7

Если долго наблюдать за лисами, то можно заметить, что у них существует тайный язык. И они пользуется им для общения со своими сородичами.

«Правда лис»

Мало кому известно, что у леса есть свои законы, и узнать о их существовании можно только став частью этих мест. Здесь у каждого звука есть свое расписание и свой хозяин. Трудно представить, но в лесу с организацией гораздо лучше, чем в городах и селах. Право внедряться в расписание лесных звуков нужно заслужить, даже я себе не позволяю подобных вещей. Чего не скажешь о незваном госте, которому о здешних правилах предстоит только узнать. Я медленно покидаю нору, надеясь, что это был сон. Но это не так. Он продолжает кричать и пугать местных жителей. Охотник. Он разгуливает в один шортах прямо у берега реки. Тяжесть его единственного элемента одежды говорит мне о том, что он уже успел познакомиться с местной водой. Я понимала, что он специально привлекает мое внимание, но не знала, стоит ли идти у него на поводу. Ведь разве не с этого начинаются проблемы всех женщин, не когда они приходят на зов мужчин?! Рядом со мной появляется она, и глядит на меня настолько по человечьи непонимающе, что мне становится стыдно, ведь это я привела его в это место. Она смотрит на меня, как на ребенка, который совершил очевидную глупость, и зевнув, усаживается поудобнее, чтобы понаблюдать, как я буду все исправлять. Спускаюсь со скалы, чувствуя целый спектр не совсем понятных мне эмоций. С одной стороны мне хочется отчитать Охотника за безрассудность, а с другой – мне хочется присоединиться к его безумию. Ее силуэт, который виден только мне, сопровождает каждую мою мысль и каждый мой шаг, заставляя чувствовать себя нелепо. Выхожу к реке, и застаю охотника в объятиях реки. – О, Лиса, а вот и ты! – он притворно улыбается, а затем скрывается вместе со своими шутками под водой. –Как ты догадалась, что я тут? Я закатываю глаза. – Что ты тут забыл? Охотник продолжает находиться в воде, напоминая разбалованного мальчишку, выпуская фонтан воды из сжатых губ. – Лето, Лиса, время для развлечений. – И ты шел сюда полтора часа, чтобы развлечься? – Да, а что не так? – Ты слишком громко развлекаешься. – Звонили соседи и просили сделать потише? Пропускаю его колкость мимо ушей. – Здесь нельзя так себя вести... – серьезно говорю я. Охотник перестает шутить, и ответив на мою внутреннюю просьбу, становится серьезным. – Извини, я не знал. Я тут же успокаиваюсь и чувствую себя неловко за свой тон. – Я пришел спросить, понравилась ли тебе книга, ты ведь наверняка ее дочитала?! Когда он начинает говорить о книгах, мне неожиданно становится комфортнее находиться с ним рядом. – Да, я прочитала. Сажусь на ближайший камень у берега реки, снимаю обувь и опускаю ноги в воду. – И как, оставишь ее себе или швырнешь ее мне в лицо? –он подплывает ближе ко мне и устраивается под водой, как на самой удобной постели. Положив голову на тяжелый камень, выглядывающий из под воды, он кладет руки у себя на груди. – Оставлю. – Я так и знал, – отвечает он. – Мне сразу показалось, что это твоя книга. Скажи же, что он мастер? Я соглашаюсь. Книга правда мне очень понравилась. Я прочитала только две, но чувствовала, что в каждой из них я могу найти себя. Об этом, конечно, охотнику не говорю, но что-то подсказывает мне, что он и так это знает. – Мне она показалась немного девчачьей, – тоном, намечающим спор, говорит он. Я напоминаю себе о том, что не стоит отзываться на зов приближающей полемики, но не могу сдержаться. – И почему же это? Потому что она о девочке? Так это совсем не показатель. – А ты феминистка? – спрашивает он с видом, словно уже победил, получил корону и уехал домой на полученном призе. – Я не задумывалась над этим. – Серьезно? – удивляется он. – Мне кажется ты яркая представительница данного направления. Я задумываюсь: была ли я феминисткой? Я боролась за права, но не всех женщин, а исключительно за свои. У меня не было времени думать о вселенской несправедливости, когда я думала, что вся эта несправедливость направлена именно на меня. Впервые задумываюсь о том, что не одна я нуждалась в спасении. – И что он сказал? – голос охотника возвращает меня в реальность, уводя меня прочь от вопросов, к поиску ответов на которые я не готова. – Кто? – Голос в твоей голове! Я смеюсь. – Я не знаю. Но книга мне понравилась не только потому что она о девочке. И я думаю, что ты и сам не считаешь ее девчачьей, а просто боишься, что кто-то подумает, что ты девчонка. Охотник соскальзывает с камня и на несколько секунд скрывается под водой. Я смеюсь от всей души, чувствуя дискомфорт от получаемого удовольствия. – Я не боюсь общественного мнения! –объявляет охотник после возвращения. – Как бы ни так! Мы несколько минут спорим, а затем охотник вылезает из воды, и проходит мимо меня прямо к спрятанному в кустах рюкзаку. – Ты боялся, что кто-нибудь его украдет? Он вытирается полотенцем, зажав раскрытый рюкзак между мокрыми ногами. – Может, я не хотел быть обнаруженным? – Наверное, поэтому ты так сильно кричал. Охотник улыбается, по локоть скрываясь в рюкзаке. – Я кое-что принес тебе. Я напрягаюсь. Он протягивает мне две книги и возвращается к сушке головы. – Ты хочешь всю библиотеку перевезти сюда? – Ну, тебе ведь нужно чем-то тут заниматься! Я смущаюсь от обыденности его тона, словно он знает обо мне все. – Я обещал, что дам тебе ее почитать, –опускаясь рядом со мной напоминает он. –Его «Сияние» и «Зеленая миля» одни из лучших работ. Я прячусь за чтением аннотаций, полностью поглощенная подаренными сюжетами. Делаю несколько не совсем устраивающих пометок в своей голове. Одна из книг абсолютно новая. – Я думала, ты перечитывал ее несколько раз?! – я поднимаю на охотника глаза. – Да, но ту, что я читал, мне было стыдно тебе давать, так как она вся потрепанная. Это дурной тон, давать читать книги в таком состоянии. Я улыбаюсь, отмечая, насколько ошибалась насчет его глубины, и в очередной раз подмечаю, что главное оружие любого охотника – это ум. Он сможет поймать любую дичь, если будет умен. До этого момента мне не доводилось встречать людей, которые знали и думали о книгах больше, чем я. Я подозревала, что у каждого читающего есть свои читательские особенности. Но о том, что давать потрепанную книгу в чужие руки –дурной тон, я не думала. Я начинаю чувствовать себя дискомфортно в своей голове: вся в царапинах, и ссадинах, и ожогах от солнца, измученная переменами судьбы, я не могу не замечать сходства с потрепанными книгами. И именно поэтому задаю себе вопрос, который будет еще очень долго присутствовать в моей голове "а меня захочет ли кто-нибудь читать?!" – Это новый экземпляр! Я вчера зашел в книжный магазин и купил.Я вздрагиваю, словно от удара. Он купил ее для меня! – Что такое?- пугается охотник. Я пришла его выгнать, а в итоге сижу придавленная благодарностью к камню, наблюдая, как обнимающая мои ноги вода, уносит мою решимость на другой берег. Удивительно, как одни и те же события могут по разному влиять на причастных к этому событию людей. – Спасибо, – говорю я, теряя самообладание. Охотник смолкает, гадая, что сделал не так, а я не могу ничего больше сказать. Все проблемы женщин начинаются после того, как они отвечают на зов мужчин.