Глава 25

Александр вывел Дору почти в центр зала, притягивая к своему худощавому телу и утягивая её за собой в изящный танец. Он не говорил ни слова, будто надеясь, что движения сами всё за него скажут. Из-за ярко-алого цвета формы иностранца у пуффендуйки рябило в глазах, из-за чего постоянно приходилось поднимать их к глазам напротив.

Лицо Полякова впервые предстало перед девочкой таким сосредоточенным. Не было и тени привычной хитринки на лице, не было шуточек, проскакивающих как бы между делом. Дурмстранговец молчал. За него говорили глаза. Своим взглядом он словно просил прощения за всё, что сделал и не сделал.

Дора чувствовала себя неуверенно рядом с ним. Непонятная обида на Поттера смешалась с ранней обидой на Александра. Пуффендуйке хотелось сбежать от них, разорвать все связи и больше никогда не пересекаться. Сначала Поляков своим поведением создал трещину в наивном пуффендуйском сердце, а затем Гарри расколол его на части.

До сего момента Вест и не думала о том, что они оба могут ей нравиться. До сего момента она была уверена, что это невозможно. Ведь Полякова она знает без году неделю, а Поттер.. ну.. он вообще многим нравится и быть в числе его фанаток не хотелось. Да и она прекрасно знала, что ему нравится другая. Но вот поведение Александра она до сих пор не поняла.

- Я скучал по тебе, - хрипловатый голос раздался почти над самым ухом. Дора вздрогнула и взглянула на парня напротив. Александр и до этого был высоким на фоне Вест, но теперь, находясь в такой близи от него, она чувствовала себя муравьём.

- Может, если бы ты чаще показывал свой нос из корабля, мы виделись бы чаще, - Пандора вздохнула, закатывая глаза. Этим она вызвала у Полякова только добрый смешок.

- У меня была причина, - пожал плечами парень, закрутив пуффендуйку вокруг её оси и вновь прижав к себе.

- Каркаров? - Дори вскинула брови.

- Нет, - Александр усмехнулся и покачал головой. - Ему вообще плевать, как мы время проводим.

- Тогда что за причина?

- Я просто подумал, что.. - иностранец будто замялся, а после произнёс: - Подумал, что я тебе нравлюсь.

- Что за чушь? - Вест удивлённо уставилась на дурмстранговца. Неужели её и вправду видно насквозь?

- Ну-у, просто ты так краснела и смущалась, что...

- Ты - идиот, Поляков! - Дора резко остановилась, вынуждая остановиться и партнёра. - Ты что там себе понавыдумывал, самовлюблённая башка?! Да я.. да ты.. - пуффендуйка буквально захлёбывалась от возмущения. - Да мне вообще.. никто не нравится, понятно?!

- Всё-всё, не визжи, я понял, - Александр рассмеялся, хватая руки девушки (та успела начать жестикулировать). - Мы же друзья, правда? Мир?

Дора сжала губы и глубоко вздохнула. Глаза её всё ещё блестели возмущением и недовольством.

- Ладно! Но ты больше так не делаешь! - в конце концов Вест сдалась и, улыбнувшись, обняла парня. - Я скучала. И обижалась. Думала, прибью тебя при первой возможности.

Грудь дурмстранговца, из-за плотной мантии казавшаяся мягкой, чуть дрогнула от тихого хрипловатого смеха. Руки Александра обвили пуффендуйку за плечи, и он чуть склонил голову, зарывшись носом в её волосах.

Они простояли так несколько минут, прежде чем медленная спокойная музыка не сменилась вырвавшийся на сцену группой «Ведуньи» и зал не сотрясся от восторженного крика и танцев публики. Пандора отступила. Её ноги чуть подкосились, она крепко сжала рукой локоть Полякова и зажмурилась.

- Что такое? - обеспокоенный голос дурмстранговца зазвучал будто из-под слоя ваты.

- Сейчас, секунду, - сквозь сжатые зубы выдавила пуффендуйка.

- Пойдём на воздух, - слова иностранца отдались болью в голове. Александр, аккуратно взяв подругу под руку, сквозь толпу повёл её к выходу.

На улице было прохладно, однако замёрзнуть Дора не успела - на плечах тут же оказался плащ дурмстранговца. Здесь, вдали от блещущих эмоциями людей, голова перестала раскалываться и здравый рассудок вернулся. Пуффендуйка выдохнула.

- Всё хорошо? Что случилось? - Александр чуть склонил голову.

- Да.. сейчас, приду в себя, - Вест присела на лавку и, набрав в ладошку снег, приложила его ко лбу. - Просто.. э-э, переволновалась, - девочка вовремя вспомнила предупреждение Грюма о том, что нельзя говорить о своей.. особенности каждому.

Поляков, чуть нахмурив брови, пристально взглянул на пуффендуйку, однако не стал больше задавать вопросов и просто опустился на лавку рядом с ней. Пару минут оба молчали, наблюдая, как большие пушистые снежинки, кружась, опускаются на землю.

— Я не понимаю, — произнесла Дора, повернувшись к своему спутнику. — Ты решил, что ты мне нравишься, и поэтому решил меня избегать? Только из-за этого?

— На самом деле.. — Александр взглянул на девочку, а после отвёл взгляд в сторону. — Ты мне сразу понравилась. При нашем первом разговоре тогда. Но.. у нас бы ничего не вышло не только из-за.. расстояния. Я помолвлен. Ещё лет так.. с четырнадцати.

Пандора вскинула брови, удивлённо уставившись на собеседника, который решил открыться для неё с совершенно другой стороны.

— Ого.. это.. у меня даже слов нет, — Вест хлопнула глазами. — То есть.. по сути, у тебя и выбора то не было, да?

— Ага, — Александр усмехнулся. — Но я не жалуюсь. Моей супругой станет моя подруга детства.

— Ты.. влюблён в неё?

— Я люблю её, как сестру. На большее вряд-ли буду способен, ибо всегда воспринимал её именно так, — дурмстранговец пожал плечами, приподнимая уголки губ в лёгкой улыбке.

— Оу.. — Дори закусила губу и отвела взгляд в сторону.

До сего момента девочка не задумывалась, какого это, родиться в семье, где твоя судьба уже предрешена. Она не знала, как отреагировала бы, если б её родители нашли ей жениха без её ведома. Наверное, сейчас она устроила бы бунт. Но родись она в другой семье, и воспитана была бы по-другому, верно? И как она отреагировала бы тогда? Пустым смирением, сравнимым с Империусом?

Но Империус для неё почти смертелен.

Значит ли это, что она подняла бы бунт даже при другом воспитании? Наверное, да, ведь характер даётся с рождения.

— О чём задумалась? — голос друга вывел девочку из пучины мыслей. Пуффендуйка взглянула на него и бодро улыбнулась.

— Да так, ни о чём, — Вест покачнула головой, после взглянула на дурмстранговца долго и пристально. И, конечно, это не укрылось от него.

— Ты чего так смотришь?

— Я поняла, что до этого о тебе ничего не знала, — Дора хмыкнула. Александр усмехнулся.

Какое-то время оба молчали. Мимо прошли Гарри и Рон, почти сразу скрываясь из виду. Обратной дорогой шли Снейп и Каркаров. Директор Дурмстранга пристально взглянул на парочку, чуть сощурив глаза. Зельевар же презрительно скривился.

— Никаких противоправных действий, Вест, — холодно произнёс декан Слизерина.

— Конечно, сэр, — отчеканила Пандора, чуть не скривившись. Профессора ушли, девочка выдохнула и бросила мимолётный взгляд туда, куда ушли гриффиндорцы.

— Почему ты так легко согласилась уйти от Поттера? — вопрос прилетел внезапно. Дори взглянула на Полякова, а после пожала плечами.

— На самом деле я.. сомневаюсь, что он хотел пойти именно в моей компании, — пуффендуйка закусила губу, сжав пальцами рукава плаща парня. — Это было заметно по тому, как он смотрит в сторону другой.. девушки. Это лишь мои помыслы, но.. наверное, я просто слишком обидчивая и напридумывала себе всякого..

— Эй, — иностранец положил свою ладонь поверх ладоней Вест и мягко улыбнулся, заглянув ей в глаза. — Просто Поттер придурок, вот и всё. Мне стоило огромных усилий, чтобы не увести тебя ещё раньше.

— Ты.. нет, это неправильно, — Пандора помотала головой, вскакивая на ноги. — Я не должна была жаловаться, прости! Просто это так накопилось, и.. я просто дура! — девочка заправила выпавшие из причёски пряди за уши.

— Дора, послушай...

— Нет, молчи! — пуффендуйка тяжело вздохнула, взмахнув руками. — Я веду себя эгоистично! Гарри может нравиться кто угодно, и я не должна.. не должна так себя вести! Я не имею права, я.. — голос девчонки стих. Она поджала губы и наконец подняла взгляд на Александра. Тот сидел, молча глядя на неё, и, видимо, не собираясь перебивать. — У тебя жук на плече, — Вест нахмурилась, и, приблизившись, щелчком сбросила насекомое. — Прости. Я пойду в гостиную. Очень устала за сегодня.

Ложь. Наглая, бессовестная ложь. На самом деле Доре просто стало стыдно за себя и свою болтливость. Она вернула Полякову плащ прежде, чем он успел возразить, и скрылась за стенами замка.