Глава 33

Так прошло две недели. Первая субботняя тренировка прошла хорошо, Захария оказался грамотным, пусть и строгим, капитаном и они бспо подобрали замену выпустившимся игрокам. Воскресенье Дора провела за занятием с Дамблдором, который время от времени вызывал её к себе, обучал некоторым хитростям, а ещё сохранил интригу, сказав, что на занятии в среду её ожидает кое-что интересное.

И вот теперь Вест, волнуясь, прощается с подругами до ужина и отправляется в кабинет директора. Дамблдор уже ожидает её, попивая себе чаёк с лимонными дольками.

— Нам предстоит тяжёлое занятие, Дора. Но сначала ответь мне на вопрос: ты знаешь, что такое окклюменция? — поинтересовался старый маг, наблюдая, как пуффендуйка делает глоток предложенного ей чая.

— Нет, сэр, — девочка растерянно покачала головой, с любопытством взглянув на директора.

— Окклюменция — это умение защищать свой разум от внешних вторжений и от своих же эмоций. Научиться ей в одиночку тяжело, но я могу тебе в этом помочь. Рано или поздно твой браслет выйдет из строя, а меня может не оказаться рядом, чтобы наладить его работу, — профессор задумчиво отхлебнул из своей кружки. — Тогда тебе сможет помочь окклюменция. Переносить наплыв чужих эмоций, как это произошло, например, в конце третьего тура Турнира Трёх волшебников, будет намного легче, если закроешь свой разум щитами. А теперь ответь на ещё один вопрос, Пандора. Только, прошу, сначала хорошо подумай, — Дамблдор пристально взглянул на девочку. — Скажи, ты мне доверяешь?

— Конечно, сэр, — тут же ответила Вест, не совсем понимая, к чему был задан этот вопрос. Директор быстрым ответом пуффендуйки доволен не был, однако переспрашивать не стал.

— Чтобы научиться окклюменции, обычно просят о помощи легилиментов. Это волшебники, которые умеют проникать в чужую голову, смотреть воспоминания, вытаскивать нужную информацию. Сначала я хотел попросить об услуге профессора Снейпа.. но ваши с ним отношения.. вызвали бы некоторые затруднения, — профессор отставил кружку в сторону и, скрестив между собой пальцы рук, перевёл взгляд на ученицу.

— А кто.. ещё может.. ну.. проникать в чужие головы? — тихо спросила Дори. Почему-то слова Дамблдора о Снейпе сильно её напугали. Неужели он и вправду всё это время мог спокойно узнать, о чем она думает? Или чем занимается по вечерам? Или.. чувствует что-то к Гарри? Эта мысль ей особенно не понравилась.

— Помимо меня и профессора Снейпа это умеет лорд Волан-де-Морт.

Дору совсем передёрнуло. Что, если он уже знает о её способности? Успел ли Барти Крауч-младший рассказать всё своему господину?

— ...поэтому я ещё раз спрашиваю: готова ли ты, Дора, впустить меня в свою голову? Предупреждаю: избавиться от легилимента в своей голове очень и очень трудно.

В таком случае, если ей действительно угрожает опасность, окклюменция кажется единственным выходом. Ей нужно научиться защищать свои мысли.

— Да, сэр, я готова.

* * *

Из кабинета директора пуффендуйка выходила уставшей, но удовлетворённой. Профессор Дамблдор похвалил её, ещё раз напоил чаем и отпустил на ужин. Директор не был с ней жесток: выбирал наиболее приятные воспоминания и не особо при этом скрывал своё присутствие, чтобы ей было легче. Хотя, по его словам, он может залезть кому-нибудь в голову так незаметно, что волшебник или волшебница об этом даже не будут догадываться. Эти слова пуффендуйку совсем не успокоили, даже наоборот.

— Дора! — Вест всем телом вздрогнула, когда её вдруг окликнул Гарри. Он спешил к ней, обходя спешащих на ужин студентов, пока наконец не замер напротив. Он долго и пристально глядел в глаза пуффендуйки. Доре вновь стало неуютно, хотя она понимала, что Поттер в свои годы не может быть опытным легилиментом.

— Ты что-то хотел? — спросила пуффендуйка спустя полминуты молчания. Гарри, словно выйдя из транса, кивнул.

— Что ты делаешь у директора вечерами?

Пандора едва не вздрогнула. Органы внутри словно рухнули куда-то вниз. Однако вспомнился недавний сон.. та странная неизвестная дверь. В последнее время она почему-то часто видела её во сне. И вспоминала слова Сьюзен о зелёных глазах и Пожирателях смерти. Обладатель зелёных, совсем как во сне, глаз стоял перед ней. И этот обладатель в младенчестве победил самого могущественного волшебника столетия, который был повелителем огромного количества Пожирателей. В голове пуффендуйки живо выстроился план.

— Пошли, — только и сказала девочка. Взяв гриффиндорца за руку, она пошла в противоположную от Большого зала сторону, желая найти наиболее безлюдное место.

— Куда ты меня ведёшь? — только и спрашивал Мальчик-Который-Выжил, однако ответа на получил ни разу.

Через несколько минут Дора живо вошла в какой-то пустой класс и подпёрла дверь стулом. Гарри непонимающе взглянул на неё. Собравшись с духом, Вест развернулась и уверенно произнесла:

— Секрет в обмен на секрет, Поттер. Что за дверь тебе снится?

Гарри несколько секунд оторопело смотрел на пуффендуйку, которая твёрдо смотрела на него. Сейчас Дора почему-то чувствовала себя намного увереннее, словно они не были одни в этом классе. Пока гриффиндорец собирался с мыслями, девочка осмотрелась. Оказалось, она ещё ни разу не была в этом кабинете. Он казался старым, с пылью на всех поверхностях, но воздух в нём при этом был чистым, словно проветривать его не забывали. Секунду поколебавшись, пятикурсница всё-таки села на одну из парт и заболтала туда-сюда ногами.

— Эту дверь я видел в Министерстве в день слушания, — ответил тем временем Гарри. Было видно, что этого делать он не особенно хотел, однако желание узнать ответ на свой вопрос всё-таки было огромным. — Не знаю, что за ней находится, но подозреваю, что какое-то секретное оружие, которое Волан-де-Морт хочет присвоить. — Дора удивлённо взглянула на него. Поттер стал выглядеть раздраженным. — Да-да, я знаю, что вы мне не верите! Ни мне, ни Дамблдору...

— Я тебе верю, Гарри. И Дамблдору тоже. Далеко не все верят тому, что пишет Ежедневный пророк, — голос пуффендуйки стал твердым, как и её взгляд. Гарри вздохнул. — Не знаю, что там за оружие, но В.. Волан-де-Морт до него не доберётся. Дамблдор не позволит. — Теперь пришла очередь Поттера удивляться. Никогда ныне он не видел девочку такой серьёзной, как сейчас, и даже болтание ногами не делала её вид менее устрашающим.

— Да.. ты права.. — гриффиндорец медленно кивнул. — Так.. что ты делаешь у Дамблдора?

— Исправляю последствия своей чудесной способности, — Дори закатила глаза. — В прошлом году тот, кто скрывался под личиной Грюма, освободил меня от занятий по противостоянию Империусу. Есть догадки, почему? — Гарри покачал головой. — Я эмпат. Для меня это опасно.

— Эмпат?

— Чувствую чужие эмоции. Но это секрет, — Вест спрыгнула на пол и приблизилась к сокурснику. — Дамблдор учит меня закрывать разум от внешних вторжений, от чужих эмоций, которые оказывают на меня сильное влияние. Но знаешь, что самое странное?

— Что?

— То, что твои эмоции прошибают этот браслет даже на огромном расстоянии, — пуффендуйка подняла руку с тонким кольцом серебра вокруг запястья. — Всё лето я чувствовала гнев, который не могла чувствовать. Весь прошлый год я видела сны с участием Пожирателей смерти. А теперь вижу эту дверь.

— Но.. почему? Как это возможно? — Поттер глядит в глаза пуффендуйки, утопая в непонимании происходящего. Но понимания нет и в её взгляде.

— Я не знаю. Дамблдор не говорит.

— А он знает?..

— Вероятно, да.

Пару секунд они снова смотрят друг другу в глаза. Доре становится больно от того, как сильно глаза Гарри похожи на глаза мужчины из снов. Неужели подруги правы? Неужели под маской скрывается его лицо?