчины в очках, что то и дело записывал все мои немногословные ответы в свой блокнот.

Я не был намерен ничего от него скрывать, кроме своей деятельности. В какой-то мере, мне даже хотелось посмотреть на его реакции.

— А когда, подобное, случалось с вами в последний раз?

Притворившись, словно я задумался, я поправил волосы, отводя взгляд.

Я намеренно выдерживал паузу, чтобы мой ответ, как можно ярче, отразился на его лице, после.

— Даже не знаю. — я перевёл на него глаза, принимая в кресле еще более расслабленное положение тела. — Наверное, на прошлой неделе.

— Что вы делали на прошлой неделе?

— Трахался. — отрезал я, спокойно, даже не моргая.

Вроде, у доктора наук, и правда имелся нехилый опыт, ведь он даже на секунду не смутился.

По крайней мере, выражение его лица совсем не изменилось.

— Это приносит вам радость?

Я, нетерпимо, поменял положение своих ног.

— Нет. — я задумался, а после, добавил. — Не всегда.

Седоватый мужчина поправил очки:

— Тогда, как вы это можете описать? Что пошло по-другому, на прошлой неделе?

Я чуть склонился вперед, кладя руки на колени, пытаясь вспомнить деталь, что заставила меня испытать эмоцию. После, я снова упал спиной на спинку кресла:

— Та девушка, из благополучной семьи, правда... у неё не все «дома». Не знаю, что с ней, может быть шизофрения или еще какие психические отклонения... — я попытался восстановить образ той, о которой вещал, у себя в голове. — Она прилетела из Лондона, на кратковременные каникулы, мы встретились.

Её звали Таня, блондинка с рождения, с черными, как и у меня, немного безумными глазами.

Знакомы мы были с ней давно, еще с учебы на факультете — для «будущей элиты», куда меня пристроил папа, мечтая о моей политической карьере... Ну, а она, имея не бедных родителей, оказалась моей однокурсницей.

В отличии от моей семьи, у её — имелась какая-то очень длинная родословная. Таня ей очень гордилась, поэтому относилась к другим предвзято и высокомерно, считая себя лучше всех остальных. «Особенной по крови». Это забавляло.

Первый раз мы переспали еще в институте, на чьем-то дне рождении. Потом, еще несколько раз.

В то время, мне было еще легко найти удовлетворение — в самом обыденном сексе.

...но это было так давно — что почти, больше не казалось мне правдой.

После получения диплома, она снова отправилась продолжить своё обучение, но уже в Лондон.

Работать, ей, никогда бы в жизни и не пришлось, но статус семьи аристократов держать было нужно, вот она и продолжала учиться и учиться.

...хоть и все её знания, частенько — просто на просто покидали её блондинистую голову. Безвозвратно.

С ней случались «обострения», точнее, её проблем, в голове — которые все, вокруг неё, намеренно игнорировали, зная, что это лишь эпизоды и после очередного курса лечения — всё обязательно пройдет. Танечка придет в себя и еще даже покорит мир.

Какая жестокая ложь, со стороны её чопорных родителей.

Я много с кем занимался сексом, но именно с ней — это являлось чем-то особенным, лишь по той причине, что она — была не в себе.

Мне нравилось пользоваться её этой бесконтрольной слабостью — она позволяла мне творить всё, что мне вздумается.

А мне — совсем не было за это стыдно.

Ведь Таня не была, как-то физически больна... а в голове, лишь душевно... там, и у меня тоже, не все было гладко.

И вот, когда она, в очередной раз, внезапно вернулась в Москву, мы созвонились и встретились.

Никогда раньше я не видел её в настолько плохом состоянии ума...

Возможно, в Европе, она еще и начала что-то «употреблять», но крыша у неё съехала конкретно. И это было жутко очевидно.

...но совсем не жутко для меня.

Постоянная паранойя, она рассказывала мне что видела инопланетян, что кто-то постоянно ворует и перекладывает её вещи в квартире, что она видит во снах своих предков и они говорят ей о том, что ей необходимо, как можно скорее, продолжить род.

Вообщем, полный набор. Шизофренический набор.

А ведь со стороны — даже и не скажешь.

Она приехала на встречу ко мне, с личным водителем, держа в руках очередную дорогую сумку.

— Кто-то подмешал мне в сок яд... — выпучивая глаза, склонялась она ко мне, за столиком, шепча очередную ересь.

Наверное, любой другой человек бы испугался или как-то ей помог: отправив домой, к родителям.

Но у меня — было совсем иное настроение.

Я уже принял решение с ней позабавиться.

Так и вышло.

Отправив её водителя восвояси, я привез Таню к себе домой. Кстати, впервые.

На момент учебы, у меня еще не имелось собственной квартиры.

И... я сделал то, что сделал.

— Где мои сережки? Через неделю, я улетаю в Куршавель, на выходные. Их украли... кто-то охотиться на меня.

Голая, она сидела в углу моей спальни, на полу, поджав под себя колени, безумно бегая глазами по комнате.

Я уже дошел до неё, садясь перед ней на корточки.

В отличии от Тани — я не был намерен раздеваться. По крайней мере пока.

— Я куплю тебе новые сережки. — едва улыбаясь, произнёс я, якобы успокаивающе.

После, я дотронулся до её макушки, поглаживая, а после, хватая за белокурые волосы.

У меня не было намерений выслушивать её несвязные речи, всё о чем я думал было то, как приятно будет мне, воспользоваться её слабостью, в которой она совсем не виновата.

— Ай! — воскликнула она, хватая меня за руку.

...вот только её причитания не имели смысла.

Я притянул её поближе к своему лицу:

— Будешь кричать и тебя услышат «они»... хочешь, чтобы ночью к тебе пришли?

— Нет... — быстро и с испугом, замотала головой Таня.

— Тогда смолкни. — я сделал паузу, а после, добавил. — На время.

Она бы и сама дошла, но так не было угодно мне. Я протащил её за волосы по полу, до самой кровати.

Таня не промолвила и слова, думая лишь о моих лживых словах, что подкрепляли её неадекватные страхи и мысли.

Я снова вернулся из своих мыслей в кабинет доктора, понимая, что сейчас, мне нужно дать ему свой ответ:

— Беззащитность меня подкупает. Особенно ментальная. Это редкость, почти эксклюзив. — я сделал паузу. — Я отымел Таню, как в самом лучшем БДСМ клубе.

— Так и в каком эпизоде, вы испытали радость? — впервые, перебил меня доктор. Наверное, он, наконец-то стал терять свое самообладание.

Я пропустил мимо себя, этот его непрофессионализм, потому что снова испытал что-то.

Что-то внутри, вспоминая уже минувшие события и душевнобольную Таню.

— Не наигранная беспомощность... Меня это возбуждает. — отрезал я, закидывая ногу на ногу.

...но и было в том, что я сотворил — плюс и для Тани.

Она, очень скоро позабыла все свои придуманные страхи, навязанные её душевной болезнью, как только я показал ей настоящий испуг. Осязаемую угрозу — в виде меня.

В этом и заключался этот бесконечный круг моих мучений: все, всегда — лишь притворялись.

Ролевые игры меня совсем не привлекали. Особенно с момента, когда я познал голые эмоции человека на вкус.

А потом... мои стандарты о «прекрасном» росли всё выше, даже казавшись, на первый взгляд — преступными.

До момента, когда ничего уже не будоражило моего избалованного сознания.

— Знаете... я могу направить вас к одному очень хорошему доктору. Он пропишет вам лекарства и...

Я, вставая с кресла, ответил, перебив мужчину в очках:

— Спасибо, не надо. Мне уже лучше. Вы просто профессионал своего дела.

Мне захотелось, как можно скорее, покинуть кабинет. И больше не возвращаться.

В тот день, я пообещал себе, больше никогда не сомневаться в своих предпочтениях. Не задавать себе вопросов.

Скорее всего, эти мои, до некоторого времени, тайные желания, делают все мои другие качества такими, какие они есть.

Изменить самому себе — это значит перестать жить.

А мое существование вовсе не ошибочно.

***

Когда я и Соня вернулись обратно в Москву, из Питера — я совсем не хотел рассказывать ей о том, что у меня, в тот день, был день рождения.

Мое настроение оставляло желать лучшего.

Я был все еще зол на саму Соню... на Влада — что вернулся в Питер, вылетев буквально следующим рейсом, за мной...

Он так и не смог уладить проблемы, в полиции — это меня тоже напрягало.

...но не так сильно. Ведь я уже был в Москве.

Здесь, на каждой улице — я чувствовал себя, как дома. Хозяином.

Здесь, я мог решить почти любое недоразумение. Заплатить любую цену, найти средства и возможности.

Я вполне себе имел шанс ничего не сказать Соне, просто уехать и оставить у себя в квартире.

Но она выглядела крайне тревожно. Особенно, когда её лицо, теперь, украшал тоненький шрамик, оставленный мною.

Мне не было неловко за эту свою несдержанность, просто... в моей квартире имелось слишком много всякого барахла, которое Соня, могла бы, оставшись наедине с собой, применить не по назначению.

Я знал — эта трусиха никогда не сможет причинить себе, какой либо вред, но я и не был намерен «дергаться», находясь на и без того бесполезном праздновании, думая лишь о том, какой еще «сюрприз» будет ожидать меня, по возвращению домой.

— Влад сказал, что после двух — поедем в клуб. — произнёс один из моих знакомых, когда он находился рядом со мной, у бара.

Я уже выпил достаточное количество виски, чтобы... снова вспомнить о том, как Соня, позволила себе флирт с официантом, за моей спиной.

Теперь, она находилась в заточении, в отдельной комнате ресторана... а я — «праздновал».

— Сегодня без меня. — отрезал я, ничего не объясняя.

Всё о чем я сейчас помышлял — как бы мне привести в чувства Соню.

Какое безобидное наказание я могу ей устроить: здесь и сейчас?

Конечно же, её диалог со знакомым парнем, что здесь работает... а точнее, работал, до сегодняшнего дня  — едва можно было назвать «флиртом».

Но это, всё равно, неимоверно меня разозлило. И пока, я даже не мог найти, на эти свои эмоции, ответа.

...но он был. И был, на самом деле, явно очевиден.

Находясь рядом с другим мужчиной — Соня теряла свою уникальность. То самое важное, что я уже успел вложить в неё и её образ.

Мои невероятные старания и напрасно?

Лишь для того, чтобы мистер никто и из ниоткуда, разрушил всё в один миг, разговаривая с ней, неправильно подбирая слова?

Когда я очутился в пустой комнате, Соня беспокойно спала на диване.

Выражение её лица не выражало присущего сну вида. Только это едва меня умиляло.

Заметив не далеко от неё стакан с водой, я уже знал, что буду сейчас делать.

— Доброе утро, Спящая красавица!

Я не хотел, чтобы она захлебнулась, поэтому пролил эту воду на неё размеренно.

Это мое действие было минимальным унижением, что я смог выдумать для неё, находу. Я не был даже уверен, что Соня вообще воспримет этот жест, подобным образом.

Она не обидится.

Скорее всего, она всего лишь посчитает меня пьяным — но это было далеко не так.

После, Соня взволнованно утерла лицо. Сказала и о том, что я её напугал — какая неожиданность.

А спустя лишь минуту нашего бессмысленного диалога, эта уже вовсе не растерянная девочка, примкнула ко мне. Поцеловав.

Только я не привык к касаниям к себе — без переговоров.

Не смотря на то, что я увидел её проступившие на глаза слезы и теплые губы, я сумел взять всё, снова, лишь под свой контроль.

Если бы мне только нужно было, от неё — так мало... Тогда бы, в ту ночь, я бы точно отдал ей право на лидерство.

...но время близилось к утру. И мне не хотелось его останавливать, ведь дальше, меня ждало намного больше, чем этот робкий поцелуй девочки, что правдиво считала меня пьяным.

Привет🥹👉🏻👈🏻

Короче... мне было очень сложно писать эту главу, надеюсь вы сами поймете почему🤡А еще, эта глава — 50-ая🥲🥲🥲 не могу в это поверить... Как так?🫢🥹💔

За мои труды, не могли бы вы, пожалуйста, поставить лайк работе и вступить в мой тг, чтобы ничего не пропустить: https://t.me/silverstarbooks 🥹🩵

💗Я буду рада и это замечу💗

Очень вас люблю,

Пока🧸🤍