Глава 2

Накануне свадьбы в дом Глушака еще одна неприятность, слух, что будут делать передел земли. В деревне этот слух не обошла стороной никого.

Быстро созвали собрание и избрали комиссию, которая должна была переделить заново землю. Комиссия нашла лишнее в Глушака лесника Мити, Прокопия. Филимон бушевал, изливал свой гнев на жене. Вдруг за мать вступился меньший сын Степан, он упрекнул отца тоже землей. Старый Глушак, взбешенный, «ударил сына по лицу. Тот не шевельнулся, слова не сказал, только что-то недоброе, непримиримое вспыхнуло в незнакомом - взрослым и самостоятельным - взгляда ». Отец заявил Степану, что учиться он больше не пойдет, будет дома в работники, если такой умный остановился.

Старый сожалеет, что нет Маслаке, иначе бы поутихли горлопаны. Евфимий отвечает, что атаман может вдруг и объявится. «Ефим так ловко пустил слух, что к полудню в Куренях не было человека, который бы не знал, что Маслак - живой и здоровый - объявился снова ...»

Глушак подкупает Зайчика, чтобы тот вступился за него на собрании, отправляет Евфимия пригласить на свадьбу Дубодела, надеясь на его помощь.

Идя на собрание, Халимон Глушак чувствовал себя очень плохо. Внимание старого привлек незнакомый человек в президиуме. «Взгляд был острым, пронизывающим, будто пробирался внутрь, и таким уверенным, что делалось нехорошо». Появилось ощущение, что он этого человека уже где видел. Собрание был бурный, те, у кого обнаружили не учтенное землю, недоволен работой комиссии. Порядок наводить военный, который так заинтересовал Глушака, уполномоченный из волости Зубрич. Он отвечает и на вопросы о Маслаке, призывает «граждан» не боятся «некоего пигмеи». После выступления Зубрича куреневцы стали более молчаливые и настороженные. Уполномоченный явно перестарался, защищая государственные интересы в проведении землеустройства. Раздались предложения повременить с переделом. Но вскочил «нетерпеливый, возмущенный Василь:« Ждать, ждать! Все ждать! »- Обида, отчаяние и ярость кипели в его". Собрание решил начать передел завтра.