Глава 5

   В эту ночь я долго не мог уснуть. Что-то не давало моему сознанию покоя. Голова моя была абсолютно пуста: ни единая мысль не занимала её, - но какое-то странное ощущение меня тревожило. Понятия не имею, что происходит со мной. Я находился в каком-то беспокойном состоянии: со мной это было впервые за долгое время. В позднем часу ночи я всё же смог крепко заснуть. Я уже несколько лет не вижу снов, и эта ночь не стала исключением. Спал я до самого полудня.    Вечером, в назначенное время, я подходил к причалу. Мари уже ждала меня. Удивительно, но она показалась мне ещё обворожительнее, чем двумя днями ранее.    — Вы сегодня весьма хороши, — так я её приветствовал. Я подошёл к мужику, отдал ему деньги, и он тотчас отвязал нам одну из лодок. Мы с Мари отплыли от берега.    — Знаете, Анатолий, мне кажется, вы немного... как вам сказать... Немного... задели Лорана.    Я никак не ожидал, что она вдруг заговорит о нём.   — Что вы мне хотите этим сказать?   — Вчера он навестил меня и был сам не свой, — начала она. — Он всегда так строг и внушителен, а вчера был суетлив. Я не привыкла видеть его таким...    — Всё же не пойму, зачем вы мне это рассказываете.    — Да как же вы, в самом деле, не понимаете? Я никогда не видела, чтобы кто-нибудь разговаривал с ним так же смело и дерзко, как вы, — сказала она с каким-то восторгом в голосе.    — Вы так восхищаетесь моей дерзостью?..    Я и сам не понял, что сказал.    — Да нет же, что вы. Я лишь хочу сказать, что вы первый человек, кто не поддался его строгости и властности. Я бы так не смогла... Быть может...    Она замолчала.    — Вы что-то хотите мне сказать?    — Нет... я не должна вам этого говорить...    Тем временем тёплое течение Рейна уже само несло нашу лодку. Мы проплыли под широким мостом, и сразу же мне открылся вид на чудную просторную поляну. Она вся была усыпана розовой гвоздикой.    — Вы мне говорили, у вас бурная страсть к играм. Расскажите от чего?    — Я и сам не знаю, почему именно игры. Меня ничто не веселит, а игры способны немного меня развлечь. Я уделяю им много времени только потому, что иные занятия меня не забавляют.    — Неужели вы живёте только ради забав?    — Мари, я и сам не знаю, с какой целью живу. Но жить должно так, чтобы не было скучно, и я развлекаю себя как могу.    Немного помолчав, она сказала: — А я всё-таки никогда не понимала таких развлечений...    Стало темнеть. Вдали зажглись жёлтые огни. Белые звёзды на тёмном чистом небе ярко, ярко сверкали, словно уже не пытались или не могли скрыться от людских глаз, и вместе с полной луной, освещавшей всё вокруг, отражались в прозрачной воде. Стали слышны тихие кваканья лягушек. С заходом солнца природа будто оживилась. Мари взяла на колени фонарь и зажгла его. Жёлтый тёплый свет освещал её лицо. Я вглядывался в звёзды на высоком небе, в яркие огни вдали, в глаза Мари, которые сверкали ничуть не тусклее этих огней. На её лице всё время была нежная лёгкая улыбка. Что-то в этот момент делало её счастливой.    — Анатолий, вы не желаете завтра заглянуть к нам? У маменьки завтра именины, и мы устраиваем, так сказать, званый ужин. Считайте, вы уже приглашены.    — Не смею отказаться от вашего приглашения.    — Как прелестно!    — Только я понятия не имею, куда мне подходить.    — Ах, пустяки. В пятом часу за вами заедет извозчик. Только скажите, в каком вы отеле остановились.    Я сказал.    Этот вечер оставил исключительно приятные впечатления. Я в полной мере насладился всеми красотами, открывшимися мне сегодня. Мы причалили к берегу и сошли с лодки.    Какое-то время мы с Мари ещё прогуливались, и я продолжал любоваться женской и природной красотой. Но всё же пришло время прощаться.    — Прошу вас, — сказала Мари, — обещайтесь, что непременно будете завтра у нас.    — Обещаюсь.    Искра промелькнула в её глазах, и мы разошлись по разные стороны. Но что-то вдруг меня остановило. Я обернулся, и смотрел ей вслед. Я ощутил сильную боль в сердце; оно быстро билось. Не понимаю, что со мной происходит. Когда Мари уже скрылась из виду, я почувствовал какое-то облегчение и в то же время тревогу. Совершенно неожиданно выглянула широкая фигура в цилиндре, которая шла по следам Мари. Она показалась мне до жути знакомой. Я бросился за ней. Когда человек в цилиндре услышал шум приближавшихся шагов, он оглянулся и остолбенел. Я подошёл к нему и тотчас узнал. Это был Бернар.    — Бернар? Но как вы... что вы здесь делаете?    — Я... я... прогуливался вот, знаете...    Я вспомнил, как вчера застал его в казино.    — Скажите, это вы вчера наблюдали за мной в казино?    — Что? Наблюдал? Нет, это... это не я. Я и в казино не бываю даже...    — Неужели я вас не узнаю. Ведь это вы стояли в углу и пристально меня разглядывали.    — Вы явно что-то путаете...    — И тотчас скрылись от меня, как только мы встретились взглядами.    Он окончательно замешкался и сказал:    — Вы ошибаетесь, Анатоль... А вообще мне пора... Всего хорошего. — И он спешными шагами ушёл уже совсем в другом направлении, чем шёл изначально.